Сборник верлибров "Ворота покинутого особняка"

Я поднимаюсь по каменным ступенькам крыльца своего дома, Я отпираю тяжелую дверь, ведущую в самый родной для меня клочок этого мира, и вхожу. В доме пусто и тихо. Все замерло, как застыло что-то и внутри меня. Я вхожу, и только мраморные головы львов встречают меня на пороге. Совестливо опускаю голову и не смею поднять глаз, чтобы не увидеть их осуждающего взгляда. Я прохожу мимо зеркал, боясь посмотреть на себя. Я действительно не знаю, что я там увижу. И не знаю, разобьется ли зеркало, увидев незнакомое ему лицо девушки, Заменившей настоящую хозяйку, которой уже нет. Я боюсь увидеть свои глаза, свои ресницы, свои щеки, свой нос и чужие губы. Оскверненные демоном губы. Губы, потерявшие свою чистоту в тот миг, Когда они едва слышно произнесли свое проклятие: "Я люблю тебя!" А потом я тенью проскользну вверх по старинной лестнице, Чтобы спрятаться от всего, что произошло со мной вне этого дома. И там, скрывшись в дымке полупрозрачного балдахина, Я заплачу в комнате девушки, которой уже нет. Черная ваза и белые цветы. Раньше я считала их подобными мне, а теперь, когда я попыталась их коснуться, Они сложили свои нежные лепестки, стыдясь и не принимая меня: я лишилась того ореола чистоты, которым они объяты. Я поднимаю голову к расписанному потолку и понимаю, что мне не подняться к нему даже в своих мечтах, Ведь свои ангельские крылья я позволила украсть демону. Я прохожу дальше, я прогуливаюсь по дому, который больше не видит во мне своей хозяйки. Я прячусь в тени деревьев и высоких кустов старого сада. О да, теперь я чувствую, что только темнота дарит мне покой. Я боюсь дышать, я боюсь касаться травы или древесной коры, ведь я боюсь, Что клочок природы, вырастивший меня и мою семью, Увидит, что я сотворила, И листья опадут к моим ногам, давая солнечному свету испепелить меня. Я прячусь в тени и шепотом проклинаю минутную страсть, секундный порыв, мимолетное желание, По вине которых я теперь боюсь показывать свое лицо. Я страшусь света и с замиранием сердца жду наступления ночи. Но вместе с ней появится и полумесяц - насмехающаяся надо мною улыбка мглы. А потом я тенью проскользну вверх по старинной лестнице, Чтобы спрятаться от всего, что произошло со мной вне этого дома. И там, скрывшись в дымке полупрозрачного балдахина, Я заплачу в комнате девушки, которой уже нет.