Мёртвые души

Сквозь сон доносится навязчивая мелодия. Луи, не открывая глаза, нащупывает телефон и приставляет к уху, не удосуживаясь даже поздороваться. Он снова заснул на диване после тяжёлой смены, и последнее, чего ему хочется, это возвращаться на работу после всего двух часов сна, однако отделение требует своего заведующего на рабочем месте. Впрочем, Луи не жалуется, он любит свою работу. К тому же, он совершенно один, дома его никто не ждёт. Луи давно смирился с этим, ведь у него нет ни единой родинки. Сначала это казалось ему проблемой, даже целой катастрофой, но, в конце концов, он нашёл свои плюсы в холостяцкой жизни. У него есть мама и сёстры и друзья, их Луи вполне достаточно для счастливого существования. Собрав в кучу остатки своих сил, Луи приезжает в больницу, чтобы помочь очередному пациенту. На кушетке лежит худой и бледный мальчик. Луи сразу замечает его слишком живые каштановые кудри, разбросанные по подушке, которые могли бы создать впечатление, что мальчик просто спит, если бы не кровь на его лице и вывихнутый палец на правой руке. Все остальное скрыто простыней. - Он в сознании? - получив отрицательный ответ, Луи проверяет пульс и, удостоверившись, что он стабилен, командует, - смойте кровь, сделайте рентген и общий анализ крови. Документы есть? - У него были только ключи и йогурт, скорую вызвал кто-то из прохожих, - отвечает медсестра, - увидели его лежащим. Уже в кабинете Луи думает, что теперь делать с этим кудрявым ребенком. Он не может узнать ни имя, ни возраст мальчика, что, конечно, доставляет хлопот. Получив от медсестры результаты анализов Кудряшки, как прозвал Луи в своей голове ночного пациента, врач пришел к выводу, что мальчика сильно избили - у него гематомы по всему телу, сломан нос, палец и трещина в ребре. И Луи даже знает, почему. Медсестра сообщила о родинках по всему телу. Луи никогда не встречал таких людей, но он слышал как-то в новостях о том, что женщину с несколькими родинками застрелили. Тогда он подумал, что родинки не настоящие, потому что не бывает так, что их больше одной. Но сам Луи тоже был исключением из этого правила и теперь он знал, что таких "бракованных" больше, чем кажется. Кинув взгляд на часы, Луи решил, что нет смысла ехать домой на пару часов, поэтому достал плед из шкафа и устроился на диванчике, стоявшем в его кабинете, чтобы немного поспать перед утренним обходом пациентов. Он надеялся, что Кудряшка к тому моменту уже проснётся и будет чувствовать себя довольно сносно, хотя его анализы оставляли желать лучшего. Когда Луи добрался до палаты мальчика, было уже время завтрака. Но кудрявый все так же без сил лежал, не притрагиваясь к тарелке с кашей, стоявшей на столике у кровати. - Доброе утро, - с улыбкой сказал Луи, зная, что Кудряшка уже не спит, - я доктор Луи Томлинсон, а как тебя зовут? - Гарри, -ответил кудрявый, не поворачивая голову, - я здесь надолго? - Хорошо, Гарри. А фамилия? - Луи сознательно проигнорировал его вопрос. - Стайлс. Я здесь надолго? - Гарри ожидаемо повторил свой вопрос. - Что ж, Гарри Стайлс, ты здесь, пока не поправишься. Как ты себя чувствуешь? - Нормально. Когда я поправлюсь? - Гарри наконец посмотрел в сторону Луи, и тот увидел его зелёные глаза. - У тебя трещина в ребре, а ещё сломан нос, и палец, и гематомы. Полежишь тут две недели, сделаем повторный рентген. После, скорее всего, будешь лежать дома, если кто-то сможет ухаживать за тобой, - Луи заметил, как Гарри поморщился, как будто съел лимон, - надо заполнить анкету, ответишь на вопросы? Гарри мученически посмотрел на Луи и кивнул. После нескольких стандартных вопросов о возрасте, весе, истории болезней, Луи уговорил Гарри поесть, пока он будет отвечать на остальные вопросы. - У тебя шрам на шее. Откуда? - Луи продолжал заполнять анкету, но не услышал ответ, - Гарри? - Я устал, - Кудряшка перестал есть кашу и отвернулся к окну, - я хочу спать. - Хорошо, - Луи не стал давить на него, ведь, очевидно, это было что-то серьёзное, - я приду вечером, ладно? Если ты что-то захочешь или тебе станет хуже, нажми на кнопку рядом с кроватью. Луи думал, что после разговора с Гарри, этот мальчик не будет занимать его голову, но он оказался настоящей загадкой, которую Луи очень сильно хотелось разгадать. Он подумал, что стоит отправить Гарри к психологу, а точнее, привести психолога к Гарри, ведь мальчику пока что нельзя ходить. Пара шрамов в самых неподходящих для жизни местах, на шее и на запястье, волновали Луи. Он и сам не понимал, почему так переживает из-за этого кудрявого пациента, но заставить себя перестать думать о нём не мог. Да и не хотел. Луи, как и обещал, зашёл к Гарри вечером, чтобы продолжить разговор, а также предложить помощь психолога. Теперь Луи был точно уверен, что добьётся согласия Гарри хотя бы на один сеанс, потому что днём Гарри требовал вернуть ему его вещи, чтобы никто не мог видеть его родинки. Луи знал, что в больнице никто из персонала не стал бы осуждать Гарри за то, в чём он не виноват, но, очевидно, сам Гарри не чувствовал себя достаточно комфортно в своём теле, а это было проблемой. - Гарри? - Луи приоткрыл дверь в палату, - Ты не спишь? - Нет, - послышалось из-под одеяла, - уходи. - Я не уйду, Гарри, - мягко сказал Луи, закрывая за собой дверь, - посмотри на меня, пожалуйста, - Луи сел на стул рядом с кроватью и терпеливо ждал, пока Гарри соберётся с силами и вылезет из-под одеяла. - Нет, - снова сказал Гарри, зашевелившись, вероятно, чтобы плотнее укутаться. - Я принёс тебе йогурт, - Луи решил продолжить разговор после непродолжительного молчания, - такой же, что был с тобой, когда тебя привезли. - Луи действительно сбегал в магазин во время обеденного перерыва, потому что ему нужно было купить ланч, а заодно он купил и йогурт для Гарри. Луи буквально услышал мысленные метания Гарри между тем, чтобы остаться под одеялом и тем, чтобы получить йогурт. Наконец, засопев, кудрявый протянул руку. - Нет, - Луи засмеялся, - я отдам его, только если ты вылезешь из-под одеяла и ляжешь ровно, иначе у тебя будут большие проблемы с ребром, Гарри, - Луи надеялся, что Гарри услышит его, но все же решил пойти с козырей и заговорщически прошептал, наклонившись туда, где, судя по очертаниям, была голова Гарри, - я принесу тебе толстовку, если пообещаешь вести себя хорошо. - Ладно, - Гарри попытался лечь ровно, но застонал от боли, - чёрт, ребро! - А я предупреждал, - недовольно цокнул Луи и аккуратно помог Гарри подняться, - не двигайся, пожалуйста, активно, я ещё утром об этом сказал, - и протянул йогурт кудрявому, - ты готов поговорить? Вместо ответа Гарри открыл йогурт и после непродолжительного молчания кивнул, добавляя, что ответит только на те вопросы, на которые сочтёт нужным. Впрочем, Луи это вполне устроило, ведь лучше получить хотя бы некоторые ответы, чем никакие, правда? Гарри действительно не представлял, что разговаривать с кем-то о том, что так долго держал внутри себя, может быть облегчающим. Конечно, он не рассказал Луи всего, но поделился с ним своими переживаниями, хотя и в общих чертах, а ещё согласился попробовать поговорить с психологом. Луи считал это необходимым, а Гарри хотелось верить ему, ведь Луи был кем-то, кто впервые за много лет заботился о Гарри. Йогурт закончился, Луи ушёл, а Гарри лежал на кровати и много думал. Он не понимал, почему он доверяет Луи или почему Луи хорошо к нему относится. С тех пор как Гарри потерял маму, он не думал, что кто-то ещё может любить его так же сильно, поэтому Луи казался ему странным со своей доброжелательностью, как будто он не видел родинки Гарри, но все равно Гарри хотелось верить Луи и хотелось ему доверять. Гарри рассказал, что учится на художника, а сейчас у него первые каникулы, которые он думал провести за работой, чтобы можно было платить за квартиру, но теперь Гарри лежит в больнице и едва ли ему разрешат рисовать в палате. Он рассказал, что любит Джека Лондона и его книжка лежит у Гарри в рюкзаке всегда, куда бы он ни шёл. Он был благодарен Луи, что тот больше не спрашивал о шраме на руке, потому что Гарри все равно бы не ответил. Он пообещал Луи поговорить с психологом обо всем, о чем он не мог сказать Луи, но Гарри сомневался, что сможет выполнить это обещание. Утром Луи снова пришел, чтобы проверить Гарри. Если честно, он не обязан был этого делать, но ему хотелось, а ещё он обещал толстовку. Ему пришлось принести Гарри одну из своих, потому что магазины уже не работали так поздно вечером, когда он ушёл с работы, а рано утром ещё не успели открыться, но Луи думал, что Гарри будет комфортнее, если он наконец сможет закрыть свои руки хотя бы чужой вещью, ведь больничные рубашки не имели длинных рукавов, чтобы можно было ставить катетеры. А ещё Луи невероятно волновала мысль о Гарри в его одежде, но он предпочитал не думать об этом. Луи помог Гарри аккуратно надеть серую толстовку, чтобы не потревожить ребро и сломанный палец. Он с радостью узнал, что Гарри хорошо позавтракал и подумал, что, возможно, следует принести ему ещё один йогурт. Жизненные показатели Гарри потихоньку приходили в норму, насколько это было возможно в его состоянии. Кудрявый был все ещё довольно слаб и бледен, но выглядел уже куда более здоровым, чем сутки назад. Его каштановые волосы больше не контрастировали так сильно с лицом, в глазах появился блеск, а улыбка почти не сходила с его губ. Почему-то Луи хотелось быть этому причиной. Они оба не понимали, почему им так легко друг с другом, но не собирались противиться этому притяжению.