Детективное агентство "Анна и её духи". Солнечный цикл. Под солнцем Мексики. Пуэбла-де-Сарагоса.

Мескаль приятно растекался внутри, и Штольман подумал, что со следующей порцией стоит повременить. Напиток был действительно крепким. Яков поискал глазами Аню. Дам в красном вокруг было много, но её он сразу узнал и улыбнулся. Где еще можно обнаружить его жену, как не у лавки со сладостями? — Что, Анна Викторовна, дождались светлого часа? — спросил Штольман, подойдя к ней сзади. — Угу, — блаженно щурясь, ответила Аня. Протянув мужу круглую трубочку, она сказала: — Попробуй! Яков откусил рассыпчатое тесто, обсыпанное корицей, и кивнул: — Очень вкусно! Что это? — Чуррос. Его жарят в большом количестве масла и посыпают сахаром и специями, — объяснила Анна, приканчивая лакомство. — Яша, здесь не город, а скопище искушений. Говорю тебе сразу, я сама остановиться не смогу и к концу нашего путешествия растолстею и не влезу ни в одно платье! Штольман засмеялся. — Не преувеличивай! У тебя впечатляющая сила воли! — Не уверена, — пробормотала Аня, поглядывая на бунюэли. Решительно отвернувшись, она сказала: — Нет, ты прав! Я не буду есть столько сладкого разом! Я буду сильной и современной женщиной, которая будет бороться с собственными недостатками. Но Штольман уже купил и протянул ей яблоко в карамели с порошком из копченого халапеньо. Сочетание было непривычное, но Ане понравилось. Они прогуливались по площади и посматривали по сторонам, когда Яков вдруг остановился, в недоумении смотря вперед. Аня проследила за его взглядом и тоже замерла, удивившись. — Вот так неожиданность! — покачала она головой. Около фонтана чуть вдалеке небезызвестный им Нил Шарп, сотрудник агентства Пинкертона, охранник экзальтированных писательниц и специалист по розыску пропавших сценариев, беседовал с помощником губернатора и еще двумя мужчинами, в одном из которых Штольман признал начальника местной полиции — он успел ознакомиться с портретом сего приятного господина в утренней прессе. — Осталось понять, приятная они или нет, — нахмурился Яков, который не мог взять в толк, почему этот человек оказался в Мексике и в том же самом городе, что и они, если он должен был быть в Нью-Йорке и защищать мисс Присциллу Льюис от посягательств на её персону. Шарп встретился глазами со Штольманом и оторопел. Неверящим взглядом он глядел то на Анну, то на Якова чуть ли не с отвисшей челюстью. Что же, если Нил не был гениальным актером (а Штольман крайне в этом сомневался), то можно было сделать вывод, что он ничего не знал о том, что они будут здесь. Яков дотронулся до полей шляпы, и Шарп всё еще пораженно кивнул в ответ. — Кто бы мог подумать, — сказала Аня. — Земля такая большая, а уже второй раз нас с ним в одном месте сталкивает! — Думаешь, неспроста? — уточнил Штольман. — Ты же не веришь в совпадения, — покрепче взялась за его локоть Анна. Мимо неё пронеслась толпа смеющихся детей с раскрашенными лицами. Около лавки с горячими лепешками начались танцы. Здесь движения танцоров были вовсе не так сдержанны, как в Европе. Понятно, что танцевали люди попроще — благородные жители до публичных танцев не опускались, — но всё равно у Ани зарделись щёки. Это был язык тела, физическое выражение эмоций и страсти. — Не верю, — согласился Штольман. — Нравится? — спросил он, видя, что его жена смотрит на танцующих. — Да, — посмотрела она на него. — Это… правдиво. По-настоящему. Яков покивал, обнял Аню покрепче и они некоторое время стояли, наблюдая за красотой местных жителей и их танцев. Праздник был уже в разгаре. Скоро начнется сам карнавал и самое интересное. А пока можно было бесцельно бродить по площади и наслаждаться вечером.