Долг

Глава первая. Дунгор.

***

Догорал закат, понемногу смеркалось, и на земли Ристании опускалась черная мгла. Третий сенешаль мустангирима – Эомер вел половину своего Эореда вверх по реке Энтаве. Не более недели прошло с тех пор как они выступили из Эдораса вместе с принцем Теодредом. Теодред со своей дружиной и частью Эореда третьего сенешаля поехал от Эдораса на запад, маршал Эомер же пошел на восток. Он и его роххирим осматривали границы западной части Ристании, они заезжали во все большие деревни, расположенные на западной части страны. Осматривали укрепления, помогали местным жителям с их бедами. И хотя за эту неделю не встретилось Эомеру и его войску никаких неприятностей сердце молодого маршала было не на месте. Король Теоден занемог в своих чертогах, все меньше он выходил в главный зал Медусельда на советы, все чаще за него ответствовал его советник Грима Гнилоуст. Ни Теодред, ни Эомер на дух не переносили этого маленького хитрого человека, который, однако своими речами мог заговорить почти любого. И вот теперь от имени конунга стал он издавать приказы. Эомер и Теодред предчувствуя надвигающуюся беду решили отправиться по землям собственной страны, дабы проверить сохранность границ, ибо чуяли, грядут неспокойные времена. И хоть за эту неделю и вправду не встретилось Эомеру ни одного орка, сегодня удача не была на стороне его воинов. Около полудня его эоред, состоящий теперь лишь из шестидесяти воинов, столкнулся с небольшой сворой орков на волколаках, общей численностью в тридцать голов. И хоть сыны Эорла быстро разбили темную погань, самый молодой эорлинг из их числа был серьезно ранен. А потому вот уже весь день сенешаль и его дружина держали свой путь вверх по Энтаве, надеясь найти в деревне Дунгор, располагавшейся почти на самой границе западной марки свой ночлег и целителя для своего друга. Дорога до деревни располагалась среди множества живописных холмов ристании и болот, а потому гонимые ветром то вверх, то вниз и кони, и люди быстро уставали от такой езды и пронзительного ветра что дул с Энтавы. Однако с последними лучами солнца шестьдесят сынов Эорла и их предводитель завидели вдалеке массивную бревенчатую стену с разжигающимися огнями на ней. Деревня Дунгор находилась в западной части Ристании к востоку от туманных гор и с одной стороны была защищена Энтавой, а с другой лесом Фангорн. Находившись на небольшом холме эта деревня служила так же дозорным пунктом между западной и восточной частью Ристании, передавая новости из одной части страны в другую, а так же часто в былые времена предоставляя отдых эоредам . Деревня состояла из пятидесяти добротных деревянных домов, мельницы, кузницы, пары конюшен и большого двухэтажного дома в центре деревни – таверны, служившей так же и гостевым домом для часто останавливающихся здесь воинов. Эомер когда-то бывал здесь еще ребенком и где-то в дальних уголках его памяти сохранился образ прекрасной большой таверны где его и его отца почивали такими яствами, что даже в Эдорасе, столице Ристании, о таких не слышали. Жители этой деревни издревле славились двумя вещами – стрельбой из лука, так как были больше охотниками, чем земледельцами, и дружбой с эльфами из темнолесья. Охотничали они и сейчас, а потому вокруг деревни был возделан лишь один большой участок земли, где росла рожь для людей и их коней. А вот эльфов здесь уже давно никто не видел. В стародавние времена эльфы и впрямь гуляли по Фангорну, а потому заглядывали и в эту деревню, находящуюся недалеко от опушки этого древнего леса, но было это тогда, когда Энтава не была такой полноводной и бурной, и ее можно было перейти вброд, где пожелаешь. Теперь же от части со временем отчасти от стараний людей, Энтава разлилась и стала рекой сильной и полноводной, не пропуская теперь ни людей, ни эльфов, никого так просто перебираться с одного ее берега на другой. Эомер оглядел свой отряд – загнанные лошади часто спотыкались о камни, угрожая при дальнейшем пути просто упасть замертво, их всадники были так же сильно измучены, но упорно шли за своим сенешалем. Не было слышно привычно звонких голосов и песен молодых воинов. Меньше часа добирался Эомер со своей дружиной до Дунгора. Однако и этот путь дался с трудом самому юному из воинов. Рана его сильно кровоточила, и он бледнел на глазах. Высокие врата преградили ход отряду рохиррим в деревню, а с деревянной, высокой, не в один человеческий рост, стены раздался мужской голос. Опытные войны из эореда заметили, что многие из стоявших на стене дозорных вскинули луки. - Кто вы, всадники, и что привело вас к нам в этот поздний час? – Голос говорившего был низким и глухим, однако слышалась в нем и некая усмешка. Эомер снял шлем и, приподнявшись в седле, постарался рассмотреть стража деревни. В отсветах факела они лишь разглядел, что это был мужчина, явно высокий и плотный и что голова его, как показалось Эомеру была полностью выбрита. Сенешаль нахмурился, ристанийцы никогда не резали и не брили своих волос, считая их своим украшением и гордясь ими не меньше гривами своих лошадей. А потому встретить человека с бритой головой было чудно даже маршалу, который за свои двадцать пять лет часто оказывался в разных уголках страны и видел много людей. Маршал поднял копье, заставляя свой эоред замолчать и стал отвечать незнакомцу. – Я Эомер, третий сенешаль Рохана, еду со своей дружиной на запад – объезжая границы западной Ристании. Вчера в долине, мы застигли свору орков, и перебили их, ищем в вашей деревне мы целителя и ночлег, ибо мы сильно устали, и воин мой тяжело ранен. – Голос маршала звучал гордо, и хоть голоса он не повышал, его отлично было слышно как на деревенской стене, так и за ней. Лишь Маршал произнес последнее слово, а на стене уже раздался шум, кто-то спускался к ним, а через секунду перед войнами уже открыли ворота. Маршал дал людям знак и те стали спешиваться, как только оказались в деревне. К Эомеру тут же подошли два самых рослых воина из его отряда, это были прославленные сыны Гарима, лучшего война времен Теодена, - Деор и Гарм. Эомер доверял им как братьям и всегда рассчитывал на них. Вот и теперь они стояли за его спиной поддерживая на руках самого юного из всего эореда юношу. Вся одежда того пропиталась кровью и выглядел он таким бледным будто был призраком. - Мое имя Хан, – к Эомеру и его отряду вышел мужчина, тот самый что разговаривал с ними с ворот. Он действительно был невероятно высок, выше Эомера, а ведь и маршал был выше чем почти любой ристаниец. Голова как теперь стало видно при свете фонарей была выбрита не полностью, а на затылке оставался пучок соломенных волосы собранных в тугой хвост, а вот в бороде уже ясно виднелись седые волосы, свидетельствующие о том, что стражу этой деревни было уж точно за сорок. – И давно уже в нашей древне не было таких гостей, почти два года как к нам никто не заезжал из конников Теодена, а потому спрошу не с дурными ли вестями вы явились в наш дом? - Я обещаю, что расскажу тебе все о нашем пути, но лишь после того, как мой воин получит должный уход. Он полдня провел в седле и потерял много крови, если мы будем медлить он умрет- Эомер говорил горделиво, но обеспокоено. Он кивнул в сторону своего подопечного. – Это Халет, самый юный из нас, сегодня днем его застиг ятаган орка и боюсь зараза с клинка уже пошла в кровь. –говоря это Эомер уже почти оставил надежду спасти юного ристанийца. Хан, бесцеремонно обойдя сенешаля бегло осмотрел молодого ристанийца, и нахмурился. - Ночлег мы вам найдем без проблем – Хан насупил брови и перевесил лук с одного плеча на другое. - Да и целитель у нас есть, но не знаю подойдет ли он вам. - Раз есть целитель, так веди нас к нему, мои люди сильно устали, а Халету подойдет любая помощь. - Проговорил Эомер и еще раз посмотрел на Халета, юноша уже потерял сознание. -Что же никогда мы не откажем Теодену и его посланникам в помощи в трудный час. Мы чтим нашего короля. Мужчина свистнул, и из соседних домов, служивших очевидно сторожками, вышло с десяток высоких мужчин, молодых и не очень, со шрамами и без, но все как один с соломенными волосами и ясными глазами. Взглянув на них, сердце Эомера несколько успокоилось, и деревня стала казаться ему более приветливой. Хан приказал людям отвести лошадей в конюшни и позаботиться о ночлеге. Юноши, взявши по несколько коней под уздцы, удалились, а главный страж повел дружину Эомера по деревне. Хан провел их в самый центр деревни, где на небольшой площади стоял единственный двухэтажный дом на все поселение. Над дверью войны разглядели вывеску кабака. Хан распахнул дверь и первым вошел в дом. Это был просторный зал, в центре которого стояла несколько стоек, а на них в огромном множестве стояли бутылки и бочонки, по обеим сторонам от такой барной стойки стояли длинные сделанные из тяжелого дерева столы и скамьи, по пять столов с каждой стороны, за каждым столом могло разместиться (если потесниться) до десяти человек. В глубине зала было видно небольшую дверь ведущую очевидно на кухню, а по правую руку от стойки вверх вела небольшая, но добротно сделанная лестница. Хан указал войнам на скамьи где они могли бы расположиться, а сам стал проходить вглубь, к длинной стойке, на которой стояли разные бочонки, очевидно с выпивкой. Проходя мимо лестницы, он трижды сильно ударил по ней кулаком. Да с такой силой, что казалось, лестница сейчас развалится. - Рей! Глупая ты девка, не слышишь у нашего дома гости, и им нужна твоя помощь. Спускайся немедленно, а не то я сам поднимусь к тебе! После этих слов Хан все же прошел за стойку и стал наполнять бесчисленные кружки Элем и вином. С одобрительно кивка Эомера , Гарм подошел к Хану и протянул вперед руки, чтобы забрать у того напитки. Хан усмехнулся, но отдал войну с десяток кружек. Атмосфера знакомая и приятная для любого роханского мужчины вскоре наполнила зал. Войны Эомера, немного приободрившиеся расселись по команде главнокомандующего за столы. Сверху послышался звон стекла, Эомер обернулся, по лестнице спускалась еще молодая женщина, худая и загорелая, на ней было одето простое, длинное синее платье, черные как перо ворона волосы заставили Эомера и многих других смотреть на девушку в недоумении, ведь роханские девы почти всегда были светловолосыми. Ярко голубые глаза с упреком осмотрели всех присутствующих. Хан шикнул на нее, и почти не разжимая губ сказал – Поклонись. Дева поклонилась гостям, а затем мгновенно отыскав в толпе того, кто нуждался в ней подошла к столику Эомера, где Деор уже держал на руках Халлета, который окончательно потерял сознание. Девушка одним движением собрала свои волосы в тугой хвост, и махнула войну Эомера, следовать за собой. Маршал кивнул, и тогда Деор взяв тело друга на руки отправился вверх по лестнице за целительницей. Раздалось несколько хлопков дверьми, и звон посуды. Еще через мгновенье Деор вернулся за стол к своему брату и маршалу. - - Она меня выгнала- как- то смущенно проговорил Деор, проводя рукой по своим волосам. - Это Рейра, наша целительница. – С явным недовольством сказал Халет, разнося оставшиеся кружки и усаживаясь за один стол с Эомером. – Она позаботиться о вашем друге, будьте спокойны, в этом деле руки ее золотые. - На секунду лицо хана озарила теплая улыбка. И тут же в таверну зашли три девушки, удивительно похожи друг на друга и удивительно прекрасные. - Доброй ночи вам, сыны Эорла. – девушки поклонились войнам, те ответствовали им кивками головы. Мы рады приветствовать вас в нашем доме – Дунгоре. Пейте и ешьте, сегодня мы обеспечим ваш покой. В нашей деревне найдется место и для вас, и для ваших лошадей. После кивка Хана девушки удалились на кухню, но лишь затем чтобы начать выносить оттуда блюда с разнообразной едой. Через некоторое время в таверну вошло еще с десяток мужчин, тех самых, что отводили лошадей в конюшни. Они расселись за столы к эорлингам и тоже принялись за еду. - Ты сказал, что расскажешь отчего твой Эоред вдруг оказался в этих землях. – Хан провел рукой по своей бритой голове, отодвигая от себя уже полупустую тарелку с дичью. – Мы всегда рады гостям, однако никто из Эдораса уже давно не посещал нас. Эомер медлил, раскрыть то почему они действительно были здесь он не мог, это бы заставило народ волноваться, о слухи о болезни короля начали бы расходиться быстрее ветра. – Конунг Теоден велел Сенешалям осмотреть вверенные им земли. Поговаривают, тут стали часто появляются орки, и судя по тому, что мы наткнулись на один из отрядов, то слухи не врут. Хан отпил из кружки и как-то лукаво посмотрел на молодого сенешаля. – Я вижу ты не можешь сказать мне всей правды, но ладно, мы в королевских делах смыслим мало. А Орков на наших землях сейчас не больше, но и не меньше обычного. Попадаются небольшие группы, но мы и сами способны отстоять свой дом. Как, наверняка известно третьему Сенешалю мы люди деревни Дунгор неплохие охотники, так что для нас убить пару орков никогда не будет проблемой. Да к тому же они боятся ходить к нам из-за леса! Хан рассмеялся. О лесе Фангорн ходили загадочные разговоры по всей Ристании, ими даже пугали детей. Якобы уйдешь в лес и уже никогда не вернешься. Люди Дунгора этих страхов не разделяли, так как уже давно жили вблизи леса. Но лес уважали, деревьев в нем не рубили, а охотились лишь на его окраинах. И точно знали коли ты пришел в лес без плохих мыслей, то лес тебе ничего не сделает. -А что лес и вправду волшебный? – все же спросил Деор, сидевший по правую руку от Эомера. -Волшебный не волшебный, -отвечал Хан, однако что-то с ним не так это точно… Хан не успел договорить, Рейна уже спустилась, она подошла к мужчине и что-то прошептала ему на ухо, и осталась стоять позади него. Хан вновь ухмыльнулся и победно посмотрел на Эомера, - все с вашим юнцом будет в порядке, однако руку придется долго лечить, а еще дольше восстанавливать. А потому у меня есть вопрос к третьему сенешалю мустангрима. Хан встал со своего места, заслоняя собой девушку. Эомер мгновенно поднялся следом, будто почуяв что-то неладное. -А не задержится ли у нас сенешаль на недельку, да не потренирует моих войнов, пока один из его роххирим не придет в норму? За спиной Эомера послышался шепот, Хан был слишком дерзок с сенешалем, и молодой и горячий Эомер запросто мог снести за это голову. Эомер тем временем осмотрел свой эоред. Войны сенешаля повеселели и расслабились. Многие начинали дремать прямо за столами. Долгий путь вымотал их. -Мы останемся, в благодарность за вашу помощь. - Эомер протянул руку вперед, Хан пожал ее. За спиной Эомера послышалось несколько радостных возгласов.