Сам по себе

                    Найти, куда отвезли Лео, оказалось неожиданно сложно. Сакс расстарался, подчищая за собой хвосты. Иронично, ведь, скорее всего, значительную роль для мотивации это сделать имели как раз недавние действия мутантов и их подруги-ученицы. Возможно, Эрик не был точно уверен, кто ему палки в колёса вставляет, но что охота на самом деле шла не на аллигатора — понятно. Их пытались выманить или думали, что безымянный мутант что-то знает.              А кроме того, ученик Шреддера, почуяв проблемы с безопасностью, поспешил их решить до того, как сведения дойдут до Мастера.              «Жучки», подсаженные ранее, не дали никаких результатов, кроме первоначально переданных подслушанных разговоров. Вероятно, они отключились — неудивительно для одноразовых и, если на то пошло, не слишком-то качественных штук. Сплинтер сожалел, что пожадничал использовать в этот раз что-то качественней. Приберегал.              Н-да, доберёгся…              С другой стороны, наверняка на важных объектах Сакса и системы безопасности от шпионских штучек качественные. Оставалось проверять собственность бывшего коллеги и надеяться, что где-то найдутся хоть намёки о местонахождении Леонардо.              Как бы ему ни противела такая логика, но понимал, что без неё шанс найти Лео значительно меньше. Итак, люди Сакса вряд ли вывезли Леонардо далеко — стало быть, Нью-Йорк и ближайшие окрестности. Далее, с большей долей вероятности, место назначения — лаборатория. Однако не технологическая. И расположенная в относительно безлюдной местности (и оборудованная особо усиленной защитой), чтобы возможный побег подопытного не состоялся или его можно было легче и без шумихи выловить. В первую очередь логично проверялись объекты в черте города, но достаточно уединённые и хорошо защищённые от любопытных глаз, с подземными паркингами и закрытыми территориями. В отдалённых районах.              При большом разнообразии имеющейся в распоряжении Эрика официальной собственности таким критериям отвечала довольно малая часть. Проблема заключается в статусе «официальная». При почти неограниченных средствах вполне возможно оборудовать (хотя бы временно) под лабораторию какой-нибудь склад или любое здание, принадлежащее компании. Это значительно усложняло поиски, даже имея кое-как добытый список имущества — в собственности или арендованного. Да ещё и базы Фут, пусть и временные.              Увы, сведения не были полными, а проверять и добывать новые приходилось лично.              Сплинтер, ног не чуя под собой, прочёсывал все места, начав с наиболее вероятных. Он находил новую информацию, следовал за её следом и… снова по кругу. Дальше и дальше шёл по цепочке. Его база данных и арсенал значительно пополнились. Пожалуй, как никогда до этого — раньше-то больше осторожничал, да и стимула достаточного не было. Вот только самого главного найти не мог — хотя бы приблизительного местонахождения Леонардо.              Странным образом время и сжалось, и растянулось. Иначе и не объяснить его состояние, когда он обратил внимание на дату и понял, что минуло трое суток. Всего-то. Аж.              Мало — если мерить обычными повседневными стандартами.              Слишком долго — для его приёмного сына.              Сплинтер будто пребывал в каком-то деятельном трансе, даже не задумываясь о еде или отдыхе.              Эйприл ворвалась в логово и, застав это безобразие (учитель как раз отмечал следующие цели на карте), сделала чаю и налепила бутербродов. Пришлось чуть ли не насильно пихать ему в рот.              — Эйприл, я не могу… — наконец заметив её суету вокруг (ещё бы, когда кусок колбасы повис у него на носу!), он вело отмахнулся, стараясь снова сосредоточиться. Почему-то картографический Нью-Йорк расплывался перед глазами. Сплинтер поморгал — картинка восстановилась. — Мне нужно сосредоточиться на поисках.              — Лео себе не простит, если узнает, что его поиски чуть не угробили тебя, — отметая привычную почтительную официальщину, веско проговорила она. — И это точно не поможет его найти.              — По горячим следам я не успел пойти. Упустил, — горько констатировал крыс, всё-таки беря бутерброд нормально. — Но сейчас…              «Сейчас ты едва соображаешь из-за усталости и остаточной слабости от недавнего обострения болезни», — девушка с трудом удержала эти слова на языке, прекрасно зная, как сэнсэй не любит напоминаний о его слабости.              — Давай, подкрепи силы, — порекомендовала она. — А потом поговорим.              Эйприл тоже не сидела без дела и, конечно, не собиралась пускать судьбу лучшего друга на самотёк. То расследование, над которым она работала до похищения, пригодилось быстрее, чем ожидалось. После фиаско на приёме (сложно было отделаться от мысли, что каким-то образом она всё-таки провалилась) девушка взялась за дело с утроенной энергией, чувствуя себя по-настоящему полезной. Так мечтала преподнести результаты названному брату и сэнсэю с гордостью, но…              «Как по-детски желать похвалы! Лучшей наградой мне будет вернуть Лео домой!»              Она собиралась сделать для этого всё, только… согласится ли Сплинтер с некоторыми её идеями?              

***

             — Но как ты узнала про этот дом? О нём ничего нет ни в одной из добытых мной баз данных.              Сплинтер заканчивал сборы и не мог не поинтересоваться источником добытых ученицей сведений. Он знал о нью-йоркских апартаментах, нашёл сведения о квартире в Лас-Вегасе и вилле в Лос-Анджелесе. Но не про это жилище. Хотя дом не слишком далеко от Нью-Йорка… Даже скорее настоящий замок с вертолётной площадкой и прилегающим парком, судя по кривому плану, нарисованному на салфетке. Удивительно, как в прессе об этом ни слова.              — Сакс нечасто им пользуется. Он только изредка приглашает туда некоторых деловых партнёров. И почему-то в основном из Японии.              — Эйприл… — вскинулся встревоженный Сплинтер.              — Я не продала душу за эту информацию, только забила себе уши и мозги сплетнями, — успокоила она, хотя чувствовалось, что чего-то не договаривает.              Вытянуть из неё истину можно было и позже, главное, что с ней всё в порядке. Сейчас имелись и более важные проблемы. В первую очередь — разведка на местности. Во вторую — планирование. Именно так, пусть и хотелось бы ворваться немедленно. У него нет права на ошибку, иначе приговорит не только себя (это-то ещё ладно!), а и своих детей. Сейчас ему было плевать на нулевую степень кровного родства.              — Если ты не хочешь остаться в логове… — он услышал возмущённое восклицание и попытался призвать к здравомыслию немного другим путём: — Возможно, будет проще, если ты проедешь часть пути на такси и встретишься со мной ближе к нашей цели.              — У меня есть идея получше. Даже не идея, а целый план.              Глядя на то, какой решимостью сверкали глаза Эйприл, на её сжатый кулак и вытянутую в струну фигуру, Сплинтеру было немного страшновато спрашивать, что же это за план. Ему пришлось напомнить ей, что им необходимо действовать очень осторожно из-за численного превосходства противников.              — Я это знаю, но поверь, мы отлично доберёмся!              Он не был полностью убеждён. К тому же вспомнил ещё об одном, совсем не лишнем сейчас союзнике. Но… поможет тот или навредит? Хуже нет, чем идти на важную миссию с неизвестным напарником. Однако перебирать, когда на кону жизнь Леонардо, он не мог. Ещё не факт, захочет ли аллигатор добираться в такую даль, пусть и пообещал помочь. А если и захочет, то как?              — У нас есть ещё один союзник, возможно, — неохотно сообщил Сплинтер. — Очень большой союзник.              Объяснив недавнюю встречу в общих чертах, сэнсэй с удивлением обнаружил, что Эйприл… Не слишком-то и удивилась такой поразительной информации. Ему не понравилось то, что это означало. Она подтвердила его догадки, кратко изложив историю со времени испытания Лео, и виновато сжалась.              Сплинтер понимал, почему ему ничего не рассказали. Насколько важно для подростков доказать, что могут чего-то достичь сами, без помощи взрослых. Сам же таким был, хотя в его случае Хамато Юта никогда бы не удовлетворился достижениями Сплинтера. А его подопечные ещё и имели авантюрную жилку вкупе с героическим заскоком.              Это не значило, что сэнсэя не обожгло запоздалым страхом. Но об этом он будет думать позже.              «Возможно, Хаши… часов двадцать».              Он покачал головой, избавляясь от несвоевременных мыслей. Сперва нужно вытащить сына…              Впервые за долгое время он не поправил себя — названного сына. И вина не кольнула, как обычно в таких случаях — будто он отбирает это право отцовства у Йоши.              Краткая заминка, что-то сдвинувшая в душе, почти не повлияла на планирование.              Он попросил ученицу изложить то, что она придумала.              — Это рискованно, — вынес вердикт Сплинтер и сокрушённо покачал головой. — Но, пожалуй, действительно лучший вариант, если мы не хотим привлечь лишнее внимание. И, — он с трудом и большой неохотой заставил себя высказать опасение, — машина может нам понадобиться, если Леонардо… не в состоянии будет далеко идти. Однако ты уверена в этом человеке?              — Да. Он… достаточно надёжен.              

***

             «Ты уверена в этом человеке?» — спросил Сплинтер, и Эйприл ответила утвердительно, хотя… это было не совсем так.              Вернон Фенвик помогал в её личных авантюрах ради возможного свидания. Она была почти уверена, что и расследование он не считал действительно важным. Думал, должно быть, будто она хочет выслужиться перед начальницей, добыв интересный сюжет. Он мотался с ней по городу, ворча и призывая к благоразумию — это когда Эйприл где-то задерживалась, например, увлёкшись разговором с портовым рабочим, мистером Реветти. Тот от неё бегал, пытался увильнуть от расспросов, но всё же она смогла выпытать… выспросить всё, что он знал. Не так уж много, между прочем.              Кто-то собирал вещества, используемые в генной инженерии. Налёт средь бела дня — не стиль ниндзя, но, вероятно, часть особой стратегии, смешивающей наглость и грубость, дабы их недооценивали, и отвод глаз от более тонких операций.              Эта зацепка могла бы оборваться, если бы не чистая случайность. Она заметила вертолёт, улетающий из центра города. Компания Сакса могла себе позволить «леталку», да и на Сакс-Тауэр имелась вертолётная площадка. Быстрый способ добраться с загородной базы. И закрутились шестерёнки мысли…              Скорее всего, какая-то лаборатория в городе была, в том же Сакс-Тауэре, почему бы и нет, но рискнули бы они работать с большим объёмом опасных веществ?              «Нет, вряд ли. Скорее бы транспортировали сюда (или к месту будущего применения) готовый продукт… И что мне дают эти измышления? Почти ничего. И вертолётом тоже большие партии не перевезти».              Но самое главное — отслеживание полётов!              Правда, тут вышел… не то чтобы полный крах надежд, но заминка. Траектории полётов не показывали конкретного здания, только направление. И для выяснения полных данных нужно было знать номер определённого борта.              Пока Эйприл предавалась раздумьям, что ещё можно сделать, её внимание привлёк радостный окрик другой стажёрки. Ирма, девушка немного старше её, была помощницей в отделе, за глаза называемом «кухней жареных фактов». Сплетни, скандалы, пикантности из жизни знаменитостей — это всё они.              Эйприл уже общалась с Ирмой, в основном в кофейне напротив. Болтушка-сплетница определённо была на своём месте, разве что от медлительности страдала. Обычно юная куноити старалась по возможности аккуратно от неё отделаться — чтобы и отношения не портить, и трескотню слушать поменьше. Но сейчас перед ней была не болтливая коллега, а потенциальный источник важнейшей информации.              Уж что-что, а любые сплетни (коих в её отделе было пруд-пруди) Ирма впитывала как губка. Только немного подтолкнуть и осталось.              Она и выдала про «тайное, да не очень» поместье Эрика Сакса. Ещё поделилась недоумением начальницы, что любовниц он туда не возит, только деловых партнёров, и то не всех.              Когда ей стало известно о пропаже Лео, она припомнила этот разговор и поспешила с идентификацией адреса. Пришлось снова выслушивать кучу абсолютно ненужной информации от Ирмы, прежде чем ей дали более чёткий ориентир. А там уж карты в помощь…              Сплинтер уже успел убедиться, что на большей части известных баз нет никакой информации о мутанте, поэтому был в состоянии «терять нечего» и готов поискать и там, в районе городка Таппер-Лейк.              

***

             Итак, сложив всю известную информацию, пришла пора дорабатывать план ближайших действий. Как Сплинтер и подозревал, сложности возникли с аллигатором, который зарычал, едва увидел Эйприл. К её чести, она разве что побледнела, но никак иначе не выказала страха. Это большого мутанта немного успокоило. Фыркая, он всё же принял её участие, хотя и выразил недоверие к способности человечки хоть как-то помочь.              Быстро выяснилось, что он представлял операцию как грубое вторжение на вражескую территорию, быструю драку и освобождение Лео. Или гибель в битве. Сплинтер потратил около получаса, доказывая, что стоит пораскинуть мозгами в фигуральном смысле (в буквальном всегда успеть можно, только эффективность этого спорна) и постараться увеличить вероятность победы планом и предварительной разведкой.              Они думали, не отправить ли аллигатора на какую-нибудь базу, желательно подальше, чтобы отвлекал внимание, но быстро передумали. И дело не только в том, что союзник-со-скрипом мог не послушаться, да и скорее всего так бы и сделал. Хоть Сплинтер и надеялся обойтись минимумом сил, никак нельзя целиком и полностью на это полагаться. Большая хищная рептилия (пусть и не ниндзя) пригодится… пусть и в качестве страховки.              Сплинтер не слишком-то доверял новому знакомому и предпочитал держать его неподалёку, хоть и не слишком близко.              Недоверие, как выяснилось, было взаимным. Аллигатор готов был помочь, но на своих условиях, включая то, что добираться к нужному месту он будет сам. Это было разумно (приятелю Эйприл и так будет сложно всё объяснить), хоть и задерживало спасательную операцию.              

***

             Вернон Фенвик в этот день вообще не ожидал от Судьбы подвоха. Выходной начался с собственноручно приготовленной яичницы под песни Лайонела Ричи.              Он был весь такой благодушный и предвкушал спокойный день…              Но раздался звонок — и настроение Верна поднялось ещё немного. Что ж, он знал, что рано или поздно она созреет для встречи не ради слежки за потенциальной жертвой её настойчивых расспросов.              — О’Нил, — игриво растягивая гласные, ответил он.              — Верн, подхвати меня… — затараторила она так, что мужчина с трудом сосредоточился на адресе. — Через двадцать-тридцать минут сможешь?              — Да, легко. Так это…              — Поговорим потом, давай не по телефону.              — Что значит «не по телефону»? Ты же звонишь… — вызов оборвался, оставив его только пялиться на мобильный, — …мне. Ну ладно, таинственная до невозможности мисс О’Нил, я вам подыграю.              Эта девушка умела заинтересовать его не на шутку. Яркая и энергичная (даже чересчур временами), любопытная и полная энтузиазма, она выделялась даже среди других стажёров. Эйприл не жаждала блистать в своём ток-шоу в прайм-тайм. Не ожидала, что место на Шестом канале — гарантированные ежедневные встречи со знаменитостями. Её целью также не были громкие скандалы и грязные сплетни. И даже высокая (в перспективе) зарплата для неё не была решающим фактором.              Она была интересной — и не только из-за внешней привлекательности. С ней определённо никогда не скучно. Хотя, на его вкус, стоило бы дозировать поездки по трущобам или хотя бы мешать их с кафе — чтобы пить кофе или чай за одним столиком. Может, даже с десертом. Он уже вполне созрел для того, чтобы пригласить её на ужин. Ну хоть на обед. Даже приглашал, но она абсолютно походя отмела это предложение, мол, перекусывали уже.              «Наверное, недостаточно настойчиво или чётко, — подумал он, собираясь. — Ничего страшного, просто больше не буду ходить вокруг да около. Приглашу её на свидание без всего этого».              «Всё это» — то есть странные суетливые расследования, не поддающиеся никакой логике. То порт, то элитный клуб, то заброшенная фабрика, то крупный торговый центр… Он понятия не имел, что она ищет, какое отношение это имеет к клану Фут, но подыгрывал. Даже когда понял, что это всерьёз, а не попытки немного странного флирта.              Что и говорить, девушка, конечно, красотка, но Вернон себя уважал, поэтому он даст ещё один шанс своему мужскому обаянию завоевать её благосклонность.              Нет — так нет, в море много рыбы.              Хотя скорее всего этот звонок — как раз и есть её шаг навстречу.              «Ну а как иначе?» — Верн напоследок ободряюще подмигнул своему отражению в зеркале, гоня предчувствие очередной малопонятной поездки.              Он, счастливец, ещё понятия не имел, куда его занесёт…              И даже грязная подворотня, никак не тянувшая на романтичное место встречи с красивой девушкой, его не особо смутила. Последние недели он побывал в таких дырах родного города, что эта по сравнению с ними ещё и ничего.              Эйприл немного опаздывала, но, право слово, Верн не из тех нервно-раздражительных мужчин, готовых психовать из-за жалких пяти минут ожидания. Постоял, проветрил фургон, нашёл шляпу — сюрприз, что называется! Думал, потерял давно.              Примерил, конечно, вспоминая, как пыжился от своей важности в первый рабочий день — ему казалось, что шляпа придаёт солидности…               Мелькнула мысль, не произведёт ли это впечатление на Эйприл…              — Что за шляпа? — только слегка удивлённым тоном спросила она, почти подлетая к фургону.              В её голосе не было слышно особого восторга, так что Верн просто покрутил головной убор в руках и зашвырнул через окно вглубь машины.              — Да так, просто подобрал. Шляпа моего друга. Это прикол.              Она явно проигнорировала его дурацкие оправдания, чем-то озабоченная. Закинула большой рюкзак и сама поспешила забраться на пассажирское сиденье.              — Спасибо, что согласился отвезти. Ты себе не представляешь, как это важно.              «Ага, не свидание, а очередная авантюра», — мысленно чертыхнувшись, констатировал он, но всё-таки предпринял попытку сбить её с неизвестных планов:              — Так что ты хочешь делать? Поехать в центр или, может…              — Нет, кое-куда подальше. И, боюсь, лучше поспешить. Залезай и поехали. Я всё объясню по дороге.              — Слушай, а может, ну их, все эти псевдорасследования? — его немного несло, так, что даже не заметил, как машина слегка качнулась, и как тихо клацнула задняя дверца. — Мы оба взрослые люди. Привлекательные… Ты чертовски привлекательна, не буду с этим спорить. Понятно, нас тянет друг к другу. Я к тому, что нам не нужно выдумывать оправдания для наших встреч, тем более в выходной.              Он замолчал, только заметив, что Эйприл смотрела на него, будто у него вдруг выросла вторая голова. Что это, мол, такое? Как реагировать?..              Удивление удивлением, а нарастающее нетерпение пополам с раздражением было сильнее.              — Знаешь, мы можем поговорить об этом всём, — она сделала неопределённый жест рукой, — позже. По пути, возможно.              — Эх, только ради твоих красивых глаз, О’Нил, — сказал Верн, заводя фургон. Было искушение отказать, но… всё-таки возможность поговорить, наконец, по душам — достаточный стимул. — Итак, место назначения?              Эйприл показала в смартфоне карту с отмеченной точкой. Далёкой точкой.              — Это что, горнолыжный курорт* у Таппер Лэйк? Не хочу огорчать, но он уже год как закрыт, ищет нового владельца. И туда добираться часов пять…              Знал бы заранее — приготовил им хоть бутербродов. Хозяйственность и забота точно прибавили бы ему очков.              — Нет, не совсем, видишь? — она немного повернула руку, чтобы экран лучше видно было. — Это поместье человека, причастного к клану Фут.              — Клан Фут, конечно, — вздохнул он. — Что же ещё-то?.. Давай излагай, как ты смогла напасть на след этих неуловимых, которых не может поймать полиция.              

***

             Они давно покинули город, Эйприл завершила свой рассказ, порядком дырявый, надо сказать, и теперь молча смотрела в окно. Вернон думал. Напарница напустила туману, но история выходила интересная, мягко говоря. И многообещающая. Даже если без имён… Если действительно некий высокопоставленный человек (Верн не был дураком и мог строить догадки о его личности) занимал не последнее место в преступном клане и это удастся доказать… Да, сенсация обеспечена. Бернадетт Томпсон, их начальница, была бы только рада помочь дать ход расследованию и защитить их при надобности — за причастность Шестого канала к разоблачению организации, которая, как страшная городская легенда, годами пугала жителей Нью-Йорка. Но доказательства должны быть действительно убедительными.              Эйприл впутывала его в по-настоящему серьёзное дело — а он-то всё это время думал, что она только играет в великого сыщика-репортёра, насмотревшись приключенческих фильмов. Возможно, это было даже лучше выходного на горнолыжном курорте. Особенно учитывая, что он не умел кататься на лыжах…              Однако кое-что ещё его беспокоило.              — Расследование, срочная поездка… Скажи, это личное? — этот вопрос напросился сам собой, а Верн не хотел оставлять недоговорённостей — уж не в таком серьёзном деле.              Девушка вздрогнула и отвела взгляд от видов за окном, чтобы взглянуть на него и снова посмотреть в сторону.              — Да. По нескольким причинам. Он… он убил моего отца. Вряд ли это можно доказать сейчас, спустя столько лет, но недавно его люди похитили моего друга. Я отношусь к тому как младшему брату и боюсь, что с ним произошло за это время.              — И что ты собираешься делать, если он там, что, как я понял, не факт? — Нет, он не собирался «соскочить» (было бы совсем не по-джентльменски), но должен был всё прояснить — в том числе и ради самой Эйприл, если эмоции затмевают разум. — Мы не полиция. Что мы можем сделать?              — Есть план. Не волнуйся, от тебя ничего не требуется. Только побыть шофёром. Ну и, может, заснять что-то компрометирующее.              — План? Да, отлично, но хотелось бы услышать подробности. Не подумай, что я тебе не доверяю — меня бы тут не было в противном случае… И всё же Фут — ниндзя, а ты…              — Почти куноити, — с превосходным чувством момента произнёс третий голос сзади. Хрипловатый, какой-то усталый, но полный гордости и… абсолютно незнакомый.              — Мастер?! — воскликнула девушка, но водитель и не понял сразу, что она что-то сказала, просто не расслышав.              Верн лишь чудом удержал машину, пришлось немного выравнивать — после того, как неудачно дёрнул руль. Он не мог повернуть голову, чтобы нормально посмотреть назад, а взгляд в зеркало заднего вида не внёс ясности, выдавая лишь странные фрагменты. Чёрный глаз, торчащие тонкие усы, округлое розовое большое ухо на странно вытянутой вперёд голове, покрытой редкими чёрными волосами, борода… Возможно, его глаза обманывали? Откуда в его машине… вот это?              — Спокойно, молодой человек.              Для ушей ошеломлённого водителя это прозвучало как издёвка.              

***

             — Да, Вернон, это мой учитель и отец Лео, моего друга, — нервно пояснила Эйприл, думая, с чего вдруг Сплинтер решил дать о себе знать.              Они договорились, что он будет скрываться до места назначения, так отчего вдруг?..              Учитель кивнул, разрешая объяснить всю сложившуюся ситуацию, что она и сделала с неохотой.              На некоторое время воцарилась атмосфера тишины. Верн переваривал свалившиеся на голову откровения, его пассажиры думали о своём — о Лео и том, как будут действовать. Обоих беспокоила и реакция аллигатора на ещё одного человека.              — Так значит «ниндзя», да? — с явной неловкостью кашлянул Вернон. Девушку немного удивило, что его так зацепило всего лишь это, но наверное, в остальное, включая часть про «эксперименты», он просто ещё не поверил. — Знаешь, Эйприл, я тоже некоторое время уделил физическому самосовершенствованию. Только я хотел стать круче, а не ниндзей**, поэтому выбрал йогу. Занимался дней десять или больше и потянул сухожилие…              — Удача, упорство и терпение — три составляющие успеха, молодой человек. Травмы — лишь препятствия на пути к цели. Вопрос только в том, позволишь ли себя остановить… К слову, мы уже подъехали достаточно близко.              Верн не решился спорить, хотя, по его мнению, искомое поместье было ещё далековато. Пешком не менее часа по дороге, но мастеру ниндзя должно быть виднее? Его скепсис был весьма очевиден и Эйприл, и Сплинтеру, но они не стали это комментировать.              Переодевшись в утеплённый белый костюм с плотно прилегающим капюшоном, девушка выбралась из фургона. И глядя на неё, желание скептически хмыкать улетело в небытие. Она была серьёзна как никогда. И… выглядела опасной, причём дело не только в кинжале в ножнах, прицепленном к поясу. Выражение лица… Вернон никогда не видел (и не хотел бы увидеть вновь!) ничего подобного у Эйприл.              — А где же твой учитель? — отведя взгляд, нервно поинтересовался он.              — О, он уже ушёл на разведку, — ответила Эйприл, передёрнув плечами. — Я там оставила чай в термосе и бутерброды, если захочешь перекусить. Мы вернёмся до темноты.              Верн остался наедине с разочарованием и, как ни парадоксально, облегчением. Что и говорить, поверить в существование мутантов было не легче, чем в пришельцев. Лично увидеть и хотелось, и как-то боязно, но он вроде бы настроился, а оказалось, зря.                     

***

             «Как унизительно!» — это была самое цензурное, о чём думал Лео.              Фильмы и книги, описывая плен, почти не упоминали такой важный, хоть и малоприятный момент, как удовлетворение естественных потребностей. В основном герои спасались довольно быстро, а если нет — у них было хотя бы ведро и уединение комнатушки или камеры. Ему самому в прошлый раз не понадобилось… Да он и не думал тогда об этом, а теперь вот столкнулся с суровой реальностью в виде тазика с, чёрт его возьми, дурацкими цветочками по краю!              Но на самом деле проблема не в тазике, а в том, что использовать его по назначению приходилось в открытой всем любопытным взглядам камере. Наёмники, перебрасывающиеся дурацкими комментариями о «размерах» — раздражали и немного смущали, а женщину-лаборантку он и сам невольно смутил (она старательно прятала покрасневшее лицо за лабораторным журналом и при первой же возможности сбежала).              А вот главный учёный (Лео по-прежнему понятия не имел, как его зовут) выглядел скорее заинтересованным, причём таким… нехорошим интересом. В стиле «Как бы мне препарировать сию занимательную животину?». Сакс желал выгоды — и для Леонардо это было лучше, чем вот эта одержимость исследованиями, как у этого вот.              Создавалось отчётливое впечатление, что учёный хотел разобрать черепаху на составляющие, чтобы посмотреть, пригодится ли какая-либо его часть где-нибудь. Останавливал его приказ начальства (Сакс в категоричной форме дал понять, что мутант нужен живой и целый) и инстинкт самосохранения. О последнем особенно чётко напоминал взгляд суровой куноити, которым она сверлила излишне своевольного работника. Очевидно, его недавняя промашка с кровью не осталась незамеченной в том числе и этой женщиной. И ещё неизвестно, кто пугал учёного больше…              Что касается самой куноити, она не была слишком скрытной в желании поговорить с пленником, но не делала этого по неким причинам. Из субординации ли, или же, что вероятней, ожидая конфиденциальности. Почему-то она не пыталась выгнать всех свидетелей, как Сакс. Впрочем, и в лаборатории показывалась гораздо реже местного хозяина.              У неё были некие загадочные дела, судя по подслушанным коротким разговорам. Если это подразумевало рейды в Нью-Йорке с риском наткнуться на Сплинтера, Лео предпочёл бы, чтобы она взамен сосредоточилась на нём. Но его, конечно, не спрашивали.              Кстати, вообще не спрашивали. Никто и ни о чём. Даже Эрик Сакс.              «Тактика измора», — думал Лео, но на самом деле, как он понял уже гораздо позже, его сочли временно неспособным нормально не то что отвечать, а даже просто понимать вопросы. Сам себе он казался просто маленько приторможенным, однако со стороны выглядел хуже. Тусклый взгляд, явная бледность и общая вялость. Холодный пот ещё. Вероятно, он являл собой жалкое зрелище.              И по большей части безобидное. Было бы это просто прикрытием… Но нет, увы. Кроме того, окружающие, несмотря на его беспомощный вид, несомненно, ожидали подвоха.              Леонардо не знал точно, сколько прошло времени, прежде чем сложившаяся стабильность оказалась нарушенной.              Сакс почти влетел в лабораторию, где как раз находилась куноити — в уже привычной манере подпирала стенку, поглядывая то на Лео, то (сурово) на охранников, то что-то делала с планшетом.              — У нас проблемы, Караи, — заметно взволнованным голосом произнёс он так, что услышал и Лео. — Наш склад на Статен-Айленде был атакован. Весьма вероятно, это сообщник нашего пленника.              — Ты говорил, ему всё равно…              — Я не страдаю амнезией! А ты? Ты помнишь, что от тебя требуется?              — Не смей ставить под сомнение мой профессионализм! — прошипела женщина и резко развернулась к выходу, бросив на ходу: — Сакс, тебе лучше не пытаться что-либо сделать с мутантом в моё отсутствие.              Стоило Караи с большей частью охраны уйти, как Эрик Сакс сбросил иллюзию волнения. Поправил взъерошенные волосы и усмехнулся, будто и не он только недавно вбежал в страшной спешке.              — Отлично, соглядатаи нас покинули. Итак, черепаха, теперь мы с тобой поговорим.