Странник. Дороги Валинора

И все-таки ведущая домой

Дорога оказалась слишком длинной.

      И. Бродский

Он вздрогнул и открыл глаза. Над головой было синее, и золотое, и белое. Все кружилось, все плыло, превращалось в гигантский водоворот, и в центре водоворота был он… Кто – он?.. … Странник вздрогнул и открыл глаза. Над головой была хрустально чистая опрокинутая чаша. Чаша плавно поднималась и опускалась. Он осторожно шевельнул пальцами, ощутил под рукой твердые шершавые доски. Ощутил запахи – соль, смола, древесина. Услышал поскрипывание канатов, хлопанье натянутого полотнища, гул ветра где-то высоко над головой. Мир двигался вместе с ним, и он вместе с миром… Он… Кто – он? … Геральт вздрогнул и открыл глаза. Над головой было утреннее небо. Вокруг – крики чаек. И размеренный шум моря. Он был жив. И лежал на палубе. И был он не один. Одни руки поддерживали ему голову, другие поднесли к губам горлышко. Он глотнул воды, закашлялся, попытался сесть и потянулся было за кожаной флягой. – Осторожно, незнакомец, не пролей случайно, – произнес тот, кто его поил. – Это последняя вода, другой у нас нет. И протянул ему флягу. Геральт отрицательно покачал головой. Человек улыбнулся. – Нас эти несколько глотков не спасут. А тебе помогут. Пей. Геральт взял флягу и сделал осторожный глоток. Вода казалась свежей, но отдавала странным привкусом. Не затхлым, но… «Это вкус времени, Геральт», – произнес голос Странника у него в голове. – «Вкус источника, которого больше не существует. Как и самой земли». И все же это была вода. Геральт глотнул еще. И только сейчас осознал, насколько хочет пить. – Благодарю, – он вернул опустошенную досуха флягу. Тот, кто поддерживал его за плечи, помог ему сесть и прислониться к борту. Он наконец смог осмотреться. Он действительно был на корабле. Впрочем, совсем небольшом. Скорее, это была ладья с высоким выгнутым носом и одной мачтой. Кроме тех, кто был рядом, на палубе находились еще двое. Один стоял у руля, другой занимался парусом. Больше никого не было видно. – Как я здесь оказался? – спросил Геральт того, кто стоял перед ним. Это был очень высокий человек в богато расшитом плаще. Явно – предводитель. Поседевшие волосы достигали плеч, их удерживал тонкий обруч. Жесткий, но все же не жестокий взгляд. Резкие черты лица кого-то ему напоминали. Казались смутно знакомыми. – Тебя прибило к нам огромной волной, незнакомец. На закате разыгралась страшная буря, мы были уверены, что погибнем. Мы вчетвером стояли у штурвала, но не могли его даже повернуть, он не слушался нас. И когда поднялась волна до небес, мы поняли, что она – последняя. Но вместо того, чтобы опрокинуть ладью, она подняла нас на свой гребень и опустила вниз как на ладони. Что-то ударилось о борт – мы кинулись туда и увидели человека. Тебя. Ты был без сознания. Мы еле успели втащить тебя, как ветер погнал нас дальше. – Благодарю, – повторил Геральт. – Не благодари, – человек покачал головой. – У тебя был меч… но мы не сумели его удержать. Его смыло волной. Второй молча указал на пустые ножны на перекрученном ремне, лежащие рядом с ним. Геральт медленно прикрыл глаза. – Меч… их было два. – В такую бурю сражаться нелегко. – Я сражался не в море, – Геральт вздрогнул от вернувшихся воспоминаний. Осторожно провел рукой по лицу, по виску, по шее, ожидая нащупать порезы. Ран не было – или же они затянулись. Он посмотрел собеседнику в глаза. И тут наконец понял, кого он ему напоминает. По спине пробежал холод. – Не знаю, кто ты, – начал Геральт, но человек властным жестом остановил его. – Мы – изгнанники, а может быть – предатели своего народа. Не знаю, остались ли у нас еще имена. Поэтому не называем их и не спрашиваем твое. Мы спасли тебя, но не знаем, так ли это хорошо для тебя, как может показаться. Теперь ты разделяешь нашу судьбу… или наше проклятие. Он помолчал. Потом задумчиво продолжил. – Нас носит по волнам уже много дней… да и дней ли? С тех пор, как мы отплыли из гавани Роменны, буря преследовала нас по пятам. День за днем мы просыпались под тенью ее крыльев. Мы держали курс, как могли. Сначала кончилась пища. Но силы не иссякали. Нас поддерживала надежда. И вера в то, что мы достигнем цели. Или погибнем. Вчера в последней бочке закончилась вода. Оставалась только эта фляга… но ее не хватило бы на четверых. А берег все не показывался. Тогда мы поняли, что цель недостижима. Что нам не дано повторить судьбу того, кто шел этим путем до нас. А потом нас накрыла буря. Остальное, незнакомец, ты уже знаешь. Геральт кивнул. Ему было понятно одно – он снова угодил в миф. С гибелью Ар-Фаразона не кончилось ничего. Скорее – все только начиналось. Внезапно он ощутил колоссальную усталость. Она навалилась на него словно плита. Он откинул голову, закрыл глаза. Но все равно продолжал чувствовать на себе взгляд существа, которого носило по морю не одну тысячу лет, хотя он сам не подозревал об этом. А Геральт был один, и был он безоружен. Сложно было предсказать, как отнесутся эти трое воинов и их предводитель к тому, что он собирался сейчас им сообщить. Впрочем, молчать и медлить было бессмысленно. – Кем бы ты ни был, – тихо произнес Геральт, – Ты должен знать – вчера в поединке я убил твоего короля. Наступила тишина. Медленно, очень медленно, предводитель Нуменора опустился на одно колено перед Геральтом. Остальные последовали его примеру.