Берлинский незнакомец

Не долго собираясь и заканчивая свой внутренний пленум, я направился с семьёй в сторону центральной улицы Восточного Берлина, столицы Германской Демократической Республики. Нас встретило по пути много рабочих от малого до великого. Честно говоря, выражали они некоторую встревоженность, которая естественно вытекала из сложившиеся ситуации в 1987 году, ибо в годах-то 50-х Вальтер Ульбрихт заложил крайне опасную бомбу против коммунизма в стране Эрнста Тельмана, немецкого Ленина. Что же это была за бомба? Вполне простая: Новая экономическая система планирования и руководства. Казалось бы, основа на ленинском НЭПе или Новой экономической политики, которую (новую экономическую систему планирования и руководства) жёстко раскритиковал ещё живший Брежнев, понимал, к чему это может привести, какие контрреволюционные элементы произрастать будут благодаря материальной заинтересованности немецкого рабочего и как таким материально заинтересованным проще руководить в контрреволюционных целях, вплоть до мирной контрреволюции. Почему мирной? Немецкие рабочие из обоих Германий, по крайней мере из ГДР после денацификации, прекрасно помнили — что такое война, кто такие нацисты и что пойдут на такой шаг, если это будет необходимо Родине. Мирный же путь выглядит для такого рабочего — вполне «нормальным», как говорится, демократичным путём к «изменениям в его пользу», но это вряд ли. Несмотря на кажущуюся перспективу мирного разрешения какого-либо вопроса посредством голосовашек, этим можно воспользоваться, этим могут и воспользуются все контрреволюционные элементы на всех участках, где идеологическая и политическая работа ведётся из рук вон плохо. Советский Союз после победы в войне, которую развязали мировые олигархические круги монополистов, предложил объединение Германии, если та не будет участвовать ни в каких военных конфликтах, при организации координационного совета с представителями СЕПГ и партиями, которые будут от ФРГ. На что ответили отказом, да и сказали, примут при условии вступления в НАТО всей Германии, без каких-либо коммунистов в правительстве. Я время не терял, так как оно мне было дорого и раздираемое внутри меня чувство, совмещённое с знаниями по марксизму-ленинизму, мне чётко говорило о вялотекущей контрреволюционной волне. Если вовремя не сделать упреждающий удар, не взять в руки контроль в ОВД и СЭВ, то это точно кончится плачевно для всех стран социалистического блока. Наиболее ярым сторонником антиперестроечных, фактически антикоммунистической политики в странах ОВД, СЭВ была Албания, Румыния (Георге Апостол), Северная Корея (КНДР), Куба, Вьетнам (просталинская группа Diệp Thirem Quang'a, считающая неправильным слепое следование за СССР, в котором проводится откровенная антикоммунистическая диверсия против всего советского народа посредством демократизации, ослаблением плана). Мы расположились на центральной улице Восточного Берлина, в местечке, где благодаря мелкой настойчивости в одном из партийных комитетов, мы получили шестикомнатную квартиру. Вся семья на своём небольшом, но важном совете постановило, что старшая сестра Sieghard Wolfram — пойдёт в СЕПГ и начнёт трудится как член СЕПГ в сфере радио и телевещания, но если получится пойти дальше, то и выше двинется. Что же по поводу других? Вся семья прекрасна понимала факт моего не долго пребывания в ГДР и мне уже надо завтра выезжать на самую крупную, областного уровня, конференцию по вопросам партийной школы, воспитания молодого поколения в Союзе ССР. Поэтому трое моих сестёр решили поехать со мной, предлагая родителям остаться в ГДР, дискуссия родителей и трёх сестёр продолжалась долго, закончившись только к вечеру дня приезда. Одержали победу сёстры, но не полную — была договорённость скорейшего возвращения этих трёх блудниц в ГДР немедленно после окончания конференции, так как каждой по 17-19 лет, ещё уму разуму надо учиться, а они уже бегут куда-то сломя голову, добавили к этому мой пример. Спокойного и полностью воспитанного мальчика (даже в свои 31 год я остаюсь для них мальчиком), добивающегося все планомерно, без авантюр и волюнтаризма. Было конечно, приятно, но до злобного взгляда сестёр. Уложил спать этих блудниц и родителей, я решил связаться с одним из антиперестроечных деятелей, сохранявшего в Германской Демократической Республики относительную стабильность, несмотря на диверсию через бессмысленный, но контрреволюционный по сути НЭП в экономике ГДР. Особых сложностей это не составило, выйдя на улицу, где солнце все уходило и уходило, спросил в ближайшей партийной организации одно: как можно связаться с Эрихом Эрнст Пауль Хоннекером по особо важным государственным вопросам, напрямую связанных с Германской Демократической Республикой и с ОВД, СЭВ в целом. Меня соединили с данным товарищем, который предложил мне приехать в одну из государственных дач. Я согласился, за мной приехала машина, довезли до места назначения, где меня встретил Эрих. Диалог начался с приветствия и логичного вопроса о чём, нежели чем о моей личности. Далее, перейдя в дачу, в одной из комнат, куда нам принесли прекрасный чай, несколько шоколадных палочек, три обычных, но достаточно вкусных пирожных, мы обсудили с ним текущее положение дел, причём комично получился итог. Мы синхронно признали положение медленно разваливающимся, а особенно его заинтересовали мои слова о Новой экономической системе и планировании, где я предложил постепенное или если возможно, достаточное планомерно быстрое возвращение в руки Государственного плана ГДР — всех полномочий, конкретно, законодательных. Набрать из наиболее сильных кадров — плановиков, помочь автоматизацией им в выполнении их задач, при необходимости полностью автоматизировать те или иные рутинные типы планирования при имении достаточного опыта от плановика. Напомнил ему, что и в СССР до момента антикоммунистической клики, действовало все так, период Сталина сделал как пример. Эрих несколько минут сидя в кресле видимо, обрабатывал как компьютер мои предложения и в итоге выдал результат: да, думаю, это действительно выход. Общему счастью в комнате дачи не было предела, посмотрел на часы, вспомнил о завтрашней поездке, попрощался с тов. Эрихом Хоннекером и двинулся на временно командированной машине с водителем домой. Во время дороги мне все равно казалось, что даже таких изменений мало и надо во что бы то ни стало, при проезде через Польскую Народную Республику, встретиться с другим товарищем, конкретно с Ярузельским. Подъехал домой, поблагодарил водителя. Попрощавшись с этим тоже приятным человеком, который за время поездки мне рассказывал, хотя быстрее мечтал о полном коммунизме, когда государственная власть станет рудиментом классового общества, появятся свободные ассоциации трудящихся, где каждый является высоко культурным, высоко интеллектуальным человеком, имеющий полное и ясное понимание марксизма-ленинизма, сталинизма для дальнейшего развития общества. Приятный не так ли человек у товарища Эриха? Приятный, умный. Лёг, весь измотанный почему-то физически, спать. На следующий день в 8:40 стоял вместе с тремя блудничными сёстрами на остановке, которая подвезёт нас к одному городскому аэропорту, на котором сможем долететь до Ленинграда. По приезду автобуса, мы сели максимально близко по местам к друг другу, чтобы не потеряться в веренице людей, хоть это нам мало грозит из-за крупного общественного транспорта в ГДР, но всё-таки лучше зорко следить друг за другом, чем позже жалеть о своей глупости и расхлябанности. Ехать оказалось долго до необходимой остановки. Погрузившись вновь в размышления, я раздумывал о фигуре Войцеха Ярузельского, ибо в силу военного положения, которое он ввёл, появятся некоторые не критичные проблемы для нашей группы. Вдобавок, сам по себе товарищ Войцех плохо представляет план действий и вероятнее всего будет все больше уступать демократизации вплоть до выборов, что разрушит всю Польскую Народную Республику. Да, данному товарищу срочно нужна политграмотность от компетентного в таких вопросах человека как например, меня. Это будет отличным подспорьем для дальнейшей победы коммунистов в ПНР, особенно если разъяснить всю пагубность рыночной экономики, что необходимо вводить плановую экономику с Государственным планом как законодательным органом. Чьи решения обязательны для любого министерства — как в армии, от главнокомандующего вооружёнными силами до лейтенанта отряда идёт вертикаль. Согласившись с самим собой, приснул.