Неподвластность их душ

Талантливый скульптор все никак не оставлял своих попыток создать нечто похожее на зал уставленный статуями своего вдохновителя. Но то ли ему что-то мешало, то ли он куда-то торопился, но все его попытки кончались провалом. У него не хватало сил даже на одно единственное изваяние. Он долго мучился, но в конце концов набрел на идею. Однажды он решительно взял кусок мела и стал выписывать прямо на асфальте неровные линии. С первой попытки получилось подобие мужской головы. На следующую ночь он продолжил, но уже стал выводить еле заметные завитки над опущенными вниз глазами. Через пару дней у него получилось лицо и встревоженный Скотт решил спуститься вниз. Через час он понял, что абсолютно не представляет, как следует смотреть на работающего перед ним мужчину, и решил подождать, пока тот кончит. Через час ему надоело стоять рядом с этим извивающимся творцом, и он стал молча следить за тем, как он рисует, хмурясь от напряжения и довольно кивая головой, когда художник вдруг начинал вглядываться в пустоту, озаренную неверным светом луны. — Винсент… Мне очень неловко тебя отвлекать, но думаю тебе нужно подышать свежим воздухом или прогуляться в лунном свете… — услышал он вдруг позади себя голос. Он резко обернулся и увидел перед собой мужчину в пижаме, который пристально на него смотрел. — Уже ночь? Почему ты не спишь? Ты снова врываешься в мою мастерскую без спроса? Я понимаю мы довольно близки, но поверь тебе не хочется знать чем я тут иногда занимаюсь. — Он махнул рукой в сторону закрытой входной двери. Скотт не был трусом, но сейчас он почувствовал, что бледнеет. Однако мужчина не испугался и спросил. — И долго ты будешь тут сидеть? Или тебе помочь? Ты чего так на меня смотришь? … Винсент? … Парень схватил его за рукав и повалил на пол. Через секунду Скотт лежал на спине и жмурился от луча фонарика, который мужчина направил ему в глаза. — Идеально… — пробормотал он. — Было не плохо если коллекция моих рисунков и скульптур пополнилась настоящим Скотом. — Он усмехнулся, нагнулся и убрал фонарик за ухо. — Тебя ведь смущает моё поведение не так ли? Ты не умеешь скрывать своих чувств. Скотт промолчал, глядя в потолок. Мужчина приблизился к нему и присел на корточки. На его лице Скотт не заметил эмоций, только спокойную сосредоточенность. Впрочем, этого было достаточно. Скотт провел рукой по его волосам и с грустью произнес. — Каждый со своими странностями. Не волнуйся все в порядке. — Он поднял голову и пристально посмотрел в глаза собеседнику. — Я не для этого приехал к тебе. Никакого осуждения только поддержка и твоя любимая домашняя еда. Винсент лег рядом и свернулся в клубок. Скотт подвинулся и обнял его рукой. Винсент положил голову на его плечо и вздохнул. — Ты… Из-за твоей заботы я не могу найти партнера. Никто не будет так за мной ухаживать как это делаешь ты… Одни крики и скандалы, а ты… За все время нашего знакомства даже голос на меня не повысил. Скотт растерялся, но ответил спокойно. — О, милый! Я буду ласков с тобой, обещаю. Помнишь что я говорил тебе когда ты был крошкой? «Я пришел, чтобы помочь». Мы одна команда! Винсент внимательно посмотрел на него. Скотт поднял руку и провел ею по волосам Винсента. Его ладонь была в меру холодной и мягкой, но она вызвала такую ассоциацию, что по спине прошла волна дрожи, а руки и ноги вдруг стали тяжелыми и ватными. Винсент закрыл глаза, полностью расслабившись. — Ладно… Хватит сентиментальностей. Ты действительно так обожаешь эти трогательные дискуссии? Если бы только знал… Тебя бы вырвало да и меня тоже. Скотт засмеялся и прижал Винсента к себе. От его близости и тепла Винсент ощутил странную легкость и эйфорию. — Звучит как то жутковато. Ты не заболел? Если ты про разрушенную мастерскую, то ничего страшного! Ты же не специально. Винсент нахмурился и отстранился. — Нет. Я имею в виду, что ты мне нравишься. И не как знакомый или родительская фигура а … ну ты понял. Звучит отвратительно так что я пойму если ты изолируешься от меня. В любом случае лучше сказать прямо чем ты потом узнаешь от кого то другого ведь это будет выглядеть ещё ужаснее, а так я полностью откровенен с тобой. Скотт выпал в осадок от этих слов и на несколько секунд лишился дара речи. Потом он попытался улыбнуться, но улыбка вышла вымученной и неестественной. Винсент же смутился. Кажется, это его напугало. — Ну… Я догадывался! Тебя можно понять и это вовсе не отвратительно! Мы не родные так что это не кровосмесительные связи! Он пытался взять себя в руки, но всё равно выглядел каким то смущенным и растерянным. «Я конечно хотел наладить наши отношения, но не таким же образом! Так! Соберись Скотт! Он молодой парень, ему хочется встречаться с кем то заботливым и добрым! Это нормально и естественно!» — подумал он про себя и снова попытался улыбнуться. Винсент глядел на него внимательно. Так они и стояли друг напротив друга словно пытаясь решить, что сказать дальше. — Тебе противно… Ты видишь во мне ребенка. Прости мне следовало промолчать… Уходи. Он щёлкнул пальцами и Скотта схватили мраморные роботические руки с потолка и отправив его за дверь захлопнули ее. Скотт ринулся к двери и дернул ее изо всех сил, но дверь не поддалась. «Чёрт! Заперся! Только не это… В таких ситуациях я бессилен…» — подумал он лихорадочно шаря рукой в стене ища опору, чтобы откинуть подальше дверь. Не найдя ничего он замер в полной растерянности. — Винсент ты мне не противен. Ты можешь приходить ко мне греться по ночам как раньше. Я тебя очень люблю… Скотт даже не знал как к нему следует обращаться. Ему казалось что он превратился в какой-то полупрозрачный манекен, висящий на стене над ничем кроме пустоты. Было так тихо, что все звуки доходили словно из другого мира. Винсент за дверью едва сдерживал свои руки которые уже тянулись к двери. «Он продолжает заботиться даже после такого? Я чувствую, как он дышит за дверью. Его тихие шаги…» — думал он съезжая по стене вниз. Его ногти впились в поверхность стены оставляя на ней царапины — он хотел подтянуться, чтобы закричать, но не мог двинуть ни одной мышцей. Похоть покрыла все тело сверху до низу, она как из колодца заполнила каждую его клеточку и он боялся, что вот-вот сорвется. Пальцы понемногу начали разжиматься и он с трудом сумел упереться руками о пол. Когда это удалось, он ощутил что висит в пустоте. Ноги его коснулись пола и он тяжело, но безвольно рухнул на пол. Некоторое время он лежал без движения, потом его перестало трясти — скорее всего из-за того что вся его похоть вышла наружу. Он немного полежал на полу и глядя в стену начал медленно и постепенно приходить в себя. Наконец он поднялся и пошел в душ. Стоять под тугими струями воды было очень приятно — чуть ли не самой приятной в мире вещью. Стоя под обжигающими струями воды, он погрузился в свои мысли. Мысли были тяжелыми и мрачными — каждая его мысль была похожа на крысу, шмыгнувшую в темную нору. «Если он меня возненавидит, мне конец, — думал он, — Хотя может он действительно не против. У всех нас есть определенные потребности и они должны удовлетворяться, но мои желания отвратительны и он просто не сможет их понять» — он почувствовал как в душе ему стало грустно. Горячая вода казалась живительным бальзамом и понемногу все неприятные мысли выветрились из его сознания. Отмокнув под струями душа, он вышел из кабинки и одел свою белоснежную рубашку. Сделав глубокий вдох, он вышел из ванной в коридор. Стоявший возле окна Майк встретил его внимательным взглядом. — Здравствуй извращуга! Ты опять разбил что-то в мастерской? Я там каждый вечер уже убираюсь. Винс ты точно принимаешь свои антидепрессанты? … Винсент нервно дернул головой. Майку этот жест показался странным, но он никак не стал его комментировать. — Да, но я же не могу быть под таблетками целый день. Не хочу снова в больницу так что давай обойдемся без этих разговоров… Майк смотрел на него с легкой улыбкой. — Рукоблудие и разрушение всего вокруг тоже так себе лекарство. Чувак тебе бы поспать… Синяки под глазами больше чем глаза уже. Винсент подошел к зеркалу и с отвращением посмотрел на свое отражение. — Я понимаю что ты хочешь для меня только лучшего, но давай без этого. У тебя самого достаточно забот! Джереми уже упоминал что ты в последнее время спишь не лучше, чем я так что не тебе об этом говорить. Майк сложил на груди руки. — Наглец… В любом случае будь аккуратен с этим. И не груби Скотту! Он пришел к тебе не вредить, а только защищать. Именно он и спасает тебя от больницы и смирительной рубашки сейчас. Винсент отвернулся от зеркала и прошелся взад-вперед по комнате. Рассвет уже брезжил за окном, но он понимал что утро принесет только новые проблемы.