Янтарь

Первое, что ощущает парень после пробуждения — ужасно затекшую шею и холод. Он, всё ещё с закрытыми глазами, ведет руку к застывшей мышце и ощущает, как вода омывает всё его тело. Он испуганно вскрикивает и тут же распахивает глаза, собираясь в комочек. Еще эмоциональнее он реагирует, когда видит, что всё вокруг залито чем-то красным, похожим на кровь. — Что за черт… — выругивается парень, осматривая место, в котором оказался. — Не черт тебя спас, а Бог. Светловолосая девушка, уперев руки в бока, стояла в дверном проеме и смотрела на парня с явным требованием. Якша не мог и слова двинуть какого — он ничего не понимал от слова совсем, способный лишь прикрывать свое тело ладонями. Девушка вздыхает, кидает тому полотенце и лишь говорит, чтобы тот накинул на себя что приличнее и быстрее выходил. Якша выходит из холодной ванной и обнаруживает — кровь была его собственной, потому что на руках нашлись нехилые такие порезы. В зеркало он хотел посмотреться подольше — серая кожа, мешки под глазами, высохшие губы и мокрые болотные волосы, что непослушными прядями обрамляли это мертвенное лицо. Однако он не хотел заставлять ждать незнакомку. — Добро пожаловать в мир, — констатирует девушка, — я твой ангел-хранитель — Люмин. А ты отныне, — тут она заглядывает в какую-то папку, будто сверяясь с информацией, — Сяо. Безработный, неталантливый, безамбициозный двадцатиоднолетний суицидник. — Звучит как то не очень радостно, — Сяо, прижимал помятую футболку, найденную на батареях в ванной, к своим запястьям. — Знаешь, было довольно трудно найти тебе подходящее тело, так что не ворчи. Тут, будто бы очнувшись от продолжительного сна, Сяо вздрагивает. Он вспоминает цель, с которой прибыл обратно в мир живых в виде человека. Предсказав вопросы Сяо, которые она увидела в его встревоженных глазах, девушка выставляет указательный палец вверх, приказывая слушать ее внимательно. — Ты можешь спасти своего человека в течении трёх месяцев, — Люмин отворачивается буквально на секунду, чтобы открыть окно, ибо дышать в этой прокуренной квартирке было совсем невозможно, как замечает, что её подопечного и след простыл. Она подавляет в себе крик негодования и бежит вслед за ним — тот даже дверь за собой захлопнуть нормально не смог. Сяо бежит быстро и стремительно. Резко пробудившиеся воспоминания владельца этого тела помогли ему не запутаться в улочках незнакомого города. Казалось, будто само сердце, которого у него никогда не было, протаптывало ему путь до той самой больницы. Ему было абсолютно без разницы, что сейчас он был одет в какие-то темные потрепанные шорты и футболку, повидавшей весь мир. Он даже не удосужился надеть нормальную обувь — шлепанцы он выкидывает почти сразу, как только выходит на улицу, бегать в них слишком неудобно. Когда за спиной остается большая часть пути, а дорога становится до боли знакомой, Сяо почти задыхается от непрерывного бега. Перед ним восстала четырехэтажная больница, обособленная от всех зданий железным забором. Она казалось каким-то непреодолимым препятствием, но Сяо было наплевать. Он перепрыгивает через забор, даже не дивясь тому, как легко ему это удалось, если учитывать, что преграда была где-то два с половиной метра, а сам он лишь метр семьдесят. Едва он выходит на дорогу, как его видят местные охранники и бегут за ним, крича что-то грозное. Сяо на них внимания не обращает, ему бы попасть в ту самую палату, где лежит его друг, центр его маленькой призрачной вселенной, а потому он прячется средь густых деревьев, чтобы пробраться через окна в здание. Резко свернув за угол, он врезается в кого-то, больно стукаясь лбом прямо в чью-то макушку. Под ним больно ойкают и падают. Сяо, опешивший, сразу же опускается вниз тоже, дабы проверить, не сильно ли пострадал упавший человек. Слова застревают где-то в гортани, так и не вылетевшие с уст. Кремовые волосы растрепались, мягко струясь вниз по плечам незнакомца. Они развевались на слабом ветру, что гулял по листве деревьев. Тонкие пальцы прикрывали глаза с пушистыми ресницами лишь для того, чтобы нащупать место ушиба. — Альбедо? — хрипло доносится изо рта Сяо. — Откуда вы меня знае- Юноша прекращает говорить, потому что лишается дара речи. Незнакомец прямо перед ним смотрел на него таким красочным взглядом, в котором читалась полная мешанина чувств, из-за чего Альбедо не мог понять, что именно ощущает этот парень. Но главное, из-за чего светловолосый так и не сказал ничего, это то, что человек напротив него плакал. Соленые слезы оставляли мокрые дорожки на чужих щеках. Здесь вроде бы была обычная больница, а не психиатрическая. Альбедо встает, но чувствует, как его руку резко сжимают, будто бы боясь отпустить. — Так ты жив? — ошарашено произносит Сяо, а Альбедо, оценив ситуацию, решает подыграть, потому как знал, что рано или поздно охранники найдут их, и тогда он сможет спокойно вздохнуть. — Конечно, а как же еще? — он тепло улыбается, накрыв чужую холодную и побледневшую ладонь своей. — Н-но ведь когда мы виделись в последний раз- Сяо договорить естественно не успевает — прямо из-за угла выскакивает знатно потрепанная девушка в строгом костюме. — Ох, вы уже встретили моего пациента! — она нервно смеется и хватает Сяо под подмышку, чуть ли не душа бедного парнишу, — Премного извиняюсь, он у меня еще не отошел от наркоза, думала, оставлю одного на пять минуточек, а он уже куда-то пропал! Альбедо переводит взгляд с Люмин на Сяо и понимающе улыбается. — Ничего страшного, — он прощается со странной парочкой и возвращается в помещение больницы, откуда сразу подходит к регистратуре и сообщает о незнакомцах. «У нас никогда не было в реестре рабочих такой странной медсестры, да и тем более, для того, кто был под наркозом, у парня были слишком ясные глаза» — Альбедо хмурится и массирует лоб, на котором, слава богу, шишки не намечалось. — Вот ведь хмырь! — злилась девушка, то ли на Альбедо, всё-таки донесшего на них, то ли на Сяо, который до сих пор болтался у нее под рукавом, — Нет бы просто отпустить нас, я же ясно дала понять, что мы безобидные! Сейчас они шли по улице, успешно оторвавшиеся от охранников. По правде сказать, те были настолько не в форме, что вполне могли за ними не бежать, а катиться. Люмин ухмыляется и переводит взгляд на Сяо. Тот вообще будто в транс какой попал. На вопросы нормально не отвечал, бежал, только если его брали за руку. — Ало, прием, — она машет рукой у самого носа юноши, — Земля вызывает. — Почему Альбедо жив? И почему он такой взрослый? Он же был ребенком… — медленно произносит Сяо, найдя в себе силы отойти от шока. — А вот слушать меня надо было, балда, — она прописывает ему подзатыльник, а потом скрещивает руки на груди, — У тебя вышел слишком особенный случай, — она фыркает, но, увидя слишком поникший вид Сяо, теплеет, — Эй, чего раскис? Это же хорошо, что он жив здоров. — Ну да, хорошо… — Сяо вообще-то очень хотел, чтобы Альбедо узнал его. Но этого не произошло. Сяо прекрасно понимал, что прошло, наверное, слишком много лет, чтобы человеческая память Альбедо могла помнить какого-то мутного друга из детства. Люмин тянет его в какую-то первую попавшуюся закусочную, сказав, что лучше объяснит всё сразу тут, чем идти до дома. Там же она покупает ему там одноразовые тапочки (да-да всё это время Сяо был босой) и быстрозавариваемую еду. Только сейчас Сяо понимает, каково это — быть голодным и уставшим. Будучи призраком, он никогда не испытывал базовые потребности. — Теперь-то готов выслушать меня? — Люмин подсаживается рядом, кладя на стол два дымящихся рамёна. Сяо закивал. Их столик стоял на улице, летним вечером было свежо и тепло — самое то, для переваривания информации. — Начну с самого начала, — девушка снимает с себя пиджак, вешая на стульчик, — Так вышло, что мы не смогли сразу же спустить тебя на Землю, потому что Альбедо смог выкарабкаться с того света. Но было не ясно — сделал он это сам или же с помощью твоего желания, потому что его показания улучшились буквально за мгновение до принятия твоего желания. Всё это время, то бишь, — тут Люмин отвела взгляд в сторону и начала считать на пальцах, — все эти одиннадцать лет мы решали, отправлять ли тебя на Землю или нет. Я даже не знаю, сложилось ли для вас обоих все хорошо или нет, потому что… — она сделала паузу и вздохнула, — В общем, тебе дано три месяца на то, чтобы ты спас Альбедо. По истечению этого срока он погибнет, как и ты. Сяо встретился взглядами с Люмин. В её золотистых глазах плескалось сочувствие по отношению к нему. Но Сяо почему-то был спокоен, он был уверен, что готов даже пожертвовать собой ради друга. — Как его спасти? — Вот тут-то и загвоздка, — фыркает девушка, — не ясно как. В уставе написано, что ты должен будешь стать для него самым дорогим человеком, но я понятия не имею, как это относится к спасению. Да и три месяца… Не слишком ли мало? Сяо втягивал в себя горячую лапшу и одновременно думал над решением такой непростой задачи. С одной стороны условия перекликались с его собственными желаниями, но с другой… Сяо было бы достаточно знать, что у Альбедо счастливая жизнь и без него, его присутствие было совсем не важно, если Альбедо хорошо. — А ты поможешь мне во всем? — Нет, просто поугарать пришла, — саркастично отвечает Люмин, но встретившись с непонимающим взглядом Сяо, тепло улыбнулась, — Ну конечно. Я тебя поддержу в любом твоем решении и всегда дам совет. Плюс, кто-то же должен будет тебя просвещать в этом мире. Ну что, начнём наше задание? Люмин протягивает свою руку, но Сяо, всё еще не слишком смыслящий в делах земных лишь уставился на нее, не понимая, что делать. Девушка смеётся, а затем, взяв его руку, жмет их. — Это называется рукопожатие. Обычно люди используют его в честь начала дружбы или партнерства. «Так значит мы теперь друзья-партнеры?» — думает Сяо, чувствуя на своей ладошке прикосновения Люмин. Он слабо улыбается. Друг это что-то хорошее. Альбедо его так часто называл.