Часть 6
26 мая 2022 г., 00:05
***
Алета злилась: отец уехал на пару дней по какому то заданию, и обещал вернуться днем. Но она вернулась из школы — обещание не выполнено. Подождала еще пару часов успев прибраться и даже приготовить скромный ужин — обещание не выполнено. Стрелки часов подбирались уже к 8 вечера, когда на экране телефона проявилась СМС-ка: «Родная, прости, я в городе буду к утру. Нужно зайти на базу, смогу освободиться только к обеду. Приду к школе и встречу тебя. Люблю, скучаю. Папа». Алета цокнула с досады и плюхнулась на стул. — Что же, — сказала она сама себе, — придется пожирать ужин в гордом одиночестве. Девушка плотно поужинав, решила ответить на сообщение. «Поняла тебя. Но расстроилась. Завтра в 15.00 встретимся в кафетерии близь школы. Ну ты знаешь. Люблю, целую, жду. Алета». Ей даже спокойней стало. Опять только вот… ночь одной в доме.Ничего, завтра она вновь увидит отца. И вновь не спросит подробностей, лишь пару дежурных фраз. И пару ответов. Теперь стало понятнее, почему он с Сэмом дружит. Он такой же бедолага, мотающийся по свету по долгу службы. Что поделать: незаменимы.***
Алета потопывала ногой, в ожидании отца. Он опять опаздывал. Запах легкий, цветочный чуть уловил ее нос. — Моей ириске, от подлого обманщика. — перед ее глазами возникли лилии, а позади раздался голос отца. — Мало. — с наигранной обидой произнесла она. — Прости. Я опять виноват. Может в кафе? Там я помню отличный кофе и мороженное. — Да… — задумчиво протянула она. — Отличное мороженое. Она подпрыгнула, схватила букет и дала прыти: — Я занимаю столик. — кричала она, удаляясь от отца. Баки прицокнул: опять ее игра в догонялки. Она же знает, что догонит без особых усилий. Но вновь давал ей фору. Девчонка… — Алета? — Баки стоял у дверей изнутри кафе. — Дочь? — этим привлекая к себе внимание немногочисленных посетителей заведения. Барнс вновь толкнул дверь в обратку. Он огляделся по сторонам: ничего. Странно. Бак зашел за угол заведения и услышал лишь отголоски разговора. Он приподнял голову на маленький мостик, на котором стояло двое. Ну, судя по голосам. И одна из них… — Алета! — крикнул строго отец. В два счета Барнс оказался на высоте позади дочери. Первый удар пришелся собеседнику в грудь, что тот отлетел на пару метров. Оппонент ни теряя ни секунды, вскочил на ноги, и в печатался в его грудь головой, потащив его вперед себя. Алета даже не успела ничего произнести, а поединок уже разгорелся. Они дрались почти на равных, но за длинной копной волос и балаклавой на лице, Барнс, пропуская и нанося удары, никак не мог разглядеть его лица. — Да, хватит! — голос дочери звучал отдаленно. — Хватит, па! Не надо! Стал голос еще ближе и Алета подбежала еще ближе и… получила непонятно чьим лок-тем, и отлетела, приземлившись на мягкое место. -АЙ! — это заставило мужчин остановиться, и обернуться на нее. — Ну, все? ДО махались? — зло крикнула она, потирая ладонь, свезенную до крови асфальтом. Они продолжили стоять и смотреть, как девушка поднимается, но сами не делали ни единого движения. — Пап, не трогай его. И ты тоже успокойся. Они дышали прерывисто, со злостью, негодуя… — Разошлись! Хватит! Отец осмелился сделать шаг назад, чтобы стать ближе к Алете. — Кто ты? Что делаешь с моей дочерью? — зло фыркнул Баки. — Па… Ты только не злись, па. Выслушай. — Кто он? Ты знаешь? — Да, он тот, кто нам угрожал… По началу… Теперь он не хочет, па, не хочет. Честно. — Это ловушка, как ты не понимаешь? Алета! Тебе не 3 года. Ты должна понимать. Он видишь, какой молодец, через тебя вышел на меня. Это для меня была приманка. Ты — приманка! — Что ты говоришь, па? Глупость. Он бы не дрался с тобой, а убил бы. У него есть оружие, на боку, на поясе. Не заметил? Алета незаметно подбиралась к ним ближе: с каждым сказанным словом делала маленький шажочек. Она почти поравнялась с ними и пыталась теперь просто встать между ними. И почти удалось… — Уйди, Алета. — отец смотрел на него, не отводя глаз. — Па, правда. Скажи же ему! — девушка повернулась лицом к «новому» знакомому. — Я… — раздался хриплый голос. — Я не смог выполнить приказ… — Вот видишь, не смог! Па! Поверь. — И что прикажешь с ним делать? — Спрятать. — Чего? Алета? Ты, да ты… Ты точно … — Нет, не сошла. Он не смог. Видишь, пожалел. А ты его пожалеешь? — А есть повод? Закончим этот тупой и бессмысленный разговор, который ни приведет нас ник чему. Мы уйдем. Ты понял? Мы уйдем. Бак своей рукой чуть дернул дочь к себе. Алета подчинилась, но продолжила с грустью и жалостью смотреть на парня. Но отец упорно уводил дочь дальше от него, изредка оглядываясь на того.***
***
-Дура! — не на шутку раззадорился отец, просто таща ее силой за собой. — Он убил бы тебя. Совсем, понимаешь? — Он ничего мне не сделал. Мы не первый, па, отпусти, раз видимся. — Что?! — Бак повернулся к ней и отпустил хватку. — Ну да. Он нормальный. Сначала он угрожал, я помню. И не доверяла ему. Честно. Но я проверила. Как ты учил. Я наблюдательна. Он хотел тебя… Не важно. Но не выполнил. И я чуть к этому причастна. Теперь он в бегах. Не выполнил — его участь смерть. Из-за нас. Ну, частично. Алета рассказывала сбивчиво, не успевая выравнивать дыхание, как будто хотела уместить весь рассказ в одном диалоге. — Да услышь же ты меня! — Алета сама приблизилась к отцу и встала на расстоянии ладони. — Услышь. — Кто он? — Не знаю. — Отлично! Доверяешь неизвестно кому. Проверенный, да, Алета?! — Я знаю его историю… — Которую слезливо он рассказал? Я тебе таких сотни расскажу. И выдумаю и расскажу. — Ты не справедлив. Твоя проблема — недоверие людям. — А твоя — большая доверчивость. — Да по его роже видно, что он убийца. — Ты тоже. — тихо произнесла она, опустив голову. — Но тебе дали шанс… Мама дала. И скажи, почему мы не можем ему дать такой же. Давай закончим этот… Бак осекся и его жевалки заходили. — Закончим. Вот дома тебя запру, будешь по вашему интернету школу посещать. — Ха-ха-ха. — И ничего смешного. — Буду как Рапунцель в замке. — Фиг тебе. Я и косы отрежу, чтоб никто… Они рассмеялись и поджали одинаково губы. — Отличное знание мультиков Дисней, па. — Будишь тут знать, когда дочь растет. Бак приобнял ее за плечо и поцеловал в висок.***
Барнс ходил взад и вперед изрядно жестикулируя, что ему было не свойственно. Сэм потирал бороду и губы не понимая как помочь и выполнить эту задачу. — Ты даже лица не видел! — возмущался друг. — Я понимаю. И дочь ничего не хочет говорить. Типа сдавать не хочет. Я ее и уговаривал и угрожал и пытался подкупить. Ничего. Упертая. — Ой, вся в тебя. — А я и не спорю. — передразнил его Барнс. — Но выяснить надо. Я спать не буду. — Ой, а ты спишь? Устаешь? А Зимний? — Сэм его подколол. — Сплю, сплю, Уилсон. Но скоро, видимо… — Ладно, Бак, я попытаюсь. Честно и подергаю за ниточки. Может, что и нароем. Только быстро не обещаю. — Но мне как бы, хоть быстро хоть долго. — Думаешь, он еще к ней придет? — Все возможно. — выдохнул Баки. — Она как порядочная дама наверняка ему уже адрес сообщила. Да и судя по нему — сам найдёт. — Хорошо. Ты только не парься. Сразу как узнаю, тут же наберу. В любое время.***
Джеймс проснулся резко. И все никак не мог отдышаться. Сон? Вроде нет. И кошмар — не то. Предчувствие, скорее… — Надо умыться, мать твою. — шепнул он себе. Он поднялся с кровати, и в который раз пожурил сам себя: сотни раз повторял, что кувшин с водой должен стоять рядом. И дочь говорила так же. И бесполезно. Пару дней так и было, потом все забывалось. Бак потопал голыми ногами по полу, немного шваркая, как старичок. Ступни липли к полу, от этого Баки еще усмехнулся: — Старичок. Ну да. Скоро циферка к 1,5 сотням подвалит. А я все шваркаю. Еще не хватало свалиться с маразмом, и дочь будет мне приносить судно. Да, радужная перспектива наклёвывается. Бак усмехнулся сам себе в очередной раз, доставая кувшин из холодильника. Жадно глотая живительную влагу, осмотрел комнату, как смог. Его взгляд остановился на приоткрытой двери в комнату Алеты.***
«Может жарко? Делает сквозняк.» — промелькнуло бы у любого нормального отца в голове первой мыслью. НО это же БАРНС! Не слышно поставив, даже затаил дыхание, и еле еле проглотил последний глоток, застывший в его горле. Инстинкт хищника вновь затуманил мозг. Голой ногой он переступил след в след и вновь затаился. Прислушался: тихо. И еще пару шагов — ее нет в комнате. Так он почувствовал. Бак сильно вздохнул, понимая, что опасности нет — но и дочери в комнате тоже. Уже уверенной походкой Бак подошел ближе и толкнул ее, чтобы она открылась на всю. Точно — никого. Джеймс еще раз окинул взглядом комнату: пастель смята, значит была. — Блядь! — почему то тихо выругался он, боясь кого разбудить. Баки смело прошагал к входной двери и, приподняв ее, чтобы та не издавала звуки, от-крыл. Его слух все еще не подводил: в темноте, не понимая откуда, он услышал шепот. Инстинкт сработал, и Бак босыми ногами шагнул в темноту с крыльца. Он топал осторожно, порой натыкаясь на мелкие камушки в траве, но молча сносил боль. В паре метров за домом небольшой сарай, в котором хранились инструменты. Он был небольшой, но тройка человек точно бы поместились. — Прошу, ты не суетись. Папа примет, только позднее. Ее голос Бак сразу узнал, а второй мужской, он не слышал. — Ну, скажи же что-нибудь. Ты всегда такой молчаливый. Слова не вытянешь лишнего. — Прости, но мне нечего сказать. Я теперь отступник. Предатель. Что меня ждёт? Сдамся им: убьют, сдамся властям — посадят в самую дальнюю и неприступную тюрьму. И по-верь, я не знаю, что из этого хуже. — Но ты будешь жив! — И жить, вспоминая кого убил, их лица, их крики, их глаза, застывшие пред смертью в мольбе и страхе. Нет. Алета, нет. Это хуже — жить со своей совестью и памятью один на один. — Прости, но бегать и скрываться лучше? И сколько? Год, два, десять? Это тоже не дело, Ди. Нужны деньги — не будешь же ты красть. Да и жить в страхе и бояться каждого шороха, не спать, нервы сдадут. — И вся твоя идея: сдаться твоему отцу? — Он поможет, поверь, поругается, поскандалит, проверит тебя и поможет. Он добрый. — На мосту мне так не показалось. — Так получилось. Он отец, конечно, он испугался за меня. У него плохое прошлое. Но он исправился, семью завел, вот заботиться обо мне. — Ты даешь мне шанс? — Как и ему. Собеседники замолчали, и было слышно, как девушка вздохнула. Баки сделал шаг к двери и открыл ее. Парень подорвался, вскочив на ноги и отскочил вглубь, на сколько позволял сарай. Алета тоже поднялась и преградила путь отцу. — Пап, не надо бить, пап! Бак сжал губы и чуть закивал: — Я и не собирался. Все вот это что он тут нес правда? — Правда, па. — Откуда знаешь. Полиграф? — Глаза и голос. — И твоя доверчивость. — Не начинай, это мы уже проходили. Раз слышал, мой вопрос очевиден. — Я не знаю. — Не знаешь, па? Это просто: поможешь или нет. Все. — А если нет? Скрывать его тут будем? Как собачке будку сколотим и будем кормить? Водичку подливать, вычесывать? — Бак не ожидал такой иронии от себя. — Не язви. — И не думал. Просто для этого мне придётся обратиться к Сэму, допустим. Дальше? Ему тоже куда-то. Начнутся вопросы. — Но что- то надо делать! По-другому нельзя. — Как ты не поймешь! Если я так начну дело, его точно арестуют. Ладно, ладно. Давай так: я попытаюсь, ПО_ПЫ_ТА_ЮСЬ, что то сделать. Но ничего не обещаю. Они замолчали и посмотрели оба на «гостя». — А теперь в дом и спать. Да, оба, оба, ребятки! Нечего тебе тут мыкаться. У нас дом не-большой, но в гостиной есть диван. Мы его подвинем в угол и тебе будет там удобнее. Парень кивнул и скромно и медленно пошагал, за поманившей его Алетой.***
***
Сэм в упор пялился… Именно пялился на «нового жильца» дома Барнсов. И молчал, пока Алета для «подмазывания» к дяде Сэму, носила сладкого все больше на столик и подливала чай. Сэм, почесав бороду, поставил чашку на место и вздохнул, соединив пальцы рук. — Короче, Барнс, жить спокойно ты не желаешь. — Сэм, я… — Тебе надо везде влезть, везде найти приключений, да еще и Алету втянуть. — Это я втянула! — выпалила девушка, не дав что-то еще ляпнуть в адрес отца. — Он мне попался, мы с ним сами разговаривали. Папа не знал. Я попросила, я втянула. — Алета… — Не па, я виновата, я попросила. Но не помочь я не смогу. Мне совесть не позволит. — Ты можешь крупно подставить нас обоих. И меня и отца. Ты это осознаешь? — Сэм даже не смотрел на гостя. — Он убийца по сути, это и так видно. Думаешь, ему позволят жить? — Он раскаялся. — И это его оправдывает? Алета? — Оправдывает, Сэм. Пример перед тобой. — НЕ ставь в пример отца. Он был с другой историей. С другого века, другой войны. Он боролся и убивал по-другому. — И все равно, его оправдали. Убийств было больше, но его оправдали! — не унималась Алета. — Ты… Ай, бесполезно! — махнул рукой Сэм и замолчал. — Я помню, что ты бываешь иногда просто невыносимо упертая. — Вместо нотаций, мог бы сказать четко — Да или Нет. Все что я просила. — Хорошо. Я попробую. — Так бы сразу. — Алета поднялась и подлила Сэму уже почти остывший чай в чашку. — А то нотации, бу-бу-бу, ля-ля, ля. Фр Коза упертая. — Я такого не говорил. — А я это и так поняла. Сэм рассмеялся. — Ну как я могу тебе отказать? — Сокол раскрыл свои объятия, в которые незамедлительно упала Алета. — Значит, возьмусь за дело. Что я могу еще сказать. — Вот и отлично. — пробурчала девушка. — Но это не значит, что я не зол на тебя. Это все еще опасно, даже если я тебе не отказал. Понятно? — Понятно. Но я все равно благодарна. Дальнейшее «чаепитие» прошло почти в тишине. Сэму почему то не сильно хотелось обсуждать что-то личное в присутствии незнакомца. А Алета и не настаивала: дал согласие, значит надо прикинуться пай — девочкой и выполнять все требования и желания. На отца старалась даже не смотреть: почему то стало немного стыдно. Баки конечно знал об увлечениях дочери притащить какую-нибудь зверушку домой, не считая собак или кошек. Полечить, потом отдать куда-то или выпустить. Но человек под ее опекой не бывал. Этот гость не сильно докучал или создавал проблемы. В основе своей он сидел на том диване, который Бак двинул в отдаленный угол комнаты, или бродил позади дома. Ел крайне скромно, быстро и тихо, вновь возвращаясь к себе «в угол».
