Love is...

— Поздравляю, ребята! Вы почти закончили тренировку! — П-подождите правда?! — Мизуки была вне себя от шока. Она тренировалась с этим мужчиной всего день, а он уже утверждал, что они в нескольких шагах от того, чтобы двигаться дальше. Она сомневалась, что столп мог позволить ей пройти так легко, но решимость в широких золотых глазах огненного столпа было невозможно не заметить. — Да, правда! Вы намного превзошли мои ожидания в боевой стойке и стиле дыхания! Я не думаю, что есть что-то еще, в чем я могу вас проверить. Мизуки повернулась к братьям и сестре, а Кайда недоверчиво покачала головой, — Вау… Большое вам спасибо, Ренгоку-сан…! Это большая честь. Столп просто одарил четырех братьев и сестру широкой солнечной улыбкой, — Это не проблема! Я очень рад работать с такой талантливой и страстной командой, как вы, и я хотел бы увидеть, чем вы, ребята, окажетесь! Например, вы могли бы возвращаться ко мне на тренировки. Я был бы счастлив потренироваться с вами, ребята, еще немного! Кайда нахмурилась, — Вы уверены, что мы не отнимем у вас слишком много времени? Я знаю, каким плотным может быть график у столпа. — Нисколько! — ответил огненный столп, прежде чем обратить свой золотой взгляд на младшую из четырех, — И я найду время, если придется! Юу кивнул и улыбнулся в ответ, — Тренировки с одними из лучших — не повседневное явление. Так что все решено. Ренгоку улыбнулся и посмотрел на четверых, как будто хотел что-то сказать, но остановился, заметив краем глаза, что пришёл его брат. — А, Сенджуро, что-то случилось? Мальчик только покачал головой, — Нет, брат. Я просто хотел посмотреть, не хотите ли вы все поесть то, что я приготовил. Вы все сегодня очень много работали, так почему бы вам не сделать перерыв…? Четверо выжидающе повернулись к столпу. Все они внутренне согласились принять предложение мальчика, так как не ели с утра. Однако им не разрешалось участвовать в перерыве, если только Ренгоку не разрешит. Огненный столп был особенно строгим учителем, каким бы добрым он ни был. Итак, когда он быстро кивнул своему брату, все четверо были в восторге. — Конечно, почему бы и нет! Мы всё равно почти закончили на сегодня. Сенджуро улыбнулся в ответ и повернулся, чтобы забрать еду из дома.                         *** Тенген начал поиски Мизуки, как только получил подтверждение от Макио, что все будет улажено во время его отсутствия. Он провел большую часть времени, думая о Мизуки, и эти мысли только подстегивали его идти все быстрее и быстрее, пока он, в конце концов, не сорвался на бег. Он не был точно уверен, где она может быть, но прошло всего четыре дня, так что она не могла слишком далеко продвинуться в своем обучении. Он сам держал девушку и ее братьев и сестру под своим обучением в течение 3 дней. Так что ей могло хватить четырех дней, чтобы хотя бы закончить второго столпа и только начать третьего. Он исключил возможность её присутствия у Мицури, потому что она была столпом, которая следовала за ним. Одного этого было достаточно, чтобы сузить круг его вариантов, пока, наконец, он не оказался в поместье Кёджуро Ренгоку. Его губы слегка скривились при мысли о том, что она находится в доме огненного столпа, и он был уверен в причине этого. Он уже не мог вынести мысли о том, что она находится в чьем-то еще доме, кроме его собственного. Не говоря уже о доме одного из мужчин, которым он слегка завидовал. Конечно, Тенген очень хорошо осознавал свою привлекательность и силу, поскольку это определенно были его черты, которыми он очень гордился и знал, что может использовать их в своих интересах, имея дело с девушкой, которую он любил. Но всякий раз, когда он сталкивался с огненным столпом, ему живо напоминали о его неумелости в отношении его настоящей работы охотника на демонов. Конечно, ему не просто так вручили должность столпа. Он знал, как много он работал, чтобы получить этот статус, и заслуживал такого же (если не большего) уважения, как и другие. Однако он также знал, что ему не хватало определенных навыков, поскольку фехтовальщиком он был не всегда. Ему пришлось выучить стили дыхания и все другие тонкости, которые помогли бы ему развить свои собственные способности. Но даже те небольшие знания и навыки, которые у него были, он отдавал должное той самой девушке, которую он сейчас собирался обыскать в доме этого человека. Тенген так погрузился в свои мысли, что почти не заметил мальчика, ответившего на его ребристый стук. Сенджуро дважды спросил, что нужно мужчина, прежде чем Тенген опустил взгляд, чтобы встретиться с ним взглядом. Мальчик был до боли похож внешне на своего брата, и Тенген ненадолго задумался, как гены семьи могут быть такими сильными. Его мысли на мгновение переключились на его собственную семью, на то, как похожи его братья на его отца, и он так же быстро стер эту мысль из своей головы. (Конечно, это было возможно). Тем не менее, сходство этого мальчика с его братом Кёджуро мало помогало Тенгену справляться со стрессом. На самом деле, это сделало его значительно хуже, поскольку морщина на его лбу стала глубже. — Я хочу поговорить с Мизуки Сайто. Я полагаю, что она и её братья и сестра здесь, чтобы завершить обучение столпа под руководством твоего брата. Сенджуро кивнул, — Ах, да… у них скоро перерыв, — пробормотал мальчик, а затем более уверено произнёс, — Но если это так важно, что привело вас сюда, я уверен, Кёджуро даст ей время поговорить с вами. Пожалуйста, подождите здесь, я схожу за ней. Тенгену пришлось подавить желание нахмуриться, глядя на удаляющуюся фигуру мальчика. Конечно, Сенджуро никоим образом не хотел оскорбить столпа. Но Тенген не мог сопротивляться желанию закатить глаза и усмехнуться. Как будто Кёджуро мог сказать, с кем Мизуки может или не может говорить, и в какое время она должна это делать. Будь он проклят, если Кёджуро заставит его ждать, чтобы поговорить с ней. Он, конечно, уважал этого человека, но если бы он даже попытался встать на его пути, чтобы получить то, что он хотел и то, что он по праву заслужил, намеренно или нет, он мог сразу отвалить. К счастью, вскоре Сенджуро вернулся с Мизуки. И если Тенген был честен, он должен был признать, что никогда раньше не чувствовал себя настолько спокойным в чьем-то присутствии. Несмотря на легкую хмурость, портившую её красивое лицо, Тенген чувствовал себя непринужденно. По крайней мере, на тот момент, пока ему действительно не придется говорить с ней. Сенджуро, не теряя времени, предоставил их двоих самим себе. Он сразу понял, что это их личное дело, и дал им необходимое пространство, за что они оба были ему благодарны. Теперь, когда они наконец остались одни, Тенген мягко протянул руку и взял девушку за руку. Он был рад, когда она не отстранилась, и позволила ему провести её от двери к маленькой полянке вдали. — Пойдем, — начал он, — Мне нужно с тобой кое о чем поговорить. Тенген не упустил того, как её брови сдвинулись в замешательстве, когда она нахмурилась еще сильнее, — Ты проделал весь этот путь сюда только для этого. Должно быть это что-то серьезное. Ему пришлось сделать еще один вдох, прежде чем он смог продолжить. Она не ошиблась. Это был очень серьезный вопрос, и на этот раз он не был уверен, как она отреагирует, услышав его. Тем не менее, он поймал её своим широким взглядом и начал говорить. — Я уверен, что ты помнишь тот день, когда я сказал тебе, что должен жениться, верно? Мизуки отвела взгляд и кивнула, — Да, это было на следующий день после того, как ты узнал о моей… моей способности к трансформации в демона. И ты помог мне нести моих братьев после того, как демоны напали на деревню, которую мы пытались защитить. — Хорошо, и я уверен, что ты помнишь свадебную церемонию и обстоятельства, при которых мы расстались. — Да… — Мизуки сделала паузу и, наконец, посмотрела на Узуя, замешательство в её глазах было болезненно ясным, и он обнаружил, что сожалеет о том, что вообще начал этот разговор. Он заметил, как она крепко обхватила себя руками, когда он говорил о свадебной церемонии, и понял, что означает эта поза. Тенген ненавидел то, что он заставлял её чувствовать себя некомфортно, и ему было больнее от того, что то, что он собирался сказать, могло только усугубить ситуацию. — Ты в курсе, что произошло после того, как ты покинула свадебную церемонию? Мизуки судорожно вздохнула. Она не знала, что произошло. Все, что она помнила, — это окровавленную отрубленную руку его отца на полу и Тенгена… Кровь окрасила его белоснежные волосы в тот день, и она увидела на его лице выражение, которого никогда раньше не видела. Она мысленно содрогнулась от желания полностью выбросить это из головы. Она не посмотрела в глаза Тенгена, и тогда та покачала головой и сказала, — Нет… Есть что-то, что я должна знать? — Определенно. Мизуки не помогло то, что Тенген в данный момент чувствовал себя также некомфортно, как и она, и она ненадолго задалась вопросом, когда же он перейдет к сути. Она никогда не думала, что он может так много ходить вокруг да около. Почему он сделал это сейчас? Теперь Тенген очень хорошо осознавал, как нехарактерно для него ходить вокруг да около по этой теме, но он очень не решался просто сказать об этом. Он не хотел забивать ей голову правдой, не подготовив её к этому должным образом. Но чем острее становились её вопросы и чем более подозрительно она относилась к тому, что он пытался сказать, тем сильнее это вынуждало его все равно говорить об этом. — Те три женщины, которых ты знаешь как моих жен… Сума, Хинацуру и Макио. — Что-то насчет них? Тенген не мог больше скрывать правду, и это только еще больше обожгло его язык. Он должен сказать ей сейчас. Он должен был сказать правду о том, что произошло. Для него это был единственный способ пробиться сквозь эту стену. Он должен был сказать это… Но мог ли он рискнуть и навредить этой девушке, сказав ей? Тенген застонал. Это было так жестоко, то, какой может быть любовь. Но он сделал это для нее, не так ли? Если бы он этого не сделал, он бы не смог быть так близко к ней, как сейчас. Верно? И если это правда… Ему придется рискнуть. — Мизуки, я никогда не женился на этих женщинах. Выражение лица Мизуки было не похоже ни на что, что он когда-либо видел, и он поймал себя на том, что жалеет, что вместо этого сказал ей тогда неправду. В тот момент любая ложь была бы достаточно хороша, чтобы она не смотрела на него с таким отвратительным выражением ужаса. Но затем опять. Если бы он солгал. Он просто прикроет свою ложь другой, и цикл никогда не остановится. Он боялся, что, сказав это, она потеряет к нему всякое доверие. Что, казалось, и так происходило. Но он надеялся, что, может быть, она воспримет эту новость и будет счастлива. Если он так и не женился, разве это не дало им возможности, о которой они всегда тайно мечтали? Но на её лице не было надежды. В её глазах не было радости. Нет облегчения, нет покоя… Нет любви. И на мгновение Тенген задумался, не ошибся ли он. Он думал, что уверен, что он ей нравится. Хотя она никогда официально не признавалась в этом, отрицать это было просто невозможно. Он знал, что он ей нравится. Химия между ними бесспорно сильная! Он чувствовал это в каждом их взаимодействии! Но её лицо. Выражение её глаз заставило его всерьез задуматься о возможности того, что связь, которую он испытал с ней, тоже была ложью. Эта возможность заставила его чувствовать себя совершенно беспомощным. Он хотел обнять её. Он хотел извиниться перед ней, пока она не простит его за то, что заставил её поверить в такую ​​ложь. Но в тот момент, когда он только пошевелился, чтобы прикоснуться к ней, она отскочила от него. — Нет… Не прикасайся ко мне. Тенген замер от её слов. Они были такими холодными, что даже его кожу пощипывало от звука её резкого голоса. — Мизуки, — настаивал он, — Послушай меня… — НЕТ! Резкости в её голосе было достаточно, чтобы Тенген понял, что зашел слишком далеко. Возможно, было бы лучше, если бы она не знала, но Тенген не был уверен. Она могла узнать об этом сама, и это было бы значительно хуже. По крайней мере, он мог сказать, что у него хватило смелости сказать ей это в лицо. — Я знаю, что это может быть бессмысленно, но мне нужно, чтобы ты… Горящий взгляд, который она бросила на него, заставил его рот немедленно закрыться. — Я думаю, ты достаточно сказал, — холодно ответила она. Затем она усмехнулась, вскидывая руки вверх в раздражении, — Как ты думаешь, что хорошего могло выйти из того, что ты солгал мне об этом?! Разочарование, которое росло в Тенгене, мешало ему тщательно подбирать слова, и он чуть не закричал ей в ответ, — Я солгал, потому что подумал, что это побудит тебя уйти быстрее! И мне нужно было, чтобы ты ушла как можно скорее! Мизуки шокировала его, когда она издала безрадостный смех, — О, как великодушно… Тебе нужно было, чтобы я ушла как можно быстрее, а? Так ты мог что? О, возможно, чтобы вы могли стереть позор, который принес вам и вашей будущей идеальной семье пребывание рядом с проклятым ребенком?! Тенген почувствовал, как его руки сжались в кулаки. Он хотел схватить её, заклеить ей рот скотчем и заставить её слушать. Но он не мог. — Конечно, нет! — Тенген огрызнулся, — Я сделал это, чтобы защитить тебя! — Защитить меня от чего?! — выплюнула она, — От твоего отца?! Это было бесполезно! Потому что я уже доказала тебе, что ни капельки не боюсь этого человека, он мог бы поцеловать меня в задницу! И если бы он был такой чертовой проблемой, разве он уже не нашел бы нас и не прикончил, как он «обещал»?! О, но знаешь что…?! ЭТОГО ДАЖЕ НЕ ПРОИЗОШЛО! Раздражение в Тенгене возросло настолько, что у него больше не было сил бороться с ней. Часть его знала, что она вот так взорвется. Но это не помешало ему выкрикнуть её имя, когда она возвращалась к дому Ренгоку. Его тон превратился в резкий приказывающий лай, но она не слушала. Он следовал за ней всю дорогу до входной двери. Он даже схватил её за запястье. Но это не помешало ей отдернуть руку и хлопнуть его по щеке. Затем его рука опустилась, и дверь захлопнулась. После этого Мизуки ничего не хотела, кроме как вернуться к своим тренировкам. Это было единственное, что она могла придумать, что позволило бы ей полностью высвободить весь свой гнев. Её братья и сестра слышали последний разговор, но очень мало знали о том, что произошло на самом деле. Итак, Юу и Рюичи встали по стойке смирно, как только услышали, как захлопнулась дверь. Через несколько секунд они были рядом с ней. — Мизу… Что случилось? — обеспокоенно спросил Юу. Мизуки была расстроена тем, что её проблемы с Узуем вылились в её отношения с семьей. Но тот факт, что её проблемы стали их проблемами, был почти неизбежен. Не помогало и то, что она не могла перестать плакать, крепко обхватив себя руками, — Я только что поговорила с Узуем, вот и все. Ренгоку изо всех сил старался не смотреть на Мизуки, когда услышал упоминание имени звукового столпа. Он, конечно, ничего не знал об их отношениях, но то, как она вела себя, давало ему более чем достаточно информации для понимания. Из уважения к её личной жизни он опустил голову и сосредоточился на еде. Рюичи оттолкнул Юу, стоявшего на коленях перед плачущей сестрой, и схватил её за плечи, заставляя посмотреть на него. — Чего хотел этот мудак? Он сделал тебе больно?! Мизуки покачала головой. Она не хотела беспокоить их больше, чем есть сейчас, только из-за того, как она себя вела, — Нет, он… он только что сообщил мне о чем-то, о чем я должна была знать давным-давно. Юу нахмурился, — Что ты имеешь в виду… Не могла бы ты объяснить, если тебе не трудно говорить об этом… Несмотря на её нежелание вовлекать братьев в свою личную жизнь, она не хотела ничего, кроме как поговорить с кем-нибудь об этом, и Юу был идеальным человеком для разговора. Мизуки вытерла слезы, когда Юу усадил её, — Он сказал мне… он сказал мне, что вообще никогда не женился. Глаза Юу расширились от этой новости, и он осторожно положил руку ей на плечо. Потребовалось некоторое время, прежде чем он смог собраться с мыслями, чтобы сказать ей, — Я могу понять, почему это так огорчает тебя, но… — Юу немного запнулся, когда его сестра странно посмотрела на него, — Ты будешь хоть немного счастлива? Если он на самом деле не женат на них? Рюичи фыркнул и скрестил руки на груди. Он уже начал говорить, прежде чем Мизуки успела ответить, — Если она ему так чертовски нравилась, он должен был противостоять своему отцу и сказать ему, на ком он действительно хотел бы жениться тогда! Только не говори мне, что она просто должна быть счастлива с этим?! Ну же, Юу?! Ты не можешь так лгать и ожидать, что она все еще захочет выйти за него замуж! Юу вздохнул, — Я знаю, Рю… я знаю. Мизуки подтянула колени к груди в наступившей тишине, — Я просто не понимаю… — тихо пробормотала она, — Он мог сказать мне тогда… Когда мы планировали сбежать. Я спросила его, каков его план. Он мог бы сказать мне тогда… Но нет… Он сказал: «Я собираюсь взять своих жен и убежать». Голова Мизуки дёрнулась, когда она услышала, как Рю издал низкое рычание. Тон его голоса был холодным и чисто ядовитым, — Я убью его жалкую задницу за то, что он причинил тебе такую ​​боль, Мизу. Ты не заслуживаешь такой боли. Ты просто, блядь, не заслуживаешь! Мизуки пришлось встать и схватить Рюичи как раз перед тем, как он успел положить руку на дверь, — Нет, Рю! Отпусти…! Рюичи мотнул головой, ожидая объяснения её действий, — Ты не хочешь, чтобы он чувствовал боль? — взгляд, который Рю бросил на нее, был пронзительным, но Мизуки была непоколебима. — Пожалуйста… — умоляла она, — Возможно, он все равно уже ушел… — колодец слез, наполнивший её глаза дал Рюичи еще больше причин не слушать её мольбы, пойти и выбить дерьмо из этого человека. Однако он ушел, бросил один взгляд на своего близнеца, и выражение лица Юу сказало ему обратное. Важнее было, чтобы они остались с ней и просто утешили её. На этот раз его насилие не могло решить её проблему. — Бьюсь об заклад, он даже не знает, через какую боль и замешательство он заставил меня пройти… — Мизуки продолжила чуть громче шепота, когда Рюичи прислонился к двери рядом с ней, — Он… он оставил меня наедине с собой. Такое ощущение, что я гналась за какой-то… прекрасной мечтой… Затем она сделала паузу и вздохнула, — Да какое мне дело… Я никогда не хотела выходить за него замуж. Я никогда не хотела этого… Он вбил это в мою голову. Он заставил меня… Он заставил меня… — она запнулась, и теперь её слезы снова текли по щекам, — Ради бога, он заставил меня влюбиться в его тупую задницу…! …Он заставил меня влюбиться в него…