Сладкий чай или как Зонтику сердце разбили

Куромаку вернулся ранним утром, когда солнце беззаботно ласкало сонную землю своими теплыми лучами, а пушистые перистые облака еще не успели закутать землю туманом и тяжким мраком, превращаясь в тяжелые грозовые тучи. Ему долго пришлось возиться с замком. Зонт зачем-то закрылся в комнате, не пропуская сюда никого, кроме ветра, который разгуливал по помещению, наполняя его морозной свежестью. Сам же голубоглазый лежал на кровати в форме звездочки, лицом упираясь в подушку. Все-же эмоции взяли вверх сегодняшней ночью, и он выплакал все слезы, а бедной подушке только и оставалось принимать и впитывать соленую жидкость. Конечно, потом он спохватился и поймал себя на мысли о том, насколько он жалок, и в порыве гнева и ненависти к самому себе, он с силой ударился носом об тумбочку и сильно закровил. Подушка вновь была должна впитать в себя теперь еще и алую кровь, которая вытекала тонкой струйкой из носа и растеклась в причудливом и жутком рисунке на белой ткани. Когда второй увидел эту картину, а именно лежащего без одеяла валета и открытое окно, он хотел было начать читать лекцию о вреде для здоровья сквозняка, но тут его взгляд привлекло красное пятно на наволочке. Естественно, он не до шуток испугался. Тогда Куромаку начал трести валета, проверять тому пульс и температуру тела, конечно же разбудив его. -"Ой, да че те надо.." - Недовольно промычал тот, поворачивая голову с расквашенным носом в сторону где стоял Старший Треф. -"В смысле..." - Тот был в шоке от тона парня, от его раскровавленного носа, а также от пофигистичного взгляда, который совсем не присущ данному человеку. -"В коромысле бл*ть, дай поспать, нудила.." - Произнеся это, шестой со слипающимися глазами завалился обратно спать. У сероглазого слетели очки, а глаза стали по пять рублей. Сказать, что он не опешил от наглости одномастника - ничего не сказать. Так мало этого, он еще и матернулся при нем. Зонтик, всегда такой ухоженный и пикнуть боится что-то плохое, да он и мухи не обидит, сейчас выдает это без угрызений совести и ложится дальше спать, как будто ничего и не было. Отойдя от кровати на несколько шажков, Куромаку начал анализировать поведение и хамство своего валета. Через пару минут он пришел к единственному логичному по его мнению выводу: Он чем-то задел парня, либо у того просто плохое настроение. Решив пока не обращать на это внимание, Треф сел за рабочий стол и открыв крышку ноутбука, начал доделывать незаконченную презентацию. Время девять утра, практически все клоны проснулись, кроме Зонтика и Габриеля. Второй как всегда потерял счет времени и заснул только в пять утра, думая что в то время было десять вечера. Когда и наш герой романа проснулся, было уже без двадцати. Неспеша встав с кровати, он сразу же поплелся в кухню, засунув руки в карманы свитера. Выглядел он мягко сказать не очень. Мешки под глазами, равнодушный взгляд и спутанные волосы. Потрепанный внешний вид вызвал интерес даже у Пика, ведь клоны чаще всего видели его как замкнутого и тревожного парня, но с таким добродушным и веселым взглядом,  который вечно ныл и беспокоился обо всех, а тут Зонтик вдруг охладел и безразлично относился ко всему. Словно превратился в более младшую копию своего короля. Завтрак проходил со стороны как обычный повседневный прием пищи клонов, на первый взгляд все было хорошо и даже спокойно, но нотки напряженности витали в воздухе. Это из-за четверых людей, которые вели себя крайне странно и не присуще их характерам. Вару не подкалывал всех подряд, а просто сидел и угрюмо пялился в тарелку, спешно поедая завтрак. Казалось будто он хранит секрет или же что-то знает. Конечно, никто кроме него и шестого ведь не знал о случившимся ночью. Он малость нервничал из-за того, что стало с Трефом после этого ночного происшествия. Феликс выглядел помято и сконфуженно, мешки под глазами тому доказательство. Он слышал плачь за стенкой этой ночью, и он явно принадлежал его лучшему другу. Но если обычно Треф сам всегда делился всем с четвертым, а тут резко изменился, стал более холодным и замкнутым что-ли. Это сильно его напрягало, и в каком-то ключе даже расстраивало. Куромаку же просто волновался перед полноценным признанием Пиковому. Нервничал, пытался подобрать более подходящий вариант, и в принципе как всегда все делают Трефовые, просчитать все свои шаги до мелочей. А Зонтик же сам не понимал что с ним творится, но определенно знал что разбитое сердце плохо сказывается на особо ранимых душах. Остальные обитатели дома не могли понять что произошло с этой загадочной четверкой, побаиваясь даже заговорить с ними в таком-то состоянии. За столом определенно тише стало. Если не обращать внимание на притихшую четверку, все было как всегда. Ромео пытался рассказывать поэзии собственного сочинения Феликсу, который ранее внимательно слушал его и хвалил за красивые и романтичные стихи для его девушек. Данте отвечал на практически все любопытные вопросы Габриеля, а Пик мирно доедал свою еду, как всегда сидя в углу стола, молча но иногда бросая на всю эту компанию презрительный взгляд. Через пару минут Зонтик резко вскочил и в несвойственной его походке, такой медленной и величественной, завораживающей и немного странной, подошел к плите, и сняв с нее кофеварку, налив себе в кружку крепкого, ароматного напитка. Элегантно развернувшись на низких каблуках, он вернулся к столу и поставил перед собой чашку. Медленно отпивая горячий напиток, который обжигал горло и ротовую полость, оставляя после себя не особо приятный привкус. Парень уже пил кофе, и не раз, но никогда он не был еще настолько гадким и противным, будто это не кофе вовсе, а рыбий жир который разогрели в микроволновке. -"Фу! Кто готовил эту дрянь, больше не подпускайте его к кофеварке!" - Буркнул обладатель шарфа, демонстративно встав, выйдя из-за стола и подойдя к кухонной стойке вылил содержимое чашки в раковину. Развернувшись, Зонтик вышел из комнаты и быстрым рыком открыв такую же дверь из темного дуба, как и во всем доме, быстрым шагом направился к лестничной площадке. После слов валета, Куромаку слегка расстроился, опустив плечи. Надо было поговорить с ним, выяснить что же все-таки произошло, ибо такое хамское поведение продолжаться не могло больше ни секунды. Его психологические размышления прервал восклик Пикового Валета: -"АХАХА, А тряпка то наша осмелела!" -"Не ори. Мало-ли что с ним" - Спокойным и рассудительным голосом промолвил Пик, после чего Вару угомонился со своими шутками. Зайдя в комнату, парень первым делом заперся на прочный замок. Окинув всю комнату ледяным взглядом, его привлекли белые наушники лежащие на прикроватном столике. Подойдя к ним в считанные секунды, в его голове промелькнула мысль: 《Вот и занятие на сегодня》. Достав свой блокнот, и уместившись на узком подоконнике, Зонтик начал слушать разных жанров музыку и рисовать пасмурную аллею с речкой и одиноким, как и сам художник, деревом. Линии сами выводились на бумаге. Музыка сама переливалась в мозге, создавая мелодию. Трефовый сам свой. Или это просто его новое обличие?.. И все же, любовь творит чудеса, а невзаимная - творит невозможное.