Повесть о Лесе Загадок

      Мари уже неделю нормально не выходила в лес. Всё это время она послушно посещала Церковь Алого Пути и молилась там, чтобы не вызывать подозрений. Точнее – делала вид, что молилась. Сама она была приверженцем другой веры, так что просто коротала время, дабы её отпустили быстрее. Старшина деревни, вместе с Агатой, решили, что травнице лучше некоторое время побывать в церкви, чтобы «очистить разум от вмешательств духов».       Самой Мари даже ничего противопоставить не дали – мама просто взяла её под руку и потащила к священному месту. В лес ей путь был заказан, от чего она сильно тосковала. Ей вновь хотелось окунуться в эту атмосферу и попробовать встретить Кицунэ. Однако мать была неумолима, поставив свои условия.       - Если ты и пойдёшь в лес, то с сопроводителем! Я больше тебя одну никуда не отпущу! И нечего там бродить. Мёдом там не намазано, а травы ты можешь и на окраине собрать. Лучше вон – с соседями пообщайся! Друзей себе найди! Может, мальчик побогаче на тебя посмотрит…       Теперь девушка бродила лишь на краю леса, на виду у жителей. Конечно же, остальные просьбы матери она проигнорировала. Друзей и, уж тем более отношений она не искала, да и характер у неё слишком сложный, чтобы с кем-то сойтись. А про всеобщую неприязнь к людям и тягу к “опасному” лесу и говорить нечего.       Её многие считали очень странной. Хотя пару раз парни всё-таки на полном серьёзе ловили её на работе в небольшом госпитале и признавались в своих чувствах. Однако даже после давления на жалость девушка отвечала грубо и продолжала работу. Мари ненавидела населяющих эту деревню людей. Она их просто не хотела знать, не то, что общаться, и уж тем более поддерживать дружеские отношения.       Изредка Маришке доводилось видеть в тени знакомые белые хвосты, но не самого духа. Хотя так Дазай подсказывал травнице направление нужных растений, что не могло не радовать – кицунэ помогает травнице, несмотря на то, что не может напрямую показаться.       Мари в очередной раз собирала травы, часто бросая взгляд в чащу леса. Она уже десять минут ходит вокруг да около, пытаясь найти нужный цветок. На окраине он почти не рос, но пройти глубже в зелёную чащу было нельзя. Так что она просто вздохнула с досадой и подняла голову.       На ветках уже вовсю росли зелёные листья, трава под ногами стала гуще, а цветы встречались всё чаще. Птицы пели свои серенады, сидя на ветках и совсем не пугаясь проходящей мимо травницы. Необычное, но приятное совпадение.       Мари уже собралась уходить, огорчённая неполным списком растений в корзинке, но из-за тени дерева ей знакомо махнул белый хвост. Травница уже привыкла, но всё равно это заставило её улыбнуться. Оглянувшись и убедившись, что неприятных взглядов в сторону леса нет, она пошла в сторону, где видела кицунэ.       Казалось, Дазай остался в лесу один, потому что других духов не было видно уже давно. Да и отношение людей к лисам не могло радовать. Люди из деревни выявили способ убить духа. Нужно отобрать у него все хвосты – и тогда все жизненные силы покинут его. Это отнюдь не нравилось Маришке, но утешало то, что пока открытых действий против лисов не предпринималось. Да и знакомый Кицунэ достаточно силён. Как-никак, а хвостов у него шесть. Правда, она так и не поняла, какой стихией он обладает, но это уже не так важно.       Как и ожидалось – пройдя совсем немного, травница увидела пару нужных растений. Это были фиолетовые пролески. Немногие использовали эти растения, так как они очень капризные, и обращаться с ними достаточно сложно. Но, либо девушке везло, либо она была столь умелым мастером, что настои с этими растениями повышали регенерацию, да так, что её можно было сравнить с регенерацией тигра. Правда, их использование было весьма болезненным, так что подобные эликсиры применялись либо только в крайних случаях, либо продавались торговцам за крупную сумму.       Растения отправились в футляр, а сама Мари - теперь уже точно домой. Последний раз оглядевшись и не заметив своего извечного лесного спутника, она направилась в сторону деревни. Однако, хоть дух и не показывался на глаза, травница буквально ощущала на себе знакомый тёплый взгляд, что грел и без того тёплую душу.       По возвращению на знакомые улицы Маришка заметила, что народ странно толпится на поле. Это насторожило, и она немного изменила свой маршрут, пройдя вперёд. Оказалось – старшина решил провести сбор перед местной церквушкой. И те слова, что он произносил, заставили сгорать от злости.       - Эти Кицунэ посмели посягнуть на душу нашей многоуважаемой травницы – младшей Норага! Мы не можем оставить это так просто!       - Да-а!       - Нужно очистить лес от злобных духов, чтобы они не тревожили более деревню! Кто знает, на что они положат свой жадный взгляд в следующий раз?!       - Если вы не прекратите – то я положу свой жадный взгляд на ваш настой от кашля… - Тихо выдохнула травница, сжимая руки, сложенные на груди.       Конечно же – она злилась. В ту ночь лис отнюдь не посягнул на её душу, а наоборот – помог не потерять окончательно. И причиной тому был даже не другой дух, а охотники. Это заставляло тонкие пальцы сжимать собственные предплечья. Обитатели деревни разочаровывают Мари с каждым днём всё больше и больше. Однако её точку зрения никто не поддерживал, так что все в один голос соглашались со словами Кристофера.       Оставшийся день народ обсуждал планы о том – как всё же убить кицунэ. К тому времени травница уже шла домой, где её встретила мать. Она для себя уже решила, что на охоту не пойдёт, но вот у матери были другие планы на дочь.       - Как это ты не пойдёшь на охоту? Ты же одна из самых сильных в деревне! К тому же – лекарь!       - Я просто не хочу проливать чужую кровь! Для меня она столь же ценная, как и кровь человека.       - Этот дух уже несколько десятилетий насылает беды на деревню и крадёт наши души! Его кровь – доказательство твоей силы и преданности народу!       - В отличие от этого «народа» у меня есть сострадание к одинокому существу!       - Опять ты начинаешь свою песню?! Завтра ты идёшь на охоту – и точка!       - Но поче-…       - Потому что мать тебе так сказала!!!       Скандал закончился не в пользу Маришки. Она вскочила из-за стола. Стул отлетел в сторону, но поднимать его разьярённая травница не стала. Под доносящиеся сзади крики мамы, Мари вбежала по лестнице на второй этаж и зашла в свою комнату, с громким хлопком закрыв дверь.       Замечательно – теперь она ещё и должна причинять вред существу, которое спасло её и раскрыло свою душу. Которое заставило её проникнуться симпатией к себе.       Мари всеми силами не хотела идти на охоту. Однако более весомой причины, чем уже озвученные, у неё нет. Точнее – есть, но озвучивать их она не хочет. Если бы это началось три-четыре дня назад – у травницы ещё получилось бы отсидеться дома из-за раненого плеча. Однако сейчас от раны остался только небольшой шрам.       Гнев от того, что её мнение ничего не значит, разъедал здравомыслие изнутри. Горечь от того, что всё же придётся идти на это кровопролитие, выходила из организма через тонкие солёные полоски, стекающие по щекам. Под тихий всхлип травница села под дверью собственной комнаты, запертой на замок, и спрятала лицо в быстро согнутые колени. Казалось, Мари только-только разобралась в себе и своих чувствах, и вот – снова что-то сваливается на неё и заставляет ломаться. Только, если в прошлый раз неожиданность от искренности Дазая была достаточно приятной и касалась самых тонких струн души, согревая теплом – в этот раз всё наоборот.       Мари потеряла счёт времени. Она просто сидела и пыталась успокоиться. Как бы ни так. Каждый раз, вновь и вновь всплывал образ Дазая, который может пострадать у неё на глазах, даже от её собственной руки. Так и не совладав с собственными слезами, Маришка поднялась с пола и подошла к столу. Кое-как приведя себя в чувства с помощью настоев растений, травница села за стол.       -А ещё у нас в деревне опасный наёмник, который может стать серьёзной проблемой       Мари вспомнила иностранца, что был в лесу в ту ночь, когда ей подстрелили плечо. Судя по экипировке и странного предчуствия он обоадал магией. И это не внушало ничего хорошего. Если с обычными людьми, пусть и вооружёнными кицунэ сможет справиться, то вот обладатель магических сил может оказаться ему не по зубам...       Под действием успокоительных и снотворного она быстро заснула, даже не придя к какому-то умозаключению. И явно без желания просыпаться следующим днём.

***

      Утро началось не самым лучшим образом. Сон был плохой, несмотря на то, что спала Мари достаточно долго. Голова гудела от переживаний, на щеках всё ещё ощущались застывшие солёные дорожки.       Она приподняла голову и поняла, что уснула ха рабочим столом. Здравствуй, затёкшая спина и ломящиеся ноги!       Из окна, рядом с которым располагалась кровать, виднелись серые тучи, затягивающие небо.       -Даже небеса намекают на то, что денёк будет скверным...       Всё же сев на кровати, Мари заметила в углу комнаты ствол ружья и несколько недавно заточенных кинжалов. Похоже, это был мягкий намёк на то, что мать не передумала и на охоту за кицунэ дочь всё же пойдёт. Странно, как она не услышала ни звука заточки кинжалов, ни прихода матери в её комнату.       Принятое на ночь самодельное успокоительное, на удивление, всё ещё действовало. Ломалась перед решением встать травница не долго. Уже через десяток минут, приведя себя в порядок, она вышла из дома. За спиной висело ружьё, в ножнах на ремешках пояса звенели кинжалы, на плече колыхалась медицинская сумка. А в глазах в это время снова поблёскивала влага. Она всё ещё не могла смириться с тем, что идёт на охоту за самым дорогим существом, что у неё сейчас есть.       Мари остановилась. На прямой тропинке никого не было, кроме свиристелей, что как всегда пели свои песни. Но их арию прервал шлепок от хлёсткого удара.       Рука ещё осталась рядом с лицом. На щеке адски горел след от своей же ладони. Единственная капля влаги пробежалась про красной коже и тут же высохла. Глубоко вздохнув и сжав руку в кулак, травница продолжила идти. Она не могла позволить кому-то увидеть её в таком состоянии духа.       На том же месте уже толпился народ. В основном мужчины и юноши. Некоторые смельчаки шли в лес по одиночке, желая заполучить всю награду в свои руки. Девушки же стояли в стороне и давали напутствия мужьям и сыновьям. Мари даже заметила свою мать в окружении нескольких старушек, бурно обсуждавших что-то. Из-за расстояния она не могла расслышать то, о чём они так оживлённо болтали, но знать особо не хотелось, так что подходить ближе она не стала.       Впрочем, для себя она отметила, что на охоту не идёт ни одна девушка. Даже сёстры из госпиталя скромно ютились в сторонке совершенно без вещей, что говорило об одном - идти с остальными в лес они не собираются. Что ж, видимо так решил сам старейшина деревни, ведь "Дух силён и кровожаден, а мы не хотим рисковать нашими девами!"       За такие лицемерные слова, промелькнувшие в голове, ей захотелось ударить себя ещё раз. Но – не судьба. Кристофер вышел ко всем добровольцам. Он тоже был при оружии. Удивительно – за какую-то девочку пятнадцати лет даже старшина деревни готов вооружиться. Этот энтузиазм направить бы в правильное русло…       -Все отметились, кто идёт на охоту? - Громко задал вопрос Кристофер, оглядев всех присутствующих.       Несколько человек спешно подбежали к нему, называя свои имена.       -Мари Норага. - Втиснулась между двумя молодыми парнями травница, выйдя вперёд. - Тоже идёт.       -Так-так, Джек, Алексей... Мари?! - Отмечающий очень удивился, подняв глаза и увидев медсестру с туго затянутыми в косу волосами, ружьём и кинжалами. - А вы почему здесь? Девушки не должны идти на охоту - старейшина сказал-...       Мари опустила голову, изподлобья глянув на отмечающего. Он склотнул, не решаясь закончить мысль, и просто записал имя травницы на бумажку. Она подняла голову и глянула на остальных медсестёр, встретив лишь сожалеющие взгляды.       После окончания переклички все вошли в лес. Люди бросались в чащу, старались перегнать друг друга и задержать других.       (И какие же все жадные… жаль, что я не слышала о вознаграждении за этот «подвиг». Хотя – ничто не сможет сравниться с ценой одного то белоснежного хвоста. А если говорить обо всех…)       Из раздумий травницу вывели внезапные выстрелы. Неужели Дазая уже заметили? Она отбилась от общей группы, стараясь идти там, где людей меньше всего. Пройдя в чащу, обнаружились раненые люди. И все с огнестрельными или ножевыми ранениями… как гнусно.       Помогать не очень-то хотелось. Мари была в слишком скверном настроении, чтобы обрабатывать кому-то раны. Пожалуй, единственным исключением будет – если она встретит Дазая и тот будет ранен. Оглядевшись и не заметив лишних глаз, травница решила залезть на дерево, дабы переждать весь хаос там и спокойно вернутся в деревню.       Так она и сделала. Благо – листва уже была достаточно густой. Да и деревья весьма высокие. Пристроившись на довольно крепкой ветке, она просто ждала, пока весь шум вокруг стихнет. Нужно, чтобы выстрелы с земли стихли, иначе будет просто опасно спускаться – вдруг Маришку примут за духа и выстрелят.       Прямо как в прошлый раз… возникает дежавю, отдавая приятными воспоминаниями. И вновь в голове всплывает образ знакомого кицунэ с покрасневшим личиком в первых лучах рассвета.       Травница позволила себе ослабить бдительность и окунуться в воспоминания. Не прошло и пяти минут, как идиллию прервал голос с нижней ветки.       - Давно не виделись, Мари!       Девушка встрепенулась от неожиданности и повернула голову в сторону звука. На ветке чуть ниже стоял знакомый дух. В целости и сохранности. Несмотря на его внезапное появление, голову травницы начало немого кружить от звука уже ставшего родным голоса.       - Д-Дазай? Что ты здесь делаешь?       - Что, волнуешься за меня? - Он лукаво улыбнулся.       Похоже, лис понял, что на него ведут охоту. Однако, несмотря на это, он стоит перед Маришкой, не опасаясь вооружённой девушки.       - На тебя ведут охоту, а ты так спокойно подходишь к человеку?       - Но ведь если бы ты хотела меня убить, как и все охотники – ты бы уже использовала оружие. - Подметил лис, переводя взгляд на ножны, прикреплённые к портупеи и ружьё сзади.       Конечно же, Дазай прав, и вредить ему травница не хочет. Она даже схватилась за ремень от ружья в порыве желания скинуть его, однако лис остановил её, подняв ладонь в успокаиыающем жесте.       -Я верю, что ты не причинишь мне зла. А вот ружьё тебе ещё может пригодиться.       Но ведь если духа заметят, то проблемы будут у обоих. Кицунэ могут подстрелить, а Мари – обвинить в предательстве. Хотя радовало то, что шатен доверяет ей и даже не собирается избегать её.       - Пусть так – тебя могут заметить другие! А уж они точно соберутся подстрелить тебя!       - Для меня люди – не серьёзная помеха. А вот тебе бы побояться за свою безопасность – тебя ведь тоже могут принять за врага.       Дух ловко поднялся на ветку наравне с Мари и сел прямо перед ней. Только сейчас травница заметила, как сильно внешне она похожа на лиса. Тёмные волосы, бледная кожа, худое телосложение. Только ростом она была на голову ниже, но издалека рост не имеет значение. Осознание этого заставило задуматься – её ведь в любой момент могли спутать с целью охоты и выстрелить. Только на этот раз Маришка могла не отделаться простреленным плечом, и Дазая рядом могло не оказаться. Вернуться в реальность заставила мягкая ладонь, аккуратно погладившая девушку по щеке. Она подняла глаза на лиса.       - Тебе лучше не рисковать собой и идти обратно в деревню.       - Я не могу – мать просто отправит меня обратно, если не обвинит в предательстве народа… - Выдохнула девушка, виновато опуская взгляд. Она и вправду не может вернуться – прошло слишком мало времени.       - Тогда я проведу тебя в свою пещеру. Не хочу, чтобы ты получила ранение ещё раз.       Кицунэ было убрал руку от лица травницы, но она перехватила его ладонь.       - А как же ты? Тебя ведь тоже могут ранить. А если лишишься хвоста?       - Не беспокойся! Всё-таки, хвостов у меня шесть, так что спокойно справлюсь с охотниками.       Мари несколько секунд с волнением смотрела в лицо напротив. Она действительно привязалась к этому духу и не могла допустить и мысли о том, что его могут ранить. Но его спокойное выражение лица и уверенный голос заставили поверить в эти слова.       Она отпустила руку Дазая. Однако тонкие пальцы духа переплелись с пальцами травницы, сжимая кисть. Мари тут же оказалась в тёплых объятьях кицунэ, которых ей всё это время так не хватало.       - Я скучал по тебе, Мари.       Не разнимая рук, Маришка обняла лиса, стараясь прижаться к нему сильнее. Она тоже сильно скучала, несмотря на то, что понимала, что дух постоянно рядом. Всё же ей не хватало его голоса и тепла. И лису не нужно было слышать ответ, чтобы понять это. Ведь бледные пальцы девушки сжимали чужое кимоно с такой силой, будто Дазая пытаются вырвать из столь приятных объятий. И наконец – Мари вновь имеет возможность ощутить на себе эти обжигающе тёплые ладони и почувствовать себя в безопасности.       Однако – ослаблять бдительность рано, ведь они всё ещё находятся в относительно открытой местности, где могут попасться на нежелательные взгляды. Все звуки снизу стихли, а значит – можно спускаться.       Аккуратно отстранившись друг от друга и высвободив руки из образовавшегося замка, оба начали спускаться с дерева. Кицунэ поддерживал Мари, когда та спрыгивала с ветки на ветку, задерживая руки на её тонкой талии. Конечно же, для себя он не мог этого не отметить. Как и того, что она вся красива с ног до головы. Особенно духа привлекали волосы травницы. Мягкие пряди, словно шёлк, вились в изящные локоны и развивались на слабом ветру. И на удивление они редко цеплялись за ветки, выскальзывая вслед за девушкой. Быстро спустившись с дерева и оглядевшись, Кицунэ взял травницу за руку и повёл в нужном направлении.       Она постоянно оглядывалась, боясь, что их всё же заметят. Свободная рука так и тянулась к поясу с кинжалами, но Маришка всегда её отдёргивала.       (Воспользуюсь ими только в крайнем случае! Не хотелось бы испугать Дазая. Он, наверное, и так достаточно взволнован этой чёртовой охотой…)       На пути встречались охотники, но обоим удавалось спрятаться за стволами деревьев или осторожно обойти. В крайнем случае – камень летел в противоположную от защитников леса сторону, создавая шум и впечатление, будто кто-то прошёл мимо. Люди отвлекались, а пара уходила в нужную им сторону. Наконец – оба добрались до той части леса, где других людей не было вообще. Мари списала это на достаточно большую площадь лесной зоны и то, что люди, скорее всего, добраться до этого места не успели. К слову – эта часть леса показалась девушке более… живой?       Краски вокруг будто стали ярче. На пути встречалось больше лесных обитателей, которые не остерегались человека, а спокойно пропускали вперёд, провожая взглядом. Всё это странно… И Маришка обязательно задала бы себе вопрос: «А не сон ли это», если бы её за руку не вёл кицунэ, что вообще-то тоже является мифическим существом. Действительно – раз уж они идут к пещере Дазая - лесного хранителя - то такие изменения можно было легко объяснить. По крайней мере, так считала Мари.       Возможно, когда будет время, она задаст эти вопросы лису, но не сейчас. Пройдя ещё немного, травница будто ощутила небольшое сопротивление при очередном шаге. Будто она врезалась в стену. Однако тёплая рука Дазая продолжала вести её вперёд, проводя через эту странную преграду. Обернувшись, чтобы убедиться в том, что глаза её не подвели, она не обнаружила ничего, кроме обычного леса.       - Не обращай внимания – это просто защитные барьеры, чтобы люди не подобрались слишком близко к пещере.       - Так здесь всё это время были барьеры?       - Да, просто выйти из них легко, а зайти обратно – наоборот.       Лис сбавил темп ходьбы, потому что заметил, что рука Мари прилипла к правому боку. Действительно – они шли слишком быстро, но она не решалась сказать об этом неудобстве. Потому что слишком сильно боялась за свою жизнь и за жизнь духа. Даже сама не особо на это обращала внимание, пока в прямом положении идти уже было нельзя. Дазай огляделся вокруг и поняв, что здесь местность достаточно закрытая из-за густой листвы и больших кустов, приобнял Маришку за талию, полностью останавливаясь и давая ей передохнуть.       - Здесь нас не увидят, можешь пока отдохнуть.       - Уверен? Если меня заметят рядом с тобой, на этот раз могу и не отделаться неделькой в церкви…       - Не сомневайся, я достаточно хорошо знаю этот лес.       Травница выдохнула и прильнула к духу. У неё ещё не было повода, чтобы ему не доверять, так что она позволила себе ослабить бдительность. Дазай же не стал отстранять её от себя. Хотя, в иной ситуации он наверняка бы даже не подпустил человека к себе так близко. Но, пожалуй, Мари была исключением из всех правил. Странно – дух никогда бы не подумал, что будет рад тому, что человек находиться к нему так близко. Но то, что Маришка настолько сильно ему доверяет, несомненно, было приятно. Да и в целом она – личность очень приятная и интересная. Она любит лес, доверяет духам и старается их защитить. Это заставляет верить в то, что не все люди стремятся разрушить природные красоты. И даже в такой деревне, где всеми кицунэ порицаются, смогла вырасти настолько добрая девушка.       Только через пару минут до духа дошло, – в каком ключе он рассматривает травницу и насколько же лестно о ней отзывается. Пусть только в мыслях, но… чёрт, да это же ещё более странно! Хоть Дазай и понимал, что Мари правда заслуживает всех слов, что он прокручивал в голове ранее – но не настолько же… кицунэ до этого момента был такого же мнения о чувстве, под названием «любовь», как и сама Маришка. Оно отключает здравомыслие и чувство справедливости.       Но вот сейчас, когда девушка прислонилась лбом к его плечу и переводила сбившееся не один раз дыхание… когда он так близко ощущал её тепло, прикосновения и отдалённый стук разогнавшегося от нервов и нагрузок сердца… Любовь уже не кажется чем-то настолько чуждым и непонятным.       Дазай давно следил за поведением Мари. Ещё с тех пор, когда ей было только пять годиков. Она была таким милым ребёнком… Лис всегда с глупой улыбкой наблюдал за тем, как девочка в белой, простой сорочке с большими рубиновыми глазками бегает и резвиться с остальными детьми. Это и вправду выглядело очень мило. И сейчас понимать, что этот ребёнок буквально вырос на твоих глазах было так странно.       Вот только недавно она была маленькой милашкой, которая заинтересованно поглядывала на лес, но не решалась туда пойти из-за запрета родителей. А сейчас – это уже взрослая девушка, работающая лекарем и хорошо владеющая оружием, которая один раз уже спасла тебя из ловушки. Годы так быстро летят… а Мари всё остаётся такой же красивой.       А тем временем Маришка слегка отстранилась от лиса, чтобы проверить, что боль точно полностью прошла, чем заставила спутника выйти из облаков своих мыслей в реальный мир.       - Всё хорошо, Мари?       - Д-да, всё в порядке…       Но, теперь возникла другая проблема. С таким эмоциональным всплеском окончательно иссякло действие успокоительных трав. И сейчас она была готова просто свалиться с ног и заснуть прямо на земле. Но себе этого Мари не позволила, а лишь тронулась с места, когда дух вновь обхватил её ладонь и пошёл в нужном направлении. Только теперь уже куда медленнее, ведь больше останавливаться не хотелось. Хотя – отсюда до пещеры уже не так далеко, так что даже если девушка вновь по каким-то причинам не сможет идти, то проще будет её донести на руках.       Впрочем – этого не случается. Они спокойно дошли до пещеры, и Дазай помог сонной травнице спуститься в неё.       - Кстати, я хотел спросить. Как твоё плечо?       - А? - не сразу поняла она. - А, всё в порядке – оно зажило. Остался только небольшой шрамик.       Лис слегка улыбнулся, внутренне радуясь тому, что с травницей всё в порядке. Как-никак – всё этот время он беспокоился о её самочувствии и том, что не мог напрямую об этом спросить. Оба сели друг напротив друга и разговаривали. Дазай интересовался тем, что происходило с ней за последние дни, как окружающие отреагировали на её ранение, и из-за чего всё-таки началась охота. Мари же спрашивала про состояние леса и руку духа, которую она лечила перед знакомством. У кицунэ рана тоже затянулась, и это радовало.       Маришка упустила из памяти момент, когда она сначала пересела на сторону духа, а потом прилегла на мягкий мох и стала ловить белые хвостики. Если это удавалось, она старалась не сильно на него давить, потому что это, вообще-то, неприятно для духа. Она мягко обхватывала нежную шерсть и гладила её. Им двоим было комфортно вместе. Удивительно – Мари знает лиса всего ничего – несколько дней, а так доверяет ему, словно знает всю жизнь.       И она вновь упустила момент, когда подтянулась и удобно устроилась на коленях духа. Или её подтянули специально? В независимости от этого – сам Дазай был не против и лишь наблюдал за тем, как травница быстро засыпает, положив руку ей на плечо.       Занимательно рассматривать каждый сантиметр её лица и фигуры, пока она этого не видит. Легонько прикасаться к её линии розовых губ или прядям мягких волос. Изучающе проводить кончиками пальцев вдоль рук, очерчивая их форму и удивляясь, насколько же Мари тонкая. Кажется, что вот-вот ветром сдует. Но, это идёт вразрез с реальностью. Ему ли не знать, что каким бы сильным не был тот самый ветер – травница будет достаточно сильной, чтобы устоять на ногах.