7 part
30 марта 2022 г., 17:01
ВИКИ
Рано утром, уже на следующий день после «семейного» ужина, меня разбудила всё та же женщина-демон. Впервые ночь прошла прекрасно, за исключением боли в изломанных пальцах, которые определённо мог излечить Люцифер, но не стал из-за недавних предостережений Сатаны. Да-да. Этим утром на моём лице сияла улыбка от уха до уха. И всему виной был Люцифер, который, что греха таить, весьма эффективно успокоил мои истасканные нервные клетки. А помимо сладкого блаженства ещё и заботливо накормил. Возможно, я поступила глупо и наивно, но простила демону недавнюю отстранённость и безучастие. Ведь всё это — притворство, нужное лишь для того, чтобы не давать Сатане лишние поводы надо мной поиздеваться. Женщина-демон любезно подала мне аккуратно свернутый спортивный костюм, в который я сразу же послушно переоделась и впервые за столько времени отправилась в ставшую почти родной камеру с улыбкой на лице. Через пару-тройку дней на меня накатила тоска, и ко всему этому навалился давно знакомый страх. Я не ощущала себя безнадёжной, но всё же неуверенность в завтрашнем дне не давала покоя, хотелось какой-то определённости, которой точно не могло быть, пока я не пройду все испытания Сатаны. А ещё Люцифер по связующей нити стал меня тренировать: мы с ним пробовали различные методики для того, чтобы пробудить хоть какую-то внутреннюю силу, которой должен был наделить меня Шепфа после того, как я воскресла и получила шанс на обучение в школе «ангелов» и «демонов». Не сказать, что я была уверена в успехе наших тренировок, но это явно было лучше, чем совсем ничего. «Как твои пальцы?» — поинтересовался демон по нашей нити. «Уже лучше. Я даже стала есть сама, но всё же слабость и боль никак не желают отступать! Достало!» — мой голос сочился недовольством. «Возможно…» — демон умолк, а я не поняла причины его внезапного молчания. «Что, Люцифер? Раз начал, говори!» — я потянула мысленно за связующую красную нить. «Не могу разгадать причины такого любезного поведения со стороны Марбаса. Это очень и очень подозрительно. Но одно знаю наверняка — эта белобрысая псина не так проста!» «Так и скажи, что ревнуешь меня к нему», — я рассмеялась. «Дело не в этом». Теперь я почувствовала его недовольство. «Тогда в чём? Я правда не понимаю, ты говоришь какими-то загадками». «Если Марбас к тебе так расположен, было бы правильно использовать это в своих целях». «Что ты имеешь в виду, можно конкретней? — цокнула я. — Предлагаешь соблазнить его?» «Я каждый раз хочу придушить его, когда он рядом с тобой, но чёрт!.. Его благосклонность поможет тебе выдержать испытания. — Люцифер умолк на несколько минут, но затем продолжил. — Тебя лишили быстрой регенерации, и поверь, «Лощина скорби» — ещё цветочки. И твои переломанные пальцы, и нос тоже». «Марбас не идиот, он поймёт, что я его использую!» «Просто будь умнее и не ругайся с ним. И не вздумай…» Я почувствовала, как наша нить задребезжала: вероятно, демона обуревал гнев. «Не ревнуй, Люцифер. Не ревну-у-у-й, — я специально подтрунивала над ним. — После твоего умелого, несравненного и замечательного языка я не смогу лечь под кого-то другого». «Поиздеваться удумала?» Я совершенно точно почувствовала, как этот наглец улыбается. «А почему бы и нет. Не только же тебе позволено это делать». «Если ты будешь чуточку меньше дерзить, возможно, Марбас исцелит все те раны, которые ты несомненно получишь. Сейчас нужно быть хитрее, Вики Уокер…» «А что взамен я ему дам? Он попросит плату за свою помощь». «Просто не будь язвой, лишний раз не спорь и не говори, что он тебе неприятен. Поговори по душам, если это потребуется! Правда, если бы я мог — сам бы тебя вылечил… Но у меня связаны руки! Я совершенно не понимаю отца и всей его дурацкой игры. Поэтому Марбаса однозначно нужно использовать, Вики». «А если он полезет ко мне в трусы? Ведь, заметив мою благосклонность, он так и сделает, что тогда? Что? Ответь!» — я начала закипать, но ещё больше понимала, что Люцифер прав. «В таком случае откуси его грязные пальцы», — со смешком в голосе отозвался сын Сатаны. «Ага. Очень умно. Ладно, давай лучше продолжим наши тренировки, Люцифер… У меня, вроде как, уже лучше получается».───── ◉ ─────
— Вставай и пой! — заскрежетал знакомый голос, тем самым разбудив. Вчера наши упражнения с Люцифером по связующей нити увенчались большим успехом. Моя скрытая энергия поддалась дрессировке, и я сумела совладать с нежно-голубыми шариками, которые внезапно выскочили из моих кистей. Было немного больно, но я перетерпела, ведь теперь знала, что не пуста и обладаю хоть каким-то оружием, если эти шары можно таковыми считать. Мы с Люцифером не узнали о дарах, которые верно служили каждому бессмертному, но всё-таки были на правильном пути, и я хотела верить, что и мой талант вскоре откроется. Нужно только подождать. — Что тебе от меня нужно? — я старчески пробурчала, не поднимая головы. Хотелось спать. Вчерашние долгие упражнения высосали из меня всю энергию, и голос Марбаса добавлял ещё больше раздражения. Но вспомнив недавний совет Люцифера, я прикусила язык и засунула поглубже себе в… — Собственно, ничего особо не нужно. Я пришёл оповестить о втором испытании, только и всего. — Спасибо, — выдавила из себя любезность и всё-таки, открыв голубые глаза, присела, сразу прижавшись к стене. Несколько огоньков освещали лицо демона. Марбас подошёл ко мне ближе, прядь белых волос вырвалась из хвоста. Он замер, наблюдая за мной сверху. — Оно будет через несколько часов. — Ясно, — безэмоционально ответила я. — Тебе всё равно? — А как мой ответ повлияет на то, что неизбежно? Мне в любом случае придётся проходить испытания. — Логично… Кстати, ты не забыла, что должна мне желание? — Марбас присел на корточки. — А моего «спасибо» будет недостаточно? — спокойно выдерживая его взгляд, спросила я. — Нет. — Я тебя не просила тащить меня на себе. — Тогда бы не соглашалась изначально, а то с большим удовольствием прижалась ко мне и уснула. — Неправда. Не прижималась, а просто устала. — Я инстинктивно попыталась сжать руки в кулаки, закипая от нарастающего гнева, и ойкнула. — Твои косточки на пальцах до сих пор не срослись, как я полагаю. — Он, всё так же сидя около меня, схватил кисть, чтобы рассмотреть, но не грубо, чем безусловно удивил меня. Демон недовольно покачал головой. — Такие руки никуда не годятся. — Что поделать… — я безразлично пожала плечами. Демон поднялся на ноги и уже возле выхода сказал: — Надеюсь, ещё увидимся, дочь Серафима. После ухода Марбаса я вновь долго размышляла, глядя на свои руки. Пальцы выглядели уродливо, но радовало, что я могла ими двигать, и это не доставляло той боли, что была раньше. Она все же стала терпимой, хотя, может, я просто к ней привыкла. Неожиданно дверь камеры открылась, и знакомый стражник презрительным тоном объявил о начале испытания. Мы быстро шли по тёмным витиеватым коридорам. Неприятный запах, царивший в этом месте, заставлял сильно сжиматься желудок. На выходе я услышала слабый гул собравшихся поглазеть на мои страдания. Стало так страшно, что захотелось расплакаться от беспомощности. Меня охватил морозный воздух. Изо рта начал выходить пар, а спина резко покрылась гусиной кожей. Я не понимала: реально ли это происходит в аду, или же это плод моего воспалённого воображения? Сердце готово было выпрыгнуть из грудной клетки и убежать куда подальше в безопасное место. Я лишь обречённо прикрыла глаза, прекрасно понимая, что паника, которая пытается завладеть мной, лишь всё усложнит. И я дала себе установку успокоиться, поверить, что всё будет хорошо… Смотря в спину своего провожатого, внезапно захотелось перерезать его грязную глотку, забрать оружие и сбежать. Но я быстро подавила поток безрассудных мыслей и, тяжело сглотнув неприятный ком во рту, смиренно двигалась за ним вперед. Тем более, за моей спиной был ещё один демон-стражник, который точно не дал бы возможности на побег. Гул становился всё громче и громче, морозный воздух, который заставлял стучать зубами, исчез. — Стоп! — скомандовал демон, за которым я покорно шла и глотку которого хотела перерезать. — Закуй её в кандалы. — Куда я сбегу? — недовольно буркнула я. — Хорошо. — Ответил тот, что стоял за моей спиной. Демон быстро заковал мои ноги. На пол тяжелым грузом упала цепь, которая весила, кажется, столько же, сколько я сама. На этот раз меня завели не в тронный зал, а во что-то, напоминающее огромную пещеру. Вот только стены были не привычного серого оттенка, а красные, как томатный сок. Запах, который царил в ней, напоминал сгоревшие восковые свечи, но был лучше, чем сгнившая плоть и рвота. Из-за тяжелых цепей я крайне тяжело переставляла ноги. Благо, что их не одели ещё в камере, иначе я упала бы, не дойдя до пещеры. Демоны из сопровождения пренебрежительно ткнули меня в спину и вывели к большому бревенчатому мостику, который был значительно выше того места, где находилась противная толпа, требующая зрелищ. Я постаралась крепко схватиться за поручни, но так и не восстановившиеся пальцы сразу же напомнили о себе. И от такой высоты, ко всему прочему, начала кружиться голова, а кишки больно скрутило. Да так, что к горлу подступила сильная тошнота. — Боже, меня сейчас вырвет. — Проговорила скорее самой себе, чем кому-то ещё. Я закрыла глаза и глубоко набрала воздух в лёгкие, затем медленно выдохнула… Проделала так несколько раз. На удивление, в тот момент меня никто не потревожил. — Виктория Уокер! — раздался неприятный голос Сатаны, к которому я почти привыкла, но каждый раз он заставлял меня вздрагивать. — Готова, дочь Серафима? Я разозлилась из-за упоминания должности матери. Повернулась и заметила, что на вершине места, куда меня привели, на чёрно-красном троне восседал сам король этих земель — Сатана. Глаза бы мои его не видели! Рядом с ним не было Люцифера и Марбаса, сегодня он был на этой возвышенности в гордом одиночестве. Выдержав его колючий взгляд, я уверенно ответила: — Я готова, а вы? — усмехнувшись, нагло обратилась к нему. Сатана ничего не ответил, но я заметила, как его передёрнуло от такого неподобающего отношения. Ревущая толпа выкрикивала в мой адрес какие-то нелицеприятные вещи, но я делала вид, что потеряла слух. Специально не вслушивалась в те оскорбления, которые явно не заслужила. Безумно хотелось плюнуть каждому в рожу, но они — не те, кто для меня что-то значит, поэтому их мнение было лишь пылью, которая рассеется с моим уходом из этого места. — А ну заткнулись!!! — мгновенно взметнув рукой, громогласно выкрикнул Сатана и быстро встал со своего места. Мерзкие зрители сразу же умолкли, как трусливые зайцы, что не могло не порадовать. В пещере воцарилась такая звенящая тишина, что я даже могла расслышать звук своего учащённого дыхания. — Вот так, — хмыкнул Сатана и вернулся обратно на свой большой трон, положил одну руку на подлокотник и расслабился. Я старалась держаться уверенно, не собиралась плакать и умолять о пощаде, потому что её точно не будет. Главное, не выпускать страх, иначе это станет моей погибелью… — Вот и наступил день твоего второго испытания. — Сатана мило (мило?!) мне улыбнулся. — Первое ты, Виктория, прошла безукоризненно, чем удивила не только меня, но и некоторых демонов из высшей знати. — Отец Люцифера перевёл взгляд на ложе справа. Я последовала за его внимательным взором и обнаружила место, чем-то напоминающее Vip-ложе театра. — И что мне от этого? — разозлилась я и попыталась сжать руки в кулаки, потому что это всё напоминало какое-то реалити-шоу, чем что-то здоровое. — Поблагодарить? — через боль всё же удалось сжать пальцы. Сатана проигнорировал мои гневные вопросы и продолжил свою пламенную речь. — Видишь огромную канаву, Виктория? Внизу в центре пещеры? Меня и так мутило от такой высоты, смотреть туда ещё раз не очень хотелось. — Успела увидеть. — Я тяжело сглотнула, но не выдала, что не очень люблю высоту. — Подойди, не бойся. Внимательно посмотри на то, что я тебе уготовил. — Я сделала шаг, и цепи неприятно звякнули. — Освободи ей ноги, Марбас. — Приказал он, и я резко развернулась. Чёрт, ещё совсем недавно жутко хотелось придушить это белобрысое дерьмо, но теперь… Нет. Его присутствие даже немного успокоило, хотя глупо с моей стороны относиться хорошо к верному псу своего врага, а Сатана мне совершенно точно не друг! — Сейчас чуточку полапаю твои ножки, Вики. Но настоятельно рекомендую не возбуждаться, а сконцентрироваться на испытании! Не грубо, а даже осторожно Марбас принялся избавлять мои ноги от оков. И невзначай коснулся рук. Буквально на две секунды, но от этого я дёрнулась, не особо понимая, что произошло. Мои пальцы… я легко сумела их сжать… Он что, излечил их?! Я постаралась не выдавать радость, ведь рабочие пальцы явно лучше, чем бесполезные. — Подойди уже к краю! — вновь повторил Сатана, и я подошла, надеясь, что поручень не даст упасть. Марбас стоял за моей спиной, лицо его было абсолютно безэмоциональным, и недавняя игривость испарилась, как табачный дым. Я всё же осмелилась и подошла, специально опустив голову, оперлась, крепко сжав перила. Канава была полностью заполнена чёрной, как смола, водой, о её глубине можно было только догадываться. Я увидела картинку прошлого испытания и то, как костлявый Кето тащит меня в своё логово. По телу сразу же забегали мурашки. Мне не хотелось туда погружаться, но выбора не было. «Не бойся, ты справишься, Вики. Я в тебя верю…» Знакомый голос пронёсся по красной связующей нити. «Я боюсь высоты…» — Что я должна сделать, выжить? — я развернулась и взглянула на Сатану. — Это тоже. Ты должна найти платиновую иглу, которая таится на самом дне, под толщей этой чёрной воды. — Искать иголку в стоге сена, значит… Как я пойму, что это именно она? — Раздражение росло всё сильнее. — Эту вещицу я когда-то собственноручно отдал одному недоброму существу, с которым тебе предстоит познакомиться. Оно не любит гостей. — Зачем вам эта игла? — А вот это не твоё дело, милая. Сам забрать, к сожалению, я не могу. По особым обстоятельствам. — Сатана положил одну ногу на другую. — Понятно, что ничего не понятно… — Этот предмет ты почувствуешь. Тебя будет к нему тянуть, так скажем… Я перевела взгляд на Vip-ложе и заметила Ребекку Уокер. Она выглядела как всегда собранно, и по лицу невозможно было с точностью прочитать, что она думает. Будто восковая кукла, пришедшая почтить своим присутствием публику, но поддержки от неё уж точно не ощущалась, а скорее… презрение. «Моя мама теперь меня ненавидит», — зачем-то передала это Люциферу. «Добро пожаловать в мой клуб», — ответил он, и я слабо улыбнулась. «Где ты? Я не вижу тебя среди зрителей». «Я там, где мне не будут мешать помогать, — короткая пауза. — Не хочу, чтобы ты умерла раньше времени… Я же тебя только-только распробовал». «Дурак!» — я залилась краской и смутилась, ведь из-за демона абсолютно забыла про то, что стою перед публикой. — Довольно болтовни. — Сатана вновь встал и взмахнул рукой, указывая на ту самую канаву с чёрной водой. — Прыгай. Ограждение, которое дарило хоть какую-то иллюзию защищенности, сразу исчезло. Я от неожиданности вскрикнула, но успела отскочить. — Прыгай! — рявкнул Сатана опять, но мои ноги стали ватными, боязнь высоты начала затаскивать в свой липкий плен страшными лапищами. — Толкни её. Я не успела осознать его последние слова, как почувствовала грубый толчок в спину. Марбас. Даже не задержав дыхание, а лишь закрыв глаза и кое-как сгруппировавшись, я полетела вниз в воду. Страх всё же проник в мою голову… «Люцифер, говори, пожалуйста, я боюсь…» — я попыталась мысленно нащупать нашу связующую нить. Быстро погрузившись в эту чёрную жижу, камнем пошла на дно, не осмелившись открыть глаза. Попыталась двинуться, но меня словно парализовало, абсолютно не могла никак пошевелиться. Должна была быть какая-то причина. «Люцифер… Люцифер… — Я разозлилась. — Где, чёрт побери, твои грязные шуточки, когда так нужны?» Но в ответ — тишина. Я слабо ощущала холод, но всё так же не могла пошевелиться. Страх перестал душить, и я несмело приоткрыла голубые глаза, желая разглядеть обстановку, но кругом была только беспроглядная тьма. Лишь над головой еле-еле пробивалось тусклое свечение, которое мне никак не помогало. Если в «Лощине скорби» я могла спокойно дышать, то здесь словно перекрыли кислород наполовину, и чудилось: ещё чуть-чуть, и выплюну свои лёгкие. Но как только я об этом подумала, погружение ускорилось, и вода как по волшебству осталась где-то над головой. Мои крылья стали до ужаса тяжёлыми из-за скопившейся на них воды, поэтому, не совладав с ними, я камнем рухнула на пол. Пол? Удивительно, но я оказалась не в какой-то рыхлой яме, а в довольно чистом месте с блестящим мраморным полом и высоким потолком, который представлял собой ту самую воду, откуда я только что выпала. Я подошла к ближайшей стене: на ощупь она казалась шершавой и была окрашена в белый цвет. Принюхавшись, почувствовала слабый запах мокрой древесной коры. Я огляделась и заметила по бокам висящие, обрамленные в серебряную оправу свечи, которые приглушённо освещали пространство вокруг. Это место не вызывало чувство тревоги, но и доверия особого не внушало: неизвестно, какая тварь могла на меня напасть. Да и обладатель платиновой иглы явно не горел желанием с ней прощаться, а в моём арсенале была только энергия, представляющая голубые шары, и язык. От моих передвижений оставались влажные следы, потому что вся одежда насквозь вымокла. От этого я начала замерзать, но, вовремя вспомнив, что всё же бессмертна и на что-то способна, решила быстро согреться. Через мгновение я и моя одежда были абсолютно сухими, но вот с крыльями вышло гораздо труднее. Поэтому, резко прижав их к себе, а потом так же резко расправив, я стряхнула скопившуюся чёрную жидкость на блестящий пол. Они не сделались абсолютно сухими, но недавняя тяжесть, от которой невозможно было устоять, сразу ушла, и это немного обрадовало. — Чудеса, конечно… — пробормотала себе под нос, глядя на потолок, в котором явственно двигалась вода, но при этом не проливалась вниз. — Ладно, главное — я на месте, и я цела. Пока что. Это уже радует. Разобравшись с водой и своими крыльями, я решила не терять времени и двигаться дальше, но побоялась, подумав, что нужно попробовать выпустить энергию, как учил Люцифер. Я выставила ладони и сконцентрировалась, вспомнив тренировки с демоном. Теперь пальцы стали такими, какими были до первого испытания, и боль, которая не давала мне покоя, осталась где-то позади. — Возможно, эта сила даже как-то спасёт меня. Кто знает. Да, всё же с Марбасом стоит поговорить по душам. Он помог мне… — сказала я себе под нос. — Непонятно только, почему сделал это не в камере, а в тот самый миг, когда уже началось испытание? Загадка. С этими мыслями я двинулась вперёд. Пока что не ощущала никакого особого влечения, но на интуитивном уровне чувствовала необходимость идти. Меня окружали всё те же белые стены со свечами, мраморный пол, потолок из воды. Пахло мокрой древесной корой. И никакого звука — за исключением стука собственного сердца, которое выдавало нервозность. Примерно через восемь минут (а может, и меньше: точное время не могла знать) я заметила, что коридор, по которому тихо следовала, стал уменьшаться, а свет, который хоть и не сильно, но дарил уверенность, что впереди нет никакой мерзости — меркнуть. И этот факт заставил вновь ощутить слабое прикосновение склизкого страха. Кожа превратилась в гусиную, я не могла согреться привычным для бессмертного способом. Мои зубы принялись громко постукивать, а пальцы на ногах стремительно замерзать. Изо рта стал выходить пар — такой, который бывает от морозного воздуха. Просторный коридор стал переходить в тёмный туннель, что не могло не пугать. Конечно, я давала себе установку не нервничать, но как это сделать, когда передо мной предстала кромешная тьма, из которой я могла не вернуться живой? — Всё хорошо, это просто туннель, там ничего нет. — Громко, дрожащим от холода голосом выдавила я. — Как же достали эти игры… Я уничтожу Сатану за все свои мучения… придёт время! — На место страха пришла злость. Я пригнулась, потому что тоннель казался довольно низким, чтобы пройти по нему в полный рост. Вытянула руку. Поверхность стен была достаточно прохладной, на руке после касаний осталось что-то, схожее с землёй. Впереди — только беспросветная тьма без единого намёка на свет в конце… Страшно, очень страшно. Морозность воздуха не исчезала, но я даже успела привыкнуть к холоду. Правда, пальцы на ногах окоченели, и я перестала их ощущать. Было тяжело следовать по туннелю в согнутом положении, но если опуститься на колени и ползти, это замедлит скорость, чего мне бы не хотелось. Хоть и боялась, но желала быстрее достать эту чёртову иглу и кинуть её, как кость, правителю ада в лицо, чтобы тот подавился. — Это издевательство? — фыркнула я и села, потому что света в конце туннеля так и не появилось, и казалось, что он бесконечный. — Сколько ещё мне ползти? Я прислонилась к стене и потёрла лицо. Пальцы на ногах, по всей вероятности, отморозила. Зубы не переставали постукивать, но меня раздражало, что за всё моё странствование по туннелю картинка не менялась. Неожиданно подул тёплый ветерок и рассеял всю морозную прохладу. Я сразу же насторожилась, но вокруг ничего не было видно! Затем непроглядная тьма рассеялась. Всё резко стало погружаться в густую красную дымку. Я забегала глазами вокруг, обхватила своё тело руками. Теперь становилось жарко, градус в этом туннеле ощутимо повышался. Я жадно хватала воздух, который наполнился тошнотворным металлическим привкусом крови. Слегка закружилась голова и задрожали ноги, но я не пыталась бежать, потому что должна пройти испытание, несмотря ни на что! Мой отец не заслужил мук ада. НЕТ! — Кто здесь, покажись! — сжимая руки в кулаки и проглатывая подступивший ком, изрекла я. — Любишь играть с тем, кто слабее? — мой голос наполнился презрением. — Кто ты? Я хочу видеть! Я потёрла глаза и увидела боковым зрением незначительное движение. Будто сгусток чего-то не совсем понятного. — Гости! Гости! Гости! — шипело это нечто громко. Сгусток приблизился и начал клубиться вокруг меня. — Какая глупая, глупая! — хихиканье. — Ла-а-а-а-комый кусочек. Туннель начал дрожать, стены — крошиться, осыпая меня своим содержимым. И если я буду тупо сидеть, то меня попросту похоронят в нём. — Сдохни! Сдохни! Сдохни! — кричало существо, очертания которого я не могла разглядеть. — А-а-а-а! Когда вместе с землей на меня начали сыпаться камни, я в полусогнутом состоянии побежала вперед, попутно разгоняя ту самую тень, которая не прекращала злорадно хихикать. Теперь не было кромешной тьмы, в конце туннеля слабо, но виднелся огонёк, который должен был стать либо моим спасением, либо погибелью, и я бежала ему навстречу. Камни больно били по голове, я чудом уворачивалась от больших валунов, непонятно откуда взявшихся. — Беги, беги! От судьбы всё равно не убежишь! — мерзкий голос скрежетал так громко, что хотелось закрыть уши, но руки мне были необходимы для прикрытия головы. Разбив колени в кровь, я наконец выскочила из туннеля, который через минуту завалило. Я упала и так лежала несколько минут, переводя дыхание. Затем быстро перевернулась на спину и заметила, что оказалась в странном месте. Стерильность, запах, напоминающий формалин, а также белая гладкая плитка, будто специально вымытая до блеска. Морг? — Зачем в аду морг? — слетел вопрос с моих губ. Я села и попыталась разобраться, собрать все мысли в кучу, но получалось не очень. Дороги назад у меня точно не было, ведь проход завалило. — У меня гости. — Раздался спокойный мужской голос, от чего я дёрнулась, готовая атаковать, и выставила руки. — Как ты оказалась здесь, дитя? В помещение вошёл лысоватый мужчина абсолютно обычной наружности. Поверх его серой одежды был накинут клеёнчатый фартук оранжевого цвета, а на руках надеты одноразовые перчатки. На вид — не более пятидесяти лет, если судить по человеческим меркам. Удивительно, но в его взгляде не было никакой враждебности, только толика удивления. За спиной — никаких крыльев. И если бы мы не были в аду, то я бы подумала, что это обычный человек. Он быстро перехватил мои руки, и энергия в виде шара стрельнула по висящему на потолке светильнику. Тот сразу же потух. — В-вы… — я задрожала от страха. — Убьете мен-н-ня? — зачем-то спросила. Мужчина отпустил мои дрожащие руки. Я осмотрела свои кисти, которые испачкались в какой-то слизи с его перчаток. — Непризнанная. — Мужчина взглянул на мои крылья. — Не ожидал, что когда-нибудь достанется такой экземпляр. Его лицо озарилась искренней, как мне показалось, улыбкой. Я ощутила лёгкое жжение в области сердца, и его ритм ускорился. Затем меня потянуло в ту комнату, из которой ранее вышел мужчина. — Корнелий. — Почтенно произнёс он и, высвободив руку из грязных перчаток, протянул мне. — Я не демон… — Это я уже поняла… — Я пожала его прохладную ладонь. — Я учёный. Если говорить простым и понятным языком. — Он улыбнулся. — Какая удача. Корнелий аккуратно тронул мои крылья. На первый взгляд мужчина казался доброжелательно настроенным, но толика сомнения всё не давала мне возможности расслабиться. — Не буду спрашивать, как ты сюда попала. Я рад гостям. Тем более что непризнанных никогда не изучал. — Пауза. — Вернее, не общался. «Люцифер… кто такой Корнелий?» — я робко дёрнула за связующую нить. Если этот учёный тут давно, то сын Сатаны точно знал его. — А как тебя зовут? — поинтересовался он и вновь улыбнулся. — Такая красивая и смелая, раз решила навестить меня. — Он стянул с себя фартук и повесил на крючок, затем подошёл к раковине и помыл руки. — Тебе нужно обработать порезы на коленках. — Ну что вы, — я наклонилась, чтобы их рассмотреть. Те кровоточили. — Не стоит. Но Корнелий достал какую-то баночку из шкафчика над раковиной и подошёл ко мне, присел и стал замазывать раны, а также дуть на них. — У меня была дочка. Ох, как она не любила лечить свои колени! Дети такие непослушные… Но на то они и дети. Когда колени были обработаны, мужчины подошёл к приоткрытой двери и захлопнул её. — Как хорошо, что ты зашла. Иногда так хочется поговорить, но никто не заходит. Боятся. — Он рассмеялся. — А я ведь не какой-то могущественный демон, чего меня бояться? — Пауза. — Кофе или чай? Я отрицательно мотнула головой. Не то чтобы я боялась Корнелия, но и особого доверия к нему не испытывала. Желала найти чёртову иглу и свалить, но проход завален. Наверняка должен быть ещё какой-то путь отсюда… — Так как тебя зовут? — Вики. — Слетело само собой, а ведь я не хотела делиться именем. — Вики. Виктория. Знаешь, что означает твое имя? Мужчина поставил две белые чашки и налил туда, по всей вероятности, заварку. Я отвела взгляд и стала осматриваться. Возможно, это место и не было моргом, как мне показалось на первый взгляд. Раз Корнелий учёный, то вполне нормально, что в помещении царят разные запахи, и не всегда приятные. — Да, да. Знаю. — Я вынырнула из клубка воспоминаний. Люцифер по-прежнему молчал, не отвечая на вопрос. — Я не знала, что в аду есть учёные. — Проходи за стол, составь компанию старому волку, Вики. — Корнелий указал на стул. Я решила, что нужно перестать бояться всех и каждого, и раз эта платиновая игла находилась здесь, то нужно завязать доброжелательный разговор. Корнелий не кажется злым, может, в этот раз обойдется без приключений, и он просто мне её отдаст? — Спасибо. — Кивнула я и села напротив. — Ох, руки. — Взглянула на испачканную слизью ладонь и быстро прошла к умывальнику. Потом я вернулась на место и даже расслабилась, слушая приятный голос Корнелия, который очень много рассказывал об изучении ангелов и демонов. Я аккуратно попивала горячий чай и улыбалась мужчине. Даже задумалась о том, почему же Сатана сам не забрал у него эту иглу. Странно, ведь ничего опасного вроде бы в этом ученом нет. «Не знаю никакого Корнелия», — голос Люцифера вывел меня из полудрёмы, в которую после чая, расслабившись, я погрузилась. «Он учёный, у него тут своя лаборатория или не знаю, как это место охарактеризовать. У него нет крыльев, и Корнелий кажется до…» Не договорив, я погрузилась в сон, который приятно затянул в свой сладкий плен.───── ◉ ─────
Туман. Туман. Туман. В голове не было абсолютно никакой ясности. Во рту сухо. Сильно хотелось пить. Чёрт, что такое и почему мне так плохо? Всё это отдалённо напоминало отходняк после какой-то вечеринки. Но я не пила спиртное… и на вечеринке не была. Я попыталась открыть глаза, но тщетно. В висках пульсировало, и я захныкала от боли. Я походила на овощ, которого парализовало, ведь мои руки и ноги были совершенно обездвижены. — Пить. — Прохрипела и услышала какую-то знакомую мелодию. Спустя несколько минут я всё же смогла открыть глаза, но лучше бы этого не делала: то, что я увидела, мягко говоря, меня шокировало. Захотелось скорее прийти в себя и бежать как можно дальше. — Боже, я пропала… — слетело с губ, и я вспомнила, как глупо — крайне глупо! — поступила, поведясь на сладкие речи и добрую улыбку Корнелия. При жизни мне никогда не приходилось посещать морг. И зачастую при упоминании этого места, даже на словах, возникало неимоверное омерзение и клокочущий страх. Находясь на небесах, ни за что бы не подумала, что в аду есть такое место. Ведь, по сути, бессмертные умирают крайне редко. Странно это всё… Сомневаюсь, что после смерти какого-то ангела или демона родные хотят узнать её причину и разрешают устроить вскрытие. Так для чего тогда это странное место здесь? И почему Сатана направил меня за платиновой иглой именно сюда? По правую сторону от меня находился такой же стол, на нём лежала туша ангела. Именно туша, потому что ребра бессмертного были сломаны, все внутренние органы вывернуты наружу, а белые крылья слегка укорочены. Меня окутал страх, тошнота подступила к горлу, грозясь вырваться на волю. Запах, естественно, оставлял желать лучшего, но не этого я опасалась, а того, что на очереди я сама. Ведь меня привязали к точно такому же столу, но с какой целью? Сомневаюсь, что просто поговорить. Нет. Нет. Я уже умирала один раз и не собираюсь это повторять. Тем более, от удачного прохождения испытаний зависит судьба отца… А ради него я готова на многое! — Очнулась, — недолгая пауза. — Виктория-победа! — Дверь скрипнула, и ко мне приблизился этот странный учёный. Корнелий подошёл совсем вплотную. Я дёрнулась, пытаясь освободиться, на что он громко рассмеялся. — Кто вы такой и что это всё значит? — Ох, Виктория. Глупая непризнанная. Не я к тебе пришёл, а ты ко мне… — Он приложил руку, которая была облачена в медицинскую перчатку, к моему правому глазу и посветил чем-то похожим на маленький фонарик. — Я учёный, неужели не запомнила? — Корнелий отошёл к какому-то шкафчику и, стоя спиной, продолжил: — Кто бы тебя ни отправил ко мне, он послал на верную смерть. Я не люблю, когда меня тревожат. В руках Корнелия оказался скальпель. Он быстро подошёл к телу ангела и, склонившись над его лицом, воткнул инструмент. Я мгновенно отвернулась, не желая на это смотреть, но заткнуть уши, к сожалению, не могла. — Повторяю, Виктория. Я — учёный. — Убийцы теперь так называются? — А что делать… Добровольно никто не хочет предложить своё тело. — Он положил оторванный кусочек чего-то в колбу и прикрыл. — Зачем вы меня опоили? Что я вам сделала? — Я не люблю гостей. Ты добровольно подписала себе смертный приговор, оказавшись на моей земле. — Корнелий подошёл. — Есть определённая договоренность с Сатаной. Даже он не может вторгнуться в мой храм! — «Храм», — передразнила я. — Уму непостижимо. Место пыток — храм. — Кто-то всей душенькой желает твоей погибели. — Корнелий пальцем провёл по оголённым ключицам, и я содрогнулась. Ведь только заметила, что из одежды на мне лишь нижнее бельё. — Кому же ты так насолила, «Победа»? Я сглотнула и не знала, как себя вести. Неужели на этот раз это действительно конец, чёрт побери? — Всегда мечтал изучить непризнанных, но, к большому сожалению, а может, к их счастью, никто никогда не захаживал сюда. Ты первая. Это большая удача. Не бойся, ведь это во благо науки! — Ты — псих! — не стерпев, выкрикнула я и плюнула Корнелию в рожу. — Все мы психи, только каждый по-своему. — Его рука спускалась ниже и ниже, а моя кожа покрывалась неприятными мурашками, на лбу выступила испарина. — У тебя восхитительное тело. Ты настоящая находка. Возможно, даже стоит поблагодарить того, кто тебя направил ко мне. Мужчина громко засмеялся, и я поняла, что он просто на голову больной. Было непонятно, зачем Корнелий изучает всех, но одно стало ясно: Сатана не собирался выполнять наши с ним условия, он осознанно отправил меня на смерть. — Просить отпустить бесполезно? — выдавила из себя, пока его грязные ручонки блуждали по моему телу. — А ведь я наивно купилась на твои сладкие речи. Дура. — Запомни: никому нельзя верить. Никому, даже себе самой. Ну ничего. Зато я изучу непризнанных благодаря тебе. Его руки приподняли одну мою и стали цепко изучать ногтевые пластины. Я с содроганием наблюдала за происходящим, хотела уничтожить этого садиста, разрезать на мелкие кусочки и отправить на съедение адским псам! — Больной! — громко выкрикивала, вырывая руку, но бесполезно. Корнелий только цокнул и, взяв какие-то щипцы, беспощадно вырвал мне ноготь. Я заорала, слёзы потекли по щекам. Затем он повторил манипуляции с оставшимися ногтями на моей руке. От сильнейшего болевого шока я попросту потеряла сознание, а ведь этот псих только начал… Не знаю, сколько прошло времени, но я очнулась, хотя думала, что просто не переживу эти муки. Моя рука уже была перевязана и ужасно болела. — Господи, за что мне всё это, скажи? — разлепив склеившиеся губы, изрекла я. Этот так называемый учёный стоял над выпотрошенным телом ангела и что-то напевал. По моему лицу скатилась жалкая слеза, которую хотелось вытереть. Я не знала, через сколько превращусь в такой же суповой набор, но по всей вероятности — очень скоро… Хотелось услышать родной голос Люцифера, но я не могла рассказать ему про то, что Сатана отправил меня на гибель. Это ничего не изменит. Я оказалось лишь глупой мышкой, с которой знатно наигрался кот и, в конце концов, съел. Корнелий напевал всё громче и громче, а я расплакалась, но, слава Всевышнему, этот изверг не услышал. Я отвернула голову и мысленно нащупала нить. «Люцифер…» «Где ты?! Я не мог нащупать нашу нить. Что такое, чёрт возьми? — В его голосе чувствовалось недовольство, приправленное беспокойством. — С тобой всё хорошо?.. — пауза. — Скажи правду… ты добыла эту чёртову иглу на дне болота?» «Да… — я попыталась подавить слёзы и свою боль, — всё будет хорошо… хорошо». «Ты мне нужна… я готов уничтожить Сатану собственными руками! Ненавижу его! Мы придумаем, как разорвать этот договор, Вики…» «Спасибо…» Я заплакала ещё сильнее. Теперь Корнелий подошёл ко мне и, грубо взяв за лицо, перевернул, больно сжав скулы. — «Победа» очнулась. Чего плачешь? Он спрашивал вполне серьезно, а мне захотелось умереть, чтобы не испытывать все муки от его издевательств. — Ты человек? — тихо спросила я, откашлявшись. — Я лучше демонов, ангелов и людей! — Почему ты тогда заточён на дне ада, что в тебе не так? — не унималась я. — Со мной всё так. У нас перемирие с Сатаной, но это пока что. Как только мне удастся изучить каждую тварь, живущую в аду и раю… Я явлюсь наверх и потребую своё место по праву! — Он злорадно усмехнулся. — Придёт день. — Зачем тебе мои ногтевые пластины? Зачем ты выпотрошил ангела? — я дернула головой, и он убрал свои руки с моего лица. — Я изучаю, Вики. Волосы, ногти, зубы, фрагменты кожи… Я в первую очередь учёный. — Ты в первую очередь садист и убийца. — Очень скоро я выберусь из этого заточения. И тогда предо мной преклонят голову глупые ангелы и зазнавшиеся демоны. Я буду знать все уязвимые места каждого вида… я… — он умолк, наверняка поняв, что много болтает. Затем Корнелий отошёл от меня. Я услышала звук инструментов и содрогнулась, понимая, что он вновь будет меня мучить. — Итак, — Корнелий улыбнулся. — Открывай рот, мне необходим зуб мудрости. — Убей меня. Я не перенесу удаление коренного зуба без анестезии. Прошу! — взмолилась я, и слёзы непрекращающимся потоком заструились по лицу. — Я уничтожу Сатану!!! — зарыдала. — Так это он тебя сюда направил? — Корнелий приложил руки к моей челюсти. — Какой хороший подарок он мне сделал. За что же он тебя так невзлюбил, скажи? Я укусила за пальцы этого психа и в ответ получила пощечину. Затем он грубо открыл челюсть и вырвал мне зуб. Казалось, в тот самый миг моё сердце разрывается на части. Я вновь заорала во всё горло и быстро погрузилась во мрак. Я всё-таки не умерла, а жаль. Помимо изувеченной руки прибавилось и то, что я лишилась одного зуба. Я заскулила, но не сильно, и приоткрыла глаза. Понятия не имела, сколько времени прошло, возможно, целая вечность. Мне ужасно хотелось убить себя, но я не могла, потому что была крепко связана. Повернув голову, обнаружила пустой стол, на нём больше не было ангела. Значит, Корнелий совершил с ним всё что хотел, и это означало, что теперь моё тело примет эстафету и услужливо отдаст ему свои органы. Внезапно я обнаружила, что та самая рука, на которой больше не было ногтей, отвязана. Я сразу попыталась её поднять, но бинт сильно пропитался кровью, я не могла даже шевелить пальцами. Ещё ко всему прочему сильно хотелось пить, и я бы побрилась налысо, чтобы глотнуть воды… — Доброе утро, «Победа»! — знакомый голос заставил вздрогнуть и закричать. — Ненавижу, садист! Я уничтожу тебя! Будь ты проклят! — От моего крика разболелась голова. — Так. Ты очень живучая. А вот ангел оказался слабаком: стоило отрезать ему пару пальцев и язык, как он скончался. С тобой будет намного интереснее. — Я бы скорее желала сдохнуть, чем видеть твою больную рожу! — Повторяю: ты нарушила мой покой, поэтому должна заплатить! — Он вновь стал шумно копаться в инструментах. — Зачем тебе это всё, разве в этом счастье? — Ох, вы, людишки, слишком сентиментальны. — Корнелий недовольно фыркнул и, взяв какой-то инструмент, напоминающий нож, направился ко мне. — Сейчас возьму фрагмент кожи. Корнелий намазал мой живот чем-то, напоминающим йод, хотя, может, это он и был. Сделал надрез. Я взвыла от боли. — Чудесным образом я не умерла до сих пор! — плача, выкрикнула я. — Ты — бессмертная, тебя не так просто убить, поэтому ничего удивительного. — Он продолжал медленно сдирать кожу с того участка, который отметил. — У меня нет быстрой регенерации, Сатана лишил. — Бессердечный какой. Ты ему прям сильно насолила, милая. — Корнелий замер, на миг прекратив свои деяния. — Чем же не угодила правителю? — он продолжил сдирать кожу. — Тем, что полюбила его сына… — сорвалось с моих сухих губ, и я себя мысленно отругала за болтливость. Я точно не должна говорить такое садисту, который на живую вырывает зубы, выдёргивает ногти и сдирает кожу. — Любовь. От неё все проблемы. Поэтому я никогда не позволял себе эту слабость. Корнелий содрал большой лоскут моей кожи. Я лишь беспомощно заплакала и почти сразу погрузилась в забытье, которое, хоть и временно, но подарило покой. Возможно, завтра Всевышний смилуется и подарит мне долгожданную смерть? Но смерть-сука так и не приходила за мной, а ведь я молила… как же сильно я молила о ней! Люцифер больше не стучался ко мне по нити. Это было хорошо, потому что я не любила врать, а пришлось бы. Я сбилась со счёта, сколько дней меня мучил «учёный». Проснувшись после очередного садистского действа Корнелия, я почувствовала знакомые странные ощущения: лёгкое жжение в области сердца, ускоренный ритм и уверенность, что мне нужно заглянуть в тёмно-коричневый шкафчик. Он будто звал меня. По всей вероятности, именно там находилась платиновая игла, но во мне не было сил даже попытаться отвязаться. Я прикрыла глаза и ощутила лёгкое дуновение, такое приятное и даже успокаивающее. Оглядевшись, абсолютно никого не нашла, даже этого садиста не было. Затем около самого уха расслышала слабый, еле различимый шепот. Показалось, что у меня галлюцинации. — Вики Уокер, — нежный, почти детский голос… и знакомый. Я распахнула глаза, отчаянно ища обладателя. — Патрик… как? — хрипло отозвалась я. — Я же тебя… убила. Рукой, которая была свободна, я чуть потёрла глаза. Не верила в реальность. — Тише! Нужно отсюда выбираться, и как можно быстрее… Моё сердце учащённо забилось, появилась слабая надежда. А ещё спал груз убийцы. — Боже, ты жив… Боже. — Я тихо рассмеялась, как умалишенная. И ведь вполне могла стать такой из-за всех пережитых истязаний. Я не видела очертаний тела Патрика, он был дуновением ветра и не имел физической оболочки. Как только я об этом подумала, его неясные очертания стали проявляться чётче, но в этот раз я не увидела ребёнка, который походил на меня. Патрик предстал взрослым мужчиной, у которого за спиной раскинулись кипельно-белые крылья, а рыжие волосы доходили до плеч и были распущены. На миг я даже залюбовалась им, пока он отвязывал мои конечности от стола и откровенно ужасался нанесённым ранам. — Спасибо… Но как?.. — Я привстала, но, пошатываясь, тут же завалилась обратно на тот стол. — Спросишь у Люцифера. А сейчас нужно уносить отсюда свои задницы. — Стой! Открой коричневый шкаф, там… Дверь с шумом отворилась, на пороге оказался взбешённый Корнелий. Я подорвалась, забыв о том, что пару секунд назад валилась от бессилия. Захотелось бороться за себя, раз судьба вновь даёт шанс. — Вики, бери что нужно. Я долго не смогу сдерживать… это. — Патрик указал на садиста, который, как по щелчку пальцев, стал видоизменяться. — Ужас, что это такое? — спросила скорее сама себя. Корнелий превращался в гиену с телом змеи, но размером чуть меньше Фыра. Опомнившись, я побежала к тому самому шкафчику, к которому влекло, но из-за слабости упала. Пол задрожал, я развернулась и попятилась. Над Патриком нависало это чудовище, и возникло безумное желание помочь… Поэтому, быстро раскинув свои руки, я настроилась и закричала, выпуская голубые шары. Мной овладел неутомимый гнев, я желала сжечь это существо, но быстро одумалась, решив, что нужно всё-таки забрать ту платиновую иглу, раз осталась жива. Пока Патрик отражал атаку, я подобралась к шкафчику. Приложила ладонь к дверце и, почувствовав жжение в области сердца и ускорившийся ритм, быстро распахнула её. Внутри, в большой стеклянной колбе, была та самая платиновая игла, примерно в пятнадцать сантиметров длиной. Не мешкая, я схватила её и крепко сжала. — Беги! — кричал Патрик, волосы которого успели окраситься в красный цвет, а из носа струилась кровь. — Я справлюсь! Опять меня накрыло непреодолимое чувство выбора. Я так хотела ему помочь, но мешкала: могла ли моя сила что-то решить?.. — Я тебя не оставлю, так и знай! Я уже согласилась тебя убить однажды, а потом меня съедало чувство вины! — Я громко выругалась. — Я сожгу эту тварь, чего бы мне это ни стоило! Отложив колбу, которая, как показалось, была сделана из прочного стекла, я закричала и направила весь гнев и боль от своих страданий на Корнелия. Тот зашипел и упал, перестав разбивать голову Патрика. Изо рта буквально повалил голубой пар. Я разозлилась так сильно, что, казалось, ещё мгновенье — и этот гнев затащит меня своими цепкими ручонками в плен. — Перестань! — выкрикнул Патрик, и я будто вынырнула из лап зла. Тряхнув головой, подобрала колбу с иглой и побежала к проходу. Патрик направил свою силу на Корнелия, и тот обессиленно рухнул. — Это ненадолго! Поэтому повторяю — нужно уносить свои задницы! — Я только за! Не успела я пискнуть, как оказалась в том самом помещении с белыми стенами. Подняла голову — над ней шевелилась вода. — Фух… — вздохнула я и хотела было спросить, как Патрик себя чувствует, но вокруг меня клубился лишь ветерок. И всё же я знала, что это он. — Спасибо. Как мне попасть наверх? Патрик подбросил меня в воду, которая всё так же магическим образом держалась на потолке. Я крепко сжимала злополучную колбу, страшась её потерять. Тело ужасно болело, но я думала лишь о том, что отец останется жив, и больше ни о чём. Даже разозлилась на саму себя, что на том разделочном столе потеряла веру и попросту сдалась… Но это уже в прошлом. Когда я оказалась на поверхности чёрной воды, вздохнула и заметила на краю, перед ограждением, бордовые крылья. Я расплакалась, обессилев, но набрала воздуха в лёгкие и выкрикнула: — Люцифер… я здесь! Помоги. Демон стрелой полетел вниз и сам погрузился в воду. Его всклокоченные волосы, отросшая щетина и темные круги под глазами показали, что он неимоверно переживал. «Как ты?» — его глаза бегали по моему измождённому лицу. «Очень хочу разрыдаться и убить твоего отца…» «В моей комнате можешь разрыдаться, а план его мук мы разработаем вместе… но позже». Люцифер тяжело вздохнул. — Сколько дней меня не было? — спросила уже вслух. — Неделю, — тихо-тихо прошептал он. — Неделю… — повторила я. Я прижалась к Люциферу, насколько это было возможно, и он быстро взмыл вверх. Остановившись у трона, на котором восседал его отец, выпустил меня из рук. «Не вздумай рыдать перед ним, держись!» — приказал демон, отходя от меня. — Что ж, Виктория… Скажу честно — не ожидал. — На лице Сатаны явно читалось удивление. Конечно, ведь он направил меня на верную смерть! — Что я пропустил? — задорный голос послышался за моей спиной. — Вики, ты жива! — пауза. — Я выиграл кучу золотых монет. Я, пошатываясь, ухватилась за Марбаса, не понимая, о чём он говорит. Демон на миг изменился, глядя на мою перебинтованную руку и красный кусок, где не было кожи. Даже показалось, что ему больно это видеть. — В аду просто любят веселье, поэтому вся знать делала ставки. Лично я поставил на то, что ты утрешь нос тому, кто обитает на самом дне. Я нервно улыбнулась и буквально повисла на Марбасе. Эти и́роды делали ставки на мою жизнь… Сатана почему-то помалкивал. — Вот, ваша иголочка! — Подавив желание всё ему высказать, я грубо кинула колбу в руки Сатаны, и тот успел ловко её поймать. — Подавитесь, повелитель! — закашлявшись, прошипела и сразу же отключилась в тёплых руках Марбаса.
