Сборник верлибров "Ворота покинутого особняка"

- Чего ты так улыбаешься, братец? Расскажи мне, чтобы я порадовалась за тебя! - О! Ты хочешь узнать? Ну ладно, тогда послушай! Сегодня, когда я возвращался домой, погода была замечательная. Просто замечательная. Да, верно! Солнце ярко светило, крохотные пташки пели гимн весне, а бабочки порхали прямо у моих глаз. Я мог коснуться каждой из них рукой: Белой, розовой, нежно-желтой. Их крылья напоминали витражи старой беседки, где я спал в колыбели, когда был ребенком, Где я в последний раз слышал голос нашей матери, Где желтая канарейка вплетала мне в волосы цветы миндаля и обещала, что однажды они превратятся в корону. Я был так напоен, так опьянен этим весенним воздухом, что не заметил, как опустился в траву и закрыл глаза. Я слушал, как мне пели цикады, и улыбался. Я мог различить голос каждой, а их было там, мне казалось, больше миллиарда. Я чувствовал, как снова оживаю на торжестве весны и света, и как мои щеки становятся красными, точно свежие розы. Я засмеялся, когда нежный лепесток коснулся моих век, И поднял их, когда услышал, что я не один смеюсь. И я увидел прекрасную девушку. Она сидела за увитыми плющом воротами между двух старинных фонтанов, Журчание которых подпевало еще голосам ее предков. Она улыбалась и увлеченно читала книгу, страницы которой украшали силуэты цветов: Это были следы от оставленного между листов гербария. На ее темно-каштановых волосах, спускавшихся волнами с плеч, лежала украшенная цветами шляпка с длинными ленточками. Я мог коснуться каждой из них рукой: Белой, розовой, нежно-желтой. Ее платье из рюша и кружева было точно сшито феями. Она не поднимала глаз от книги, но я знал: они моего любимого цвета. Ее губы беззвучно шевелились, как во время чтения чего-то сокровенного, точно это было послание или стихи о любви. Иногда она своей рукой с такой нежной бархатистой кожей поднимала чудесную фарфоровую чашечку и пила из нее. Я не знал, что там, но был уверен, что это розовый, как заря, чай с травами и липовым медом. Она вся была похожа на что-то светлое и сказочное. Я не слышал ее голоса, но знал, что он идеален. И что только таким голосом поются колыбельные. Я чувствовал, что вот-вот ослепну от ее красоты. И я снова закрыл глаза. Все кругом дышало ее телом, Цветочным ароматом ее духов. Я чувствовал, как канарейка из детства расстегивает пуговицы на моей белой рубашке, Как она кладет пышный бутон пиона мне на сердце, И как он расцветает. Я услышал, как она, Та, что сидела за увитыми плющом воротами, Встает. Я слышал, как шелестело ее платье. Каждая травинка повторяла этот шелест. Бабочки, пчелы и шмели кружились над ее шляпкой с цветами. Их привлекал не нектар бутонов. Они хотели следовать за своей королевой, За самой природой, За девушкой в платье из кружева, Которая босиком шла по мягкой траве. Ветер играл ее мягкими волосами, Ветер хотел завить их в пышные локоны. И я завидовал, что он может коснуться ее длинных волос, А я сижу в траве и думаю, стоит ли мне спрятаться за деревом или кустом роз, Чтобы она не смутилась двух влюбленных глаз, Пристально на нее глядящих и завороженно считающих каждый ее шаг. Я видел, как она подходит к дому с высокими мраморными колоннами. Она была далеко, но мне казалось, в любой момент она может услышать мое дыхание и обернуться. Поэтому я пытался не дышать. Мне было страшно, что она заметит меня. Я боялся, как паж, влюбившийся в королеву. Я страшился ее, как Аид, думающий о похищении Персефоны. Я не знал, обернется она на меня или нет, но чувствовал, Что если она взглянет на меня, то нежно улыбнется и светло посмеется, Как девочка, Как Солнце, касающееся кожи лучами и оставляющее на ней веснушки, А затем... Затем она удерет от меня, не оставив мне ни капли своего меда, ни лучика своего света. Да, я чувствовал, что так и будет. Я чувствовал, что она не даст мне даже взять в руки ленточки ее шляпы, Поднести их к губам, Поцеловать, Вдохнуть их неземной аромат. Аромат, принадлежащий весне. Она была далеко, Королева весны, которую я хотел бы назвать "своей", но боюсь. Я не могу даже мечтать о ней. Она была далеко, Но я был уверен, что слышал, как она коснулась дверной ручки, в стекле которой навек замерла красота цветка, Как она открыла тяжелую деревянную дверь, Как шелестело ее платье, когда она исчезала за ней. Я не знал, что ждет ее внутри, но был уверен, что там ее поджидает настоящий бал. Что еще может ждать королеву за новой дверью? Королеву, на поясе которой висела подвеска с вензелем "BW", Королеву с длинными волосами цвета горького шоколада, Королеву с цветами в нежной руке. С цветами, красота которых перед ней меркнет. С цветами, которые передали ее телу свои ароматы. Они смешались В один запах вечной весны. Я закрыл глаза И вдохнул полной грудью. Я хотел запомнить каждое движение, Каждый блик в волосах, Каждый цветок на шляпке, Каждую жемчужинку на кружевах платья Королевы весны. Я вытянул вперед руку, чтобы коснуться ворот, увитых плющом. А затем, Когда я открыл глаза... - Ты открыл ворота? Ты нашел ее и заговорил с ней? - Нет, Я не увидел ее. Дом, Сказочный сад И королева весны Рассеялись, как дымка. - Так это был сон? - Сон. Мечта, за исполнение которой я бы отдал все, что имею. - Ах, вечно ты все выдумываешь! Я услышал ее шаги. Она вышла из комнаты, Мысленно смеясь надо мной И моими фантазиями. Она вышла. И так и не узнала, что сном я назвал реальность, Которая действительно была похожа на что-то волшебное.