Зарисовки

- Отойди от меня! - голос рвался из глотки, конечности окоченели от ужаса. - Убери свои руки, исчезни! - грудь распирало от перехватившего рваного дыхания, а взгляд, направленный в сторону противоположный стены, терялся в темноте полупустой комнаты, уже освоенной и родной, но не способной за тебя заступиться. Стены лишь угрюмо накренились и давили. - Милая, успокойся, я с тобой, - он искренне улыбался и не понимал твоего беспокойства. Его глаза не переставая смотрели на тебя, красную и запыхавшуюся. Он ласково, но настойчиво протянул свою горячую ладонь к твоему лицу, и ты, попытавшись отмахнуться, лишь качнула его руку, не сумев сдвинуть не на сантиметр. Попытки не остались тщетны, и ты вновь и вновь пыталась отодвинуть его от себя, будто какую-то истинную мерзость. Оказавшись зажатой между стеной и стенкой кровати, встать ты уже не пыталась, да и сил не было. Тело пронзало током и любое движение выходило рывками. Питер нависал над тобой, соприкасаясь и приближаясь, стараясь преодолеть разделявшие вас сантиметры. Он оставался спокойным, в то время, как тебя трясло от ужаса. Слова комкались во рту и лишь немо приоткрывала его. При каждом столкновении взглядов тебя выворачивало и тело наполняла злость, хотелось врезать ему и оставить его тело бездыханным где-нибудь возле мусорного ведра. Но страх перед этим безумцем откликался острыми уколами в животе. - Ты убил их всех, - наконец молвила ты. - ТЫ УБИЛ ИХ! - сорвавшись, ты кинулась на него, обхватив руками шею, сдавливая так, как позволяло ослабшее тело. Перед глазами мелькали из лица, лица друзей и знакомых, родных, близких тебе и не очень, тех, кто наполнял твою жизнь, дарил тебе воспоминания и эмоции. - Перестань, - прошипел он, указывая на обвившие его руки. Голос его дрожал и стал ниже, но не лишился той фальшивой заботливости. Но ты потеряла контроль. Со слезами на глазах ты пыталась его убить. Пусть он тоже приносил тебе радость, разбавлял одинаковые дни, но сейчас это не имело значения. Через секунду ты была вжата в стену лицом, придавлена сзади его крупным телом. Жар пробегал по позвоночнику и щекотал его. Мышцы дрожали и ныли. Рука заломлена, а запястье горело от его крупной ладони. Питер потихоньку отпустил тебя и обвил твою талию руками, приобнимая. - Все хорошо, ты дома, мы с тобой вместе, - он проговаривал это, будто ублажняя этими словами самого себя. - В том то и дело. Ты пробрался в МОЙ ДОМ. Ты убил всех моих родных, никого мне не оставил! - кричала ты в стену, даже не поворачивая голову в его сторону. - Я люблю тебя, дорогая, и ты меня полюбишь.. Он будто не слышал тебя, не отрицал твоих слов и успокаивал. Он наслаждался содеянным. Его руки испачканы кровью, а его поглотило безумство. - Они были тебе никем. У тебя есть я. Я дам тебе то, на что никто не способен. Это Я люблю тебя. Это Я заслуживаю твоего внимания. Мне предназначено быть рядом с тобой. И даже если ты этого не поняла, милая, - говоря это, он поправил твои волосы и провел кончиками пальцев от щеки к ключицам, - То совсем скоро осознаешь. Он притянул тебя ближе, и ты затрепыхалась в его руках. Запорхала, будто птичка в клетке. Давно пойманная, но не покоренная. Он целовал тебя с особой страстью и нежностью, требовательностью и настойчивостью. Он не остовлял без внимания ни один кусочек кожи на твоем плененном теле.