«Пропасть»

***

      Иногда, когда сердце молчит не давая ответа. Стоит доверится скрытому чутью. Которое может и не найдёт чего-то хорошего, но приведёт к конкретной цели.

***

      Тени сегодняшнего дня, были остры и не особо доброжелательны. Их грубая форма рассекала улицы города, что казались по странному пустынными, с прозаичной точностью. Добавляя мрачный шарм в серые оттенки домов и печальное небо. Они лишь изредка колыхались живым существом, дыша и вздрагивая. Пугая своим ликом и темнотой души. И хоть сама суть их была проста, они приносили свою лепту в беспокойные чувства.       Ветер завывал и посвистывал, прохладным прорывным потоком бросаясь в людей. Ещё казалось бы с утра, светило солнце. Но словно в насмешку погода омрачилась выпустив свои острые когти. Медленно и так маняше, царапая израненную душу.       Спину всё ещё неприятно жгло, от ран ли? Но и шага не сделать. Не вперёд, не в сторону. Хотя сколько раз он прокручивал в своей голове, в потоке бессмысленных дней, как сможет выйти вот так на улицу, по ту сторону забора и решёток. Говорят, какие-то мелочи начинаешь ценить лишь тогда, когда их лишаешься. И это была чистая правда.       - Вали уже от сюда или ты захотел остаться ещё "ненадолго"? -, С сарказмом и усмешкой произносит охранник, явно никакой любезностью не отличающийся. Он поправив на себе ворот рубашки, взглянул на приятеля, который в свою очередь ответил ему мерзопакостной улыбочкой. Они друг друга стоили и явно для этой работы подходили превосходно. Свиньи есть свиньи.       Казутора слабо вздрагивает, чуть жмётся, сжимая кулаки до побелевшие костяшек пальцев. И голову даже не поворачивая, делает несколько небольших, а после и более уверенных шагов вперёд. Колокольчик на серьге поддрагивал на ветру, колыхался слегка и мелодично убаюкивал своей песней. Пока в голове крутилось одна единственная мысль.       "Что делать дальше?"       И хоть мысль эта должна была пугать его, на душе было тихо и спокойно. Даже как-то пусто. Прижав руку к груди ему слышался лишь отчётливый ритм, биения сердца. Который никакой необыкновенностью не отличался. Только одно не давало покоя, мигрень. Что словно червь грызла голову и в некой изошерённости копошилась и извивалась. Сердце спокойно, а разум горит в огонии. Сочетание не самое приятное и это ему не нравилось. Приводило в секундный ужас от осознания и успокаивало своей тишиной.       Ханемия оглядывается по сторонам. На самом деле он даже не знал, куда он идёт и где его конечная цель. Ведь, домой возвращаться было...страшно. Без лжи и преувеличений. Одна мысль увидеть отца, наводила на парня животный ужас. Вызывающий ничто иное как тошноту в скрутившихся кишках и желудке. Несколько раз тот на вещал его в тюрьме и хоть этого было немного. Ещё месяцами он отходил от взгляда чужих глаз и грубого, монотонного голоса. Это не чуть не скрашивало его прибывание в давящих на разум, четырёх стенах. Уж лучше физическая боль, чем душевная. Это понял он довольно давно. И что же в итоге, денег у него совсем нет, вещей особо тоже и возвращаться домой совсем не хотелось. Казалось безвыходной ситуацию не сыскать. Хотя чего ему жаловаться, в этом виноват был только...       Он пинает носком ботинка камушек и тот с брякуещим звуком отлетает в траву.       Сейчас была половина дня и всё, что он начинал чувствовать это бесконечную усталость и ядовитую, ненависть. Что очень хорошо скрывалось за маской спокойствия. И кое-что всё таки теплилось там, глубоко-глубоко, мысль о старом друге. Единственном друге. Баджи, он так надеялся что скоро увидит его. Интересно живёт ли он там же где и раньше? Характер всё такой же, немного заносчивый? А голос такой же бархатисто-грубый что и тогда?       Эти сменившиеся и отчасти забавные мысли заставляли его невольно улыбнуться и почти даже искренне поверить, что всё не так уж и плохо. Затравливая и вытесняя оставшиеся переживания. Подняв голову от лицезрения плетения трещин на тратуаре, Казутора вбирает в лёгкие побольше воздуха. Кажется он даже и не заметил как дошёл до самой набережной. Для него не имело смысла где быть, а где нет. Поэтому он лишь спускается по лестнице ближе к самой воде и устремляет взор на помутнённую воду.       - Разве это всё я?-, Спрашивает он у отражения, но оно упорно молчит не собираясь сказать и слова. Лишь слабая рябь прошлась по поверхности, пока не пришла в спокойствие. Парень тихо вздыхает, сжимая пальцы до побелевших костяшек, от невыносимой обиды и монотонно повторяет про себя. Это не он, точно не он.       - О чём ты?-, Звучит с пеленой хриплоты голос, почти над самым ухом парня. Заставляя его дёрнуться в сторону и чуть не оступившись, почувствовать как крепкая рука держит его за ворот кофты. Казутора хмурит брови и тяжело дышит, чувствуя как ненадолго звук сердца слышится где-то в ушах. Словно барабанная дробь. От резкого прилива адреналина в кровь его мутит, но так же быстро как находит его это чувство. Оно растворяется в отдалённом понимании происходящего.       - Что за...-, Он не успевает ничего сказать, его немного грубовато, утаскивают от самого края платформы, давая вновь стоять ровно на своих двоих. Ханемия поправляет на себе одежду и всё же поднимает взгляд к верху. Прямо перед ним стоял высокий парень, если прикинуть почти под два метра ростом, немало. Лёгкая курточка на распашку, белая футболка, сигарета в зубах и бросившиеся сразу в глаза, татуировки на тыльной стороне ладоней. Так же как и он сам смотрели на него весьма изучающе.       - Прости, ты наверное хотел искупаться и я тебе остановил...-, С явной насмешкой и с намеренно печальным тоном Проговаривает незнакомец, выпуская из лёгких едко пахнущее облачко дыма. Казутора моршится в неприязни, но ничего на этот счёт не произносит.       - Ты чё пристал ко мне, получить в ебальник хочешь?-,       -Ой, ой какие мы бойкие...не боишься что я сломаю твою тоненькую шейку?-, Глаза яркое золото сияют и святится будто бы изнутри, одаряя Ханемию лёгким пришуром с тонкой пеленой угрозы. Которая как только была замечена им, пропала, сменившись на прежнюю, возможно наигранную, доброжелательность. И в этой манере весьма насмешливой Казутора видит всё скудность его положения и даже связанно было это, не с чужого приимущества в силе.       - Да ладно тебе, я шучу-, Как бы в правдивость своих намерений он руки в сторону разводит, в некой тактичной открытости. Но этим лишь заставляет Казутору фыркнуть. Молодой человек казался ему странным, по типажу похожим на гиену. Непонятным и от этого чертовски опасным. Что думать на этот счёт? Что сердце подскажет? Всё это вертится в голове. И взгляд глаз его, сравнительно пустынных, кажется ещё более мёртвенным и блеклым.       - Моё имя Шуджи Ханма -,       - Плевать, мне не интересно...-,       -Какой грубый -, Со смешком произносит Ханма и забавно выгибает брови. Сигарета в пальцах тлела и заметив это, он с видом непонятного отврашения, бросил её на пол, потушив носком ботинка.       Порыв неожиданного ветра заставляет Казутору отвлечься от нового знакомого и поёжится, почти до мурашек. Чахло выдохнув, кажется он только сейчас почувствовал как сильно замёрз. Кончики пальцев слегка покалявало и он опускает голову, что бы взглянуть на руки. Не понимающе, вопросительно. Пока на плечи его не ложится широкая куртка. Парень поднимает взгляд на Ханму, странный едва ли не пугливый.       - Зачем это?...-,       - Что бы раньше времени не помер -, После этого меду ними повисает недолгое молчание. Ветер слабо завывал и рябью проходят по водной глади. Странное чувство трепетало в душе мальчишки. С одной стороны непонятно, словно маленький зверёк он лишь искал подвоха. Казалось ещё немного и вот вот та "шутка", окажется правдой. И пускай с некой борьбой, шею ему всё таки переломят. Не спроста же это всё. Но с другой стороны, так называемый Ханма мог бы исполнить это ещё ранее. Но тот лишь слабо покачивался рядом, смотря вперёд и на холод внимания совсем не обращая.       " Странное чувство..."       - Так всё же...зачем я тебе нужен? Не просто так, ты ведь решил со мной лясы точить...-, Хмурит брови, но Шуджи остаётся спокойным.       - Проследил как ты покинул "То" место...и подумал неплохо было бы пригласить тебя в нашу банду-,       Ханемия фырчит. Он был прав, в этом неожиданном пришествии действительно крылся подвох и вот где он всплыл. Банда...некоторые мысли невесело шекочят его мозг, оставляя за собой лёгкую дрожь. Взгляд его секундно бегает, но после замирает.       - С чего это ты решил, что я стану соглашаться...-,       - Резонно, у тебя нет особого смысла вступать к нам...-, Шуджи посмотрел на парня и о чём-то глубоко задумался, прежде чем выдать. - Мы совсем скоро, собираемся на стычку с Тосвой, нам бы пригодились хорошие бойцы-,       -...под Тосвой, ты же ведь имеешь в виду Токийскую свастику?-,       - Да, а что?-, Ханма с интересом и непониманием отчасти, наблюдает как за пару секунд взгляд Казуторы становится почти безумным. Будто бы пламя горит, ещё немного и обожжёшся. В этот раз сомнения проскальзывают у него.       "Странный какой-то...хотя кто не без греха"       - Ладно, не хочешь, не надо. Моё дел...-,       - Я согласен-,       - А?-, Он неспешно с расстворившейся улыбкой на него смотри. Будто бы перед собой он совсем другого человека видит. Ярость в глазах, смешанная с приторной радостью. А на лице широкая улыбка. И быть может тот даже не представлял как выглядит со стороны, но...Шуджи подумал, что где-то внутри сидел дьявол. Не в его стиле было бояться, но некое неприятное чувство его посетило.       - Я говорю-, По странному глаза сверкают, но весьма решительно. - Я вступаю в вашу группировку-,

***

Серое небо представляло собой безжизненную, небесную равнину и лишь маленькая одинокая птичка, пронеслась в вышине...