Unbearable

Я проснулся от ужасной головной боли, жуткой жажды и невыносимой жары, которая словно что-то липкое, окутала меня. Со стоном сев на кровати, я откинул одеяло в сторону. На улице была еще ночь. Я поднялся с кровати и, придерживая руками голову, подошел к столу, на котором Чимин оставил мою аптечку. На ощупь я нашел баночку с аспирином и высыпал себе на руку две таблетки. Все также передвигаясь в темноте, я вернулся обратно к кровати и неуклюже плюхнулся на нее. В это мгновение мое сердце замерло и остановилось. Я приземлился на что-то отнюдь не мягкое. — Боже, — шепот раздался прямо из-под меня. Все мое тело сковал страх. Я замер, ожидая того, что будет дальше. — Ты так и будешь сидеть на мне, Чонгук? Боги. Я узнал этот голос. Я бы узнал его среди тысячи потому, что этот голос принадлежал ему. — Тэхен… — шепчу я. Сначала я подумал, что все еще сплю. Аккуратно, стараясь не делать резких движений, я опускаюсь на кровать, напрочь позабыв о выпавших таблетках из моей руки. — Спасибо, — говорит Тэхен. Я продолжаю молчать, вглядываюсь в темноту, старясь хоть как-то разглядеть Тэхена. Но глаза все еще не привыкли к ней, да и раскалывающаяся голова не особо способствовала этому. Я тянусь рукой к лампе и включаю свет. Как только комната озарилась светом, я не смог сдержать вздоха, который вырвался у меня. — Боже, это и правда ты, Тэ, — шепчу я. — Конечно это я, а кто бы еще это мог быть, м? — спросил он и улыбнулся мне. Что? Улыбнулся? — Но что ты здесь делаешь? Посреди ночи, у меня в номере, на моей кровати и вообще…что ты… — Я хотел поговорить, — перебивает он меня, опуская взгляд. — Ты? Поговорить? Со мной? — чуть ли не смеюсь я. — Ты уверен, что ты не ошибся дверью, Тэхен? — Чонгук, прошу, не надо, — просит он меня. — Что не надо? Что ты вообще делаешь у меня, когда ты не должен быть тут? Что ты делаешь у меня в номере, Тэхен? Какого черта вообще ты забыл рядом со мной? Ты вообще что. — Чонгук! Хватит! — резко останавливает он меня. — Пожалуйста, — более мягче добавляет он. Я, молча, смотрю на него. Он все так же не решается посмотреть на меня. — Хорошо, Тэхен, — более спокойно говорю я. — Говори. — Что говорить? — недоуменно спрашивает он и поднимает на меня свой взгляд. — Говори мне то, что ты собирался и уходи, — говорю я, поднимаясь с кровати. — Говори и уходи, так, как ты обычно это делаешь. Тебе не привыкать оставлять меня, не так ли? — Чонгук, перестань, — просит меня Тэхен и встает следом за мной, покачиваясь на ногах. Он бы упал, если бы я бы не подхватил его. Его руки с силой сжимают мои плечи, чтобы удержаться на ногах, отчего там наверняка останутся синяки. Но меня это не волнует сейчас. Его запах, боже, этот божественный запах. Он сводит меня с ума. Я прижимаю его к себе чуточку сильнее и вдыхаю полной грудью дурманящий аромат. — Чонгук, — тихо зовет меня Тэхен. — Ты можешь меня отпустить. Я нехотя размыкаю руки, которые уже были обвиты вокруг него и отступаю на шаг назад, виновато опуская взгляд в пол. — Прости, — извиняюсь я. — Ничего, — говорит Тэхен. — После того, как мы с Богомом расслабились, не мудрено, что я чуть не упал. Я замираю. Боги, ну что же он делает. — Ты снова пил, Тэ? — обреченно спрашиваю я. — Мне просто нужно было расслабиться, Чонгук. Только и всего, — бормочет он, подходя ко мне шатающейся походкой. — Только и всего. — Ты снова пьян, Тэхен! — обреченно вскрикиваю я. — Опять?! Ты издеваешься? Зачем ты гробишь свое здоровье, Тэ? — Не называй меня так, Чонгук! — резко просит он меня, когда уже практически вплотную стоит рядом со мной. — Не надо. Я недоуменно смотрю на него. Его глаза закрыты, а дыхание сбито. Он дышит часто и прерывисто. Словно пробежал сотню метров. — Но…почему? — непонимающе спрашиваю я. — Тебе нравилось, когда я тебе так называл, и ты никогда не был против. — Но я против сейчас, — говорит он и открывает глаза, смотря на меня. — Почему, Тэ? — его имя само слетает с моих губ, и я вижу, как он напрягается всем телом. — Просто прошу тебя, Чонгук. Не надо. Пожалуйста, — умоляет он. Он хочет сделать шаг в сторону от меня, но его ноги подкашиваются и если бы я не поймал его, крепко придерживая рукой и прижимая к себе, то он бы упал. Его тело напряжено, и я не могу понять из-за чего. Неужели это из-за того, что я прикасаюсь к нему? Неужели все настолько плохо, что он не может вообще находиться рядом со мной? Я громко выдыхаю, опаляя дыханием его запутанные волосы, и он вздрагивает всем телом. Его рука, держащая меня за плечо, сжимается сильнее и Тэхен шумно втягивает воздух. — Чонгук, отпусти меня, — тихо просит он. Но я словно не слышу его и вместо того, чтобы отпустить и дать ему уйти, еще сильнее прижимаю к себе, заключая в свои объятия. Я чувствую, как его руки слабо упираются мне в грудь, делая жалкие и никому ненужные попытки оттолкнуть меня. Я запускаю руку в его волосы и тихонько тяну за них, тем самым разворачивая его лицо к себе. Его глаза все еще закрыты. Мой взгляд медленно опускается ниже и останавливается на его таких манящих губах. Они полуоткрыты, и это просто сводит меня с ума. Он, словно дразнит меня, проводит по ним языком и распахивает свои глаза. Тэхен напуган, я вижу это в его взгляде. Его пугает то, как я смотрю на него. Не как на друга, я смотрю на него, как на того, ради кого я готов пойти на все, ради кого я готов отдать все, что у меня есть. Я смотрю на него так, словно он мой последний глоток кислорода перед тем, как погрузиться в пучину океана. Он для меня все, и он это видит. Видит в моем взгляде. Чувствует в моих прикосновениях. Моя рука лежит у него на спине, не давая ему возможности отойти от меня, притягивая его все ближе и ближе, пока наши носы не соприкасаются, и Тэхен не вздрагивает в моих руках. — Чонгук, — тихо шепчет он, смотря куда-то в пол, но только не на меня. — Прекрати, пожалуйста. Его голос звучит тихо, практически не слышно и я едва могу понять то, что он говорит. Я только чувствую его горячее дыхание на моем лице. Я аккуратно опускаю мою вторую руку на его талию и еле ощутимо сжимаю ее. Тэхен моментально поднимает голову и смотрит на меня испуганным взглядом. — Чонгук, — вновь шепчет он. И это больше не звучит, как предостережение или просьба прекратить. В его голосе слышна некая… надежда или же мольба? — Тэ, Тэ…. — шепчу я и на секунду прикрываю глаза и нежно трусь своим носом о его щеку. Я чувствую, как по его телу проходит волна мурашек, словно его сотрясает мелкая дрожь. — Я же просил, боже, не называть меня так, — говорит он и немного напрягается в моих объятьях. — Но почему, Тэ? — я игнорирую его просьбу и продолжаю называть его так. — Потому, — уклончиво отвечает он. — Это не ответ, — тихо говорю я и утыкаюсь носом в его шею, вдыхая приятный и такой дурманящий аромат его кожи. — Ответ, — говорит он, и я не вижу, но слышу улыбку в его голосе. — А я говорю, что нет, — упрямлюсь я. Я слегка дую на его кожу, и она покрывается мурашками. Затем, сам не знаю зачем, я коротко целую Тэхена в нежное место за ухом и слышу стон, что срывается с его губ. Он едва различим, но я слышу его. Боже. Я схожу с ума? Тело Тэхена напрягается, и он крепче сжимает свои руки на моих плечах. — Я жду, — шепчу я ему на ухо, от чего он в который раз вздрагивает. — Чего? — непонимающе спрашивает он. — Ответа. — Какого? — На мой вопрос, — говорю я. — На какой? Я улыбаюсь, так как слышу в его голосе толику смеха. Он издевается? — Прекрати, — говорю я и не в силах сдерживаться, прикусываю мочку его уха. — Ох, — тихий стон срывается с полуоткрытых губ Тэхена. Я довольно улыбаюсь. — Я не прекращу, пока ты мне не ответишь, — сказал я ему и обвел кончиком языка контур его уха. В этот раз стон, что слетел с его уже искусанных губ, был куда громче двух предыдущих. Я отчетливо слышал его. Его ноги подкосились, и я только сильнее прижал его к себе, медленно оттесняя его к стене, что была позади Тэхена. Его глаза резко распахнулись, как только он уперся спиной в прохладную поверхность. — Чонгук, — сказал Тэхен и посмотрел на меня. — Не надо. Мне надо…надо… — Что тебе надо? — спросил я, проводя языком по моим засохшим губам. Взгляд Тэхена моментально опустился на них, и он непроизвольно облизнулся сам. Я лишь улыбнулся и прикусил нижнюю губу в предвкушении. — Мне надо…наверное…идти, да. Точно. Мне надо идти, Чонгук. Его голос был таким неуверенным, словно он пытался убедить сам себя в своих словах. — Но ты же не хочешь, верно? Ты хочешь остаться, так? — тихо спросил я, прижимаясь к нему всем телом. — Я должен, Чонгук…мы не.я не…ведь…но как же… Он не мог и слова связать. Его голос дрожал, как и он сам. — Ты в порядке, Тэ? — нежно спросил я его, проводя рукой по его щеке, и он непроизвольно прижался к ней, прикрывая глаза. — Нет, — коротко ответил он. — Чонгук, нет. Я давно не в порядке. Черт! Я так давно не в порядке. И я ненавижу все это, — устало говорит он и поднимает свои глаза на меня. Что? Неужели он… — Тэ? — Боже, Чонгук! Ты невыносим, — вздыхает он и на его губах появляется легкая улыбка. Я непроизвольно улыбаюсь ему в ответ. — Я знаю, — отвечаю я ему. — Но именно за это ты меня и любишь. — И не только, — шепчет он, наверное, в надежде быть неуслышанным. — Что? — переспросил я. — Что-что? — делая вид, что не понимает о чем я спрашиваю, Тэхен хочет отойти от меня, но я только сильнее прижимаю его к стене, толкаясь вперед бедрами, от чего из моей груди непроизвольно вырывается короткий стон. Я был возбужден. Черт. Неужели мне нужно было всего лишь пару минут, чтобы возбудиться. И это от того, что я только стоял близко с Тэхеном. — Ты сказал, что любишь меня не только за это, — сказал я и посмотрел на него. — Ах, ты об этом, — сказал он. — Ну да, у тебя много и других положительных качеств. — И только? Качества? — смеюсь я. — Это все за что меня можно любить, Тэ? — уже более серьезно спрашиваю я. Я не знаю, когда мы с ним перешли границу от дружбы к чему-то большему. Возможно в тот момент, когда он пришел ко мне посреди ночи. Или же тогда, когда он подошел ко мне ближе дозволенного, я не знаю. — Ты хороший человек, Чонгук, — сказал Тэхен, и я не выдержал и засмеялся, ловя его ничего не понимающий и немного напуганный взгляд. — Чонгук? Ты в порядке? — Нет, Тэ, нет, — успокаиваясь, отвечаю я. — Я не в порядке. И причем очень давно. Он снова отводит от меня взгляд. Почему он не может смотреть на меня дольше минуты? Неужели я настолько противен ему? — Посмотри на меня, Тэ, — прошу я его, кладя руку ему на щеку и разворачивая его лицо к себе. — Прошу, Тэ. — Чонгук, не надо… — шепчет он, но все же смотрит своими карими глазами на меня. — Неужели меня не за что любить, Тэ? Неужели во мне нет ничего такого, за что меня можно было бы любить? — спрашиваю я. Он, молча, смотрит на меня. Мне кажется, что время тянется ужасно медленно и я уже был готов отпустить его, как он делает глубокий вздох. — Видимо, нет, — говорю я. — Боже, Чонгук! Нет, конечно же есть! — Например? — спрашиваю я срывающимся от волнения голосом. — Например, за то, как ты относишься к своим родным, а особенно к маме. Ведь не каждый сын будет так благоговейно относиться к матери. Это для меня очень многое значит. — И все? — Конечно же нет, глупенький, — улыбается он и кладет руки мне на шею, а его пальцы начинают успокаивающе поглаживать мою кожу, и это приносит некое успокоение. — Я не глупенький, Тэ, — надув губы, отвечаю я ему. — Еще какой глупый, Чонгук, раз думаешь так о себе. Боже, ты даже не представляешь, насколько ты замечательный. Ты просто чудо. Мои губы трогает еле заметная улыбка от его слов. — То, как ты обходишься с детьми, это чертовски мило, и в такие моменты я, да и думаю, что не только я, представляем тебя в роли отца. Ты будешь прекрасным отцом, Чонгук. То, как ты относишься к своим друзьям и животным. Это греет мне сердце, — говорит он, и я непроизвольно улыбаюсь. — А твоя улыбка Чонгук, боже, она словно солнце для многих сотен тысяч. А твои глаза, такие большие и глубокие, в них вся вселенная и они просто сводят миллионы людей с ума. — А тебя? — вырывается у меня. Он, молча, смотрит на меня. — И меня, Чонгук. — А что еще сводит тебя с ума, м? — смелею я и прижимаюсь к нему еще ближе, замечая как его взгляд расширяется, когда он понимает, что я возбужден сейчас. — Я….я …не думаю…боже, Чонгук… — он начинает заикаться от волнения, и на его щеках появляется яркий румянец, и я не могу сдержать широкую улыбку. Я закрываю глаза и кладу руки ему чуть ниже талии, на его округлую, такую чертовски привлекательную задницу и сильно сжимаю оба его полушария, тем самым сильнее вжимаясь в него и вырывая из него протяжный стон. — О боже, Чонгук, что ты делаешь? — спрашивает Тэхен хриплым голосом, непроизвольно сильнее прижимаясь ко мне. Я лишился последних остатков контроля, резко подавшись к Тэхену. Губы встретились в жестком поцелуе, и я тут же обнял его за талию, а мою шею обвили чужие руки, чему я был удивлен. Ведь я думал, что он оттолкнет меня. Но он не сделал этого. Не прерывая поцелуя, я прижал его к стене. Медленно разомкнул губы, позволяя другому языку встретиться с моим. Поцелуй превратился в схватку. Я не смог сдержать низкого стона, но зато был вознагражден ответным вздохом Тэхена. Мои руки разомкнули захват на его шее и пустились исследовать тело. На миг я отстранился, чтобы посмотреть в его затянутые поволокой глаза. — Чонгуки… ох. Боже…что ты…что мы…мы не дол… — шепчет Тэхен. Я впиваюсь губами в его шею, принуждая замолчать. Цепочка коротких поцелуев потянулась вниз и чуть вправо к ключице. Я провел языком по ним, вызывая сильную дрожь в его теле. Он шумно выдохнул, закусывая нижнюю губу, чтобы не застонать. Проведя языком обратно вверх, я почувствовал учащенный пульс. — Ох-х-х, — довольно простонал он. Звук вибрацией прошелся вдоль по телу, еще больше распаляя. Тэхен вжался в меня бедрами, и прежде чем я смог хоть что-то сделать, развернул нас обоих, легким толчком припечатывая меня к стене. Он прикусил мою шею, сильно всасывая кожу губами, видимо, желая оставить след. И я был не против такой идеи. Я на секунду отрываюсь от Тэхена, теряя такой нужный и необходимый мне контакт с его телом, и тяну его за собой в сторону кровати. — Чонгук, — шепчет Тэхен. — Чонгук, ты….что ты …. делаешь? Его дыхание давно уже сбилось, и он еле мог выговаривать слова. Его взгляд был полон страха и желания. Я знал эту взрывную смесь. Ведь я чувствовал то же самое. Я лишь соблазнительно улыбаюсь ему, смотря на него затуманенным взглядом. — Лишь то, что хотим мы оба, Тэ. — Чонгук, прекрати называть меня так, боже, — просит он меня уже в который раз за сегодня. — Но почему? — спрашиваю я и легонько подталкиваю его в сторону кровати, от чего он падает на нее и приподнимается на локтях, смотря на меня. — Потому….потому, — шепчет он, когда я аккуратно ложусь на него, опираясь на руки, чтобы не придавить его всем своим весом. — Почему? Почему, Тэ, — я нарочито выделяю его имя, и он вздрагивает. — Потому, Чонгук, — он делает небольшую паузу, и я наклоняюсь к нему еще ближе. — Что когда ты так называешь меня, это сводит меня с ума. Я замираю, но спустя секунду на моих губах вновь появляется улыбка и я не могу удержаться и шепчу ему на ушко: — Тэ. Он вздрагивает. — Тэ, — еще раз шепчу я, прикусывая мочку его уха. — Тэ. Тэ. Его имя словно мантра, которую я готов повторять до конца моей жизни. — Тэ, — еще раз произношу я и целую такую сладкую и нежную кожу его шее, отчего Тэхен сильно впивается в мои плечи руками и протяжно стонет на всю комнату. — Если оно тебе так заводит, то я тем более буду продолжать называть тебя так. Тэ. — Боже, — стонет он, когда я начинаю легонько посасывать его кожу на шее. В этот момент в моей голове проносится пугающе ужасная идея, что все это лишь сон, плод моего больного воображения. Что я просто сплю и вот вот проснусь ото сна. Тогда это будет мой самый ужасный кошмар. — Я люблю тебя, — вырывается у меня и я замираю. Замирает и Тэхен. Боже, я идиот. Я снова сказал это. Как и в тот раз. Он сейчас уйдет, снова оставит меня одного с этой убивающей меня изнутри болью. Я чувствую, как напряжено его тело, он словно натянутая струна. Я медленно приподнимаюсь на нем и, борясь со страхом, заглядываю ему в глаза. — Прости Тэ, прости меня, я не хотел, я не хотел снова…чтобы ты…я правда…боже, какой же я идиот, ты же просто пьян и даже возможно не понимаешь, что сейчас происходит, — затараторил я, начиная садиться на кровати. Но его руки неожиданно притягивают меня к нему, и я не верю, что он не отталкивает меня. Он улыбается мне и нежно проводит рукой по моим волосам. — Ты… Тэ, ты чего? — удивленно спрашиваю я. Но вместо ответа я получаю нежный поцелуй, такой, что у меня что-то больно кольнуло в груди. — Я…я. — начинает Тэхен. — Ты что? — мой голос дрожит и я еле могу внятно говорить из-за сбившегося дыхания. — Я должен извиниться перед тобой, Чонгук, — говорит Тэхен и виновато смотрит на меня. — За что? — удивленно спрашиваю я. — За последние два года. Когда он говорит это, мое сердце замирает. Неужели он и правда сожалеет обо всем, что случилось за это время? — Ты серьезно? — немного неуверенно спрашиваю я. — Да, — тихо отвечает он, легонько поглаживая меня по спине. Я смотрю в его глаза и понимаю, что безвозвратно тону в их синеве. Я вижу в них его искреннее сожаление, и я знаю, что он говорит правду… продолжение следует…