love therapy.

      Они были затянуты в медленный, изучающий поцелуй. Никто не спешил отстраняться: девушка боялась, а мужчина осознавал. Но все же ни один момент не длится вечно, поэтому Таисии пришлось взять инициативу на себя.       Они на протяжении нескольких минут искали ответ на появившийся вопрос в глазах друг друга, но, видимо, не получили, но тишину прерывать не хотел никто. Подумав о том, что мужчина даже не пытался сопротивляться, она еле заметно улыбнулась:       — Прямо как в сериалах, да? Нам не хватает только алкоголя и.       — Таисия! — мужчина перебил ее и отошёл на пару шагов назад. — Что ты, мать твою, сделала только что?       — Что? — в глазах появился страх, девушка поджала руки к груди, нервно щёлкая пальцами.       — Ты понимаешь хоть?!       — Дмитрий Андреевич, я.       Мужчина хотел было уже закипеть, но остановился, когда Таисия опустила голову.       — Ты не должна была этого делать, — грубым голосом отчётливо сказал он.       — Прости.       Чтобы сбежать от стыда она схватила свой телефон, вещи и быстро выскочила из этого дома.       Ливень не прекратился, поэтому Тая снова намокла. Она не совсем понимала, что она сделала и с какой целью, но это оставило не менее противный след, как от прошлой ночи с незнакомцем. Она хотела сделать первый шаг, вдруг повезет и это окажется взаимно, но, к сожалению, это получилось не совсем так, как хотелось бы.       Она шла под дождем к автобусной остановке, чтобы доехать до своего дома. Идти немного, но настрой не тот. Не хочется оставаться наедине с собой после произошедшего. Последнее, чего хотелось бы сейчас.       Без раздумий, с пустым взглядом она зашла в автобус и села на пустое место к окну. Капли дождя противно сползали, также противно дождь бил по стеклу. Всё сейчас противно.       Автобус тронулся. На следующей остановке остановился, заходит контролёр. Обратив на пухлую низкую женщину внимание, Таисия пошарилась в карманах и поняла, что денег у нее нет. Только контроллеру стоило двинуться в сторону студентки, как она вскакивает и выбегает из автобуса, а ей вслед кричат: «Мерзавка!»       В основном контролёры — это пухлые, противные женщины, которые докопаются до любой мелочи, а когда у тебя безвыходная ситуация, нужно доехать до дома, но денег нет, тебе полетят многочисленные оскорбления.       По виду девушки можно понять, что у нее не все хорошо. Мокрая насквозь футболка, штаны, которые на несколько размеров больше, но, благо, с резинкой, так бы они постоянно с нее сваливались.       Она часто волнуется о своем внешнем виде, но сейчас на всё похуй.       То, чего боялась она несколько минут назад, случилось — она одна наедине с собой. Прохожих нет, только мимо проезжающие машины. Идти до дома минут двадцать. Может это и к лучшему, она хотя бы разберётся в себе.       Телефон разряжен, ни позвонить, ни написать.       Дома ее, конечно же, встретила мать с криками:       — Ты где была, чертовка? Шлялась всю ночь!       Игнор. Зачем что-то доказывать и объяснять этой женщине? Ей плевать, что могло случиться с дочерью, но чтобы сделать вид хорошей матери она интересуется. Хоть и не так мягко.       — Я с тобой говорю, слышишь? — она отдергивает дочь за плечо, но все равно их взгляды не встречаются, Таисия поворачивает голову снова.       — За что мне такая дочь, — говорит она вслед уходящей девушке. — Как только исполнится восемнадцать — съедешь к черту на бабушкину квартиру, не могу тебя терпеть больше. Ебись как хочешь.       Да она бы с радостью от тебя подальше! Да хоть завтра, да хоть сейчас.       Но об этом потом, Таисия поразмыслит над словами своей матери и примет нужное решение.       И после этих слов она уходит в свою комнату. Она запрыгивает на свое излюбленное место — подоконник, и начинает плакать. Сдерживать слезы уже невозможно, все идёт по наклонной. Хочется сбежать из мира, закрыться, не выходить ни-ку-да. Даже телефон ей не нужен, на зарядку забыла поставить.       Она так и заснула на подоконнике. И проспит так до самого следующего вечера, матери дела нет, поэтому ее никто не потревожит.       Хотя нет, потревожит.