Детективное агентство "Анна и её духи". Солнечный цикл. Под солнцем Мексики. Пуэбла-де-Сарагоса.

— Так, — взмахнула рукой Анна, которая, конечно, не выдержала разлуки и, заставив совесть умолкнуть, пробралась в дом, замирая от страха из-за ночных звуков. Она не смогла нормально заснуть в маленьком домике матери Рамоны, несмотря на уютную постель и тишину. Ей нужен был Штольман. К её удивлению, в доме обнаружилась только Варя, которая сидела в гостиной и с тревогой смотрела в окно. — Давайте уточним еще раз: ты получил от Нила Шарпа планы здания полицейского отделения, выяснил, что там по причине спокойной обстановки в городе находится один дежурный, проник в здание вместе с Василием, нашел дело об убийстве Магдалены Саласар, вскрыв сейф, изучил это дело и вернулся домой незамеченным. — Нет, — подумав немного, сказал Штольман. Ударная доза виски наконец догнала его, и всё теперь доносилось будто издалека. — Нет? — удивилась Анна. — Нет! — решительно сказал Яков. — Сейф вскрыл Вася. — Да, — сознался Лазарев. — Это был я. Варвара смотрела на мужа совершенно другими глазами. Под надежным и привычным ей человеком, крепко стоящим на ногах, обнаружился вдруг авантюрный, смелый мужчина, который с лёгкостью согласился проникнуть в здание полиции и выкрасть бумаги. И самое главное — он смог это сделать с лёгкостью. Внутри вдруг всколыхнулось непонятное чувство: будто пузырьки шампанского защекотали вены изнутри и ринулись по телу. Таким своего мужа Варя не видела никогда, и теперь в ней расцвело восхищение нового толка. — Никакого порядка, — сказал вдруг Штольман, стараясь удержать жену в фокусе, но она постоянно норовила расплыться перед глазами. Аня смотрела на него с улыбкой. Она знала это его свойство. Он мог выпить лошадиную дозу алкоголя и выглядеть совершенно трезвым, но часа через два всё выпитое резко и сокрушительно обрушивалось на него, и он становился сонным и говорил нечетко, но соображал при этом вполне ясно. Якова следовало в такие моменты укладывать спать, а утром подсунуть что-нибудь от головной боли и обезвоживания. Тогда он вставал с постели почти человеком и похмелье его мучило не слишком сильно. — Никакого порядка, — повторил Яков. — Все бумаги перепутаны, протоколы ведутся чёрт знает как! Отвратительная работа! — Точно, — подтвердил Василий. Он выпил гораздо меньше, чем его друг, но общее состояние возбуждения и выброс адреналина заставило его организм ассимилировать алкоголь гораздо быстрее, чем предполагалось. Теперь Лазарева хватало только на то, чтобы поддерживать тело в сидячем положении и выдавать короткие рубленые фразы. — Но зато, Анечка, — Штольман улыбнулся, потому что три его жены наконец перестали вести себя плохо и соединились в одну, — мы узнали те подробности, которые нам помогут искать в нужном направлении. — Это какие же? — Аня села рядом с мужем. — Во-первых, задушил Магдалену не её муж! Следы на шее от маленьких рук. Это плохо, потому что убила женщина или женственно сложённый мужчина, но хорошо, потому что на левой руке убийцы два пальца практически не работают. Пожалуй, доктор единственный, кто делает свою работу хорошо. Штольман замолчал, потому что Аня сидела, задумавшись. Что-то такое с двумя нефункционирующими пальцами мелькало в её голове, но она пока не могла вспомнить что. — Записка, — напомнил Василий. — Да, точно! В кармане убитой была обнаружена записка, в которой Магдалене предлагали прийти на обычное место встречи в четыре утра, пока все будут на карнавале. Нужно выяснять, кто был в… хм… донжуанском списке синьоры Саласар. Это даст нам понимание того, что всё-таки случилось. Штольман замолчал и уставился в одну точку. Василий рядом с ним выглядел точно так же. Похоже было, что завод в них кончился и они больше не смогут и слова вымолвить. — И что с ними теперь делать? — покачала головой Варвара, подойдя к Анне. — Как что? — усмехнулась Аня. — Укладывать в постель, приготовить всё на утро и ругать только завтра. — Это можно, — согласилась Варя, улыбнувшись. — Так, дорогой мой Яша! — Анна потянула мужа вверх, и тот даже встал, пусть и пошатываясь. — Мы идем наверх. — Наверх? — переспросил Яков. — Спать, — объяснила Аня, ведя Штольмана к двери. — Спать — это хорошо! — Яков чувствовал, что ему и в самом деле пора прилечь. Мир решил устроить стремительный забег вокруг его головы. Тем не менее, ему было тепло и приятно. Аня крепко его обнимала, и он не мог промолчать. — Ты такая красивая сегодня была в своём новом образе. То есть, ты всегда красивая, но вот так — он неопределенно нарисовал какую-то фигуру в воздухе — просто удивительно! — Опять комплименты! — Аня довольно улыбнулась. — Поразительно! Нет, следовало приехать в Мексику и напоить тебя, чтобы всё это услышать! — Да? — с недоумением спросил Штольман. — Да, — засмеялась Анна. — Пойдём! И они оба пошли наверх.