Советник

       Жан и Кевин пошли в медкрыло одни. По изначальному плану они должны были быть вместе с Натом, ведь Ричер уже давно торчит в этом жутко белом помещении, резко контрастирующим с темным и мрачным Гнездом, куда он уже хотел вернуться. Они ждали, чтобы вчетвером объявить Нату о наказаниях, что придумали троице Рико, они должны были пообедать вместе, сначала просто разговориться, а потом в кабинете обсудить остальные вещи, но Нат не смог прийти.        Дэй и Моро, конечно, объяснят, и их друзья поймут, почему того нет, но все равно это уже не то, чего они ждали. Они готовились, волновались, ведь до этого Ричер даже почти не вставал, лишь пару раз, чтобы не пришлось потом вспоминать, каково это ходить, но этого было мало, и все ждали, когда сегодня его выпишут.        Жан и Кевин дошли довольно быстро, но долго не хотели входить без тренера, однако это нужно было сделать, так что они перешагнули через порог, лицезря, как Ричер, полностью облокотившись на Джонсена, стоит и пытается куда-то пройти. — Привет, ребята, — улыбнулся Ричи. — Привет, ты как? — сразу нашелся Жан. — Уже намного лучше, я соскучился по тренировкам, — ответил он, а радость стала очевидной. — А где Нат? — сразу поинтересовался Джо, когда не заметил третьего гостя. — Возникла некая проблема, — мягко начал Кевин. — Он упал в обморок на тренировке, — оборвал его Жан, решая, что лучше не тянуть.        Джонсен и Ричер тут же сели на кровать, уставившись на них большими глазами, ведь не могли понять, не шутят ли их друзья. — Что? — медленно переспросил Ричер. — Он заболел, но, это же Нат, продолжал ходить на все мероприятия, не давая себе поблажек. Утром температура сильно поднялась, и он грохнулся перед всеми Воронами. — Мы не слышали, чтобы кто-то новый прибыл в медкрыло. Он в нашем, а не в общем? — снова взял слово Ричер. — Нет, Эндрю не позволил отвести его к врачам. — Но это не правильно! — прикрикнул Ричи, но был остановлен Джонсеном. — И я о том же! — поддержал Кевин, которого заткнул Жан. — Подумайте, у Ната много секретов, которые он не готов раскрывать. — Шрамы, — подсказал Джонсену Жан. — Именно. — он кивком поблагодарил Моро. — Эндрю догадался и был разумнее вас, поняв, что Нату не понравится вмешательство врачей. Вы хоть раз видели, чтобы он абсолютно свободно переодевался при Воронах? — В прошлом такое было, но нам никогда не давали выбора, но он часто отворачивался к стене, если этого не видели Мориямы, — подтвердил Жан. — А сейчас все это он делает в душе или в своей комнате. — продолжил свою мысль Джо. — Так что логика Эндрю верна и полностью оправдана, а вы. — он указал на Кевина и Ричера. — Перед тем, как возмущаться, подумайте, почему он так делает. — К тому же, вы видели отношение Эндрю к Нату и наоборот. Они точно не желают друг другу зла, только спасают, и не важно, что мы это не видим. — Да, вы правы, но ему же нужна помощь, — произнес Ричер, пытаясь объяснить это друзьям. — Мне же не помогли бы простые способы, я не восстановился бы без медсестер, Нату тоже нужна помощь. — Ричи, это не множество переломов после избиения, а обычная простуда. Ее можно вылечить в домашних условиях.        Жан и Джонсен всеми силами переубеждали Ричера и Кевина. У них завязалась серьезная перепалка, ведь никто не собирался отступать от идеи, они понимали, что Эндрю в любом случае не разубедят, но между собой нужно было прийти к единому мнению, что было сложно, никто не хотел отходить от своего мнения, так что спор был долгим и ни к чему не приводящим.        Когда они закончили, то выдвинулись в сторону столовой. Время обеда приближалось, так что они успевали вовремя, несмотря на медленную скорость передвижения Ричера. Парни подбадривали его, поддерживали, а, когда двери буфета были открыты и Ричи оказался в поле зрения остальных, все тут же начали голосить и расспрашивать его, уже не обращая внимания на свою еду. Каждый хотел подойти, расспросить, поинтересоваться о чем-то, все проявляли живое любопытство, которое раньше каралось, но сейчас Вороны были свободны, они делали то, что хотели, сидели так, как было удобно.        Парни долго отбивались от вопросов, и только спустя минут десять смогли взять обед и сесть на свои места. Они немного понаглели и подсели к Аарону, желая немного поболтать с братом Эндрю. — Он сейчас с тренером? — сразу прилетает вопрос от Миньярда. — Когда мы уходили, он был с ним, — нашелся Кевин. — Мы думаем, что ты его не скоро увидишь. Эндрю. — Жан задумался, пытаясь понять, как это правильно подать. — Эндрю переживает. Я не уверен, что они оба это понимают, тут скорее отрицание, но сути дела не меняет, и мы все это видим. — Видим что? — поинтересовалась Рене, нагло усаживаясь рядом с ними. — Заботу Эндрю и Ната по отношению друг к другу, — пояснил ей Ричер. — Ой, это точно. — сейчас девушка была более спокойной и милой, нежели на тренировках, когда общалась только с Эндрю, придерживаясь того же хладнокровия, как и он. — Они друг друга стоят, постоянно убегают от этого.        Рене, когда увидела всю компанию, с которой хорошо общался Натаниэль, решила присоединиться к ним, пытаясь понять, как они относятся к тренеру и Эндрю, ведь нужно знать, что говорят о них вне зоны слышимости обсуждаемого объекта. Да и ей было интересно истинное отношение к Натаниэлю его друзей, так что решение было принято молниеносно, без капли раздумий.        Она стала вести себя спокойнее, без того равнодушия, что так любила, ведь все эти парни были довольно открытыми и милыми, а потому хорошего отношения с бесчувственным и скрытным человеком они бы не завели, так что и манера поведения была выбрана довольно просто. — Я думаю, что они скоро начнут встречаться. — Неделя или меньше, — поддерживает Аарона Кевин, давая друг другу пять за схожесть мыслей, а следом и Ричер присоединяется к этой группе. — Они еще долго будут бегать друг от друга. — Они не принимают эмоций. Нужно время. Месяц или больше, — а на этой стороне выступает Джонсен и Жан, после чего все взгляды оказываются на Рене. — Что вы так смотрите? — Давай, что ты думаешь? Как скоро они сойдутся?        Девушка задумалась. Она часто взаимодействовала с Эндрю и Натаниэлем. Миньярд делал вид, что ему плевать на то, что происходит с тренером, но именно он первым побежал его ловить, он заинтересовался здоровьем и услышал слова Рене, когда она говорила про слабость, он не дал другим вмешаться, зная, что тот не захочет этого. Он хорошо его видел, читал. Вставал на защиту на виду у всех, когда Лисы решили наехать.        Натаниэль рванул спасать Эндрю после интервью. Да, Рене не знала всей ситуации, но часть была очевидна. Он не давал репортерам разговорить его, следил чаще именно за его действиями, налаживал отношения и между ними, и с братом помогал, эту часть истории она уже прознала. Он помогал и уберегал.        Они оба были готовы пойти на все, чтобы спасти друг друга, но также не признавались в этом, что усложняло ее выбор, усложняло принятие решения. Рене сомневалась, ведь фиг знает, что на них найдет потом и что они учудят. Никто не знает, что происходит между ними, когда двери закрыты и их никто не видит. Они не знают слишком много всего, чтобы делать какие-то выводы, но ставить ставки и гадать никто не запрещал.        К их столику подошло несколько Воронов, начиная расспрашивать о Натаниэле, но девушка не вникала, на все вопросы могут ответить помощники тренера, а она пока попробует все же решить.        Прошло около пяти минут, пока она анализировала всю ситуацию, пытаясь принять решение, а Кевин и Жан отвечали каждому, кто интересовался самочувствием тренера. Рене не хотела бить наугад, как делали многие, она пыталась взвесить всевозможные варианты, только потом принять решение. — Я думаю, что пройдет неделя.