О начале карнавала, алкоголе и Хуанито
11 февраля 2022 г., 13:33
— Аня, если ты не перестанешь, мы так никогда отсюда не выйдем, опоздаем на карнавал и заслужим репутацию отъявленных распутников, — проговорил Штольман, который наблюдал, как Аня кружит по комнате с его галстуком в руках, который она не дала ему завязать. Сама Анна представляла собой зрелище забавное и возбуждающее одновременно. Она успела надеть лиф платья, а низ — еще нет, поэтому вальсировала по комнате она в одних кружевных панталончиках. Яков позволил себе пару минут смотреть на это чистейшей воды искушение, а потом протянул руку, требуя галстук обратно. Аня вздохнула, вернула мужу синюю шёлковую полоску ткани и уселась на стул, чтобы застегнуть туфли.
— Так кем ты будешь? — спросила она, беря нижние юбки.
— Пиратом, — поднял брови Штольман и повязал галстук на глаз.
— Пира-а-том? — протянула Аня, и бесенята, которые всё это время лежали, блаженно улыбаясь и закинув руки за голову, заинтересованно открыли глаза.
— Шучу, — покачал головой Яков и вернул галстук на положенное ему место. — Просто надену маску. Как и ты.
— М-м-м, — неопределенно сказала Аня и завязала пышный бант на талии. Отражение показало ей неприлично довольную женщину с чрезмерно открытым декольте. Штольман очень любил это платье. Когда она носила его дома. И только дома. Только наличие пышного воротника примирило его с Аниным решением надеть его сегодня вечером.
— Ты готов? — спросила Анна, полностью одевшись. Штольман оглядел её, запретил бесенятам высказываться по поводу платья и кивнул. Они спустились вниз, где Лазаревы уже были готовы к выходу. Аня повязала многослойное кружево на шею, примерила белую маску и стала похожа на даму эпохи Возрождения. Лиза захлопала в ладоши — Анна нравилась ей безумно. В город поехали на двух экипажах. Аня вертела головой по сторонам. Улицы, которые в первый день показались ей очень яркими, сегодня и вовсе сверкали всеми цветами радуги. Повсюду горели огни, висели флажки и гирлянды из цветов. Пахло вином, пряностями и чем-то сладким. В каждом уголке звучала музыка. Люди танцевали и распевали песни. Здесь собрался весь город. Всем хотелось праздновать.
— В девять начнется главное шествие, — поясняла Варя, указывая на цветочные платформы и главную улицу, на которой было светло как днём. — Выступающие пойдут до центральной площади, где выберут Королеву урожая. Будут танцы до утра, театральные постановки народных сказок и легенд и много вкусной еды.
— Рекомендую мескаль, — сказал Василий Штольману. — Это крепкий алкоголь на основе агавы. Очень интересный вкус.
— Любопытно, — ответил Яков, улыбнувшись. — Ты составишь мне компанию?
— Конечно, — кивнул Лазарев с энтузиазмом. — Пойдём, я покажу тебе, где можно попробовать самый крепкий.
— Начинаешь с козырей? — хмыкнул Штольман. — Ну пошли!
Мужчины направились к столам с мескалем, гле Василий заказал две порции желтоватого напитка. Когда улыбчивый продавец стал разливать алкоголь в рюмки, у Штольмана глаза на лоб полезли.
— Бог ты мой, что это? — спросил он у друга, показывая на толстую гусеницу в бутылке.
— Это Хуанито, — широко улыбаясь, сказал Вася. Он ждал именно такой реакции Якова. — Червячок, который живет на гуаве. Его добавляют специально, чтобы было видно, что технология изготовления не нарушена. Он милый. Мы здесь зовем его Хуанито.
Лазарев улыбался. Продавец по ту сторону стола улыбался. Улыбались двое мексиканцев, которые пили неподалеку. Видно, Штольман представлял собой довольно забавное зрелище.
— Ты передумал, друг мой? — коварно спросил Вася и взял в руки свою рюмку.
— Нет, почему же, — Штольман тоже улыбнулся, собрался и выпил свою порцию залпом. Внутри мескаль полыхнул крепостью и оставил после себя дымчатость и терпкость. — Хуанито так Хуанито, — добавил он, продышавшись.
Василий опрокинул в себя свою порцию и протянул другу четвертинку лайма, обсыпанную красноватым порошком.
— Держи, — сказал он Штольману, всё еще улыбаясь. — Лайм с солью, перцем чили и перемолотым сушеным Хуанито.
Яков поднял брови. Нет, есть Хуанито, пусть и поданного столь оригинально, он не был готов.
— Тут я пас, — сказал он и закусил просто кусочком цитруса. Начало карнавала ему понравилось.
