Надломленные души / Contritum animarum

Большой зал был полон людей. Последний раз Гермиона была здесь утром второго мая. Тогда в воздухе ощущался тошнотворный, металлический запах крови. Огромная куча трупов и сидящие рядом с ними скорбящие близкие. Сейчас же Хогвартс был полностью реконструирован. Но из памяти девушки не уйдут эти картины. Никогда. Вокруг огромное количество знакомых лиц, слишком много знакомых лиц. Она крутится по сторонам в надежде найти человека который её поймёт. Она ищет кого-нибудь, такого же сломленного, чтобы понять что она не одна. Но её взгляд останавливает лишь на счастливых лицах студентов и преподавателей. Это было неправильно. По крайней мере, так она считала. Притворство. Все наслаждаются вкуснейшим ужином, а Гермиону тошнило даже от вида еды. Огромный ком в горле. Сегодня она не сможет съесть ни кусочка. – Ей, Гермиона, просто посмотри. - из раздумий её вытолкнул голос Рона. – Какого хрена, Малфой вернулся в школу?! Это было неожиданно, услышать что-то подобное из набитого рта Рональда. Взгляд Грейнджер метнулся к слизеринскому столу. Будто, отдельно от всех, за ним сидел целый квартер. Малфой, а рядом с ним Пэнси Паркинсон, Забини и Нотт. Было видно, что их боялись. Затаились в углу стола, возле входа в большой зал. Как крысы в клете, зная, что их участь совсем скоро придёт. Но было ожидаемо, что они вернуться в Хогвартс. Министерство оправдало Малфоя младшего вместе с Нарциссой. Они спасли им жизни. И не один раз. Ту неблагополучную ночь, Драко не опознал их в меноре. Второго мая Миссис Малфой соврала Волондеморту о смерти Гарри. А после этого Драко, если можно так выразиться, спас, практически, всю магическую Британию. Он бросил безоружному, "ожившему" Гарри, его палочку. Ту, которою у Поттера отняли в меноре. Да, это можно было считать началом пути искупления. – Это было ожидаемо, разве нет? – Еее, я не уверен, лучше бы он остался с матерью в Уилтшире. – Рон, если ты забыл, их поместье отняли. - в диалог вклинился Гарри. – И разве не ты, ходил вместе с нами в Министерство давать показания в пользу Малфоя и Нарциссы? Гермиона правильно говорит - это было ожидаемо. Факты в лицо были лучшим оружием против Рональда Уизли. – Эм, да, возможно, вы правы. - неохотно промямлил парень. После заключения большей части Пожирателей, начали проводить суды над оставшимися. Гарри настоял на том, чтобы ребята пошли вместе с ним давать показания в пользу Драко и Нарциссы. « – Они спасли мне и вам жизни, причём не один раз.» А Малфоя старшего приговорили к двадцати годам Азкабана. И, по правде говоря, он это заслужил. Возможно, если бы Люциус одумался раньше, сейчас он бы не гнил в камере Азкабана. Но уже было поздно что-либо менять. В этом году первокурсников было и правда мало - шестнадцать, если быть точнее. Семь из них попали в Гриффиндор , распределяющая шляпа отправила четверых в Когтевран, и ещё четыре в Пуффендуй. Только один мальчишка попал на Слизерин. Минерва дождалась, пока все студенты вдоволь наедятся. Теперь школой заправляла декан Гриффиндора. От предложения Министра было бы сложно отказаться. Директор встала со своего места. Зал мгновенно затих. Да, в этом году ежегодную речь будет проводить не Дамблдор. – Здравствуйте, дети. Я поздравляю всех с новым учебным годом! - её голос немного дрожал. Всё это было непривычно для каждого. – Я рада снова видеть вас всех в стенах родной школы. - было такое чувство, что Макгонагалл сейчас заплачет. – В этом году будет много нововведений. Начну с того, что педагогическим составом, мы приняли решение отменить состязание за Кубок школы. Я думаю, что нужно менять уставы. Нам всем, по горло, хватило борьбы. - она была права, все вдоволь насытились этим. – Хочу сказать пару слов о Защите от Тёмных искусств. - только сейчас Гермиона обратила должное внимание преподавательскому столу. Она не увидела ни одного из новых лиц. Но было похоже на то, что Минерва уговорила Горация Слизнорта вернуться в Хогвартс. Она назначила его на пост не только преподавателя Зельеварения, но и на пост декана Слизерина. Это было похвально. Столько проделанной роботы. – Не многие знают, но эта должность была проклята Томом Редллом. - страх. Именно он окутал каждого в зале. Страх за себя, страх за близких. Имя Волондеморта, по сей день нагнетало панику. – Ни один из преподавателей с 1957 не смог продержаться на этой должности больше года. Поэтому было принято решение, отказаться от конкретного преподавателя. - непонимание. Да, только так можно описать эмоции на лицах учеников. – Сейчас в стенах Большого зала находятся герои войны. Я думаю и надеюсь, что они смогут поделиться с новым поколением своими знаниями об этом предмете. – Что за бред? Делится своими знаниями с новым поколением? – Рон, ты идиот? Макгонагалл, по всей видимости, хочет, чтобы мы преподавали ЗоТи. Вся эта идея с тем, чтобы седьмой курс преподавал Защиту от Тёмных искусств, была смешной. Им самим нужно будет в конце года сдавать ЖАБА по этому предмету. А теперь ещё и в добавок ко всему, преподавать его. – Что ж, я думаю, что на сегодня хватит новостей. Старост прошу подойти ко мне и построить первокурсников. Покажите им гостиные и сообщите пароли. Желаю всем удачи в новом учебному году! - на этом речь профессора было окончена. – Гермиона. - к Грейнджер подошла младшая Уизли. – Если хочешь, можем посидеть сегодня у меня в комнате. Джинни была её спасением. Последнее чего сейчас хотела Гермиона, так это слушать никому не нужное мнение и сплетни сестёр Патил в гостиной Гриффиндора. Младшую Уизли назначили старостой школы. Если честно, Грейнджер завидовала ей. Она бы сейчас всё отдала ради отдельной комнаты. – Я смотрю, ты используешь привилегии старосты по прямому назначению. - тёплая улыбка расплывается на лицах девушек. – Именно, и раз уж на то пошло, Джордж достал мне бутылку смородинового рома. Гермиона никогда особо не увлекалась алкоголем. Но против она тоже не была. Выпить ром вместе с лучшей подругой заманчиво. – Хорошо, я согласна. Только ещё один, уточняющий вопрос: а кто твой сосед по комнате? – Забини. В принципе, не плохо, могло быть и хуже. Главное, чтобы он хотя бы что-то делал. - и правда, могло быть и хуже. – Подойдёшь к гостиной старост в десять. Нормально? – Да, да, всё отлично. До встречи. – До встречи. Джинни направилась к Макгонагалл. А Грейнджер осталась снова одна. Рон и Гарри попрощались с ней ещё минут десять назад. Пошли в свою гостиную. Сказали что очень устали и хотят спать. Ещё плюс одна причина для зависти. У мальчиков, по всей видимости, не было проблем со сном или же они бесподобно врали. Ей скоро нужно было переодеться. Идиотская форма. Идиотский красно-золотой галстук, только душил. Прямо. Поворот на налево. Наверх. И девушка уже находилась в гостиной своего факультета. Казалось, здесь остановилось время, ничего не поменялось с тех самый пор. Всё такие же красные диваны. Такие же картины. Было такое чувство что гостиную вообще не затронула война. Именно здесь всё осталось на своих местах. От этого было грустно. Такое неправильное чувство. Будто всё вокруг хорошо. Тогда почему же на душе было так тяжело? Гермиона проходит дальше, поднимаясь к комнатам девочек. Пусто. По всей видимости, Падма и Парвати решили прогуляться. От этого уже было легче. Не нужно будет выслушивать комментарии об своём внешнем виде. Девушка не хотела спать сегодня в своей комнате, отдельно от Джинни. За все лето она слишком привыкла к тому, что Уизли всегда была рядом. Поэтому она переодевается в пижамные штаны. Надевает футболку отца. Она забрала её перед тем как уйти с Гарри и Роном на поиски крестражей. Всё ещё пахнет его духами. Воспоминания накрывают девушку с головой. Флорида, гласит надпись на футболке. Они ездили отдыхать туда на летних каникулах. Тогда ей было двенадцать. Нет. Она не будет плакать. Да, она скучает по родителям. Но она сильнее сложившейся ситуации. Найдёт выход и вернёт им память. Главное - верить и делать что-либо для этого. И все получится. Сверху натягивает чёрный, безразмерный свитер. Вечером сентября прохладно, особенно учитывая климат в Шотландии. На часах 21:36. Ещё есть время прогуляться по замку. Перед выходом Гермиона захватила учебники на завтрашний день. Две пары Травологии, совмещённые в Пуффендуем, Древние руны и Зелья со Слизерином. Так же, не забыла про зачарованный плеер вместе с наушниками и про пачку сигарет. Да, типичный набор восемнадцати летней девушки, пережившей войну. Обычно никто не ходит по школе в последние тридцать минут, перед отбоем. Все или готовятся ко сну, или сейчас празднуют первый, ещё даже не учебный, день. Пустые тёмные коридоры нагнетают. Стены давят на разум. Воздуха в лёгких снова слишком мало. Старая версия Гермионы пошла первым же делом в библиотеку. Но не новая. Новая версия Грейнджер пыталась справиться сама. А не искать ответы в учебниках. Погружаться в другие реальности с помощью книг, забывая, что нужно жить настоящим. Нет. Она сильнее этого. Сама справиться со своими проблемами. По крайней мере, надеется на это. До десяти оставалось буквально пару минут. За это время она как раз бы успела дойти до башки старост. – Гермиона, мы чуть раньше закончили. Идём. - её окликнула Джинни. Сзади рыжеволосой медленно плёлся Забини, засунув руки в карманы брюк. – Уизли, если теперь у нас отдельные комнаты, то это не значит, что нужно устраивать общежитие для больных и нищих. – Да, только тебя забыла спросить, кого мне водить в свою комнату. – Ладно, ещё Грейнджер, но если к тебе будет ходить Поттер, то ты мне обязана подарить беруши. – Ну, за это ты не волнуйся, я лично потрачу один сикль и подарю тебе сборник заговоров и заклинаний для первого курса. Чтобы наконец-то вспомнил про существование Заглушающего. – Ух, какие мы злые, Грейнджер. Но я всё равно против того, чтобы в нашу гостиную ходил Поттер. Дождавшись передвигающуюся лестницу, ребята поднялись на пятый этаж, к башне старост. Дверь в гостиную представляла из себя портрет Бориса Бестолкового. Седой мужчина преклонного возраста с огромными усами. – Пароль? – «Незабудка» - произнесла Джинни. Портрет деда отъехал в сторону, при этом что-то бубня себе под нос. – Уизли, честное слово, я думал ты умнее, и не будешь говорить пароль при Грейнджер. Если, как-нибудь, среди ночи она задушит меня подушкой. Будешь патрулировать коридоры в гордом одиночестве. – Не бойся, в таком случае, я займу твою комнату и буду патрулировать вместе с Джинни. - с милой, саркастичной улыбкой на лице произнесла Гермиона. – Выучишь из подаренного сборника пару Защищающих заклинаний, на всякий случай. - и снова эта ухмылка. – Боюсь, боюсь. Как же мне теперь спать по ночам? - да, он однозначно понял её шутку. Гостиная старост была обычной. Простой камин, простые коричневые диваны. Ничего необычного в ней не было. Блейз прошёл дальше, по всей видимости, направляясь в свою комнату. Но обернулся перед тем как скрыться в ней. – Вы где будете сидеть? – Какая разница? - первой голос подала Уизли. – Обычный вопрос. – В моей комнате. Так к чему вопрос? - вышло громче, чем девушка планировала. – Блять, я просто спросил, вот и всё. Успокойся. - парень развернулся и остаточно ушёл в свою комнату. – Он немного странный, но в принципе, не так уж и плохо. - произнесла Гермиона. – Ладно, забили. Пошли уже. Девушки направились в противоположную сторону от выхода, к комнате Джинни. Двери в каждую из спален были зачарованны, так, что войти в неё можно было только с владельцем самой комнаты. Да, это было удобно и практично. Комната девушки представляла обыкновенную спальню. Здесь не было ярко-красных предметов, в отличие от спален в гостиной Гриффиндора. Простая деревянная мебель, огромная кровать с белым постельным бельём. – Красиво. - и Гермионе, правда, нравилось. – Да, красиво. Уизли запрыгнула на кровать прямо в обуви, чем вызвала смешок Грейнджер. – Она не только красивая, а ещё и удобная. Я сорвала куш. А дальше смех. Такой искренний, впервые за долгое время. Гермионе всегда было очень комфортно находиться рядом с Джинни. Когда ей плохо, она была рядом. Когда ей весело, она тоже рядом. Доверие между ними всегда было на высшем уровне. А после войны их связь стала только крепче. Она действительно могла назвать младшую Уизли своей лучшей подругой. В общем, так и было. Спрыгнув с кровати, Джинни подползла к своему чемодану. Через мгновение в руках девушки появилась полтора литровая бутылка смородинового рома. – Что же, бармен разливай. - девушка вручила бутылку Гермионе. А сама продолжила искать кружки в своём чемодане. Спустя пару минут девушки уже сидели на кровати, болтая, попивали алкоголь. – Ну как тебе первый день? – Да никак, ещё же даже учёба не началась, а я уже устала. – Воу, и это мне говорит Гермиона Грейнджер. – Джин, серьёзно, здесь всё как раньше и это так пугает. Как будто вся война прошла мимо Хогвартса. - девушка делает большой глоток, выпивая остатки рома в кружке. Горло начинает неприятно жечь. Но Гермиона уже берет бутылку, наливая себе новую порцию. – Ты права, как никогда. Профессора постарались на славу. Ещё один большой глоток, и в груди разливается тепло. Становится легче. Нужно просто отпустить этот день. Дальше будет лучше. – Что думаешь насчёт того, что седьмой курс теперь будет преподавать ЗоТи? - и это правда, интересует Гермиону. Хоть учёба для неё уже не на первом месте. Это не означает что она перестала интересовать девушку. – Мне кажется, что мы сможем научить многому. И это хороший способ обойти проклятье на должности. – Да, но, а как нам сдавать ЖАБА по Защите в конце года? – Да, я именно об этом и спросила Макгонагалл. Она сказала, что все, кто будут участвовать в её затее, не будут сдать экзамен по ЗоТи. – Серьёзно? - смешок. Она не верит. Макгонагалл никогда бы отменила экзамены. – Да, я тоже сначала не поверила. - теперь смеётся Джинни. Кажется, алкоголь уже начал действовать. Теперь они смеются вместе. Спустя полтора часа бутылка полностью опустела, а девушки уже знатно опьянели. Вот только завтра нужно было на учёбу. – Джин, ты не против, если я покурю? – Фу, нет, я не переношу запах твоих сигарет. Выйди в гостиную. Там нормальное окно. - Уизли уже давно переоделась в пижаму и лежала под одеялом. – Ладно. Дверь за Гермионой закрылась. Пару шагов, и девушка оказалась в полной темноте. Единственным источником света в гостиной была луна. Она отодвигает защёлку на окне, и холодный воздух бьёт в лицо, отрезвляя. Самым особенным в башне старост был, однозначно, вид из окна. Чёрное озеро, горы и холмы. Потрясающе. Невербальное Инсендио. Первая затяжка, и на душе снова спокойно. Девушка прикрывает глаза. В комнате совсем холодно. Средняя температура в Шотландии ночью около пяти градусов, и этого хватает, чтобы всё тело покрылось мурашками. Тихий шорох раздаётся за спиной, а из мыслей выводит деликатный кашель. – Я тебе не мешаю? - это произносит парень. Но Гермиона точно знала, что это не Забини. Она оборачивается. Малфой. Какого хрена? – А ты здесь что делаешь? - нужно сохранять спокойствие. Лучшая защита - нападение. – Могу задать тот же вопрос тебе. – Лично я пришла к Джинни. И Забини в курсе, а вот на счёт тебя я не уверена. - ей даже не страшно, алкоголь и никотин придают уверенности. – А лично я пришёл к Забини. И он мне ничего не говорил насчёт тебя. - Драко полностью спокоен. И лишь только сейчас поднимается с дивана, направляясь к камину. Теперь комнату освещает не только лунный свет, но огонь из камина. Пару минут в тишине. Малфой подходит к окну, становится рядом с девушкой. Он повзрослел, стал выше. Волосы отросли с тех самый пор, когда она видела его в последний раз. Было максимально странно видеть его в магловских джинсах и толстовке. – У тебя не будет ещё одной сигареты? - тихо произнёс парень. Да, у Гермионы оставалось достаточное количество сигарет. До выходных точно хватило бы. Молча. Ничего не говоря, девушка протягивала парню сигарету. Абсолютная тишина. Гермиона поставит десять галеонов, только на то, что когда она расскажет об этом Джинни, та не поверит. Вот так просто. Без оскорблений, в полной тишине. Ей всегда казалось, что если бы она с ним снова встретилась, то всё точно закончилось бы новым конфликтом. Так приевшимся оскорблениями. Но нет. Сейчас каждый из них думал о своём, смотря на Чёрное озеро. Гермионе однозначно нужно будет зайти в Кабанью голову, приобрести ещё пару пачек сигарет, если это продолжится.