Неподвластность их душ

Руки Винсента постепенно заживали и он наконец то вернулся в творчество. Так как мастерской в доме не имелось он поселился в подвале и заодно припрятал там всё запрещённое, так как Эван боялся темного подвала и за все время пока жил в доме ни разу в него не спускался. Так как он был безмерно благодарен за спасение своей жизни со стороны Ванессы, он решил компенсировать её увольнение статуей в её честь. Музей с радостью принял его идею и дал добро на то, чтобы поставить статую прямо недалеко от входа. У него ушло довольно много времени на то, чтобы привести скульптуру в подобающий вид и даже выбрать специальное освещение, так что когда в музей забрела Ванесса, она сначала не поняла что это такое. Она была изображена в образе ангела с букетом цветков лимона, который стоял на постаменте в самом центре, освещённый странным непонятным светом. К этому образу Винсент добавил еще одну идею — он чуть ли не прямым текстом написал на постаменте: «Один из зеленоглазых посланников, которые призвали меня к жизни и дали мне крылья» и собственноручно отлил позолоченный штырь, на котором был укреплён золотой венок. Девушка была настолько ошарашена этим шедевром, что несколько минут простояла у входа, смотря на статую и не веря своим глазам. Она была так заворожена скульптурой, что совсем забыла про свои проблемы. Когда же она пришла в себя, то заметила среди посетителей Джереми который явно кого то искал. Увидев её он с улыбкой направился к ней. — Вы Ванесса я так полагаю? Я Джереми. Меня прислал Винсент, — он кивнул на скульптуру, — как вам работа? Он вам ещё подарок передал! К сожалению он не может сейчас выходить, но творчество, как он выразился, есть дар, который нельзя ронять на мостовую. Он протянул небольшую коробку. Ванесса открыла её и увидела маленькую копию скульптуры, но из розового хрусталя. Девушка не смогла сдержать восхищения и даже легонько провела ладонью по поверхности статуэтки. Записка в ней была довольно лаконичной: «Вы заслуживаете звание героини не забывайте об этом и простите за принесенные неудобства». Ванессу несколько смутило такое внимание с его стороны, но она решила отложить свои сомнения на потом и спросила. — Он сейчас не в городе? Мне, знаете ли, очень хочется с ним встретиться! Джереми в ответ лишь отрицательно покачал головой. — Нет он надолго уехал в родной город и вряд-ли скоро появится. Он сейчас не очень хорошо себя чувствует и ему нужно отдохнуть, но в случае чего я могу с вами связаться. К ним подошёл Майк и с размаху хлопнул Джереми по бедру. Тот несколько смутился и неуверенно посмотрел на Ванессу. — Джереми! О! Девушек соблазняешь? Домой никого не водить! Это можно только мне… Джереми покраснел и скромно опустил глаза. Майк же с ухмылкой отвернулся от него и обратился к Ванессе. — Это от Винсента? Узнаю его руку! Кажется он перед вами в долгу за то что вы тогда помогли ему выбраться из того пекла! Ладно, пошли Джер, а то пропустим самое интересное! Я слышал что вы сейчас занимаетесь отладкой самой первой модели, а это нужно видеть. Только, чур, не опаздывать, а то у нас будет как прошлый раз! Они удалились, оставив Ванессу в недоумении. Но она была счастлива услышав что Винсент сейчас в безопасности и не планирует возвращаться сюда. — Не такой вы уж и злой…– думала она. — Буйный только по документам. Когда на самом деле он такой… Как маленький мальчик… Она никак не могла отделаться от своего впечатления и думала о том, что всё это происходит наяву, а не в сюрреалистическом сне. А ей было так уютно здесь, в этой лунной цитадели. Здесь было тепло, светло и совсем не страшно она была здесь счастлива. А вот Винсент был счастлив у себя в городе, и сейчас он ел хлопья залитые молоком вперемешку с соком. Такую роскошь он ранее себе не позволял и теперь она кажется была ему пределом мечтаний. Скотту не очень нравилось то, что Винсент ел нечто, казавшееся ему несъедобным. — Не слишком ли сладко? Может быть тебе стоит чем-нибудь приправить это? И будет вкуснее? — спросил он. Винсент пожал плечами. — Это всего лишь хлопья… Ты не позволил мне поцеловать тебя утром и я все ещё обижен на тебя. Или ты уже забыл? Кстати, я не совсем уверен, что хотел целовать тебя. Я лишь хотел потрогать тебя, но совсем не собирался брать силой. Хотя если ты попросишь… Скотт придвинулся ближе к Винсенту и потянулся к его руке. Винсент отдернул руку и Скотт разочарованно кивнул. — Ты облизал моё лицо… Это же не поцелуй. С каждым днём мне все труднее тебя понимать. Ты так много странного говоришь… И ведешь себя так, словно я — просто воздух, которым ты дышишь. Иногда ты сводишь меня с ума… О чем ты думаешь? Я хочу понять. Винсент закрыл глаза и несколько минут молчал. Затем, словно решившись на что-то, он открыл глаза и прямо посмотрел на Скотта. Тот уже привык к этому выражению его лица и никак не реагировал на него. Тогда Винсент кивнул и довольно спокойным голосом произнес. — Если ты меня не ударишь я буду благодарен…три…два…один! Винсент схватил Скотта за горло, притянул к себе и сильно ударил его о стену. Поцелуй был нежным и в то же время достаточно жестким, так как Скотт не смог сгруппироваться. Он всхлипнул и повалился на пол. Мужчина явно не ожидал такого поворота событий. — Больно? — сочувственно спросил Винсент, поднимая Скотта. — Я не хотел тебя душить, просто ты сам подставил шею и… Прости… Все в порядке? Ты как, в порядке? — Он снова заглянул Скотту в глаза. Скотт кивнул, попытался улыбнуться, но вместо улыбки получилась какая-то дурацкая гримаса. — Ушиб в спине кажется… Дышать тяжеловато что-то… — начал было Скотт и вдруг в его глазах загорелся такой ужас, что Винсенту стало не по себе. — Вдохнуть не могу… Звони в скорую, — пробормотал он, садясь на пол. Юноша тут же бросился к телефону и стал лихорадочно нажимать на кнопки. Вернувшись домой после больницы Скотт неловко взглянул на взволнованного подопечного и смущенно развел руками. — Ну… Ничего такого уж кошмарного всего лишь… Ушиб! Он старательно прятал рентген от Винсента. Подопечный почувствовал себя неловко и присмотрелся к направлению на рентгене. — Трещина на ребре?! Скотт! Это очень серьезно! Прости меня, пожалуйста! Я не хотел тебя травмировать! Я… Я даже не знал! Скотт почувствовал угрызения совести и подумал про себя, что давно надо было рассказать Винсенту о том, что с ним случилось. — Нет! Ничего не болит честно! Три дня постельный режим, а так практически без ограничений. Винсент проглотил комок в горле и смущенно улыбнулся. — Если будет больно ты только скажи! Я невоспитанный грубиян! Один вред из-за этого, честное слово! Ты извини, что я так с тобой. Мне стоит сдерживать свои пристрастия при себе… Скотт вдруг почувствовал в его голосе нечто такое, отчего ему стало стыдно и неудобно. — Ты же не специально так что не кори себя так. Я поднимусь в свою спальню, а ты будь добр принеси немного льда. Он удалился в свою комнату пройдя вверх по лестнице и переодевшись лег в постель. Винсент наполнив пакет со льдом принес его и поставил возле Скотта. «Сломать такое великолепное произведение искусства было крайне непростительным оскорблением. Неужели он останется для меня неприкосновенным? Иначе никак… Я не умею обращаться с чем то настолько хрупким. Созерцать такое совершенство это уже высшее блаженство… Опять эти психопатические наклонности! Но за закрытыми дверями можно! Да! … Пока никто не видит…» — усмехнулся он про себя. Он подошёл к кровати Скотта и приложил пакет со льдом к его ребрам. Тот почувствовал, что его пронзило как током и вздрогнул, но пакет прижал к его телу с чудовищной силой несмотря ни на что. — Ты чего подкрадываешься? Иди сюда мой хороший, — прошептал он ласково и поднялся на кровати. Он погладил Винсента по голове и поглядел в его глаза. Винсент тут же покраснел и потупился. — Прости, пожалуйста, за это, но я никак не могу простить себе что как последний глупец сорвался. Я так чувствую, что потерял все следы своего человеческого достоинства и просто-напросто выродок. Можешь меня ударить если хочешь… Скотт не шелохнулся и посмотрел на пакет со льдом. — Нет Винсент я не собираюсь тебе вредить в конце концов ты случайно это сделал. В следующий раз не надо прикладывать силу к таким действиям. Юноша робко поднял взгляд. В его глазах смешались замешательство и надежда. — В с-следующий раз? …