Белоснежка и семь...

Белоснежка шла широкой тропинкой, которую протоптали «лешие». Любуясь природой, то и дело присаживалась, рассмотреть, понюхать диковинные цветы. Она знала, волшебно-сказочная, лесная территория принадлежит мачехе. Будучи уверенной в своей безопасности, глупое создание решилось на подобную авантюру. Ухх-тыыы. Какой цветочек, и вон там и там… Не заметив сама как, свернула, направляясь вглубь леса. Упс. Потерялась. Снежка покрутилась, осмотрелась. Вот, еле заметная тропинка, по всей вероятности тут ходил кто-то один. Интересно. Тропинка вывела к огромному, старому дубу, раскинувшему свои лопасти над довольно широким лесным ручьем. Рядом с рекой и дубом, чудесная, залитая солнцем полянка. Да! То что нужно! Девчонки разбрелись по делам, до обеда времени хватает. Вещи полетели к корням дуба. Прекрасное, юное создание присело нежиться в лучах солнца. Малик не спеша брел к любимому месту. Там в корнях тысячелетнего дуба он обустроил убежище, вход в которое тщательно замаскирован зеленью. Небольшая уютная пещерка, защищена от ветра и осадков. Притащив старый матрас, спальник, сколотил некое подобие столика, на котором стояла бутылка с водой. Год назад он нашел и облюбовал это место, регулярно прячась от парней, которые иногда выбешивали похлеще кого-либо. Вот сегодня, с самого утра началось. Двалин поднявшийся не с той ноги, заехал по физиономии Айверу. Гнома достало слушать оскорбления в сторону сородычки Тильды. Эльф тоже хорош, ну стоит на гномеллу, дрочи, да помалкивай. Бегает за ней как собачонок, потом обзывает бегемотом. Вообще-то Тиль очень даже секси, эльф знает и беситься, рыжуля то его отшивает. Короче, одни начали, другие закончили, переругались все, не забыв матом послать друг-друга во всякого рода гениталии. Дурдомище. Интересно, девчонки так же живут? Солнечно сегодня, надо бы матрас со спальником просушить, а лучше спальник прополоскать в речушке. Точняк. Навести порядок, завеяться на пару суток, не видя и не слыша придурков с их соплями. Бля. Ну почему «хорошая мысля, приходит опосля»? Прийдется возвращаться, хоть пожрать собрать, да пару шмоток взять. Ладно. Пока все сделаю, обдумаю чего бы притащить, не громоздкого и необходимого. Шел. Размышлял. Даже по сторонам не смотрел. Выйдя на поляну ахуел. Просто иного слова не подобрать. Посреди поляны, залитой лучами солнца, сидела Белоснежка. На коленках, с идеальной осанкой. Совершенно голая. Не считая дурацкого красного ободка, с бантиком, на голове. Да ну… Дуреха! Одна! Голая! Посреди леса! Даже в самой буйной фантазии такого не представишь. Как у нормального, молодого, здорового парня, мозг впал в кому, уступив животному инстинкту. Привет, стояк. Вот что делать? Трахнуть в извращенной форме, и поза, что нужно? Хех. Он хоть демон, но держать себя в руках умеет. Тем более, бестолковое чудо, иначе не скажешь, падчерица Леди Проректора, а ей он жизнью обязан. Еще и свалил в одних джинсах, без рубахи, не прикрыть выпирающий член. Ай, да ладно. Подошел, сел напротив по-турецки, в ожидании когда на него обратят внимание, любуясь девичьей наготой. Посмотреть было на что. Белоснежная кожа, отнюдь не маленькая грудь, с ярко-розовыми сосочками. Плоский животик, сочная попка. Пухленькие, алые губки, будоражат фантазию… Глаза цвета виски, с интересом смотрящие на него. Белоснежка сидела с закрытыми глазами, в полудреме. Строгая мадам Одет, следящая за манерами, заставляла малышку Снежку сидеть часами, не шевелясь с идеально расправленными плечами и ровной спиной. Она даже спать приспособилась с башней книг на голове. Тихий шорох шагов. Легкий, ненавязчивый запах мужского парфюма. Она открыла глаза. — Привет, принцесса. Не узнаешь? — Один из обожателей «Лесных дев», — не без ехидства сказано. — Не совсем, но где-то там. Чего сидим, кого ждем? — Тебя. — Ну… Я тут. — Потрогать меня не хочешь? — С детства научен дочку ректора не трогать, — хмыкнул он. С детства? Девушка задумалась. — Вспомнила! Мы малышами дружили, игрались вместе. Ты называл меня принцессой, а себя рыцарем, — она даже улыбнулась. — Было дело. — Еще помню твоего червячка, ты с гордостью его демонстрировал. Малик громко рассмеялся. Понимая, что червячок, вот-вот порвет ширинку. — Что сказать, мне есть чем гордиться. — И что, не покажешь? Хмыкнув демон встал на колени, указывая в область паха. — Подрос малыш, неплохо! Дрочить будешь? — Нет, ты минет сделаешь. Снежка фыркнула: — Не имею привычки тянуть в рот, что попало. — Принцесса. Он не что попало, а твой червячок. Смотри как рад встрече. — Вижу. Почему минет, а не сразу секс? — Червячок ждал, скучал, жаждет ласки. Потом не против продолжить знакомство, в разных позах. — Пфф… иди рукоблудь, мечтатель. — Ок. С тебя минет. Парень поднялся, пошел к речке. Порадовать девочку, поонанировать у нее на глазах? Не интересно. Вот если бы она помогла… Продолжая фантазировать, он просто лег в холодную речку, позволяя воде смыть напряжение. Белоснежка наблюдала за ним. Неужели сделает это? Ну блин… разочарованно застонала, тут же закрыв рот рукой. Надеялась, лежащий в реке парень не слышал ее. Тяжелый вздох. Экземпляр, конечно, неплох, но не в ее вкусе, малость слащав и без изюминки. — Ааайй. Придурок! — завопила Снежка, почувствовав на разогретой коже ледяную воду. Парень рассмеялся, сел на место, наблюдая как недовольно бурча девушка растирает капли влаги по телу. В кого он такой терпеливый, сам себя не узнавал Малик, и демоническая часть притихла. Затишье перед бурей? — Ой, — она как-то странно посмотрела на него, даже вперед подалась. — Ты что с собой сделал? — В смысле? — У тебя глаза разноцветные, и пряди белые в волосах, такого же не было. — Ааа… было. Уродился таким. Морок спал. С детства Леди маскировала мою внешность, боялась, будут обижать уродца. Сейчас Ник морок наводит, — улыбнулся обнажая клыки. — Клыков тоже не было. Ты демон говоришь? — Полукровка. Мать человек. Родила, отнесла в лес, оставила. Тебя испугал мой вид Принцесса? Белоснежка сидела закусив губу. Раньше его слащавая внешность не привлекала, сейчас эти глаза, клыки. Изюминка которой не хватало. Он сам понимает насколько сексуальный? Как сводят с ума разноцветные глаза: правый небесно-голубой, левый — зеленый. Желание ощутить клыки на коже, сладкой негой разливалось внизу живота… Что за нафиг? Кто кого соблазняет? Она отчаянно замотала головой. — Ты чего? — не понял Малик, наблюдая за обнаженный чудом. — Ничего, — огрызнулось чудо, подымаясь на ноги. Теперь губу закусил Малик. Невысокая, с белоснежной гладкой кожей. Ни единой волосинки в месте, которое обычно девочки прикрывают, хотя бы полупрозрачным кусочком ткани. Бесстыжая малышка. Червячок согласен, так и рвется наказать, острую на язык бестию. Пока он мысленно «карал» девушку, не сводя глаз с аппетитного тела, она подняла свои вещи, не спеша натянула желтую коротенькую юбочку, синюю маечку. На голое тело! — Уходишь? — уточнил он, решая чем заняться, отмокать или рукоблудить. — Да! Ты мне надоел, пока! В ответ, он лишь усмехнулся. Она ушла. Стало пусто и скучно. На удивление парня, червячок притих сам по себе. Ну и славненько. Собственно, он для чего пришел? Логово прибрать. Так чего сидим? Выстирав спальный мешок, вывесил сохнуть. Вытащил старый матрас, выбил, положил просыхать. Нехитрый скарб. Можно смело оставлять, идти домой, никто не упрет. Уже дома, пообедав, сидя на кровати Малик еле сдерживался, чтоб не рвануть к речке, вдруг она вернулась. Еще один повод зависнуть на пару дней, сбежав ото всех. Эх, вот бы Принцесса компанию составила. Мечты. Дочь ректора не для демона, тем более такого как он. Хоть и воспитанного, спасибо Леди проректору. Вытащив рюкзак, забросил солнечную зарядку, мелочовку для гигиены, все что ль? Лучше еды побольше набрать. Сбежать не вышло. Сидевший на кухне ведьмак, мягко говоря выглядел хреново, мучая себя и картошку в попытках очистить от кожуры. На плите, в большой кастрюле кипела вода. — Помоги дочистить эту хрень, что-то меня скосило, — охрипшим голосом попросил Ник. Разве откажешь больному товарищу? Нет. Отослав старшего болеть в своих покоях, принялся готовить суп. За супом, каша, к каше салат. Тут и парни собрались. Стефа подтянулась с очередным творением Цветаны. Большим фруктовым пирогом с сахарной пудрой, для Двалина. Он хоть и шарахался от феи, а десерты ее уважал. Все уважали и радовались ароматной вкуснятине. Ужин прошёл без происшествий. Парни расслабились, занялись кто чем: рубились в плейстейшен, гоняли шары в бильярд. Малик развалившись в кресле думал о Белоснежке. — Есть желающие прогуляться к девчонкам? — раздался вопрос, сопровождаемый громким чихом. Демон не веря своим ушам обернулся, Ник к девчонкам, добровольно? Быть не может. — Что-то случилось? — Элеонор звонила, попросила забрать Эрика. По ее мнению он плохо выглядит, второй день не ест, сидит на одном месте практически без движения. — Далась ему та Севара, даже близко не подпускает, — отозвался Айвер. — Как и ты к Тильде, — парировал Ник. — Тебе Элеонор напомнить? — огрызнулся эльф. Причем тут Эля? Видимо я чего-то не знаю, — флегматично думал демон, слушая перепалку товарищей. — Я не бегаю за ней со стояком. Потом как обиженный малолетка, которому не дали, обзываю девчонку! Малик закатил глаза. Понеслась. Это еще не все в сборе. — Я Белоснежку хочу! — сказал, так, для разнообразия. Тишина. Куча пар глаз уставились на него. — С тебя морок спал, — помолчав, отозвался ведьмак. — Знаю. Не хочу больше прятаться. — Объект желания напугать не боишься? — вопрос от Айвера. — Боюсь, что на пару с тобой и стояком ходить будем. Ты за Тиль я за Снежкой. Ребята громко рассмеялись. Обстановка разряжена. — Снеж, что случилось? — Эля нервничала, мало полуобморочного оборотня, так еще Снежку как пришибло. — Какой демон Малик? — Та-ак. Он приставал к тебе? — Нет. Но встретились сегодня. С него морок спал. Он вовсе не слащавый пупс. Эллльь…он такой сеексии…- заныла подруга падая на стул. — И ты в то же болото, — офонарела магичка. — Вы хоть предохраняйтесь, или отвары свои пей. — У нас ничего не было, — то ли возмущенно, то ли разочарованно ответила Снежка. — После твоего «Он такой сеееексиии» еще как будет. Тут воздух виагрой пропитан что ль. Одна гнома хочет, вторая вампира, третья на демона слюни пустила, — не унималась Элеонор, нервно нарезая кубиками морковку. — И вообще, ты готовить должна не я. Белоснежка жалостно посмотрела на подругу, та только рукой махнула, продолжая кромсать несчастный овощ. — Севара, поговори хоть с ним. Как нарычала на бедолагу два дня назад так и сидит, даже воду не пьет. Нельзя же так! Журила девушку-оборотня Стефания. Эрик и правда несколько суток не притрагивался к еде и воде. Сходит к речке, ополоснется и назад. Севара же не сдавалась. — А можно в мое пространство лезть? Ко мне подойти боятся, рычит и кидается на всех. Твердит что мы пара! Нормально? Я ничего не чувствую! Так не бывает! — Лешие приперлись за своим товарищем, — оповестила Тильда. Магичка бросила нож, вытерла руки. Девочки молча смотрели на старшую, интересно опять с Ником сцепятся? — Ну что дамы, шоу начинается? — выходя следом за Элеонор, пошутила Белоснежка. — Оно продолжается, ежедневно, — бурчала в ответ Тиль. Эль вышла за преграду что-то обсуждая с Ником. Эльф подпирал дерево, с усмешкой смотря на фурор произведенный Маликом. Девочки стайкой окружили демона, оценя новую внешность. Одна Снежка стояла в сторонке, тоже наблюдала, надув губки. Протвный демон даже не смотрел в ее сторону. Ну и подумаешь! Расхорохорился как петух, среди кур. Малик времени зря не терял, поулыбавшись девушкам, обратился к оборотню: — Севара, прошу, поговори с ним. Пожалуйста. Пару фраз. Мы заберем его, Ник колданет и он забудет тебя, раз так хочешь. Девушка напыжилась, не ожидая такого поворота. Насупившись твердыми шагами подошла к оборотню, плюхнулась напротив него, сложив руки на груди смотрела в упор. — Я не чувствую в тебе свою пару! — Ты еще маленькая и глупая. — Если я такая, чего сидишь, иди взрослую ищи, — взбесилась девушка. — Жду когда повзрослеешь, поймешь. — Пффф. Обор, ты НЕНОРМАЛЬНЫЙ! Вот чего ты лыбишься? — Хочешь понять? Обратись, — сказал и перекинулся в волка. Красивого серебристого волка. — И не подумаю, — он лежит на пузике, умоляюще смотрит голубыми глазами. — Ладно. Тишина. Все наблюдают за двумя волками. Крупный самец неподвижным бревнышком посреди поляны, вокруг него, принюхиваясь описывает круги молодая самочка. Ткнулась носом в его морду. Прилегла рядом, перевернулась на спину, потерлась о бок самца. Поднялась. Рыкнула. Он поднялся. Сел. Она потерлась мордочкой о его морду. Резкий выпад, самочка лежит под самцом, он замер прикусив ее з холку. — Сев… — Ник успел закрыть рот рукой Эле, прижав девушку к себе со всей силы. — Тихо. Не лезь. Он не сделает больно Севаре, — прокашлявшись хрипло прошептал он. Элеонор будто током шибануло, замолчав она кивнула, косясь на обнимавшего ее ведьмака. Момент когда Севара перекинулась в человека они оба прозевали, как и то как она в панике убежала в дом. Эрика увели. Девочки разошлись по комнатам, решив дать Севаре прийти в себя, не задавая вопросов. Посмотрев пару серий любимого анимэ, Снежка приняла душ. Облачилась в короткую, шелковую ночнушку, сладко позихнула, закрыла глазки. Жарко. Сбросив покрывало, девушка перевернулась на другой бок, на спину, живот. Да что такое! Душно и все мешает… — Не спится Принцесса? — тихий шепот. Он тут, рядом. Белоснежку бросило в жар. Дыхание участилось. — Малышка ты вся горишь, — легкое дуновение ветерка. Соски затвердели. Между ног стало влажно. Рука потянулась за покрывалом, прикрыться. — — Бесстыжая, девочка стесняется? — смешок. Нежное прикосновение. Его рука прошлась вдоль ножки, по бедру, замерев на животе. Палец очертил треугольничек кружевных трусиков, Снежа еле сдержала стон, сильнее сжимая ноги. Горячее дыхание на шее. Губы обхватили торчащий сосок, сквозь шелковую ткань. Наглые пальцы проникли под кружева, поглаживая гладкую кожу. — Мали-ик…- алые губки приоткрылись шепча его имя и постанывая. — Хочу тебя! Сейчас. Он отстранился, убрал руку. — Сперва минет Принцесса… Вздрогнув, Белоснежка проснулась. Одна, в своей постели. Возбужденная похлеще мартовской кошки. Негромко матернулась и поплелась в душ.