Надломленные души / Contritum animarum

Стук в дверь. Первый, а затем второй. В ответ полная тишина. Да, Гермиона совсем не подумала о том, что зайти в комнату без самой Джинни она не сможет. Просто гениально. Десять очков гриффиндору за умнейшую ведьму столетия. – Джинни, доброе утро, встаём. Мне нужно в комнату, - тишина. Серьёзно, оказаться один на один с Малфоем, в чужой гостиной. Однозначно, именно так она и хотела провести первую ночь в замке. Конечно, вариант вернуться в гостиную гриффиндора был всегда актуален, но он мало чем привлекал девушку. Все её учебники остались в комнате младшей Уизли. А та, в своё время, мирно сопела в мягкой постели. У Джинни никогда не было ярко выраженных проблем со сном. По всей видимости, из её знакомых, кошмары мучили только её. Совсем отчаявшись девушка упала на диван рядом, находившийся рядом с камином. Достала ещё одну сигарету в надежде, что это поможет. – Грейнджер, какого хрена так орать?! - из своей комнаты вышел Блейз. Видимо, Малфой ждал именно его. Мулат был одет в пижамную одежду, явно не рассчитывая куда-либо идти. В руках держал бутылку огневиски, наверное. И два стакана. Парни тоже решили выпить. – Наша мисс гениальность вышла на перекур и, походу , забыла, что зайти в комнату без Уизли не сможет, – промолвил Драко, сидящий на диване. – Просто прекрасно, Грейнджер, – Блейз поставил бутылку на столик, и сел рядом с Малфоем. – Мне принести третий стакан? Нет. Однозначно нет. Самое последнее, чего она хотела сейчас, так это сидеть и попивать виски вместе с ними. – Нет. Я лучше пойду к себе. Скажешь Джинни утром, чтобы взяла мою сумку. М-да, уж лучшее пойти к себе в спальню. А потом выслушивать от Гарри и Рона, почему она вернулась в гостиную среди ночи. Хотя нотации мальчиков ещё пол беды, хуже будет тогда от этом узнают сёстры Патил. Тогда слух о том, что Гермиона в первый же день решила, что бродить ночью по коридорам намного лучше, чем мирно спать в гостиной. Ещё одна затяжка, и в этот раз легче не становилось. – Та оставайся уже, нехуй бродить ночью по коридорам, тем более в одних носках, – нет. Это была плохая идея, Забини. Нужно было взвесить все за и против. Скорее всего, Джинни проснётся среди ночи, когда захочет в туалет, тогда и откроет чёртову дверь. Да, возможно, остаться было бы вариантом получше. Бросив окурок в камин, девушка откинула голову на диван. Других вариантов то и не было. Нужно было ещё раз постучаться. Не могла же Джинни так быстро и крепко заснуть. На самом то деле, ещё как могла. Учитывая то, что Молли разбудила всю Нору в восемь утра, чтобы мальчишки точно успели собраться, и никто не опоздал. А ещё нужно учитывать то, что они выпили бутылку 36-градусного рома на двоих. Джинни однозначно спала, как убитая. Но попытка не пытка. Снова стук. Снова тишина. – Джинни, честное слово, я убью тебя утром, – непонятный рык вырвался из рта Гермионы. Да, она было злая. Очень злая. На себя и на Уизли. Громкий удар по двери, настолько сильный, что рука покраснела. Парни же всё это время наблюдали за Грейнджер со стороны. Было видно, что про себя она прокляла уже всё, что только можно. Ходила по комнате, бурча что-то себя под нос. Девушка должна была поблагодарить себя хотя бы за то, что привычка носить всегда и везде с собой палочку осталась с ней со времён войны. Вот только пользы в ней не было. Гермиона читала Историю Хогвартса, причём не один раз и знала о чарах, наложенных на комнаты старост. Это правило придумали ещё основатели. Посчитали, что личное пространство нужно каждому. Идиоты. Грейнджер направилась к креслу, напротив дивана слизеринцев. Даже если не учитывать её бессонницу. Она явно, даже при большом желании не заснула бы, находясь с ними в одной комнате. – Лучше просто некуда. Неси уже свой стакан, – просто нужно было видеть их лица. Удивление? Однозначно. Видимо, слишком хорошим был образ золотой девочки. Смешно было наблюдать за реакцией, так мало знакомых ей людей. Образ рушился прямо у них на глазах. Забини встал, пошёл в свою комнату за ещё одним стаканом. Гермиона же продолжала пристально смотреть в одну точку, потирая переносицу. Ей нужно собрать мысли в кучу, но под пристальным взглядом Малфоя это сделать в разы сложнее. – Да что не так?! Почему вы все смотрите так, будто я делаю что-то ужасное? – вся накопленная злость наконец-то вырвалась наружу. Прямиком на Малфоя. Позже она об этом пожалеет. Но сейчас продолжит прожигать парня глазами. – Угомонись, Грейнджер. Я и не думал, что просто интерес к твоей персоне может вызывать такое раздражение, – и снова этот спокойный голос. Как?! Как, чёрт возьми, можно сохранять, всегда, такое спокойствие? Девушка фыркает, отводя взгляд. Забини вернулся со стаканом в руках, поставил его перед девушкой. Гермиона сразу хватает бутылку, наполняя его на половину. И залпом осушивает стакан. Горло снова неприятно обжигает. Так что даже глаза начинают слезиться. – Полегче. Никто не будет придерживать твоё гнездо, которое ты называешь волосами, если ты напьёшься. – Обойдусь, Забини, – и снова тишина, давящая на разум. Её присутствие напрягало парней. Она была лишней в их компании. Это было понятно каждому. Голова начинала болеть. Конечно же, если выпить такое количество алкоголя на голодный желудок, у любого начнёт болеть голова. Нужно будет утром зайти за Анти-похмельным к Помфи. Целительница никогда не задавала лишних вопросов, а если уж на то пошло, Гермионе скоро девятнадцать. И девушка сама в праве решать, что ей делать. Ситуация была настолько плохой, что даже плеер остался в комнате Джинни. Гермионе просто было нечем занять себя. И даже если Грейнджер взяла книгу с полки, то навряд ли смогла бы сконцентрироваться на тексте. Тяжёлый вздох. Просто лучшее начало учебного года. От силы прошло минут двадцать. Девушка молча наматывала круги вокруг гостиной, периодически стуча в дверь комнаты. Бесполезно. Парни тихо переговаривались о чем-то своём, изредка бросая косые взгляды на неё. Боль в голове только усиливалась, ей нужно умыться. Ванная - её спасение, находилась между комнатами старост. – Забини, какой пароль от ванной? – отчаянность. Именно она управляла девушкой. – С чего вдруг я должен говорить тебе пароль? – идиот. Конечно, Блейз говорил правильно. Он вообще ничего не должен был говорить ей. Нужно радоваться хотя бы тому, что её ещё не выставили за дверь. – «Сосновая свежесть», Грейнджер. И я говорю это только для того, чтобы ты не металась по комнате как умалишённая. Пару шагов и Гермиона уже в ванной. Открывает кран. Набирает ледяную воду в ладони, умывает лицо и руки. Облегчение. Справляться с спазмами становится проще. Девушка подходит к стене и медленно сползает на холодную плитку. Зевок и глаза слипаются от усталости. Что она там говорила за сон? Ах, да, даже при большом желании не заснёт. И так и было бы, если бы не алкоголь в организме. Холодная вода должна была взбодрить Гермиону, но подействовала с точностью до наоборот. Девушка поднимается на ноги, стягивает с крючка полотенце, и с помощью трансфигурации превращает его в одеяло. Да, палочка всё-таки пригодилась. Постелив одеяло на плитку, Грейнджер моститься, ища подходящую позу для сна. На часах около четырёх утра. Поспать ей удастся где-то три часа. Лучше, чем ничего. Девушка заводит несколько будильников, чтобы в случае чего разбудить Джинни, если получится. Глаза закрываются. Гермиона засыпает. Впервые за такой долгий промежуток времени она, по-настоящему, хочет спать. Видимо, огневиски будет получше курса Зелья сна без сновидений. Целители прописывали ей его не один раз, ничего не помогало. Кошмары всё равно продолжали её мучить. На неопределённое время спасало большое количество Зелья выпитого за раз. Вот только нельзя было злоупотреблять этим способом. В один момент можно было попросту не проснуться. Конечно, были проблемы, кроме бессонницы и кошмаров. Магловский термин звучал как расстройство пищевого поведения. Нет, Гермиона никогда намеренно не хотела худеть или поправляться. Всё происходило неосознанно. Чувство голода пропадало, а позже резко появлялось вместе с желанием съесть всю еду вокруг. А потом девушка бежала в туалет, выблевать всё, что съела. Замкнутый круг, из которого так сложно выбраться. Пока Грейнджер мирно спала в ванной, парни в гостиной только собирались ложиться. – Какого хрена Грейнджер так долго нет? Утопилась что-ли? – сказал Драко, застеляя себе простыть на диване. – Если тебе так интересно - пойди проверь, – Малфой в ответ на его реплику автоматически закатил глаза и цокнул языком. Если с Грейнджер что-либо произошло, то последнее чего хотел бы Малфой, так это быть в списке подозреваемых. Нет, он не переживал за неё. Если честно, то ему было насрать. Он переживал за себя. Загреметь в Азкабан в восемнадцать из-за тогоч что Грейнджер решила утопиться, так себе вариант. Именно поэтому, заправив себе постель, парень направился в ванну. Наверное, он ожидал чего угодно. Например, её бездыханное тело, или же она просто решила помыться. Но возле стены, скрючившись в позу эмбриона, лежала Гермиона. Она просто спала. На одеяле, укрывшись одним полотенцем. Было странно видеть её такой. Беззащитной? Эм, да, наверное, это лучшее описание этой картины. Потому что, когда он находился рядом с ней, Грейнджер всегда принимала оборонительную позицию, ожидая оскорблений в свой адрес. Они ненавидели друг друга. По крайней мере, Драко так думал. Возможно, им двигала тупость или огневиски наконец-то ударил в голову. Но парень вышел из ванной, взял первую попавшуюся подушку с кресла, вернулся и положил её возле головы девушки. Да, наверное, это было тупым решением. Но спать на твердой, холодной плитке, так себе ощущения.

***

Часы на руке Гермионы начали жужжать, чем и разбудили её. Первый учебный день, конечно. Первыми двумя уроками была Травология. Нельзя было опаздывать. Девушка поднимается со своей "кровати". Всё тело затекло, потому что она спала в одной позе. Потирает глаза и замечает, что всё это время спала на подушке. Ей кто-то её подложил. Варианта было три: Джинни, Забини или Малфой. Вариант с Уизли сразу отпадает, она точно её разбудила бы. Наверное, ей стоило поблагодарить кого-то из них, но она займётся этим позже. Гермиона быстро умылась, приводя себя в чувство. Затем сложила полотенца в отдельную стопку и вышла из ванной. Дверь в комнату Джинни наконец-то была открыта. Уизли только проснулась и копошилась в стопке учебников. – Доброе утро. Если честно, я хочу тебя задушить, но мы поговорим об этом позже, – по лицу девушки было видно, что она чувствует себя виноватой. – Гермиона, прости меня. Я серьёзно не хотела, – Джинни наконец-то отвлеклась от своих учебников, посмотрев на Грейнджер. Да, она правда не хотела. Но Гермиона всё равно ещё злилась на неё. – Давай потом всё обсудим, а то опоздаем. Буквально через двадцать минут девушки были собраны. До начала урока ещё было время. Переодевшись в школьную форму, они вышли из гостиной, направляясь к теплицам. – Я ставлю десять галеонов на то, что ты мне не поверишь. – Что такое? - голос Джинни звучал обеспокоенное. Чувство вины до сих пор грызло её изнутри. – Во первых, начну с того, что я пыталась разбудить тебя несчетное количество раз, – Гермиона начала загибать пальцы, считая пункты того, что произошло за ночь. – Во вторых, Забини позвал к себе Малфоя. И как ты думаешь, кто умудрился его не заметить? – глаза подруги расширились. – Конечно же, я. Стою, никого не трогаю, – Гермиона прокашлялась, пытаясь спародировать голос Малфоя. – А у тебя не будет ещё одной сигареты? И знаешь, что? Мы просто спокойно постояли и покурили, – о нет. На лице Уизли начала расплываться улыбка - это плохой признак. – А потом Забини принёс сраную бутылку огневиски, и они сидели в гостиной, до Мерлин знает какого времени, – Гермиона загибает четвёртый палец. – И мне пришлось спать в грёбаной ванной. На холодном полу. На полотенцах, Джинни, – Грейнджер загнула пятый палец. Студенты начали оборачиваться на девушек, видимо Гермиона перестаралась с эмоциональностью своего рассказа. Уизли же почти складывалась пополам со смеху. – Это ни капельки не смешно, Джиневра, – Джинни никогда не нравилось когда её называли полным именем. Только Молли могла так делать, и то в приступе гнева. – Нет, прости меня, конечно, но это очень смешно, – еле проговорила девушка, задыхаясь от смеха. Гермиона лишь закатила глаза и фыркнула. Они почти подошли к теплицам. – И последнее, не ты ли принесла мне подушку ночью? – да, ей нужно было задать этот вопрос, чтобы точно убедиться что это не Джинни. – Нет, а что Забини принёс тебе подушку? Как мило, – теперь она хохотала на весь коридор. Гермионе нужно было остановиться и подождать пока Уизли восстановит дыхание. – Идиотка, пошли уже. – Иду, мам, – Джинни любила называть её мамой, обосновывая это тем, что Грейнджер нянчиться со всеми.

***

Две пары Травологии. А после - дополнительные Древние руны, которые закончились буквально пару минут назад. Сейчас был перерыв за обед. Если честно, девушка не хотела есть, но если пропустит приём пищи, то снова будет выслушивать о том, что это не нормально и ей нужно обратиться к целителям. Поэтому недолго подумав, приняла решение всё-таки заглянуть в Большой зал. Спуск по Парадной лестнице, поворот и Гермиона уже входит в зал. Обед только начался, так что студентов было ещё мало. Это к лучшему. Грейнджер, в последнее время, было неприятно кушать при большом скоплении народа. Будто всё смотрели только на неё. Ужасное ощущение. Садится за стол гриффиндора и сразу хватает яблоко. Да, наверное, не самый полезный обед. Но это уже лучше, чем ничего. К девушке сразу подлетает Джинни, садится по слева от неё. У Уизли сейчас были Прорицания. Гермиона отказалась от этого предмета ещё начиная с третьего курса. Всегда считала, что гадать на кофейной гуще и бобах - пустая трата времени. Лучше было потратить это время на подготовку к ЖАБА. – Привет, в общем, я подходила к Блейзу, и он сказал, что никакую подушку тебе не приносил. Так чтоо.. – чёрт. Гермиона правда, надеялась, что лучше бы это был Забини. Глупая улыбка появляется на лице Джинни. Ну нет. Только не это. – Джин, мне сейчас не до этого, весь день голова раскалывается, – плюс десять очков Гриффиндору за то, что Гермиона Грейнджер не умеет врать. Девушка сразу же, ещё после первой пары, зашла к Помфи за Анти-похмельным. – Та ну тебя, – Уизли отвернулась от неё, при этом показательно надув губы. Честное слово, Гермиона не хотела этого. Но взгляд сам направился выискивать Малфоя за столом напротив. Он сидел в компании Забини и Нотта. Смотрел прямо на неё. Теперь она не могла просто так отвести взгляд. Нельзя показать свою слабость. И правда, будто они соревновались в чем-то. Да, именно так это и выглядело. Как только стоило их взглядам пересечься начиналась борьба, внутри каждого из них. Кто отвёл взгляд, тот автоматически проиграл. Гермиона подметила, что Драко тоже фактически ничего не ел. Почему её вообще это интересует? Ещё утром она хотела бы поблагодарить того, кто позаботился о её комфорте ночью. А сейчас это казалось самой бредовой идеей из всех существующих.