Неподвластность их душ

Ранним утром Винсент услышал разговор Скотта с одной из своих сотрудниц пока рисовал странные символы на большом куске глины. Заигрывающий тон незнакомки невероятно раздражал Винсента, но он притворился, что ничего не заметил, и начал ставить в блокноте колонки цифр. Его это не тревожило ровно до того момента, пока он не услышал шорохи и припевания Скотта в своей спальне. Он собирался на свидание и спешил — шаги все приближались. Зубы Винсента заскрипели от злости. Он спустился вниз и увидел Скотта в дверях ванной, словно призрака, покрытого белой пеной, с торчащими во все стороны мокрыми волосами. При виде подопечного Скотт сбился с пения, но тут же откашлялся и продолжил. — Куда ты собираешься? Вечер уже и темно становится. Неужели хочешь подцепить ещё одного маньяка? Может я пойду с тобой? … Винсент не выдержал и выплеснул ему в лицо стакан холодной воды. Это привело к драматическому завершению песни: Скотт сразу же потерял уверенность в себе и замолчал, глядя на пустой стакан в руках приятеля. — Мне вообще-то неприятно! Я собираюсь на встречу по работе так что не переживай. Нужно провести инструктаж новеньким, а ты лучше налей воды и выпей свои лекарства. Винсент фыркнул и ушел в свою спальню. «Что это с ним? Злиться уже целый день… Может у него что-нибудь болит? Скорее всего это из-за лекарств… Мой мальчик, пожалуйста, потерпи скоро тебе будет легче…» — шептали его губы. Когда он через несколько минут вернулся в комнату Винсент закидывал в рот таблетки. Скотт терпеливо ждал, прислушиваясь к тиканию часов на стене. Когда Винсент закончил с лекарствами Скотт тут же удалился, но он не учел что имеет дело с профессиональным беглецом из психиатрической лечебницы. Винсент поспешно выплюнул таблетки которые до этого спрятал по выработанному алгоритму за зубами и смыл их в туалет. Затем он оставил манекен на своей кровати и накрыл его одеялом положив под него воздушный шарик с насосом который немного поломал чтобы конструкция работала как надо и изображала дыхание. После чего он нашел данные новой сотрудницы и взяв горячий силикон начал лепить маску, чтобы испортить встречу. Пищевой пленкой он затянул плечи и талию пытаясь придать себе нужные параметры на подсознательном уровне. Когда грим был завершен он, направился к нужному месту. Скотт в это время стоял в главном зале и рассказывал новенькой о ресторане, но услышав звонок скрылся с поля зрения. Винсент в образе сотрудницы подошел к девушке со спины и перехватил её лицо тряпкой с хлороформом. Крепко удерживая её, он повернул её к себе и полоснул по лицу скомканной салфеткой. Девушка тихо вскрикнула и начала обмякать. Горячий силикон разъедал ему лицо поэтому ему нужно было время, чтобы прийти в себя и все было готово. Оставил юную жертву на продовольственном складе он прочно его закрыв предварительно залив в её рот испорченное вино которое нашел среди списанной продукции. Вернувшись на место девушки он покорно ждал Скотта который через пару минут спустился в главный зал, чтобы доложить о технике безопасности. Винсент внимательно вглядывался в Скотта в надежде прочесть на его лице то что было ему нужно — выражение симпатии и влюбленности, но ничего не увидел. Он был счастлив, что Скотт всего лишь волновался приходу новичков, а не искал себе возлюбленную. С волнением и восторгом он рассказывал о ресторане и его истории — в его глазах было столько восхищения и ума, что Винсент даже позавидовал немного. Кожа болела с каждой минутой все больше ведь силикон застывал и время от времени он еле сдерживался чтобы не разрыдается он невыносимой боли. Перетянутое пищевой плёнкой тело ныло и чесалось, но он не обращал внимания. Его голова была холодной, и ясной ведь движимый своей ревностью он считал что контролирует ситуацию и может даже изменить её к лучшему. Когда они дошли до офиса он понял что данные с компьютера могут сильно ему навредить и пока Скотт с огромным энтузиазмом рассказывал про автоматические двери он по-тихому удалил все записи с камер наблюдения которые снимали его злодеяния. Он вспомнил, как отец удалял неугодные записи и включал глобальное обновление которое «совершенно случайно» сносило все материалы системы. Сын известного убийцы и душегуба был хорошо осведомлен в некоторых важных технических аспектах. Наконец Скотт провел его по всему ресторану, и они вошли в ярко освещённую и сверкающую всеми огнями огромную комнату. — В общем добро пожаловать к нам в коллектив! Прости, но мне нужно идти и ты останешься здесь одна. Меня дома ждут два человека которые очень нуждаются во мне так что увидимся завтра! Он подмигнул и быстро вышел через двойные стеклянные двери. Винсент выдохнул с облегчением. — Так я организовал ей алкоголь в крови так что все произошедшее она может воспринять как отравление и галлюцинации. Теперь я точно уверен, что ты не собираешься впускать в своё сердце кого то кроме нас, но… всегда нужно быть начеку! Я не потерплю соперников. Он открыл склад чтобы девушка могла из него выбраться и поспешно вышел наружу. Он знал большое количество коротких путей отхода из ресторана и тщательно их изучил. Добравшись до дома он с яростной силой отдирал силикон от обожженной кожи. Лицо дико горело, и казалось что жар уже внутри его тела. Но его это не беспокоило ведь он удостоверился в верности своего объекта обожания и это было его самым важным делом сегодня. Когда он убрал все доказательства кинув их в камин он испытал огромную радость и облегчение. Казалось ещё секунда и он захлебнётся от счастья, но дело было не только в радости. Дело было в том что-то все внутри него было разбито на миллион осколков — осталось только одно небольшое и еле заметное пятнышко, но оно как будто не проявляло себя. Вернувшийся Скотт проверяя своих подопечных зашел к Винсенту и впал в осадок когда увидел ожоги Винсента. — Что случилось?! Ты обжёгся?! Сильно болит? Может врача? Выглядишь весьма мрачно. Он внимательно всмотрелся в лицо Винсента и покачал головой. Как будто поняв что он хочет сказать он погладил его по щеке. — Да так… Пролил горячую воду под действием лекарств, но не переживай. Сейчас мне намного лучше так что побудь здесь пока. Винсент прижал Скотта к себе и с усилием улыбнулся. Глаза его сияли Скотт даже вздрогнул увидев столь странную картину. На какую-то секунду он подумал что видит галлюцинации. Постепенно к Винсенту вернулись силы он встал и покачнулся, но тут же взял себя в руки. Горячий поцелуй задержал Скотта и заставил его прижаться к нему всем телом. Винсент медленно проник языком в рот Скотта, обнял его за шею и попытался проникнуть глубже, но ему стало тяжело и он на секунду замер, а потом припал к губам Скотта еще раз и медленно скользнул дальше по языку. Пройдясь по уздечке он заставил мужчину задрожать всем телом и начал покрывать его шею короткими поцелуями. Так продолжалось несколько секунд пока Скотт не застонал и не оттолкнул Винсента. — Стой! Пожалуйста… У тебя сильные ожоги и они очень горячие их нужно обработать и перевязать. Я обязательно позволю тебе все это, но только когда ты будешь здоров! Клянусь! Губы Винсента изогнулись в странной улыбке. — Обещаешь? Ты явно не представляешь на какой риск идешь. Я могу сжать твои хрупкие запястья и они не выдержат. Ты будешь жалобно стонать, и умолять остановиться, как и все остальные и тогда я воспользуюсь своим правом довести тебя до грани. Представлять насколько внутри тебя может быть жарко в моменты когда по твоим изящным ногам будет течь последствие твоего необдуманного шага, тебе не надо ведь это моя работа. Скотт вздрогнул и машинально сжал кулаки. После этого Винсент глубоко вздохнул и застыл, словно прислушиваясь к чему-то. Скотт стоял прямо напротив него и напряженно следил за каждым его движением. Затем мужчина выдохнул и расслабился. — Ты смущаешь меня, — сказал он совсем тихо. — И тебя уже ничто не сможет остановить. Я признаю это просто знай, что я очень боюсь боли и… Ты очень сильно обидишь меня если причинишь её мне. Винсент на секунду закрыл глаза и погрузился в свои мысли. В его голосе появилась новая интонация. Скотту показалось, что он слышал в ее глубине ехидную улыбку. — Говорить такое психопату очень не разумно, но ты особенный поэтому с тобой я буду очень мил, очень нежен и очень осторожен в своих словах. Ты никогда не проснешься с ножом в горле ведь твоя шея, руки, ноги и весь ты создан для поцелуев и ласк. Ты будешь иметь совсем другой способ узнать о моей подлинной сущности, не через свою боль. Ты будешь принадлежать мне не на короткий миг наслаждения, а на всю оставшуюся вечность. Не нарушай правила и получишь все возможное, чтобы познать меня и даже больше. Твоя награда будет воистину поразительна… Скотт чувствовал по опыту, что стоит произнести в его адрес хоть одно-единственное слово, как тут же жди беды. Вместо того чтобы по инструкции, обдумывать каждое своё слово, он издал несколько тихих нечленораздельных всхлипов, словив новый приступ сдавленного стона, и закрыл глаза.