When Angels Deserve To Die

       Говорят, что, когда рождается человек, ангелы на руках спускают младенца с Небес. Унося дитя из мира облаков, они даруют ему жизнь и семью. Ангелы не смотрят на благополучие семьи, прошлое родителей или же их статус в жизни, они просто отдают двум любящим сердцам то, что они будут считать частичкой себя, ребенка. Работа ангелов точна и быстра. Они везде. Их глаза, их дыхание повсюду. Они знают, когда и где появится следующий ребенок. Они создают своего человека, как художники или скульпторы: бережно вылепливая его из облаков, нанося живые краски, придавая свет глазам. Они спустят этого человечка вниз, крепко держа его в руках, моля, чтобы жизнь была с ним справедлива. Какая ирония: родители молят ангелов, а ангелы – их. Никто из них не знает, что все в руках одной капризной леди – Судьбы. Лишь она вершит жизни, зная, что уготовлено тому или иному человеку. Ангелы, как бы они этого не хотели, не могу научить свои творения чему-либо, это задачка для их будущих родителей. Но лишь одному они научат ребенка. Они вдохнут это умение в дитя со словами «прощай». То, без чего невозможен человек, без чего не представляется история человечества. Это то, что рушит судьбы и соединяет людей, то, что заставляет мир крутиться и героев творить подвиги. Движущая сила прогресса и жизни. Любовь. Нежное дыхание ангела коснется щеки младенца, тихий едва различимый шепот донесется до уха ребенка, и все: малыш летит вниз к своим маме и папе. Разрезая облака, он падает, как падал бы ангел, теряющий благодать. Каждый ребенок – маленький ангелочек. Пока он не родится, там, наверху, у него есть и крылья, и нимб, и благодать. Спустившись на землю, он теряет все это вместе с памятью о том, как резвился со своим ангелом, получая взамен возможность ходить по грешной Земле. Неравносильно? Ангелы бы поспорили с вами. Лишь единицам из них удавалось спуститься вниз, взглянуть на мир своими глазами, а не через призму чьих-то мнений. Это уникальная возможность. Тот шаг, который они помнят всегда. Ангелы дают ребенку единственный, но при этом самый дорогой подарок. А дальше им остается лишь, волнуясь, наблюдать за взлетами и падениями своего чада. У каждого ангела есть один человек, к которому он привязан навсегда. Не вся крылатая братия удостоена такой чести. Многие сидят и ждут, когда придет их черед творить человека, а пока не наступит этот момент, им остается наблюдать за своими собратьями, которые склонившись с Небес безотрывно глядят на своего человека. В их глаза плещется любовь и гордость, когда они видят первые шаги ребенка, слышат его первые слова. Ангел – третий родитель. Ему также больно, если дитя встает на скользкую дорожку, делает ошибки, влюбляется не в предназначенного ему человека. Ангелы также льют слезы, если видят, как их человеку плохо. Они тянут к нему руки, но не могут коснуться, утешить, обнять. Иметь собственного человека – привилегия и пытка. Это делает тебя счастливым и разрывает изнутри, ты вечен, но умираешь вместе с человеком. Ты видишь, как огонь его жизни медленно угасает, видишь, как угасает свет в его глазах. Ангелы роняют слезы, мечутся и кричат, понимая, что их человек больше не увидит солнца, но, скрепя сердце, они спускаются вниз, чтобы крепко взять человека за руку и снова поднять его на Небеса. Когда ангел, отделяя часть себя, дарит человеку любовь, глаза ребенка становятся теплыми. Как такое возможно? Мы не отличаем людей с теплыми глазами из серой массы, потому что мы все такие. Да, кто-то с годами теряет подаренное умение, глаза тускнеют, отчужденно смотрят на мир… Как бы мы ни старались доказать обратное, все мы способны на любовь. Кто-то прячет в себе это, потому что боится, потому что слишком слаб. Любовь для сильных. Порой, она причиняет неимоверные страдания, но ради нее стоит жить. Глаза человека – самое прекрасное, что есть в этом мире. Ни один пейзаж мертвой природы не сравнится с яркой и загадочной радужкой, в которой плещется жизнь. В них можно смотреть часами, подмечая малейшие изменения настроения. Именно в глазах отражается часть отданной нам ангельской благодати. Лишь малая доля благодати плещется в нас, как вечный огонь. Она с нами повсюду: в сердце, душе, мыслях. Мы носим ангела с нами, хоть он и на далеких Небесах. Кто-то хранит это в себе, чувствует пламя, а кто-то забывает, отказываясь от ангела. И тогда страдать приходиться не человеку. Ангелы сходят с ума, сгорают заживо. Они живут человеком, но не могут его видеть, потому что подопечный не чувствует веры. Вера для ангела - все. Человек может не верить в Бога, но каждый верит в своего ангела. Он не знает его облика, голоса, но верит, что он оберегает его. Ангелы следили, чтобы люди передавали легенду из поколения в поколения. Вера равносильна жизни. Когда человек отказывается от тебя, ты обречен, ты умрешь. Таких ангелов запирают в далекие клетки, чтобы никто не слышал их предсмертных криков, когда они сами начинают ломать крылья, силясь вырвать их и благодать вместе с ними. Физическая боль - ничто по сравнению с той, что чувствуешь, когда ушла вера. Все знают, что может произойти. Все знают, что иметь человека – ответственность, которую возлагаешь на свои плечи. Ангелы знают и об опасности сойти с ума, но все равно ждут свой черед. Все ждут лишь нескольких слов. - Твоя очередь, Кастиэль, - услышал ангел спокойный голос Наоми – ангела, который уже какой век руководил здесь всем. Она была строга и сдержана, но относилась к своим подчиненным как к детям. Она, как и все, стоящие на высших постах, умела держать в себя свое настоящее я. Кастиэль подскочил. Вот он, его час, его момент. Радость и восторг кружились в нем, не желая оставлять ни на минуту. Собственный человек был несбыточной мечтой. Кастиэль всегда представлял, каким Он будет: какие глаза, волосы, губы… Идеальный образ давно выстроился в голове Ангела, оставалось лишь мечтать и ждать воплощения. На негнущихся ногах он прошел туда, где вот-вот появится тот, кому Кастиэль отдаст часть себя. Кастиэль держал на руках младенца. Того, о ком мечтал. Зеленые глаза, русые волосы, веснушки, рассыпавшиеся по щекам. Он любовался своей работой. Все так, как он задумывал. Сердце сжималось, когда он думал, что должен его кому-то отдать. Его родители. Они там, внизу, ждут свое чадо. Доктора столпились вокруг рожающей женщины, а муж наблюдает за этим издалека. Все как всегда, все как у всех… Но Кастиэль - единственный ангел, нежелающий отдавать человека на Землю с ее пороками, желаниями и бедствиями. Он хочет спрятать его под свое крыло и защитить, сберечь ото всех страданий, что могут ждать внизу. - Кастиэль, отпускай его, - голос Наоми разливается по венам словно мед. Он требовательный и нежный одновременно. - Я не могу, - почти безмолвно шепчет ангел, прижимая ребенка к себе. Внизу доктора кричат и лишь урывчатые фразы долетают до слуха Кастиэля. - Кастиэль! Завершай свое дело и отпускай ребенка! – Наоми не может физически воздействовать на ангелов, когда они отпускают человека, но ее голос и так является неплохим средством. Когда нужно заставить делать что-то, он словно режет сознание, ты готов на все, лишь бы это прекратилось. - Нет… - ангел нарушает все правила. Он знает это, но не может по-другому. Как его братья делали это? Как они решались отпустить человека? Он знает, что где-то на другом конце Небес другой ангел проклинает Кастиэля за его медлительность, ведь женщина мучается. Ее Ангел ненавидит Кастиэля за эти секунды. Но ему все равно, он не хочет отпускать его. - Кастиэль! Не медли! Давай! – голос Наоми отдается в его голове. Казалось, слышать это должны все на Небесах, но это раздается лишь в сознании Кастиэля. Боль нарастает и нарастает, ангел вскрикивает и отпускает ребенка, забывая сказать «прощай». Он падает на колени и кричит вслед, но уже поздно. Момент утерян. Кастиэль отпустил человека без любви.