Мальчик и Дракон

***

Последнее время сны стали весьма реалистичными. Хочется дотронуться до виска, но всё хорошо. Ни боли, ни крови. Это очередной кошмар. Часы показывают 3:40 и они помогают сфокусировать внимание на другом, таком неважном и обыденном. Через три часа подъем и по-хорошему стоит попытаться заснуть. «Доктор сказал, что должно пройти. Просто повышу дозу и станет легче». Всё началось с непримечательного вечера. В тот день коллеги отмечали успех бизнес-проекта, над которым работало несколько отделов, в том числе и творческий отдел. Ким Тэхен, как главный дизайнер, был обязан присутствовать на гулянке, хотя такие сборища никогда не были ему по душе. Люди шумели и пытались привлечь внимание вечно тихого сотрудника, но тот просто хотел домой и вежливо отказывался от различных предложений. Дорога домой пролегала через тихий райончик, куда редко по вечерам кто-либо захаживал. Ничего пугающего в нем не было, только легкая заброшенность и еле уловимый скрип старых построек. Музыка из наушников приглушено смешивалась с расслабленными шагами одинокого прохожего. Вдалеке мигал всеми забытый фонарь, который служил единственным источником света на ближайшие двести метров. Дом раз, дом два, дом три. — Прошу прощения, подскажите остановка в каком направлении? — силуэт мужчины практически не виднелся в мрачности тупикового переулка. — Вам направо, — глаза улавливают странное движение позади незнакомца, но предпочитают не заострять свое внимание. До нужного поворота осталось метров триста, а там ночной магазинчик, где работает студент из ближайшего университета. Мигающая лампа окончательно погасла и теперь приходиться быстро привыкать к сумраку. Тэхен инстинктивно поворачивается, замечая того самого человека. Интуитивно стоит предполагать, что это слежка. Живот немного побаливает и ноги сами ускоряют шаг. — Воды и арбузной жвачки. В магазине играла песня из старого проигрывателя, иногда шипения перебивало мелодичные голоса и создавался эффект рации. Как и на улице, ночной пустовал. Юнец ушел в подсобку за коробкой, где хранились запасные жевательные резинки, отчего можно погрузиться в ощущения совершенного опустошения. Компанию могла составить только муха, которая билась в чистое стекло. Она как будто взбесилась и хотела поскорее выбраться наружу. — С Вас три доллара. Сер? — А, да, да, — практически безотрывно смотря на витрину, произносит покупатель. За стеклом стоял парень в черной одежде и рассматривал насекомое с неподдельным интересом, как будто готов был поймать. Студент с некой тревогой наблюдает за тем, что происходит. — Мне нужно вызвать полицию? — тихо спрашивает, пока пугающая особа писала на стекле «ТЫ МОЙ». — Пожалуй, это хорошая идея. Необычно редко секретные поклонники приносят счастье. Ведь внимание какого-то стороннего человека так сладко. Все эти милые подарочки, знаки внимания. Особенно когда это тот самый, в которого бессовестно хочется влюбиться. Ах, какая детская наивность. В действительности же приходиться сторожиться красивых оберток и странных слов на розовой бумаге. Что делать, если бежав самым быстрым темпом, нельзя достичь среднего показателя безумца? А если попытаться обмануть, можно обнаружить, что сокращенный путь приводит туда, откуда был намечен старт. Как в лабиринте в котором нет выхода и если это приводит к беспокойству, то знание о том, что где-то в его глубинах прячется монстр, полностью дезориентирует. Ночь — это угроза и только дома можно иметь небольшую уверенность в том, что всё хорошо. Звонок в дверь. Звонит и звонит, и звонит. Кому понадобился несчастный дизайнер в столь позднее время? Это точно тот самый, нашел. Точно нашел. Ноги не подаются командам и бревнами лежат на кровати. И вновь тишина, но она неприятна. Именно такая, какая должна быть перед бурей. «Уйди, уйди, уйди.» — Оставь меня в покое! В коридоре скрипнул пол и глаза расширяются от того, что ОН здесь. В немом ужасе Тэхен глотает воздух, в ожидании своей главной фобии. Если бы только паника отступила и позволила пошевелить хотя бы пальцами. Дотянуться до часов не так сложно и в принципе возможно. Дверь спальни медленно открывается и черные боты ступают на мягкий ковер. Всё ближе и ближе подкрадываются. Раз Два Три Часы с тиканьем разлетаются и слышится крик от боли. Вот он шанс. Бежать. Переступая ссутулившегося монстра, следует быстрее убраться из квартиры. Но куда лететь? У кого просить помощи? Рот судорожно хватает воздух, пока сердце норовит сломать грудную клетку от адреналина. Подъезд чудиться отвратительным чудовищем, где ступеньки-зубы бесконечны и спускаются в самую глубь вонючей глотки. Решёточные окна вовсе имитируют следящие глаза, а сзади…враг. Стальные двери кое-как открываются, хотя можно поспорить, что днем открыть их проще простого. — Помогите, прошу. Спасите! — худые пальцы цепляются за ворот мужчины. — Конечно, солнце! — смеется ОН. Дверь открывается и входит самый страшный зверь из всех существующих. Часы смирено демонстрирует время: 3:50. Парализованный не может бежать и только смутно представляет о том, что умеет в априори двигаться. Мрак. Приглушённые голоса и что-то ещё. Такое знакомое, оно льется по венам, раздражает рецепторы. Небольшая тошнота и головная боль. «Где я?». Единственное, что сейчас важно. Это точно не может быть дом, ведь даже запах очень чужой. Рука онемела и невольно двигается вниз, но железо крепко удерживает её в одном положение. Вот оно что. Запах пропитан пылью и сыростью подвала. В нем нет ничего, кроме батареи и матраса. Даже тусклая лампа не справляется с давящей атмосферой и освещает только небольшой кусочек стены и двери. К слову о двери, кажется она сделана из какого-то крепкого материала. Ведь вид у неё сильно внушительный. Возможно это даже не подвал, а бункер. Только подобная догадка смотрится через чур неправдоподобной. Для убежища здесь не хватает самую малость вещей. Если конкретней, то всего. — Наконец пришел в себя. Не знал, что ты такая соня, — пелена уступает четкости. Оказывается, всё это время здесь была ещё одна живая душа. Правда насчет душевности подобной парочки говорить рановато. Рыжие волосы хаотично прикрывают верхнюю часть лица вынужденного соседа, но они не могли достать до дьявольской улыбки. Крепкое тело скрывалось за спортивным костюмом красного цвета, вследствие чего похититель мерещился огненным демоном. — Что, — голос дрожит и совсем непохож на привычный. — Что тебе нужно от меня? — Мне ничего ненужно, — последовал быстрый ответ, — Просто поешь и всё. Красный демон ушел, больше не сказав ни слова. Возле края матраса стоял поднос с тарелкой риса, салата и чашкой чая. Между ними красовалась роза и почему-то именно растение пробивает на слезы. Они катятся по щекам, разбиваясь где-то внизу. Теперь это место его ваза и скоро он засохнет, ибо корней уже нет. Ведь куст выкорчевали, иголки обломали, стебель подточили. А воды скудное количество, хватит на день от силы. Вжавшись в угол, хочется верить в то, что это очередной сон. В скором времени свет исчез, оставляя пленника в кромешной тьме. Невозможно игнорировать подозрительный скрежет в дальнем углу помещения. Скорее всего это крысы грызут стену или бегают крошечными лапками за ней. Отвратительно. Только таких сожителей здесь не хватало для полного счастья. Ком в горле. Что же он сделал в прошлой жизни? За что столько страданий? Как понять жизнь и то, что она преподносит. Многие философы твердят о том, что человек сам притягивает негатив и якобы только от него зависит каков будет следующей день. Что ж, спорить с подобными высказываниями нет смысла и если быть чуточку внимательным, то определенно в таком есть доля правды. Но как только заходит разговор про вещи неподвластные никому, то эта формулировка полностью ошибочна. Нельзя пожелать солнечную погоду, когда буря ломает крышу. Никогда не знаешь, что небольшая задержка на заправке предрешит судьбоносный конец, где машина врезается в грузовик. А что если бы кассир не уронил монетку на пол и не потратив пару секунд на то, чтобы её достать, в итоге не задержал бы водителя того самого грузовика. Смогло бы это повлиять на историю? Ответа уж точно не узнать, остаётся только предполагать. Что тогда говорить о безумных людях. Неужели кто-то пугается только от мысли про маньяков. Чушь. Все заняты своими бедами и даже если злодей станет жить рядом, никогда не придёт в голову мысль: «Я определенно стану жертвой». Здравая мысль одна: «Это где-то там, далеко. Правда существующая, но явно не касающаяся меня.» — Похоже несчастные люди помечены судьбой и я один из них, — организм решает, что лучшее средство от стресса — сон и голова со временем тяжелеет, тело обмякает и веки медленно закрываться. По ощущениям прошло около шести часов, но это абсолютно не дает понимания того, день сейчас или ночь. «Похоже придётся смириться с тем, что искать меня никто не станет. В прочем, ближайшее время не стоит ожидать помощи от кого-либо. Я же взял больничный относительно недавно. Смогу ли своими силами избежать участи подобных мне жертв?» — Ты ничего не ел. Хочешь изморить себя голодом или ждешь, чтобы я тебя покормил? — скрип стула и страшное лицо наклоняется так близко, что без труда нос улавливает морскую свежесть. — Думаешь, что я плохой человек. Но с чего ты решил, что именно так выглядит зло? Если бы ты знал про опасности той жизни, что скрывается за стенами сего убежища… Я тебя пугаю? — Нет, — темная макушка шатается болванчиков туда-сюда. — Тогда посмотри на меня. «Если ослушаюсь, он разозлиться или просто ударит меня. Психопаты могут проявлять терпимость к пленнику или они сразу же выходят из себя. Чёрт, я не могу здраво оценить ситуацию.» Тэхен дрожит осиновым листом, но всё же поднимает голову. Он конечно предполагал, что похититель близко, но не настолько же. Кончик носа уткнулся в чужую щеку. Посмотреть в глаза будет расцениваться как вызов, так что лучше отодвинуться. — Я держу тебя здесь только из-за того, что тебе угрожает опасность. Меня же не стоит остерегаться. Слышишь? — теплота широкой ладони расползлась по плечу. — Я не слышу твоего ответа. — Да, я понял. «Что мне делать прямо сейчас? Я обречен и умру в вонючем подземелье. Даже если цепь удастся разорвать, что будет дальше? — постоянный плач уже превращается в ритуал и как только погасает лампочка, то слезы брызгают сами по себе. — Интересно, какая сейчас погода. Солнце ли, дождь ли. Может радуга выглядывает из-за облаков или же звезды украшают ночное небо» — В детстве мне нравилось собирать еловые шишки и потом делать из них человечков. Они получались немного корявыми, но это было самым дорогим, что у меня было, — мазь приятно холодила кисть, которую освободили из-под стали, — Однажды старшие ребята нашли мою коллекцию и долго насмехались, что они выглядят так же страшно, как и я. Думаю, поэтому я никому не нравился и молодые пары игнорировали такого уродца. — Не думаю, — тяжко произносит хоть что-то, когда ОН так близко. — Не думаю, что они были правы. — Намекаешь, что во мне есть капля привлекательности? Если хочешь выжить, нужно уметь выкручиваться. Других вариантов, как подлизываться нет. До этого были испробованы и другие варианты, но они только злили его. Наверное, одно из самых непродуманных и спонтанных, оказалось укусить и попытаться убежать. Как выяснилось, успеть доковылять можно только до лестницы, которая поднимались далеко наверх. Да и смысл получать дважды за дурацкие попытки. Удар в лицо до сих пор не зажил, а разгневанный образ еще долго будет преследовать в кошмарах. — Наверное. Я не умею оценивать мужскую внешность, — пальцы осторожно тянуться к красным волосам и видя разрешение, убирают их с глаз. Оковы наконец не докучали и если затекали конечности, была возможность пройтись по крошечной комнатушке. Да, это далеко не свобода, но всё равно лучше, чем сидеть возле холодной батареи без возможности двигаться в нужном направлении. «Стоит только набраться терпения и тогда я смогу выбраться отсюда. Но до этого стоит узнать, что скрывается за ступенями». Время шло мучительно медленно, но труды окупались и вскоре в подвале появлялись новые вещи. Теперь комната выглядела хоть немного обжитой, но это только начало. Для того, чтобы сформулировать толковый план побега, необходимо полностью расположить мучителя, а это становиться всё сложнее с каждым днем. «Не то, что мне не хочется домой. Даже не так, может он не так и… да что б тебя. Разве недостаточно того, что я в этом Богом забытом месте, — злостно пинает провонявший матрас. — Почему до меня раньше не доходило?» — Хочешь принять ванну? — брови недоверчиво ползут вверх. — Возможно это сильно нагло с моей стороны, но мне правда нужна горячая вода. Как такое могло прокатить, без понятия. Шансов на успех вообще не было и такая просьба сто процентов разгневала до жути мужчину, но всё обошлось. Жаль только, что нет никакой гарантии, что такой трюк сработает ещё хоть раз в жизни. «Мне нужно запомнить всё, что увижу и в последующем постоянно повторять в голове. Держу пари, что смогу придумать отличный план». В дальнейшем ждало разочарование. Белая ткань попросту закрыла глаза и объективной возможности узнать о проектировки дома не было. На этот счет приходит вывод. Доверия недостаточно и пока просить большего опасно. — Что ты делаешь? — в ужасе приходиться цепляться за всё, что попадётся под руку. — Не хочу, чтобы ты поранился. Так что донесу тебя на руках. На секунду показалось, что интонация приобрела нежность и были бы другие обстоятельства, возможно даже пришлось бы испытать легкое смущение. В любом случае, нужно подумать о том, как в последующие разы заставить поверить и убрать мешающуюся повязку. — Ты будешь смотреть? Глупый вопрос, конечно будет. Если бы Тэхен оказался на месте похитителя, то не оставил даже на секунду в одиночестве. Стоп. Разве дошло бы когда-нибудь до похищения? Он далеко не такой человек. Тихий характер попросту не позволил бы навредить другому, да и сущность добряка крайне не подходит на роль психопата. Ванна выглядела обыкновенно, как и все ванные комнаты. Ничего примечательного, разве что странной формы зеркало. Возникло чувство, что затерялся огромный кусок и теперь стекло деформированное на вид. Горячая вода. Головокружительно ощутить прелести обыкновенного душа. Повседневность лишает мозг такого открытия, как водоснабжение. Как вообще можно без этого жить? Периферией не ускользает задуманный взгляд черных глаз. Есть в них что-то прекрасное. «Дурачье. Ничего прекрасного. Всё те же замученные и холодные» — Что? — всё это время он просто пялился, правда из-за припущенных пушистых ресниц, это выглядело не так заинтересовано. Знал бы как красиво выглядел в тот момент, то невольно бы засмеялся. — Мне стало…эм…о чём задумался? — Представлял другую жизнь. Что если бы мы познакомились в другое время, скажем в прошлом. Обратил бы ты на меня свой взор или я бы и там был бы проигнорирован. В прочем, никогда не мог дотянуться до тебя. Ты слишком далек от всех, кого я встречал. И мне посчастливилось прочувствовать твою доброту. — Не понимаю, о чем ты. — растерянно вытирается мягким полотенцем. — Я не ждал, что ты запомнишь. Но позволь напомнить, что ты дал мне обещание, которое так и не выполнил. Наверное, ты просто лгал, чтобы откупиться от меня. Как и все, — спокойствие улетучивается и тревога нарастает с каждым шагом вернувшегося чудовища, — Ты лжец, Ким Тэхен. Обманщик. Никогда не угадать, когда же монстр выйдет из себя и начнет атаковать по всем фронтам. Дракон блестит чешуйками. Он настолько большой, что одной лапой затопчет в мясную котлету. Ноздри раздуваются и из пасти воняет гарью. Ещё секунда и из неё вылетит клубок огня. После такой обжарки даже пепла не останется. Казалось бы, конец и сказка закончена, но никто не собирается умирать. В груди догорает последняя свеча веры и пока фитилёк может пылать, есть силы для сражения. Руки хватают голову чудовища, притягивая поближе. Не под силу рассчитать всё в таком невыгодном положение. Потерпевший на то и потерпевший. Никак не застрахован од нападков со стороны. Губы осторожно прикасаются к уголку приоткрытого рта. Биться голыми руками против автомата, как минимум нерационально. А вот продемонстрировать временное смирение, отличный выбор. Дракон непонимающе моргает, испытывая сильное смятение. «После этого мне не видать свободы. Я провалился». Тэхен жмуриться и дожидается очередной порции боли, но её всё нет и нет. Вместо этого его прижимают к себе так бережно, будто не эти руки только что хотели удушить. Прежде не доводилось целовать мужчину. Девушки всегда выглядели более привлекательными. В них нет той грубости и неотёсанности. Словно цветы или певчие пташки. За ними хочется ухаживать и оберегать. Прислушиваться к звонкому смеху и смеяться в ответ. Да и кожа их мягкая, вкусно пахнущая. А вот парни просто парни, что ещё про них сказать. Наконец жар спал и вернулся человек. Подушечки пальцев очерчивают линию губ и Тэхен позволяет себе открыть глаза. Лучше бы предпочел неведение, чем осознанно обрекать себя на погибель. Длинные пальцы сжигают подбородок, но палящий зной сосредотачивается на подрагивающих губах. Его целуют то мягко, то больно. Урывками настолько глубоко, что не хватает воздуха или так невесомо, что только по дыханию можно узнать дистанцию от чужого лица. «Не знаю, что больше меня пугает. То, что меня никогда так не целовали или то, что меня целует мужчина и мне это похоже нравиться». Неосознанно подстраиваешься под неконтролируемый темп и это уже не однобокое нападение, а целое поле битвы. Всё страдание, отчаяние, страх говориться языком, который насильно сплели с чужим. «Всё ради выживания. Ведь так. ТАК?». Холодная плитка, к которой секунду назад прижали, так приятно холодит лопатки, но ещё приятнее легкие покусывания слегка покрасневших губ. «Так требовала ситуация. Всё правильно я сделал. По-другому, меня бы убило. Мне нужно срочно придумать, как выбраться отсюда или я сойду с ума раньше» — всё никак не успокоится сердечко, а мозг как назло напоминает о приятных ощущениях. — Когда-то услышал легенду про дракона и маленького мальчика, — ухо ловит стук сердца, пока грудь вздымалась в спокойном темпе, именно так удобнее всего. — Давным-давно у рыбака по имени Жикианг* заболел младший сын. Старшие дети давно покинули отцовский дом, так что единственным на потеху остался больной ребенок. Они жили бедно в маленьком домике около воды. На скалистых берегах не росло ничего съестного, кроме горькой и невкусной травы. Только рыба спасала от постоянно голода и помогала заработать немного на кусок хлеба. Как назло, Юйцянь — бог моря шалил уже неделю и морские волны разбивали любого, кто осмелился поиграть с божеством. «Дорогой сян-шэн, не стоит ли нам пренебречь запретом старейшин и отправиться на поиски Великого огненного дракона?». — И что случилось потом? — приподнимается ради того, чтобы лучше видеть рассказчика. Рыжие волосы как с картинки горели пламенем. Уже по привычке приходиться убирать непослушные пряди с черных, как бездна глаз. — Рыбак шел три дня и три ночи к горе Солнца, где жил страшный и опасный огненный дракон. Но мужчина ничего не боялся, попросту не мог позволить себе такую роскошь. Из последних сил карабкался Жикианг по острым камням к заветной пещере. «Что за чудак? Куда держит свой путь? Там только смерть. Смерть. Смерть» — кричали чайки. «Остановись, странник. Наверху ожидает тьма и ужас» — тихо шептали высокогорные цветы, — Тэхен с интересом слушает вкрадчивый голос, — Спустя часы была достигнута вершина. Как и ожидалось, чудовище спало в золотых горах столетним сном. Кто разбудить дракона, тому носить клеймо проклятого, но не это волновало рыбака. «О Великий огненный дракон, проснись и удели мне минуту своего драгоценного времени». Крикнул незваный гость три раза, прежде чем зверь открыл один глаз, а вскоре второй. Глаза играли янтарем, благодаря чему сильно манили своей волшебностью, но долго смотреть в них нельзя, можно умереть. «Кто посмел нарушить мой сон?» — заголосил дракон. «О Великий Чжу Хенг*, прошу простить наглость рыбака Жикианги, но только твоя неземная и могущественная сила способна разогнать смуту, что настигла мою семью». Не долго пришлось уговаривать существо в помощи, ведь не зря говорят о том, что они подобны верховному божеству, готовы протянут руку благодати. «В этом мире нет ничего, что неподвластно мне. Но дай же слово, рыбак, что после восемнадцатого линцю, юнец Су Донг* станет моим навеки вечные». — Как жестоко. Неужели Жикианг согласился? — легкое неверие позабавило рассказчика. — А что ему оставалось делать? Сын бы всё равно умер, а благодаря Чжу Хенгу мальчик проживет полноценную жизнь. Не так и плохо. — И что в итоге, они отдали ребенка в лапы дракону? — Спустился рыбарь с горы и встретил верного слугу дракона в красных одеждах. Не знал он, что это сам Чжу Хенг в человеческом облике. Шли они через леса и болота в родные края, где их сильно ждали. Душа уже была готова покинуть тело, когда Су Донг наконец приобрел здоровый вид. Долго плакала матушка от обещания, что дал её драгоценный муж. Она тайком думала о том, как обхитрить божество и спасти любимого сыночка от страшного заточения. Ничего так не пугало, как злополучное восемнадцатое линцю её чада. «Нюй-ши Гуаньинь, услышь мою мольбу и защити сына», — каждые полгода призывала она богиню милосердия и сострадания взглянуть на несчастную смертную. Милостивая госпожа долго обдумывала стоит ли откликаться и тем самым перейти дорогу дракону, но доброе сердце не имело возможности кинуть кого-то в беде. Осветила тогда руки матери и вложила в них защитный амулет, который скрывает душу от всех: демонов, богов и мудрецов. Так и был спрятан мальчик. Говорят, когда молния бьет в землю, можно услышать крики дракона, который взывает отдать Су Донга ему. — Значит, он всё ещё в поисках? — шепотом интересуется. — Уже нашел, — еле слышимо отвечает. Я нашел тебя спустя века и теперь тебе не скрыться. Ты мой навеки вечные и хочешь того или нет, судьба одобрила наш союз. Хосок приподнимается, чтобы обнять худощавое тело Тэхена. Как так случилось, что того, кого он ненавидел всем нутром, стал его плотью и сердцем? Когда красная нить успела переплести мизинцы, делая их ненормальные отношения, такими крепкими? Это за гранью понимания. Это так нецелесообразно.