Яблоневый сад

Вэй Ин утром просыпается не от нежных поглаживаний мужа, не от ласкового поцелуя и не от шумных деток. Утром его будят взволнованные, с надеждой в глазах, слуги. Он уже давно привык к этому, хотя первое время было странно. - Господин Вэй, доброе утро. Как вам спалось? Пролепетал взволнованный юноша. Этот мальчишка работал в пристани уже много лет, но все ровно шарахался от каждого громкого звука. Прям как Вэнь Нин. - Все прекрасно! Ты чего-то хотел? С лукавой ухмылкой пел Вэй Ин. Он прекрасно знал, чего хотел мальчик. Просто, как самому ужасному злодею поднебесной, Усяню хотелось посмотреть, как юноша смущается. - Д-да... просто ваш супруг, то есть Глава, сегодня снова не в духе. Вы могли бы с ним поговорить? Пожалуйста.... - Ха-ха-ха. Вон Го, ты такой милый! Каждый раз меня об этом просишь и каждый раз смущаешься! Хорошо, я усмирю пыл любимого супруга. Из-за чего, на этот раз, вы удостоились его гнева? Кокетничал второй Глава лотосового царства. Ему была смешна вся эта ситуация, но слуги в нем нуждались. В отличие от самого Усяня несчастные работники сталкивались с гневом Главы каждый день, а успокоить его даже не решались. - Скоро Совет Кланов. Он сильно нервничает, ведь это первый Совет в пристани после вашего брака. Глава очень старается сделать все идеально. На самом деле Вэй Ин разделял волнение мужа. Конечно же умом ему было плевать, что про него скажут старейшины, но сердцем он очень боялся за их маленькую любовь. Одно неосторожное действие и его могут принять за угрозу и устранить, а вместе с ним и всю пристань. - Понятно. И где же сейчас мой ненаглядный? - Глава вышел из своего кабинета. Скорее всего он направился в сторону тренировочной площадки. Там сейчас адепты и молодой господин Цзынь - Ооо, несчастные детишки. Надо поспешить, а то потом придется им сопли вытирать и лечить от душевных травм. На лету завязывая густой хвост говорил Вэй Ин. Дорога до тренировочного поля заняла около пяти минут и Вэй Ин наконец увидел любимого, именно в этот момент он по-настоящему был рад новому дню. Усянь, пока Глава воспитывал адептов, тихо пробрался за спину мужчины и, используя все свои навыки, подобрался вплотную. В один такой самый громкий крик Вэй Ин, со всей нежностью, прижался к широкой спине и тихо захихикал. Сразу же крик стих и все замерло. Казалось, даже рыбы в пруду были в предвкушении, как же сейчас отреагирует Глава? - Ты почему так рано встал и откуда ты знаешь, что я здесь? Цзян Чен слишком любил свое солнышко, чтобы ругаться за маленькие шалости, как эта. - Душа моя почувствовала, что ты не спокоен, а сердце привело сюда. Прикрывая лукавые глазки шептал проказник. Ну не скажет же он, что проснулся из-за слуг, которые устали терпеть не контролируемые приступы ярости Главы и умоляли помочь. А дорогу нашел по невероятно громким воплям, которые по всей пристани эхом раздаются. - Прекрати паясничать, чертенок. Собственнически прижимая к себе пригрозил Ваньинь. - Но мой повелитель, я не могу с вами сдержаться! Вы сводите несчастного меня с ума! Вздыхал Вэй Ин и водил пальцем по ханьфу супруга. Любовники уже тянулись за поцелуем. Они так соскучились по друг другу с ночи, что нежность затопила сердца сумасшедшего убийцы некроманта и строгого Главу Юньмена. - Кхе-кхе. Раздалось со стороны тренировочной площадки. Прикрыв заветные губы ладонью Усянь прошептал. - Может, стоит сначала отпустить детей? А то Цзынь Лин сейчас лопнет от смущения. Отвергнутый Глава вздохнул и развернулся к воспитанникам с новой тирадой. - Сегодня вам повезло, можете уходить. Но чтобы завтра все пришли вовремя и полностью готовые! С вами, бездарями, нужно серьезно поработать и этим я займусь лично! - Да, Глава! Дети очень старались сдержать улыбки и облегченные вздохи. Надо было хоть сделать вид, что они огорчены потерянной тренировкой. Только один Жулань счастливым не выглядел. Он весь побагровел и развернувшись чуть ли не побежал подальше от этой площадки. Цзян Чен проводил племянника взглядом и, когда все адепты разошлись, начал говорить. - Мне кажется, он никогда не смирится с нашим союзом. Вэй Ин на такую избыточную проницательность только рассмеялся. - Я разве не прав? Глава не видел никаких причин для смеха и поэтому нахмурил брови. - Да, любимый! Цзынь Лин уже давно смирился и даже принял нашу любовь. Я тебе больше скажу, ему это даже нравится! Повиснув на муже затараторил Усянь. - Что-то не заметно, как он от счастья светится. - Это все твоя недальновидность! Ну не хмурься Цзян Чен - морщины появятся! В связи с недавними событиями, Цзынь Лину намного лучше осознавать, что оба его дяди находятся рядом. И, я тебе по секрету скажу, когда я шучу, про то, что мы расстаемся, то он начинает переживать и сильно нервничать. А такой недовольный он, потому что стесняется! Гордился своей наблюдательностью Вэй Ин. - А из-за чего, собственно, началась ругань? Дети что-то натворили? Не то, чтобы Цзян Чену нужна была причина для скандала. - Скоро Совет Кланов, а эти лодыри ничего путного из себя не представляют! Они позорят наш клан! Слабые и обнаглевшие! Другие кланы могут подумать, что Юньмен – пристанище никчемных. - Цзян Чен, мне кажется, что ты преувеличиваешь. Наши адепты в хорошей форме. Они тренируются каждый день, им тоже нужно отдыхать. Может, есть другая причина, почему ты так нервничаешь? Аккуратно начал Усянь и положил ладонь на руку мужа. - Не важно. Отчеканил Цзян Чен и собрался сбежать, но заботливый супруг был полон решимости. - А-Чен, дорогой. Мы же договаривались, стоя в храме предков, помнишь? Никаких секретов и лжи, делить все счастье и волнение, заботиться. Я же переживаю. - Ах, ты и мертвого достанешь. Это все Гу Су Лань, а точнее – Ванцзы! - А причем тут Лань Чжань? Усянь был в недоумении, причем тут его друг? Юноша захлопал глазками и выжидающе посмотрел на мужа. - Ну не надо сейчас прикидываться. Неужели ты не видишь, как он на тебя смотрит, как он напряжен, когда ты рядом, как он пытается тебя коснуться и как в его взгляде читается вожделение и желание к тебе! Ванцы влюблен в тебя. Ванцзы влюблен в моего мужа! Уже давно. И меня это бесит! Этот бесстыдник точно имеет планы на тебя! А ты... А ты будто бы не замечаешь этого. Вэй Ин стоял и хлопал ресничками. Он никогда не думал о Лань Чжане в таком смысле и считал его только другом! А его очаровательный и милейший муж ревнует! Проказник не мог оставить это без внимания. - Любовь моя! Как ты мог? Как ты мог подумать, что я могу полюбить кого-то еще! Лань Чжань – просто друг и все! Неужели, ты настолько не доверяешь мне? - А-Сянь я.... Пытался что-то сказать Цзян Чен, но Вэй Ина было уже не остановить. Усянь театрально вздыхал, прикладывал руку ко лбу и делал до глубины души оскорбленный вид. Но в какой-то момент ему это наскучило и он, подойдя в плотную к мужу и положив ладони ему на щеки, прошептал прямо в губы. - Ты мой свет и моя жизнь. Мне не нужен никто больше. Я воскреснул для тебя и сделаю это еще столько раз, сколько ты захочешь. Мне нужно лишь твое тепло, твой взгляд, твои касания, твои поцелуи, твоя любовь. Мое сердце и тело принимают только тебя. Я весь только твой. Я бы подарил тебе ребенка, если бы мог. Я буду любить тебя всю жизнь и всю смерть. Вот моя тебе клятва. Неужели ты думаешь, что Лань Чжань дороже мне, чем ты? - Ты прав, прости меня. Вздохнул, полностью признавший вину, Цзян Чен. Его супруг был прав, а Глава великого ордена напридумывал себе всякой чуши. Его А-Сянь – только его. А все левые Ванцзы пусть лесом идут и не смотрят на чужое счастье. - Просто столько всего навалилось и... - Нет нет, любимый. Извиняться, за все это, ты будешь ночью и так, как я захочу, а сейчас я хочу поплавать и попить вино с тобой. - Я слишком много тебе позволяю. - Ну это же не мои проблемы. Надо было думать, прежде чем меня замуж брать. Пожал плечами Вэй Ин и чмокнул супруга в щеку. - Так, я хочу пару кувшинов фруктового вина и много локвы. Усянь взял Цзян Чена за руку и вприпрыжку поволок в сторону торговой площади. - У меня, вообще-то, еще много работы. - Я важнее твоей работы. - Эгоист. С укором и явной улыбкой произнес Глава Пристани Лотосов. Он совсем не был против отдохнуть от работы. Цзян Чен даже сам подумывал пригласить Вэй Ина куда-нибудь. - Именно это тебе во мне и нравится. Ты же сам меня выбрал. - И не поспоришь.