Человек из стали (новеллизация)

      В пустых яслях начали формироваться бутоны для зародышей, едва Зал зарождения запустился. Патриотическое сердце Зода преисполнилось гордости, как только он представил себе новое поколение криптонцев, которые выйдут из Арктической Крепости, чтобы разойтись по свету и вступить во владение девственным миром.       – Тебе стоило бы поблагодарить меня, Джор-Эл, – злорадно ликовал он. – Ты грезил о возрождении Криптона. Так вот я претворяю твою мечту в жизнь.       Голограмма выразила несогласие.       – Ты извращаешь эту мечту, – сказал призрак. – Наши народы могут жить вместе.       – А зачем нам это? – возразил Зод. – Чтобы многие годы мы мучились от боли, пытаясь приспособиться, как твой сын? – Он глумился над столь удручающей картиной будущего. – Это не жизнь. Я хочу снова дышать воздухом Криптона. Хочу твёрдо стоять на ногах, чувствуя всю тяжесть нашего мира.       Голограмма Джор-Эла отреагировала на это с предсказуемой убеждённостью в собственной правоте.       – Ты сейчас говоришь о геноциде!       – Да, – ответил Зод без намёка на сожаление или угрызение совести. Он уже хотел было начать оправдываться за свою «повестку дня», но тотчас же осознал, насколько это бессмысленно. – И я спорю о его преимуществах с призраком.       – Мы оба призраки, Зод. Неужели ты не видишь? Криптона, за который ты цепляешься, больше нет. Его постиг крах… и твои отчаянные действия ожидает та же судьба.       Вопреки собственной воле, Зод содрогнулся, услышав зловещее пророчество голограммы. Он хотел сосредоточиться только на будущем, а не зацикливаться на событиях прошлого. В этот раз всё будет по-другому, в этом мире. И неважно, что там лопочет эта надоедливая имитация.       – Корабль, – произнёс Зод, повысив голос. – Тебе удалось изолировать этот инвазивный интеллект?       – Ты проиграешь, – сказал Джор-Эл.       Компьютер разведкорабля, теперь порабощённый волей Зода, оперативно откликнулся.       – Удалось, сэр.       Зод сделал мысленную пометку перепрограммировать компьютер, чтобы тот обращался к нему в соответствии с его генеральским чином.       – Тогда приготовься удалить его. – Генерал наградил мимолётным презрительным взглядом всё, что осталось от Джор-Эла. – Я уже устал от этого спора.       Казалось, что голографический образ ничуть не страшится угрозы скорого уничтожения. Джор-Эл укоризненно покачал головой.       – Заткнёшь меня, это ничего не изменит, – отозвалась симуляция. – Мой сын вдвое лучше, чем был ты. И он закончит то, что мы начали. Это я тебе обещаю.       Зод закипел от гнева. Как смеет этот бесплотный призрак сравнивать его, истинного криптонского патриота – специально генетически созданного, чтобы хранить и защищать их народ – с этим незаконнорожденным предателем, которого и в помине не должны были зачать?       – Скажи мне, – произнёс генерал с отчётливым злым умыслом. – У тебя от Джор-Эла память, его сознание. А ты можешь испытывать его боль?       Молчание голограммы громко говорило само за себя.       – Я лично извлеку Кодекс из мёртвого тела твоего сына, – пообещал Зод, используя слова как оружие. Он словно проворачивал клинок в ране, так же, как это было на Криптоне, когда он убил Джор-Эла в первый раз. – А затем восстановлю Криптон прямо на его костях.       Генерал хлопнул рукой по командному ключу и загнал его на всю длину в центральный порт управления, утверждая свою неоспоримую власть над разведкораблём со всеми его системами. Компьютер принялся вычищать своевольный искусственный интеллект из своего банка памяти, отчего картинка стала вмиг рассыпаться. Зод смаковал этот момент, глядя, как «Джор-Эл» тает, разлетаясь на беспорядочные фотоны, пока окончательно не исчез.       На этот раз генерал не сожалел о том, что казнил своего старого друга.       «Видимо, с практикой убивать Джор-Эла становится легче».       Повернувшись спиной к Залу зарождения, Зод зашагал на мостик. Лёд растаял на замёрзшем лобовом смотровом окне, что позволило ясно видеть промёрзшую пустошь снаружи. Кресло пилота опустилось с потолка, и генерал занял место за навигационным пультом управления. Он нашёл то, что искал, да вдобавок раз и навсегда изгнал злонамеренный дух Джор-Эла, а потому больше не было смысла задерживаться в этой бесплодной пустоши.       В отличие от Кал-Эла, он не собирается прятаться от человечества.       Генерал запустил дремлющие двигатели. Боковые ускорители разведывательного корабля ярко вспыхнули, пока судно отрывалось от горной вершины. По неровному склону с оглушительным грохотом сошла лавина, когда корабль поднялся в воздух.       Зод взял курс на Метрополис.

* * *

             Приложив все свои силы, Супермен смог вырваться из костедробильного захвата Двигателя модификации мира. В попытках приблизиться к массивной машине, он принялся выписывать вокруг неё спирали, совершая манёвры уклонения, дабы обойти стороной размахивающие щупальца. Он мысленно пенял себя, что не предвидел возможности нападения Двигателя.       «Я мог бы и догадаться, что эта штуковина будет яростно сопротивляться».       Несмотря на свои размеры, Двигатель оказался куда проворнее, чем казался на вид. Молниеносно выброшенный механический ус опутал криптонца, обвивая душащими кольцами, словно удав. Бьющая энергией материя устроила Супермену приличную трёпку, когда машина швырнула его под своё брюхо, прямиком в гравитационный столб.       Всесокрушающая мощь сбросила Супермена вниз, со всей силы ударив об оголённую скалу острова, после чего волны перегрузки, накатывающие одна за другой, вдавили его в землю. Навалившаяся на него тяжесть была столь велика, что он едва мог поднять голову, не говоря уже о том, чтобы летать. Неудивительно, что на Земле он чувствовал себя лёгким, как пушинка.       До этого момента.

* * *

             C-17 по-прежнему кружил вокруг Чёрного Пустотника, не имея возможности подойти достаточно близко, чтобы доставить внеземной боезаряд. И даже более того, по мере усиления энергетических флуктуаций, самолёты вынуждены были расширять описываемые круги, удаляясь от объекта всё дальше и дальше.       Оставшиеся на ходу F-35 упорно атаковали левитирующий космический корабль, но безо всякого толку. Ракеты и снаряды из пушек не могли прорваться сквозь искажающее поле, которое окружало корабль Зода.       Харди в спешном порядке прогорланил по радиосвязи.       – НОРТКОМ, это Хранитель. Есть успехи с вырубанием этого гравитационного поля?       – Никак нет, Хранитель, – сообщил Суонвик. – Возвращайтесь на точку Альфа. Продолжайте ходить кругами.       «И как долго?» – задумалась Лоис. Пристёгнутая к своему откидному сидению, она нервно вертела в пальцах криптонский командный ключ. Её внимание приковал к себе символ на головке ключа, и она ухватилась за его подлинный смысл всем своим сердцем.       – Давай же, Кал, – прошептала Лоис. – Ты говорил, что это не «S».       Пока Супермен жив, надежда ещё остаётся.

* * *

             К тому времени, когда Перри вместе с остальными добрался до первого этажа здания «Дэйли Плэнет», он уже тяжело дышал. Начальник вывел свой штат сотрудников через холл на улицу, где было видно надвигающийся на них мерцающий столб, похожий на приливную волну.       Припаркованный транспорт, уличные фонари, пожарные гидранты и газетные киоски сплющивало стеной гравитации, которая подбиралась всё ближе и ближе. Повсюду были руины. Соседние здания и многоэтажные автостоянки были сровнены с землёй. Пустой городской автобус спрессовало до толщины тонкого металлического листа.       – Давайте, шевелитесь! – выкрикнул Перри. – БЕГОМ!       Высоко в небе, дерзкий истребитель совершил вираж слишком близко от защитного ореола корабля пришельцев. Угодив в сети пульсирующей волны гравитации, реактивный самолёт вышел из-под контроля и разбился о стоящее неподалёку офисное здание. Куски разрушенной стены и полыхающие фрагменты самолёта градом посыпались на улицы и тротуары, бомбя асфальт будто ракеты.       Сила удара отбросила Перри к бордюру, но он быстро подорвался на ноги и помчался прочь от обваливающегося здания. Каменная пыль и пепел припорошили его лицо и одежду. Ломбард вырвался впереди Перри, пока босс пытался провести мысленную перепись своих людей, которые беспорядочно разбегались кто куда.       – Все целы?       Расширяющийся столб шёл за ними по пятам. Перри слышал, как позади раздавливались сталь и бетон. Возвышаясь высоко над их головами, сверкающая гравитационная стена точно бульдозером прокладывала себе путь через Метрополис, снося весь город подчистую.       Здания, которые обрушались в одночасье, и слишком плотно заставленные друг к другу автомобили зажали их в тиски, отрезав ход к отступлению. Отчаянно оглядываясь в поисках ближайшего пути к спасению, Ломбард заметил узкий переулок между двумя небоскрёбами, стоящими на пороге разрушения.       – Я вижу выход! – проорал он.       Перри остановился, осматриваясь вокруг.       «Куда подевалась Дженни?»       В царящем вокруг шуме-гаме и неразберихе, он потерял из виду молодого стажёра. Шеф стал звать её.       – Дженни! Где ты, Дженни?!       В ответ послышался слабый, приглушённый голос.       –...Я здесь… сюда…       Из-под завала высунулась её израненная рука. По всей видимости, часть фасада здания откололась и, рухнув, погребла под собой девушку-стажёра. Перри бросился в сторону Дженни и начал лихорадочно расчищать тяжёлые обломки каменных плит. Адреналин придал ему сил раскопать её лицо, которое, как оказалось, было разбито и кровоточило. Чистейший ужас исказил черты Дженни. Слёзы текли по её щекам, покрытым слоем пыли.       – Я застряла! – слабо вскрикнула она. – Я не могу освободиться!       – Держись! – сказал он.       Перри пытался откопать её, но некоторые из плит были слишком тяжёлыми, чтобы их мог поднять один человек. Его наполненные отчаянием глаза искали Ломбарда, которого он заметил в нескольких футах в стороне и, похоже, тот был парализован страхом. Остекленевший взгляд спортивного репортёра метался туда-сюда между Дженни, пойманной в ловушку, и высоченным гравитационным столбом, неумолимо движущимся к ним.       Крушащий всё на своём пути луч уже находился от них менее чем в двадцати ярдах, и гудел так громко, что у Перри затрещали зубы. Если они не пошевелятся, через считанные секунды бедняжку Дженни раздавит в кровавое месиво.       – Ломбард! – выпалил Перри, пытаясь перекричать грохот. – Помоги мне!       Экс-качок оторопел, не в силах отвести взгляд от приближающегося столба. Он выглядел так, словно вот-вот готов бросить их.       – ЛОМБАРД! Тащи сюда свою задницу!       Безапелляционный тон Перри подстегнул мужчину к действиям. Найдя в себе стержень храбрости, что наверняка удивило даже его самого, репортёр кинулся на помощь Перри. Вдвоём они начали отшвыривать в сторону массивные куски каменных плит, медленно откапывая её. Выбившаяся из сил Дженни кое-как пыталась освободиться.       – Не бросайте меня, – умоляла она. – Пожалуйста.       Но Перри и не думал никуда уходить. Он мельком глянул через плечо и увидел, как маячивший поблизости столб безжалостно подползает к ним. Шеф поднял очередную тяжёлую плиту, и хоть у них наметился прогресс, времени всё равно не хватало. Ни за что на свете они не успеют вытащить её оттуда прежде, чем гравитационный столб слоем грязи размажет их по асфальту.       Ломбард тоже понимал текущий расклад. Он смущённо посмотрел на Перри, безусловно желая бежать со всех ног, но стоический взгляд босса пристыдил его, заставив остаться. Репортёр кивнул и взял Дженни за руку, утешая её перед лицом неотвратимой гибели.       В тот момент Перри гордился этим человеком, который доказал, что ни у кого нет репортёров храбрее, чем в «Дэйли Плэнет».       «Мы – одна команда, – думал шеф. – До самого последнего дедлайна».       – О, Боже мой, – бормотала Дженни, и похоже, её накрывал шок. – О Господи…       – Всё будет хорошо! – заверял её Перри. – Мы вытащим тебя оттуда, слышишь? – Работа Перри заключалась в том, чтобы раскрывать людям правду, но он посчитал, что ему простительна будет одна крохотная ложь во благо напоследок.       Фут за футом, дюйм за дюймом, гравитационный столб ползком подбирался к ним. Столб поглотил передвижной киоск с едой, раздавив ларёк будто гидравлическим прессом. Ломбард съёжился, но всё равно остался рядом с Дженни. Он закрыл глаза, по-видимому, не желая быть свидетелем собственной кончины.       Перри держал глаза широко раскрытыми.

* * *

             Гравитационный луч припечатал Супермена к Земле. Слепящий свет и оглушительный гул аккомпанировали экстремальному давлению, которое приколотило его к земле. Твёрдая скальная порода пошла трещинами под распластанным телом криптонца. Сжатая материя вилась вокруг него.       Он чувствовал себя так, будто на него наступил гигант, старательно утаптывая его пяткой, тогда как Двигатель модификации мира продолжал извергать ядовитые газы в атмосферу. Гравитационные волны проникали в Землю, увеличивая массу планеты. Скоро весь мир станет пригоден только для одного народа, которому здесь не место.       «Нет, – противился в мыслях Супермен. – Я не могу позволить этой машине победить».       Ему вспомнились все те люди, чьи жизни зависели сейчас от него. Все те, чьи сердца он тронул за время своих странствий, а также те, кто тронул его сердце, – мама, Лоис, Пит, Лана, капитан Херальдсон с экипажем «Дебби Сью», нефтяники на буровой платформе, официантка Крисси, полковник Харди, отец Леон…       И вспомнил тех, кто пожертвовал всем ради него, чтобы подарить ему шанс изменить мир к лучшему: Джор-Эл, Лара Лор-Ван и Джонатан Кент. Ему нельзя подвести их, равно как и семь миллиардов человеческих душ, зависящих от него.       Миллионы лет земной эволюции, тысячи лет человеческой цивилизации и прогресса, бессчётное количество поколений мужчин и женщин, которые вели борьбу за лучшую жизнь для себя самих и процветание будущих поколений. Всё будет стёрто, как будто ничего и не было, если он сейчас же не вернётся в строй – и не станет тем героем, которого видели в своих мечтах его отцы и матери.       «Ты должен решить, каким человеком ты вырастешь, Кларк. Потому что, каким бы ты ни стал… этот человек изменит мир».       Или спасёт его.       Супермен оторвал лицо от щебня. Вопреки всем законам вероятности, непостижимым образом, он шатко поднялся на ноги. Способность просто стоять прямо под сокрушительной мощью столба была сродни подвигу Геракла, только этого было недостаточно. Супермен оторвался от поверхности сплющенного острова, и стал медленно подниматься, борясь с перегрузкой, вдобавок наращивая скорость полёта.       Гравитация деформировала его лицо, заставляя кожу будто рябить, когда он уставился на адское сердце проклятого Двигателя. Зрачки Супермена засветились красным.       Залп багровой энергии вырвался из его глаз, встретившись лоб в лоб с гравитационным лучом. На мгновение возникло впечатление, что две силы ничем не уступают друг другу. А затем, закричав от напряжения, Супермен переломил ход событий в свою пользу и понёсся вверх, прямо в брюхо Двигателя модификации мира. Превратив своё неразрушимое тело в оружие, Человек из Стали прорвался через корону машины и выстрелил в клубы инопланетных облаков.       Сразу после скоропостижной смерти мозга Двигатель стал шататься на своих исполинских ногах. Из его продырявленной головы вырвалось пламя. Непослушные ноги окончательно отказали, когда механизм целиком коллапсировал внутрь себя, обрушаясь на то, что осталось от вулканического островка, который вдруг стал похож на Кракатау.       Взрыв от преждевременной кончины Двигателя сбил Супермена с неба.