Manipulation isn’t a lie

Проснувшись рано утром, Мэй заметила вчерашнее уведомление от Чонгука. Девушка только грустно вздохнула и попыталась выкинуть из головы ненужные мысли. Сейчас она с Кимом и больше ничто не имеет значения. Кан повернулась лицом к мирно спящему парню. Тот во сне сладко улыбался и выглядел таким безмятежным и спокойным. У темноволосой на лице появилась кокетливая улыбка. Девушка не раздумывая потянулась к мягким губам напротив. Тэхён оказывается уже не спал еще с того момента, когда Кан стала ворочаться в постели. Он улыбнулся в губы и затянул девушку на себя, вовлекая ту в сладких, дразнящий поцелуй. Мэй оседлала парня и чувствовала утренний стояк того. Утром какая-то особая атмосфера и особая чувствительность. Для этих двоих прелюдия была ни к чему. Ким приподнял девушку за бедра и стянул с себя боксеры, продолжая страстно выцеловывать и терзать губы той. Он прошелся своими длинными пальцами по нежному комку нервов девушки, вызывая у той приглушенный стон. Парень отодвинул уже мокрые трусики девушки и приставил головку члена к влажной промежности Мэй. Пару движений и Ким вошел во всю длину, выбивая из легких той весь воздух. Темноволосый двигался медленно, хватаясь на ягодицы Кан и сжимая их до красных пятен. Каждый толчок был все сильнее и грубее. Мэй дышала глубоко, часто, громко стонала и грубо двигала своими бедрами, восседая на Киме. Тэхён смотрел на такую взлохмаченную, с красными щёчками, с приоткрывшим ротиком и в минуту, кусающую себя за губу, девушку и тихо шептал слова любви. Ускорившись, толчки стали быстрее и жёстче. Ким одной рукой схватил девушку за затылок и затянул в требовательный поцелуй, а второй продолжал двигать ее на своем упругом, налитым кровью члене. Пару движений и Мэй кончает громко, прикусывая губу Тэхёна. Тот выскальзывает из нее и следом достигает оргазма, изливаясь спермой на свой гладкий живот. Немного отдышавшись, оба довольно улыбнулись друг другу. — Доброе утро. — Доброе утро.

***

Чонгук видел и замечал, как Ким то приобнимет за талию Мэй, то возьмет за руку, влюбленно при этом глядя той в глаза. Но старший никак не хотел даже мысли допустить, что они вместе. Уже всем было все понятно до невозможности, только Чонгук не желал этого признавать. В один из дней, девушка находилась одна дома. Киму пришлось срочно улететь в Торонто в командировку. Он звал Мэй с собой, но та все же боялась возвращаться туда, и парень не стал настаивать. Охрана предупредила Кан, что к ней поднимается господин Чон. Те спокойно его пропустили, не зная, чем может закончиться эта ночь. — Мэй, — пропел темноволосый. Девушка непонимающе уставилась на своего босса. Тот беспардонно ввалился в квартиру своей, но в тоже время чужой возлюбленной, попутно снимая верхнюю одежду. — Ты пил? — Пил. — Зачем? — Я посещаю психолога. — Мне это не обязательно знать. Девушка сложила руки перед собой и строго глянула на старшего. Парень одновременно выдохнул и засмеялся, как будто совсем не услышал Кан. — И он мне посоветовал, признаться. — Признаться? Кан не понимающе продолжала хлопать глазами. — Признаться в том, что я люблю тебя, — на одной дыхании произнес Чонгук. И мир вокруг, как будто замер. Тишина. И только два сердца стучат очень громко в унисон. Возможно, пару месяц назад Мэй и мечтала бы услышать это от Чона. Мечтала бы оказаться в его объятьях. Мечтала бы прикоснуться к таким желанным губам. Но не сейчас. — Чонгук, — темноволосый стал уже медленно, но верно надвигаться на Мэй, — послушай меня, — тот уже вплотную подошёл к девушке и рывком ухватил ту за талию, — я встречаюсь с Тэхёном! — Мм? Глаза Чонгука вмиг расширились и, кажется, он резко протрезвел. — Нет. В глазах того читалась боль, одновременно с растерянностью и безысходностью. Он вспомнил тот звонок Киму и те звуки, что доносились до динамиков телефона. «С ним тогда была она» - пронеслось в голове. Чон всматривался в глаза напротив, надеясь увидеть там ложь. Впервые он желал, чтобы сейчас ему нагло наврали. Кан опустила глаза. — Прости. Я думала ты и так все видел и знаешь о нас. От этого «нас» парня аж передернуло. В глазах загорелся огонь и образовался ужасно давящий ком в горле. Чонгук выпустил из своих рук Кан, ощутив полное опустошение как в руках, так и в душе. Он отказывался верить в происходящее. — Чем он лучше меня? Мэй подняла глаза на Чона и усмехнулась. — Тебе у психолога больше двух месяцев понадобилось, чтобы, наконец, признать свои чувства ко мне. И то ты это говоришь пьяным, Чонгук. Речь Мэй сошла почти на шёпот. Она устала терзать себя, свои мысли и постоянным беспокойством о том, что Чонгук не для нее. — Да! — парень вскинул руки и стал нервно ходить по комнате, — потому что я боюсь того, что происходит со мной, боюсь таких сильных чувств к тебе и боюсь того, что могу все испортить. — Знаешь, какое огромное отличие тебя от Техена? — процедила сквозь зубы Кан, — это то, что он всего этого не боится. Он любит меня открыто и честно. Он не врет ни мне, ни себе. Он принял меня даже после такого жесткого предательства! — повысила голос та. Нет, Мэй не хотела грубить или срываться на Чонгуке. Она скорее всего злилась на себя. На то, что все никак не может определиться и при этом находится в отношениях с самым лучшим мужчиной на земле, но в душе безбожно желает другого. Она злится на себя, что все зашло так далеко, что не знает, как из этого всего выбраться. Из мыслей ее вывел совсем неожиданный вопрос от Чонгука. — А ты то сама кого любишь? Тот направил свои черные, как омут, глаза и уставился на Мэй. Даже не думал отводить взгляд, требуя от нее того же. У девушки затряслись поджилки. Ладошки вспотели и в уголках глаз стала скапливаться жидкость. — Уйди, Чонгук. Я прошу тебя, — у Кан совсем не было сил на что-либо. — Я не хочу уходить. — Тебе придется. — Я хочу поцеловать тебя. Один поцелуй, Мэй. Девушка засмеялась. Чонгук в секунду сократил расстояние, хватая ту силой за талию и припечатывая к своей накаченной груди. Припал к таким долгожданным, желанным и пухленьким губам Мэй. Приторный вкус алкоголя на губах обоих. От переизбытка эмоций, волна мурашек и возбуждения прошлась по телам этих двух. Мэй всеми силами старалась держаться мыслями с Тэхёном. Но с каждым движением чонгуковых губ, девушка растворялась именно в таких теплых, мягких губах напротив. Именно в этих крепких и сильных руках она сейчас растворялась без остатка. Запах темноволосого дурманил, сводил с ума, словно гипнотизировал. Такая тонкая грань, которую вот-вот переступить и совершить самую ужасную ошибку в жизни. Но Мэй собирает всю силу и отпихивает Чонгука от себя. — Уходи! — сквозь слезы прокричала девушка, — ты все испортил! Чонгук провел большим пальцем по своей верхней губе, дабы убрать остатки слюны и нахально усмехнулся. — Ты уже всем своим нутром показала, кого ты на самом деле любишь и желаешь. Кан хотелось выть. Она предала Тэхёна окончательно и бесповоротно. Предала как физически, так и духовно. Больно. Паршиво. Отвратительно. Все чего ей хотелось — сбежать. Снова. Тэхён больше точно не простит, а Чонгук забудет. Только Юнги в данной ситуации очень не хочется подставлять. Но жить как прежде, находясь между этими двумя, Мэй точно не сможет.