Кажется, я помню вас.

-Я ничего не мог разглядеть в них. Видел лишь одно слово - Теодора, - мои глаза округляются от непонимания, и он замечает это, -Прямо как журналистка, которая написала прекрасную статью о первой мировой войне. - он поддаётся вперёд и буквально шепчет. - Так кто же ты, Одри или Теодора? -Какое имя я бы тебе не назвала, я всё равно буду одним и тем же человеком. С этими же светлыми волосами, с этим же телом, с этой же одеждой, - я поддалась вперёд и придержала волосы, чтобы они не окунулись в кофе, - Так что, тебе до сих пор есть дело, каким именем меня называть? -Мне до сих пор важно, кто сидит передо мной. Та девушка, которая снится мне по ночам? Та девушка, которой принадлежит имя, преследующее меня везде? Которое так сильно засело в моей голове, что заполоняет все моим мысли? Которое заставляет тело покрыться дрожью и искать, искать ту самую, чьи глаза заставили когда-то моё сердце биться чаще, чьи руки обвивали мою шею и блуждали по телу, чей голос шептал мне ле́стные слова на ухо? - он поддался в ответ, смотря мне глаза, ища в них ответ, но нашёл только выступающие слёзы. Слова Лоуренса заставили меня вспомнить тот день, когда я зашла к нему за чернилами и он попросил меня остаться. Как он спросил меня, есть ли что-то между нами, как он признался, что его тянет ко мне. И я призналась, что меня тянет к нему. На миг показалось, что я снова лежу рядом с ним и чувствую запах лимонных леденцов, которые он так любил. -Ты по-прежнему любишь лимонные леденцы? - спросила я. Его брови приподнялись от неожиданности вопроса, но после опустились, а губы понимающе улыбнулись. Он выпрямился и глотнул кофе. -Просто обожаю. А ты? -А что я? - я улыбнулась в ответ и покрутила пальцем по краям чашки. -Ты до сих пор куришь? -Нечасто, - я вздохнула. - Как... Как ты жил всё это время? Ты же не родился с этими отрывками? -Воспоминания приходили со временем. Первое - в пятнадцать лет. -И какое же воспоминание было? -Девушка ниже меня слишком медленно шла, - он хмыкнул. - Видимо, мне пришлось её поторопить. Я нахмурилась, но решила не отвечать и продолжила расспрашивать. -Как они тебе приходят? Во сне? -Да. Я некоторое время пил снотворное, некоторые... Эти взрывы и выстрелы сводили с ума. Я просыпался весь в поту и шёл к окну, проверить, не началась ли война. -Поверь, ты не один. - немного засмущавшись, я посмотрела на бежевую стену кофейни, чтобы не встретиться с насмешливым взглядом Лоуренса. -Я рад. - он сжал мою руку. Его неожиданное касание заставило меня вернуть взгляд к голубым глазам, таким родным, которые, казалось бы, видят меня насквозь, знают все мои секреты. Я улыбнулась. Они и так знали все мои секреты - Теодору. Он знал её и знал, что это я, что я не умерла от той гранаты, а наоборот, словно продлила себе жизнь. Спустя столько лет я всё ещё не смогла разгадать секрет моей, казалось, вечной молодости и жизни. Вскоре, я не вспоминала о нём. Жила себе привычной жизнью, писала и каждые тридцать лет меняла место жительство и имя. -Где тут продают лимонные леденцы, не подскажешь? - голос Лоуренса рассеял мои мысли и воспоминания. -С удовольствием покажу. Нужно же кому-то следить за такой непоседой. Мы вышли из кофейни. Небо начало перетекать из дневного в вечернее, тёмное. Солнце опускалось за горизонт полушарием, окрашивая небо рядом в нежный красный оттенок. Облака плыли синими комками, всё сильнее темнея, вдалеке от солнца. -Нам нужно поспешить, иначе не успеем. Я взяла Лоуренса за руку и повела в сторону парка, где зачастую продавали сахарную вату, леденцы и игрушки, чтобы дети и взрослые могли передохнуть от аттракционов на лавке, пачкаясь в липких сладостях и яростна ища влажные салфетки. Некоторых тележек уже не было, некоторые собирали непроданный товар, некоторые всё ещё ждали посетителей вечернего парка. Аттракционы уже закрылись; работники обсуждали кого подбросить к дому и делились успехами сегодняшнего заработка. Лоуренс, увидев тележку с леденцами, отпустил мою руку и быстрым шагом направился к ней, боясь, что может не успеть до закрытия. Я глухо рассмеялась, наблюдая сзади, как Лоуренс присматривался к каждому жёлтому леденцу и выбирал фигурку: петушок, морда свинки, кошечка и... это собачка? Я нахмурила брови, пытаясь разглядеть фигуру. -Это лиса. - ответил продавец на мой, изучающий леденец, взгляд. Парень явно был студентом с золотыми, вьющимися волосами. Они выглядывали из-под красной кепки, которая была его рабочей формой, дополняющая красный фартук. -Уже поздно. Почему вы не собираетесь? - спросила я, оглядывая безлюдный парк. -Дольше проработаю, больше заработаю. - он пожал плечами. -И то верно. - я подавила желание взять сигарету. Не хотелось перебивать запах сладостей, витающий вокруг. К тому же, не думаю, что парень был бы в восторге от табачного дыма. На вид он не курил.

•●•

Мы шли с Лоуренсом по одинокой тропинке парка. Плавающий свет фонарей развеивал тени деревьев по обеим бокам тропинки. Вдалеке виднелась беседка. Девушка расставляла пластиковые тарелки. Показался второй силуэт, ставящий пластиковые стаканчики. Я почуяла запах мангала и предположила, что неподалёку их парни жарят мясо, заставляя прохожих давиться слюнями. -Ты где живёшь? - спросила я. -В отеле. А ты? -В квартире. Недалеко. Вообще-то я домой шла. С работы. -И что же ты напечатала? -Я брала интервью. Решила перечитать в более спокойной обстановке, в кофейне, но встретила тебя. А потом я пошла в парк совсем забыв про свою машину. Видимо, меня ждёт новая прогулка с утра. А ты? -Я пережил семичасовой рейс и жаждал выпить кофе. Отель забронировал себе заранее. -Тебя могут выселить, потому что ты не появился, чтобы утвердить забронированный номер. -Ради тебя я готов пожертвовать номером в отеле. - он выкинул оставшуюся палочку от леденца в мусорный контейнер. -Чудо-юдо. - я остановилась и опустила обе руки в карманы пальто, смотря на окна моей квартиры. -Ну, всё. По правилу приличия, я проводил тебя до дома. Я улыбнулась, вспоминая, как Лоуренс просил меня остаться. -Останешься? - я повернулась к нему. По его лицу гулял лунный свет, но в другой части его сменял свет от фонарей, освещающих улицу. Он оторвал взгляд от окон, пытаясь высмотреть мои и посмотрел на меня. -Ты повторяешь мои же жесты флирта. -Так повтори мои, - я наклонила голову вбок. - Согласись. Как я тогда. -Я останусь, - он ненадолго задумался. - Так же ты сказала? -Да.

•●•

Лоуренс сбросил подушку с моей кровати, усаживая меня на него. Одним движением я стряхнула с себя плащ, зарываясь руками в кудри Лоуренса. Я потянулась к прикроватной лампе, чтобы осветить комнату: на окнах были закрыты жалюзи, плотные, белые шторы спокойно висели по бокам, гармонируя с постельным бельем. Лоуренс нечаянно ударился о изголовье массивной кровати, сделанной из чёрного дерева. -Прости. Чернил не прихватил. - сказал он, расплываясь в улыбке. Я пнула его пяткой по спине и продолжила наш поцелуй. Руки Лоуренса задрали моё платье и сжали белье. Мои пальцы уверенно справлялись с пуговицами рубашки. Вместе с ней, я скинула с него и пиджак. Лоуренс лёг на спину, а я нависла сверху. Взяв платье за края, он снял его, оставляя меня в одном белье. Его рука начала расстёгивать ширинку, пока я оставляла на шее следы поцелуя. Когда Лоуренс постарался снять с меня лифчик, я убрала его руки, справляясь с замком намного быстрее. Лоуренс сел, и моя грудь дотронулась до его. Рука скользила по моему бедру, дразня. Наконец, она потянула белье вниз. Мы зацепились друг за друга взглядом, застывая. Оторвавшись, я проскользила глазами по его родинкам на торсе. Лоуренс поцеловал меня за ухом и медленно, давая мне привыкнуть, вошёл. -А-ах. - тихо простонала я. Я поддалась желанию и Лоуренсу, скользнула вперёд. Он ответил мне ещё одним толчком, медленным, но более напористым, чем прошлый. С каждым разом он ускорялся, проникая глубже. Я закусила нижнюю губу от наслаждения и откинула голову к потолку. Лоуренс впился в мою шею поцелуем, глуша свой стон. По моему телу начал выступать пот, некоторые пряди волос намокли и потемнели. Мы глушили стоны в поцелуях, иногда подразнивая друг друга, кусая. Вскоре я почувствовала пик, к которому стремилось моё тело. -А-а-ах! Вместе со стоном, кажется, вырвался вздох. Моё тело обмякло, и руки Лоуренс укутали меня в объятия. Он переместил меня к подушкам и лёг рядом, поцеловав в кончик носа.