Ты сделала английский?

СЕНТЯБРЬ

— Я жутко переживаю, и почти уверена, что это было глупое решение. Ответь, пожалуйста, мне нужно, чтобы меня хоть кто-то поддержал! — отправляю голосовое Насте и надеюсь, что она сразу же ответит. Но в сети она была почти два часа назад, я вряд ли добьюсь от неё чего-то толкового. — Алин, где ты там застряла? Поехали! — тётя Лена садится в машину. Блокирую телефон и иду к ней.       Итак, что же происходит? Сегодня мой первый учебный день в новой школе, в которой уклон сделан на гуманитарные предметы, в частности, английский язык. И, да, это всего лишь второй день в Москве. Я родилась в Ростове, и всю жизнь жила и училась там, но пару лет назад сестра моей мамы — тётя Лена — перебралась в столицу и стала завучем довольно хорошей школы в столице. После ОГЭ мама умоляла меня подумать над переводом в это учебное заведение, но я рационалистка, и не могла представить себе такой резкий переезд. Во-первых, уехала бы я без родителей, мне бы пришлось жить самой, или, как в итоге вышло, с тётей. Во-вторых, социализация — не сильная моя сторона. Я не застенчивая, но в новые коллективы вливаюсь без особого энтузиазма. В-третьих, на тот момент я не видела смысла уходить из замечательного, сплочённого коллектива, староста которого — моя лучшая подруга. Но в десятом классе всё поменялось: из нашей «семьи» некоторые ушли, а им на замену припёрлись ученики из параллельного класса. Не знаю, как в других школах, но мы всегда враждовали с «Б» классом. Вдобавок к этому, Егор Новокрутов — мой злейший враг. Ещё в начальной школе он счёл меня лёгкой мишенью и не упускал ни единой возможности поиздеваться. Поэтому сразу же, как мы стали одноклассниками, моя учёба омрачилась. Где-то в середине февраля я уже понимала, что атмосфера в школе нездоровая, что учиться тяжело, и мотивации нет. Именно это сподвигло меня в самом конце лета резко согласиться перейти в столичную школу. Тётя Лена меня обожает, плюс она надеется, что я наконец завоюю победу в важном для каждой школы конкурсе талантов. Поэтому я тут.       Можно подумать, что сегодня первое сентября, но нет. Оно было вчера, а мой самолёт был перенесён из-за погодных условий. Так что приехала я вчера вечером. Тётя Лена, или же Елена Викторовна, как мне теперь её надо называть, убедила, что нет ничего страшного в том, что я приеду на день позже. Мой новый класс немногочисленный: всего восемнадцать человек. Для сравнения: в моём прошлом классе было тридцать два. Поэтому перспектива запоминать не много новых имён меня порадовала. Но сейчас я переживаю. И, что не облегчает мне жизнь, первый урок — физкультура. Я вовсе не титулованная спортсменка. Дыхалка ни к чёрту, а вот ноги сильные. Я когда-то занималась волейболом в школе, но последний год практики не было. — Волнуешься? — тётя Лена перестраивается в другую полосу и внимательно смотрит по сторонам. — Не сильно, — а вот и неправда, ты сейчас с ума сойдёшь. Ещё раз проверяю сообщения. Настя не отвечает. И, предупреждая вопрос, нет, мы не в ссоре, однако она восприняла мой уход как личное поражение. И её месть, хоть и неоткрытая, отсутствие какой-либо поддержки. А она буквально единственная, с кем я могу поговорить. Мама и без меня нервничает из-за младшей сестры, у которой с рождения дислексия, а сейчас она пошла в первый класс, и это сулит только больше проблем с её-то диагнозом. Папа не сильно понимает все эти переживания: работай, всё будет нормально. — Вот увидишь, класс тебе понравится. Мальчиков и девочек поровну, все ребятки очень инициативны, в олимпиадах участвуют, все мероприятия они организовывают. — Последний пункт не самый актуальный, потому что пандемия вынудила большинство школ прикрыть массовые сборища. А жаль, я любила выступать. Да и все эти присказки от тёти я слышу не первый раз.       Через пять минут мы подъезжаем к светло-жёлтому зданию с панорамными окнами на последнем этаже. Школу окружает обычный зелёный забор, такой и у нас был. — Так, карточку для питания тебе выдадут на неделе, пока предупрежу охранника, так тебя будет пропускать. Сейчас со мной пройдёшь. Ваш класс к 9:15 приходит. — Сейчас 8:30. Отлично. — Пока у меня в кабинете посидишь, как твои придут, я тебя кому-нибудь передам. И, да, я поговорила с Натальей Максимовной, помнишь, я про неё рассказывала? — киваю, делая вид, что помню, но тётя Лена за последние сутки столько имён на меня вывалила, что я уже отчаялась их все запомнить. — Так вот, ты с её старшим сыном в одном классе. Он возьмёт тебя под своё крыло. Мммм, превосходно.       Мы выходим из машины и идём к воротам. Школа стандартная, в ней нет ничего, что бросалось бы в глаза. Я прохожу через турникет сразу после тёти. — Новая ученица, моя племянница, — восторженно говорит Елена… Викторовна, хотя коллеги, стоящие на входе и измеряющие температуру (бесполезное дело, как по мне) не видят причин для радости. О да, «жизнерадостные педагоги», мы точно поладим (нет).       Мы минуем раздевалки и заворачиваем на лестницу справа от входа. Поднимаемся на второй этаж и доходим до кабинета тёти. Просторный кожаный диван, большой стол, кресло, портрет Путина — всё, как полагается. — Присаживайся пока, рюкзак рядом положи. Я пойду вниз, дежурить, ты сиди тут. Если что, пиши, номер мой у тебя есть. Как кто-то придёт из твоего класса, я за тобой зайду. Всё, дорогая, я побежала. — Тётя Лена не дожидается моего ответа и уходит. И что мне делать всё это время? Слетать с катушек от волнения? Почему меня нельзя было отвести в раздевалку, чтобы я там тихо и спокойно переоделась, пока люди не набежали?       Дверь открывается, я пугаюсь. — Ты кто? Где Елена Викторовна? — женщина с достаточно гнусавым голосом и короткой стрижкой сразу мне не нравится. Хотя, может это из-за маски на половину лица. — Она внизу, дежурит. — А ты кто? Что ты тут делаешь? — Я, — чуть не говорю, что её племянница, но вовремя осекаюсь. — Я новенькая, Алина, мне сказали ждать здесь.       Женщина не отвечает и просто выходит. И мне приятно познакомиться. Пока захожу в ВК и проверяю сообщения. Ничего. Но Настя прослушала моё голосовое. Потрясающе. Может, обратно в Ростов? Там хотя бы тепло, а тут ветер холодный. Хотя сегодня я в пиджаке, блузке и брюках, и пока не замёрзла. Я переживала, что тут будет строгая школьная форма: клетчатые юбки, бесформенные пиджаки, бабушкинские туфли, но нет, стиль офисный, в остальном — свобода. Увы, много вещей привезти я не смогла, надежда только на шоппинг в столице. И ещё надо найти работу… — Алин, — в кабинет заходит тётя Лена. Я вскакиваю. — Вверяю тебя в руки Иры, она тебе всё покажет. — Я беру рюкзак и выхожу. Меня ждёт высокая девчонка с тёмными блестящими волосами, убранными в хвост. На ней белая блузка и серые брюки. На ногах белые кроссовки от Nike. Выглядит дружелюбно. — Всё, девочки, оставляю вас. Удачи! — Я Ира, — Ира проходит дальше по коридору и ведёт меня за собой. — Почему решила в одиннадцатом классе сменить школу? — Да так, много факторов. В Москве лучше подготовка к ЕГЭ и в вуз поступить проще. — Ты не из Москвы? — Нет. Я из Ростова. — Понятно, — Ира проходит мимо кучи школьников, а меня такая толкучка напрягает. Но эта девчонка прёт танком. Сразу видно: с самооценкой проблем нет. — Вот тут раздевалка, — Ира проходит внутрь. Я думала, она первая из моего класса пришла, а тут уже все лавочки заняты. Может, это не только мой класс. — Бабы, новенькая, Алина. Алина — бабы, — я улыбаюсь и говорю привет. Слышу не самое радостное приветствие со стороны полуголых девочек и решаю, что самое время переодеться. Достаю свои штаны, футболку и кроссы. Тут, как мне сказали, на физру можно надевать только белые футболки, но, судя по форме моих одноклассниц, все хотели на это плевать с высокой колокольни.       На меня никто не смотрит, но мне неловко. В моём классе многие девочки были, как бы сказать помягче, досками, и выглядели максимум на пятнадцать. А тут такие…реально бабы. Ира одна чего стоит. Все такие пышные, громкие. Я со своей единичкой в лифчике сразу чувствую себя малышкой, хотя мне семнадцать, и уже в январе будет восемнадцать. Стараюсь быстро переодеться и выйти из этого царства Афродит. Встаю в уголок прямо у входа и жду, когда кто-то что-то скажет. Хоть препод пусть появится. Замечаю девчонку с розовыми волосами и парня в очках, которые явно обсуждают меня. Они немного ждут, а потом подходят ко мне. — Привет, я Вика, это Вова, — она показывает на парня рядом с собой. Обычный милый мальчик с щёчками и в очках. Вика же сама театральность. — Ты Алина, новенькая, да? — Да, привет. — Я Вова, твоя тётя просила меня тебе помочь тут освоиться, а Вика моя лучшая подруга, — Вика примерно на голову выше Вовы, а я ростом чуть ниже парня. С плеч сваливается камень. Я так боялась, что этот помощник будет неприятным типом, заносчивым и всё такое, а Вова милый, кажется безобидным. Но нет, они лезут обниматься.       В Ростове в моём классе мы всегда обнимались, но с чужими людьми я такое не люблю. Но надо, стиснув зубы, надо. Я выжимаю из себя улыбку. — У нас очень хороший класс, все тебе будут очень рады. Сейчас придёт Светлана Васильевна, мы будем заниматься на улице, так что лучше возьми куртку. — Куртку? Я без куртки. — Я дам свою, — говорит Вова. — Вов, я думаю, Алине будет не очень удобно в твоей куртке. Она слишком свободна для занятия спортом. Я пойду, спрошу у девочек, может, у кого-то есть толстовка или что-то такое, — Вика любезно улыбается и уходит на поиски одежды для меня. Чёрт, могла бы и предположить, что нужна кофта. — Как тебе наша школа? У нас тут вообще хорошо, раньше было много мероприятий, при прошлом директоре у нас тут и «Оскар», и «Королева Красоты» проходили, ещё «Ученик года» был, но потом пандемия, и директор сменился, так что почти нет событий. Но зато у нас иногда театрализованные уроки литературы. Хотя это тоже последний раз было ещё до карантина… — Вова очень много говорит и постоянно поправляет очки. Я же очень надеюсь на возвращение Вики как можно скорее. И, наконец, она идёт. — Так, я нашла у парней толстовку. Она не должна быть очень большой. — Чёрная толстовка с белыми шнурочками на капюшоне торжественно вручается мне из рук Вики. Я надеваю её и сразу чувствую приятный запах. Тёмный шоколад, какая-то терпкость, но притом и свежесть. Бог мой, это самый вкусный мужской запах, который я ощущала. — Спасибо большое. — Ой, да не за что, рукава можно закатать, если неудобно.       Через минуту выходит высокая женщина со светлыми волосами в спортивном костюме и просит подойти к ней. — Так, 11 «Г», как обычно, идём на стадион, слушаем инструктаж, расписываемся в журнале и идём бегать. Три кружочка пробегаете, делаем разминочку, а потом волейбол.       Мы спускаемся по лестнице. Вова и Вика держатся рядом, будто бояться меня оставить одну. Спасибо им, конечно, но это не расслабляет. На стадионе мы усаживаемся на трибуны и слушаем стандартную технику безопасности, а когда очередь доходит до подписей, я обнаруживаю, что моей фамилии в журнале нет. Приходится вписывать от руки. Вика не занимается, у неё освобождение, а вот Вова предлагает бежать вместе. Не люблю коллективный спорт, но так, наверное, удобнее.       Хотя нет, я поспешила с выводами, Вова бежит быстрее, чем я бы хотела. Блин, сейчас бы ещё пропотеть в чужой толстовке. Кстати, кто её владелец? Все парни либо в своих толстовках, либо в куртках, так выяснить не выйдет. Ладно, отдам её Вике, я тут не для того, чтобы охотиться за парнями. После трёх кругов у меня нет сил ни на что. А ещё разминка… — Вов, проведи разминочку, пожалуйста. — Кажется, Вова любимец педагогов, он типичный хороший мальчик. Мы разминаем шею, повторяя за парнем в очках, потом делаем разминку для пальцев, корпуса и ног. По окончании расходимся за мячом. — Дань, вы в волейбол или площадку открыть? — Парень в кожаной куртке и бордовой футболке поправляет волосы. Он осматривает одноклассников, будто оценивает. — На площадку. — Я за ключами схожу, разомнитесь пока. — Парень кивает учителю и берёт мяч. — Дань, подай! — Ира встаёт довольно далеко от парня и готовится принимать мяч. Даня отходит, бьёт пару раз по мячу, а потом выполняет идеальную профессиональную волейбольную подачу. У меня аж рот открылся. Когда он подпрыгивал, у него подлетели волосы, и после он их небрежно поправил.       Так, Алина, закатай губу.       Отхожу в сторону и продолжаю разминаться. Делаю наклоны вперёд, растягивая икроножную мышцу. Но неожиданно прямо передо мной оказывается волейбольный мяч. — Подашь? — Даня подходит ко мне и ждёт, что я отдам ему мяч. Кто-то врубает колонку на стадионе, из которой начинает звучать MACAN «Се ля ви». Да, с музыкальным вкусом у них проблемы. Но Даня начинает пританцовывать. Я кидаю ему мяч. — Эй, кто так подаёт волейбольный мяч?! Подай нормально.       Он возвращает мне мячик и ждёт. Я не умею выполнять волейбольную подачу, я только принимать научилась… Так ещё и музыка бесит. — Почему ты отказался играть со всеми? — Уровень не тот. Я лучше баскет потренирую. — Меня изумляет такое высокомерие. Уровень у него, видите ли… — Хотя, может, ты составишь конкуренцию. Ну же, подавай. — Я не собираюсь выполнять твои приказы. Просто забирай мяч и вали, профи. — Не очень уважительно ты говоришь с тем, кто обеспечил тебя одеждой, — он кивает с сторону толстовки. — Знаешь что, спасибо, но можешь забрать её вместе с мячом. — Я начинаю стягивать одежду. — Воу, футболку-то оставь, южанка, — я запуталась в толстовке, пытаюсь одёрнуть одежду вниз. Чёрт, футболка задралась, и, кажется, у меня сейчас расстегнётся лифчик. Какой трындец…