Яблоневый сад

Первое, что почувствовал Глава, было тепло. Не ужасный жар, который был до входа в воду и не дикий холод, который был после. Просто тепло. Нежное, обволакивающее, родное и такое согревающее. Еще были поглаживания. Кто-то осторожно гладил его по голове. Ласкал пальцами нос и губы, аккуратно убирал волосы со лба. Несмотря на тепло, Цзян Чен все еще чувствовал вокруг воду, но он касался дна спиной. Незнакомец сидел вместе с Ваньнем в озере и держал голову последнего на своих коленях. Со всех сторон больше не разносился запах яблок, но был другой. Так пахла только пристань и ее обитатели. Лотосы, локва, благовония, которые только в Юньмэне продаются, фруктовое вино. - Ты даже в таком месте умудряешься выпить. Не открывая глаза прошептал Цзян Чен. Он прекрасно знал кто его сейчас гладит, поэтому не стеснялся подставляться под ласки. - А ты все так же язвишь. Посмеиваясь ответил ему бархатный голос. Как же много раз этот голос ласкал уши Главы, но, так же, много раз выводил из себя. Ни сил, ни желания ругаться не было. Ваньинь много раз видел эту встречу во снах. Там он рвал и метал, кричал и задавал невероятное количество вопросов, но в реальности все оказалось иначе, намного приятнее. - Почему ты здесь? Открывая глаза, уже серьезным тоном спросил Глава. Вэй Ин был прекрасен. Его длинные черные волосы намокли и струились водопадом по плечам. На бледном лице выделялись лунные глаза, четкие скулы и сочные красные губы. Одежда была такая же, как и при смерти. Непонимающий взгляд хорошим ответом не стал. - Старик сказал, что в это место попадают только те, кто закончил свою жизнь собственноручно. Я видел твою смерть, и я повторяю вопрос. Почему. Ты. Здесь. Посмей только солгать. Отчеканивая каждое слово говорил мужчина. Он устал от вечных недопониманий и секретов. Ему нужна правда. - Этот старик как-то много болтает, тебе не кажется? Ах, дорогой брат, не смотри на меня так сурово. Возможно, в какой-то степени, моя смерть и была моей инициативой. Знаешь, даже полумертвое, загнанное животное будет искать выход, вот я его и нашел. Давай не будем о грустном. Моя очередь задавать вопрос. Что ты здесь делаешь? Не на что другое Ваньинь и не рассчитывал. Любил же Вэй Ин уходить от темы. Но правила этой маленькой игры Цзян Чен принял. Вопрос за вопрос. - Я сам не знаю. Мы выбрались с Жуланем на охоту и заблудились. Старик сказал, что тот, кто хочет увидеть мертвого найдет это место. - А зачем же ты хотел меня увидеть? Улыбаясь спросил Вэй Усянь. Хоть сейчас и была очередь Ваньиня задавать вопрос, но что он мог спросить? Как у тебя дела? Как ты здесь? Тебе не одиноко? Почему ты меня оставил? Ты хоть вспоминаешь меня? Он так задумался, ища вопросы и ответы, что даже не услышал зов. - Братик. Братик, ты меня слышишь? Вэй Ин склонился над лицом Цзян Чена и звал его. Они были так близко, что даже ощущали дыхание друг друга. Не помня себя Ваньинь протянул руку и приобнял Вэй Ина за затылок. Он не собирался медлить и слитным движением притянул Старейшину Илин к своим губам. Поцелуй получился неумелым и не особо приятным. Возможно, виной была такая поза или все-таки неумелость Главы. Сам виновник торжества отреагировал на такие действия с большой заминкой. Сначала он распахнул глаза и замычал. Великий и ужасающий Старейшина явно не ожидал такого исхода. После он потихонечку стал вливаться в процесс. Сначала подключились губы и нежные поглаживания, а уже потом добавился язык. Поцелуй получился довольно экзотический, но от этого не менее страстный. К сожалению, продлился он недолго, воздуха стало не хватать. Разомкнув поцелуй мужчины тяжело задышали. Цзян Чен среагировал быстрее, и в мгновение ока поменял позу и придавил Вэй Ина к размокшей земле. Они вновь слились в поцелуе. Губы ласкали друг друга, языки оглаживали неба и кромки языков. Ваньинь разорвал поцелуй и зашептал в любимые губы. - Я люблю тебя. Я хочу тебя. Я не могу без тебя. Мой мир там, где есть ты. Я пришел за тобой. Горячие слова обжигали все, лицо, щеки, губы и шею Вэй Ина. В паху все горело. - Но мы же... как же... нам нельзя... Скрещивая от возбуждения ноги пролепетал Усянь. - Можно. Тебе можно все. Мокрая одежда начала медленно покидать своих хозяев. Слой за слоем стройное тело оголялось. Показывались крепкие мышцы, шрамы, тонкие изгибы талии и розовые бусины сосков. К ним Цзян Чен и припал в первую очередь. - Ах, Цзян Чен. Про..Ах! Прошу, пощади меняя.. Мгх! Вэй Ин изгибался змеей и стонал. Озеро, конечно, не лучшее место для первой близости, но другого варианта не было. Вдоволь наигравшись с сосками, Цзян Чен стал спускаться ниже к бедрам. Он оставил поцелуй на каждом дюйме. Дойдя губами до вставшей плоти Цзян Чен ухмыльнулся. Желая доставить как можно больше удовольствия Глава вобрал член наполовину. Опыта у него, конечно же, не было, но он старался как мог и Вэй Ин поощрял его старания стонами. - Цзян Чен! Ааах! Любовь моя, прошу, не останавливайся. Как же... как же хорошо. Ммммм... В это же время пальцы Ваньиня были заняты не менее важным делом. Два пальца постепенно растягивали тугое колечко мышц. Оральные ласки очень помогали с расслаблением и дело шло намного быстрее. Цзян Ваньинь вбирал плоть поглубже и старательно обводил ее языком, а в Вэй Ина уже свободно проходили три пальца. - Думаю, этого достаточно. Выпустив член изо рта сказал Цзян Чен. Глава осторожно приподнял Усяня и направил свой корень Ян в колечко мышц. Сам Вэй Ин, казалось, даже не замечал таких манипуляций, но как только массивная головка оказалась внутри из его рта раздалась новая партия стонов, спина вновь прогибалась под невероятными углами, а на глаза накатили слезы удовольствия. Это был их первый раз, но пара была уверена, что все они делают правильно и это прекрасно. Их тянуло друг к другу и они этому не противились. Они любили друг друга и любили не один час. Несколько раз любовники бились в экстазе, но им этого было мало и единственное, что остановило их страсть была дикая усталость. Парни свалились в воду, даже не замечая ее прохлады. Им казалось, что они варятся в кипятке. Жар спал спустя долгие двадцать минут. Вэй Ин лежал на груди своего любимого и мокрым пальцем вырисовывал на ней узоры. Цзян Чен лежал с закрытыми глазами и перебирал пряди густых волос Вэй Ина. Его идиллию прервал резко вскочивший Усянь. - Цзян Чен! А где Жулань?! - Не переживай, я оставил его под деревом неподалеку. Он спит. Поспешил успокоить свое наваждение Ваньинь. - Как же так? Он же маленький! Вдруг проснется и испугается! Как ты мог! Еще больше занервничал Усянь. - Маленький? Ему уже пятнадцать, если ты не знаешь. Хотя откуда тебе знать. Закатив глаза, сказал Ваньинь. Это успокоило Вэй Ина, но не на долго. - Цзян Чен. Уже вечереет, вам пора уходить. - Хорошо, тогда я завтра загляну? Мне снова надо начать топиться, чтобы увидеть тебя? Не скрывая улыбку говорил Глава. - Нет, Цзян Чен. Мне жаль, но мы больше не увидимся. Такая встреча бывает только раз. Нам пора прощаться. Пряча глаза шептал Вэй Ин. - Тогда я остаюсь с тобой. Я пришел сюда не для того, чтобы снова потерять тебя. Решительность била через край, но Усяня это только позабавило. - Что ты такое говоришь? А как же клан? Как же твои люди? Как же Жулань? Ты бросишь его? Эти слова заставили Главу задуматься. Он метался между двух огней. Он не мог выбрать. С одной стороны - его счастье, его солнце, его мир, а с другой.... - Цзян Чен. Очень нежно позвал Вэй Ин. - Неужели ты думаешь, что от меня так просто избавиться? Думаешь, я брошу тебя после такого? Кладя руку на щеку Ваньиня смеялся Вэй Усянь. - Я тоже люблю тебя и не оставлю. Просто подожди? Я найду способ, ты же меня знаешь. Пролепетав это Старейшина чмокнул своего Главу в нос и стал торопливо надевать мокрое ханьфу. - Чего же ты сидишь, любовь моя? Одевайся скорее. Мне не терпится познакомиться с племяшей! Глава опомнился и, наконец, надел пропитанные холодной водой одежды. Как только двое юношей мало-мальски привели себя в порядок Вэй Ин схватил своего Главу за руку и потянул по направлению к берегу. Найдя забытого под деревом племянника Цзян Чен быстро привел его в чувства. Несчастный Цзинь Лин только отошел от такого гнусного поступка дяди, а тут его ожидают уже другие потрясения. Неизвестный ему ранее мужчина быстро подбежал к подростку и одним движением поднял с земли. - Какой ты уже взрослый мальчик! Когда я видел тебя в последний раз ты был еще крохой! Какое прелестное дитя, весь в маму! Как жаль, что у нас осталось так мало времени, нам надо спешить. Бедный ребенок даже слово не успел сказать, как Вэй Ин ухватил своих последних дорогих людей и помчался в чащу. После недолгого забега они остановились на поляне. Цзинь Лин, пришедший в чувства, сразу начал вырываться и буянить. - Ты кто такой?! Куда ты нас тянешь?! Ты сумасшедший что ли? - Цзинь Лин, успокойся. Это Старейшина Илин – твой дядя. Он показывает нам выход из этого сада. Осадил племянника Цзян Чен. - Что? Да как такое возможно?! Он же умер! Не унимался юноша. - Так тебя Цзинь Лин назвали? Тебе подходит! Да, ты прав, я и правда умер. Просто мы сейчас в Яблоневом Саду, это не обычное место и вам надо уходить. Я бы поболтал с тобой подольше, но дальше вы должны идти одни. - Почему? Разве ты не можешь нас довести? С огорчением спросил Цзян Чен. - Прости, дорогой, но дальше мне ходу нет. Идите по этой тропинке и выйдите в настоящий мир. Нам стоит прощаться, мне жаль. С печальной улыбкой молвил Усянь. - Ты обещаешь, что это не последняя наша встреча? Поклянись мне. - Ах, дорогой мой брат. Я клянусь тебе своим сердцем и душой, что это обещание я сдержу. Уже очень поздно, вам надо бежать. Ваньинь в последний раз взглянул на брата, запоминая его черты, и оставил быстрый поцелуй на алых губах. Он ухватил племянника и помчался в лес. Последнее, что он слышал было тихое “я люблю тебя”.