Советник

       Дни шли друг за другом. Нат уже смог полноценно продолжить тренировки. Он продолжал свои короткие поездки для Ичиро, что все чаще просил что-то забрать или наоборот отвезти. Он также продолжал заниматься с Рене, стал чаще переписываться и созваниваться со Стюартом, ибо часть плана все же пришлось переделать, но там не то чтобы было что-то существенное.        С Эндрю он старался пересекаться довольно часто, однако количество поездок в город увеличилось, а вот часы в сутках нет, поэтому приходилось обходиться тем, что было доступно. Он оставался после тренировок на несколько минут, сидел с ним во время еды, но этого было слишком мало, особенно после одного дня у дяди, когда они почти ни на секунду не расходились. Нат уже понял, что намертво привязал себя к Эндрю, что было довольно большой глупостью, ибо теперь у него есть уязвимое место, но будь шанс это изменить, он бы ничего не сделал. Ему слишком нравилось то, что он чувствовал, нравилось, что впервые эмоции были положительными и их хотелось продолжать испытывать. Он хотел вспоминать о каждом совместном моменте, не хотел выкидывать это или забывать, ведь каждый раз это было удивительно хорошо.        Нат понимал, что он пропал, что в мире мафии это слишком опасно, но он ничего ровным счетом не смог бы изменить, а потому засыпал он с мыслями о том, что хотел бы видеть Миньярда рядом с собой, чтобы тот лежал, никуда не уходя, чтобы мог и дальше прогонять кошмары, о которых он уже успел забыть, ведь когда Эндрю был рядом, они не приходили, всегда отступали под натиском доверия и спокойствия, что он чувствовал с этим парнем, что было великолепно.        Такие вечера, когда Миньярд задерживался в комнате, когда они могли просто быть рядом, не общаясь, когда они просто помогали расслабиться друг другу в тишине, без гама голосов, были бесценны. Нат не знал, как сам Эндрю относился к этому, но был уверен, что его все устраивает, иначе он перестал бы приходить каждый раз снова и снова.        Аарон однажды даже посоветовал брату "переехать" в комнату Ната, однако после этого чуть не оказался без языка, ибо Эндрю не то чтобы оценил это предложение, даже намек на это. Возможно, он просто не хотел ничего менять, а, возможно, не хотел давать Кевину и близнецу больше пространства для отношений, о которых они не говорили, но про которые все знали. Собственно то же творилось и у Эндрю с Натом, однако здесь и они сами не признавали, что они — пара, лишь те люди, которые могут помочь друг другу, они были теми, с кем было комфортно в любом состоянии.        Сегодня Нат с самого утра был немного в панике, слишком легкой, чтобы другие замечали, но ощутимой, чтобы Эндрю обратился с вопросом. Конечно, здесь появилась его коронная фраза «Я в порядке», которая уже никого не смогла бы убедить в истинности слов. Миньярд не стал приставать с расспросами, но весь день следил, а Нат ловил эти взгляды, постоянно улыбаясь, чтобы показать, что все хорошо.        Был лишь один момент, который ему не нравился, — сегодня день рождения его отца. Будь он жив, в доме закатили бы очередной праздник-вечеринку, в которой он был бы обязан участвовать, но это было в детстве. Он уже давно пытается избавить себя от воспоминаний, ведь время прошло, больше его туда не позовут, больше ему не придется терпеть общество всех тех жестоких людей, которым нравилось "обучать" ребенка стрельбе, используя живые мишени, которые они привели с собой.        Они заставляли людей бегать по их заднему двору, уворачиваясь от пуль, которые он был обязан выпускать. Нату нельзя было уходить, пока он не убил или ранил половину. Четверть от всей группы должна была умереть, чтобы маленький мальчик мог закрыться в своей комнате и отдохнуть, что было в лучшем случае.        Нат тихонько простонал, желая забыть все это. У него не было никакого настроения снова и снова прокручивать каждый прием, каждую свою реакцию во время и после, он мечтал забыть об этом, но память активно подкидывала все новые и новые моменты из прошлого, ни капли не щадя его.        Парню пришлось подняться с кровати, на которой он ворочался уже около часа, отгоняя отца. Он повторял себе, что тот мертв, что больше не сможет устроить что-то подобное. Это не просто не сможет коснуться Ната, это просто никого уже не затронет. Это просто невозможно. Он мертв. Мертв. Мертв. Мертв.        Слова плохо работали, а потому Нат понадеялся на простое успокоительное. Он подошел к шкафу на кухне, однако баночки с ним просто не было. Сначала он долго вспоминал, куда ее положил, лишь потом поняв, что отдал все Воронам перед поездкой к родственникам, а купить новую он не успел, ибо все было хорошо в предыдущие четыре дня.        Он ударил по столешнице, роняя на пол кружку, что потом сможет убрать, но никак не сейчас с трясущимися руками, что явно не способствовали каким-либо полезным делам. От ужина прошло около двух часов. Оставалось не так много времени до отбоя, однако он уже желал лечь и забить на все, но просто не хотел сталкиваться с кошмарами снова. Не хотел видеть прошлое, что так любило преследовать его до последнего момента.        Нат не надеялся, что кто-то придет, он даже предпочел бы остаться в одиночестве, чтобы никого не грузить своими проблемами, но когда же его желания сбывались? На его памяти такое было только по договору с Ичиро, когда тот получал некие "подарки", и с Эндрю, после заветного ответа «да», которого они оба всегда ждали.        Дверь в комнату скрипнула, когда кто-то вошел. Секундное замешательство Ната помешало ему сразу понять, что это лишь Миньярд, а не его отец или его подручные. Он не хотел уходить с кухни, но тут было свидетельство его нестабильного состояния, которое показывать кому-то еще он не хотел, а потому Нат делал медленные шаги к комнате, где сейчас должен был находиться Эндрю.        Тот стоял в центре, незаинтересованно смотря на Натаниэля. Он проходился взглядом по всему телу, словно оценивал что-то, что Нат не понимал. — Кролик? — голос мог бы всем показаться нейтральным и апатичным, даже злым, однако Нат слышал там беспокойство, что читалось и в его глазах. — Я в порядке, Дрю, — он резко выдохнул. — Если для тебя абсолютно нормально трижды за сорок минут тренировки проваливаться в свои мысли, постоянно на что-то отвлекаться и теребить ворот футболки, то поздравляю, ты в порядке! Но это не так, кролик, — Нат услышал легкую дрожь в голосе, которая выдавала волнение. — Дрю, я же сказал, что со мной все хорошо, тебе не стоит беспокоиться, все прекрасно.        Он отчаянно пытался доказать это Эндрю, он пытался внушить и себе, ведь отец мертв, он не может его достать, он больше не станет убивать кого-то для своего развлечения, он больше не станет мучать невинных, чтобы приходило больше гостей. Он больше ничего не сможет повторить. — Кролик. — снова голос Эндрю, но уже намного ближе. Он даже не заметил, как тот подошел. — И ты снова выпал из реальности. Все еще хочешь доказать, что в порядке? Ты кому лжешь? Себе или мне?        Нат улыбнулся. С этим вопросом Миньярд попал в яблочко, ибо именно на него он и не может ответить. Это слишком сложно, сложно понять, кого этими словами он пытается переубедить, ведь в этот раз и сам не верил в них. — Я в... — Кролик, не беси. Какой сегодня день? — Эндрю явно интересовался не датой и не днем недели. Тот понял, что сегодня что-то особенное, он это увидел, спросил, а Нату хотелось продолжить, снова сказать, что он в полном порядке, однако он все же сумел остановить себя. — День рождения Натана, — произносить то имя было куда сложнее, чем молчать и продолжать настаивать на том, что с ним все в порядке. — Ты хочешь, чтобы я остался? — Нат сам не знал, чего хотел. Он был готов выть от отчаяния, ведь не понимал, как будет лучше для него самого. — Да, — лучше сейчас Эндрю будет рядом и потом уйдет, чем его не будет около Ната, когда сможет помочь.