Эпилог
1 июня 2022 г., 13:35
СПУСТЯ НЕКОТОРОЕ ВРЕМЯ
ВИКИ
Своё обещание постричься налысо в случае удачного прохождения испытания я не выполнила. Но всё-таки изменила цвет волос, став платиновой блондинкой. Люциферу, собственно, не имело значения, какой помадой я стану краситься или какой стиль одежды предпочту. Думаю, он не расстроился, если бы я действительно стала лысой. Мой мужчина просто любил меня каждый день такой, какая я есть, со всеми плюсами и минусами. Я делала то же самое, принимая его упрямый и достаточно непростой характер. Пусть изначально не совсем легко было совладать с эмоциями и переступить через гордость, но по прошествии нескольких лет нам удалось притереться друг к другу. В тот же день, после завершения испытания, Ксафан поделился с Цитаделью очень важной информацией, а именно тем, кто в действительности убил Вэллу. Также он добровольно прошёл что-то схожее с детектором лжи, но только магическим, и с него сняли все обвинения. Я была искренне рада за демона. Не могла представить тяжесть той ноши, которую он нёс долгие-долгие годы. Ко всему прочему с меня сняли какие-либо обвинения, ведь Ксафан оказался жив и здоров и претензий ко мне не имел. Хотя в Совете меня желали наказать за покушение на заключённого, но тут неожиданно вступилась Ребекка Уокер и отвоевала мою свободу, так сказать. Немного восстановившись, я потребовала провести немедленный обряд посвящения в демоны. Мне искренне хотелось стать частью Ада и наконец-то, не боясь запрета, обнимать и целовать Люцифера тогда, когда я этого захочу и захочет он. С мамой мы не сразу наладили наши непростые отношения. На это ушло несколько лет. Ребекка таила небольшую обиду за то, что я выбрала ненавистных ей демонов, но всё же перечить не стала. А после того, как одной из первых я поделилась с ней своей маленькой тайной, и вовсе растаяла. С Люцифером же у них был скорее нейтралитет, чем долгожданное перемирие. Они сошлись на том, что любят меня, и поэтому будут стараться помалкивать в обществе друг друга, чтобы не огорчать меня лишний раз. Люцифер не сразу занял пост правителя Преисподней. Первые два года после бегства отца он набирался опыта, а роль временного правителя исполнял Мамон, который всегда уважал Люцифера и не разделял методы воспитания Сатаны. Отец Мими старался помочь демону освоиться и делился большим опытом, хотя ни разу не претендовал на роль Короля. Демон искренне все эти два года, изо дня в день, готовил Люцифера к этой важной должности. И мой мужчина за это был очень благодарен. Кстати, поженились мы с Люцифером спустя два года после того, как я обрела крылья демона. На тот момент он только-только возглавил Ад, и все ожидали нашей пышной церемонии по всем имеющимся традициям. Но меня, как и любимого демона, не волновало то, что все хотели. Поэтому, как обычные земные жители, мы отправились в небольшое свадебное путешествие. Я думала, что Люцифер будет против, ведь в Аду слишком много дел. Но он заверил, что всё это подождёт и никуда не денется. А вот в кругосветном круизе на шикарном лайнере мужчина никогда не был, как и я. В этом путешествии мне наконец удалось выдохнуть и насладиться уединением, а ещё ощутить себя чуточку человеком, пусть и временно. Моя улыбка не сходила с лица весь наш отдых. «Ты светишься», — сказал тогда Люцифер, а я в тот момент испугалась, подумав, что реально сияю как гирлянда, и возможно, со мной что-то не так. Но мой муж рассмеялся и, поцеловав в макушку, сказал, что он не имел в виду буквально. Узнала я о своей беременности спустя полтора месяца после возвращения в родной Ад. Да-да, несмотря на всё, чему меня подверг Сатана, я не ассоциировала это место с ним. Было боязно и непривычно ощущать себя в новой роли. И я не сразу открыла эту тайну Люциферу, который в тот миг потерял дар речи и стоял как статуя, медленно осознавая, что станет самым лучшим папочкой самого лучшего ребёнка. Первое время мой любимый чрезмерно опекал меня. Это, конечно, выглядело мило, но потом гормоны взяли своё, и его сюсюканье начало меня подбешивать. Второй, узнавшей эту радостную новость, стала моя мама, с которой у нас началось резкое потепление в отношениях. Отца Люцифера так и не нашли, но Ксафан не оставлял попыток отыскать этот кусок гнили и поквитаться! Я же старалась не думать о Сатане, чтобы не переживать, а просто наслаждалась заслуженным счастьем и ела много мороженого «крем-брюле», к которому раньше относилась крайне равнодушно.───── ◉ ─────
Я теребила свою длинную светлую косу и широко улыбалась, глядя на то, как Люцифер стоически выносит все игры с нашей трехлетней Марой на лужайке возле семейного гнёздышка. Девочка до безумия внешне была похожа на Люцифера, словно я вообще не принимала никакой роли в её зачатии. Но слава Шепфа, такой врединой, как он, Мара не была. — Доченька, я думаю, папуле пора изменить причёску. — Задорно хихикая, подтрунивала я, отпивая прохладное молоко из прозрачного стакана. — Думаешь? — звонко пролепетала Мара, отступая от Люцифера, который минуту назад был её верным скакуном. Приложив маленькую руку к подбородку как истинный стилист, она продолжила говорить: — Он же и так самый красивый папа в мире. Думаешь, нужно поменять что-то, мам? — совершенно серьезно, не отрывая взора от ошарашенного демона, спросила она. — Я против! — выкрикнул демон. — Т-с-с-с. — Шикнули я и Мара одновременно. Люцифер улыбнулся самой обворожительной улыбкой, от которой каждый раз замирало сердце. Затем заключил дочь в трогательные объятия, что-то прошептал, и та, согласно кивнув, побежала в дом. — Что… — пауза, — что такое, любимый? — изобразила я абсолютно невинный взгляд. — Дети — цветы жизни, а ты у нас лучший адский аниматор. — Я издевательски пожала плечами. — Почему бы не выкрасить свою головушку в цвет её любимой Пинки Пай? — То есть в розовый? — Он выгнул бровь. И я знала, что Люцифер собирается делать, поэтому, предугадав его шаг, вскочила с места и понеслась к небольшому озерцу, которое располагалось прямо около нашего дома. — Я знаю, что тебе это нравится! — со смешком выкрикивал демон, намеренно медленно настигая меня. — Я тоже люблю наши игры, но сейчас не совсем подходящее время. Маре скоро надо кушать и спать. А ещё я обещал ей рассказать сказку. — Мистер Зануда! — Псевдовозмущённо крикнула я и, скинув с себя лёгкое платье и оставшись в нижнем белье, прыгнула в фиолетовое озерцо, вода в котором по консистенции чем-то напоминала лак для ногтей. — Ну ладно. Только быстро! — Проворковал Люцифер и так же, как и я, наскоро скинув одежду и оставшись только в нижнем белье, плюхнулся в фиолетовую жижу и потянул меня за щиколотки, затягивая вглубь. Мы, как два идиота, плескались, щекотали друг друга и звонко хохотали. Но, естественно, до секса дело не дошло. В этом мы оба любили чистоту и родную удобную кровать с приятно пахнущим постельным бельем. — Мне всё-таки стоит тебя наказать, а то ходишь слишком дерзкая. Дочь толкаешь на безрассудство. — Люцифер оставил засос на моей шее и, крепко сжав скулы, поцеловал в губы. — Хотя мои наказания для тебя нифига не наказания. — Он громко хохотнул. — Моя дурашка… Я хищно прищурилась и ущипнула Люцифера за сосок. Он сморщился от боли и, нырнув под меня, усадил на свои широкие плечи. Я лишь цепко схватилась за голову мужа и громко засмеялась, сплевывая фиолетовую жидкость, которая попала в нос и рот, а также в глаза.───── ◉ ─────
Я никогда не забывала о помощи Марбаса… Часто вспоминала его печальный рассказ о семье, которую тот потерял, будучи ребёнком. То, что с ними сделал Сатана, было огромной несправедливостью, но как бы то ни было, их всех невозможно вернуть назад, и слово, которое я дала светловолосому демону, сдержала, но по-своему. После того как я забеременела, то рассказала Люциферу историю Марбаса и захотела найти ту невероятную по красоте землю. На это ушло около года. Как оказалось, Сатана запечатал это волшебное место каким-то древним заклятьем, но колдун Аркан, хоть в начале и отнесшийся крайне скептически ко всему происходящему, жене правителя Ада, то есть мне, не отказал и снял печать. После этого мы нашли ещё несколько пригодных для жизни земель, которые я и те, кто заинтересовался исследованиями, стали внимательно изучать. Я не собиралась сидеть не месте и быть просто женой Люцифера. С одной стороны я продолжала дело родителей Марбаса, а с другой — сама совершенствовала свой внутренний дар. И для его развития мне очень подошла эта земля. Она словно насыщала нужной силой и дарила гармонию внутри себя. К моменту рождения Мары, которую я назвала в честь своего друга Марбаса (выбрала более созвучное с ним), мы восстановили эту забытую землю и построили довольно уютные домики для тех, кто хочет жить не в аду или раю, а в совершенно новом месте… «Новый мир». Это название мне показалось самым правильным и будто показывающим, что это новая страница в жизни каждого. А самое главное, теперь эта жизнь станет исключительно мирной. Ну, я на это очень надеялась.───── ◉ ─────
Вставать около пяти утра стало для меня привычным распорядком дня, а вот дочка оказалась ужасной лежебокой и с большим трудом расклеивала веки около девяти часов. Но это меня ни капельки не огорчало. Возможно, любовь к ранним пробуждениям придёт с возрастом, а может, Мара так и останется любительницей подольше поспать, кто знает… Люцифер чуть больше недели пребывал в Аду, занимаясь непосредственно своими прямыми обязанностями правителя. Мы с Марой ужасно тосковали, но особо расслабиться было некогда, потому что приближалось её четырёхлетие, и я была занята тем, что обдумывала этот прекрасный день до мелочей. Бессмертные не праздновали дни рождения, но я не желала лишать своего ребёнка торжеств, которые даже после смерти мамы отец всегда мне дарил, несмотря на то, что с деньгами было не всегда хорошо. Помимо всего прочего я наконец-то отыскала те самые необычные ягоды, которые обожала сестра Марбаса, и моя дочка их тоже сильно полюбила, что вызвало опасения, не настигнет ли её скоро аллергия. Хотя я понятия не имела, бывает ли она у бессмертных? Из моряники я даже научилась варить варенье и часто передавала банки сладкоежке-Мамону, который после того как искренне поддержал мужа, стал нашей семье близким другом. Мара без скромности считала его дедушкой, и древний демон был этому только рад. Ведь его родная дочь пока что не особо торопилась дарить внуков и вообще связывать себя семейными узами. Я улыбнулась и стряхнула поток непрекращающихся мыслей. Любимый лес встретил утренней прохладой и громким щебетанием птичек, которые были крайне схожи с земными снегирями, но вот только глазки местных сверкали так, будто в них своей жизнью жила молния. Я обожала эту землю и охотно изучала не только необычные растения, но и изумительных живых существ, которых здесь было предостаточно. Набрав в глубокое лукошко морянику, я не смогла пройти мимо земляники, которая вполне себе преспокойно существовала рядом с необычной ягодой. Мара отдавала предпочтение только морянике, а вот я в последние несколько недель обожала пить молочный коктейль исключительно с земной ягодой. — Фух. Что-то устала. — Пробормотала сама себе. Привычная утренняя прогулка в лесу несколькими днями ранее тоже почему-то крайне утомила, хотя раньше я всегда гуляла довольно бодро. — Может, заболела? — я потрогала себе лоб. — А разве бессмертные могут болеть? — я задумалась, но махнула рукой. Резко встала со своего места и чуть пошатнулась. Затем сразу же нахмурилась, не понимая, что со мной происходят. Медленно вдохнула воздух и выдохнула. — Так. Так. Так. — Я потёрла лицо. — Разберусь со своим странным недомоганием позже. Нужно скорее возвращаться, пока Мара не проснулась, хотя учитывая её любовь ко сну, мне вновь придётся будить свою принцессу. Пока я медленно шагала домой, полностью погруженная в планирование дня рождения дочери, не заметила, как свернула не туда. Хотя всегда была уверена в том, что даже с закрытыми глазами способна найти дорогу к дому. — Вот дерьмо! — Громко выругалась я, в голове прикидывая, насколько позже теперь вернусь домой. Пришлось даже чуть пробежаться, но к ужасу мне стало теперь совсем нехорошо. — Не может быть… — только вымолвила я, вытирая выступивший пот со лба. С задержкой примерно в двадцать минут я всё же вернулась к нашему дому. На душе почему-то стало крайне неспокойно. Я всегда уходила в лес на рассвете, когда Мара крепко спала, и всегда, приходя, будила дочь. — День наперекосяк! — сказала я и громко выдохнула. Сердце от быстрой ходьбы часто стучало, нужно бы успокоиться, но мне необходимо было убедиться, что дочка до сих пор спит. Ещё ни разу она не вставала раньше девяти утра, и даже если я задержалась, то явно был запас времени. — Так, Вики… Не будь дурой и не нервничай ты так. — Пробормотала я и резко открыла дверь в наш дом. Неожиданно она за моей спиной сама захлопнулась на защёлку. Я вздрогнула, думая, что за чертовщина происходит?! — Мара, доченька! — громко крикнула я. Затем принялась быстро разуваться и оставила корзину с ягодами прямо у порога. — Я принесла твоих любимых ягод, а ещё земляники для молочного коктейля. Поможешь мне его сделать, милая? Но в ответ тишина. Я сглотнула ком в горле. По спине пробежала будто рота мелких муравьев, и я влетела в комнату Мары, распахнув дверь. — Мил… — не договорила я, потому что слова застряли в глотке, когда увидела, как Сатана! Сатана!.. мило улыбается моей дочери и… расчесывает её длинные чёрные волосы. Первым желанием было закричать и позвать на помощь, но кто меня услышал бы? Дом находится достаточно далеко от тех, кто поселился на этой земле. — Что… — меня сильно затошнило от увиденной картины и набирающего обороты страха. — Что вам нужно? — выдавила, замерев статуей в проёме комнаты. — Вот и мама пришла. — Сладко вымолвил отец Люцифера. — А я тут знакомлюсь со своей внучкой. Она, конечно, утверждает, что у неё уже есть дедушка — Мамон. — Сатана сморщился так, словно проглотил большой лимон. — Но я ей рассказал всю правду. И мы теперь друзья, — он пощекотал мою дочь, та беззаботно хихикнула. — Мамочка, это правда? — Мара улыбнулась и уставилась своими большими глазами на меня. — Это мой настоящий дедушка? — Присаживайся, Виктория. — Долгая пауза. Сатана нагло рассматривал меня. — В твоём положении… лучше поберечься, правда же? — ещё пауза. Я опустилась на пол, попутно обдумывая, что дальше делать, но в голову абсолютно ничего не шло. Приступ тошноты от нервов только усилился, и, не в силах больше терпеть, я вывернула свой желудок прямо в ближайшую вазу. — Мама, ты заболела? — обеспокоенно спросила Мара и хотела подбежать ко мне, но Сатана резко остановил её. — Мама просто устала. Не переживай, дорогая. Дочка несколько секунд колебалась, но я выдавила улыбку и заметила, как она успокоилась. — Что вам нужно? — раздражённо спросила я и попыталась встать с пола, но Сатана выставил руку, веля не приближаться. — Зачем вы явились сюда? — мой голос предательски дрожал. — Я же сказал… — в голосе мужчины появилась сталь. — Ужасно соскучился по своей семье. А ты, Виктория, с-с-скучала? Сатана убрал руки от волос моей дочери и полностью развернулся ко мне. Он выглядел хуже, чем раньше. — Ваш сын стал Сатаной. Вы же об этом так мечтали? — Мечтал? — он противно хохотнул. — Но где теперь я… — Длинная пауза. — У меня был иной план. И в него не входила ТЫ! — рявкнул Сатана, и дочка вздрогнула, но он тут же погладил её своей рукой, на которой слегка выступили когти. У меня кровь в жилах застыла, а воображение рисовало ужасные картины того, что этот псих мог сотворить с моим ребёнком и со мной… — Маре пора чистить зубы и завтракать. — Я перевела взгляд на дочь, стараясь улыбаться. — Мара. — Изрек Сатана. — Ты так похожа на своего отца внешне. — Он помолчал какое-то время, потом продолжил: — Такая милая девочка, Люцифер в твоём возрасте был ужасно непослушным ребёнком, и из-за этого приходилось часто наказывать его. — А как ты его наказывал? — Мара отсела от Сатаны и развернулась так, чтобы лучше его видеть. — О-о-о, милая. Это было… — Сатана прислонил руку к подбородку и задумался. — Я думаю, мои наказания были справедливы и помогли Люциферу стать тем, кем он является. Ты любишь своего папочку? — Я неотрывно следила за Сатаной, готовая кинуться, если вдруг он посмеет навредить моей дочери. — Мара. — Я откашлялась. — Пожалуйста, — я секундно прикрыла глаза. — Иди, милая, и приведи себя в порядок, хорошо? — Ладно. — Улыбнулась дочь, а я всё так же неотрывно следила за Сатаной. — И перебери, пожалуйста, ягодки, а то видишь, я совсем выдохлась. Поможешь мамочке? Мара подошла ко мне близко и нахмурилась. — Тебе плохо? — она коснулась маленькой ручкой моей щеки. — Скоро станет лучше. Хочу поговорить с ним… — я небрежно показала на Сатану. Не стала называть его дедушкой, потому что он не заслужил ни разу это звание! — Иди. — Я обняла Мару и шепнула на ухо, чтобы она бежала и спряталась в шалаше, который находился достаточно далеко от дома. — Мы играем. Спрячься. Мне было страшно отпускать ребёнка далеко от себя, но ещё страшнее оставлять с этим чудовищем, у которого неизвестно что на уме, но явно ничего хорошего. — Поспеши, ладно? — я тепло улыбнулась. Мара кивнула и улыбнулась Сатане, который на удивление не запретил ей покинуть комнату. — Добросердечная Виктория. Ты не меняешься даже с крыльями демона. — Начал Сатана, когда Мара вышла из комнаты. — Хочешь спасти всех и вся. Но загвоздка в том, что дверь заблокирована, и твоей малышке ну никак не покинуть этот дом, пока я здесь. Я сглотнула ком, подступивший к горлу, и, сжав губы в тонкую полоску, спросила: — Пришёл убить меня? — перешла на «ты». — Я пока не решил, что хочу сделать с тобой… — Сатана задумался. — Со всеми вами. — Зачем… чего ты этим добьёшься? Тебя горе сына порадует, скажи? Потому что сейчас твой сын счастлив! — Я поднялась и прислонилась к стене за своей спиной. — Он наконец-то получил то, что ты никогда ему не мог дать — ЛЮБОВЬ! — Не стоит тратить время на жалобные речи, Виктория. Мне плевать на вас всех. — Сатана поднялся и хлопнул крыльями, да так звонко, что я вздрогнула. — Меня не умиляет твой выводок. Совершенно. — Он приблизился ко мне и вгрызся злым взглядом в лицо. — Ты боялся, что я предам твоего сына. Что я буду той, кто разобьёт его сердце. Но… — я помолчала. — Но я люблю его и нашу семью… Не лишай своего сына счастья, которое он, как никто другой, заслужил. — Тишина. — Пожалуйста. Сатана поднял руку, и я зажмурила глаза, готовая принять удар, а руками закрыла живот, защищая… Его когтистая рука царапнула кожу на горле, из-за чего потекла струйка крови, затем стала спускаться ниже и ниже. Я плотнее зажмурила глаза, молясь, чтобы он не начал меня лапать. Когда рука Сатаны спустилась на мой живот, я широко распахнула глаза. — Мальчик. — Сухо ответил Сатана, не убирая руку с живота. — Пожалуйста… Молю… — Что «пожалуйста», Виктория? Я должен пожелать вам счастья и уйти? — Д-д-да. — Задыхаясь, выпалила я. — Не трогай нас… — Ты не достойна быть демоном. Ты — тупая человеческая особь, но не жена правителя! — Вы сошли с ума! — Я с силой сдернула руки Сатаны со своего живота. — Мамочка, с тобой всё хорошо? — раздался голос Мары за дверью, которую я успела закрыть после того, как дочь вышла из комнаты. — Почему ты кричишь? Я не смогла выйти на улицу… дверь не открывается. — Милая. — Я всхлипывала. — Я в порядке, пожалуйста, не беспокойся. Всё будет хорошо. Просто мы громко разговариваем. Иди, милая. Прошу. — Хорошо. Я тогда помою немного ягод и съем. Я уже привела себя в порядок. — Да, я скоро присоединюсь к тебе и займусь вареньем. Когда Мара ушла, я уставилась на Сатану, даруя ему весь свой гнев. Он сел обратно на кровать дочери. — Какая хорошая мамочка. — Вы чёртов псих! И всё, что с вами случилось, дело ваших же рук! Вы убили Вэллу, ту, которую любили… — Я умолкла, ожидая удара, но отчаянно желая, чтобы не в живот. — Во всем виноваты женщины! Если бы Вэлла полюбила меня, то всё могло быть иначе! — Вы слышите себя?! Сердцу не прикажешь, слышали про такое? — Я вытерла слёзы. — Что вам нужно? Глаза Сатаны сверкнули нехорошим светом, и зловещая улыбка озарила лицо древнего демона. — Я должен закончить то, что мне не удалось, Виктория. Без обид. — Фыркнул Сатана. — Из-за тебя я скитаюсь. Из-за тебя!!! — Громко взревел он и начал обращаться в свою вторую ипостась. — Точно, псих! — дрожа всем телом, выкрикнула я и, с силой выбив дверь из комнаты дочери, побежала к ней. Та сидела у стола и с блаженством ела ягоду. — Мара… Я ощущала ужасную усталость, всё вокруг начало плыть. Но я не могла потерять сознание, иначе кто спасет мою дочь и ребёнка, который ещё не родился? Я должна бороться…ЛЮЦИФЕР
После того как мы стали жить вместе, связующую нить использовали крайне редко. Зачастую чтобы сказать что-то пошленькое на публике и остаться при этом неуслышанными. Сегодня же впервые я не мог объяснить свои тревожные ощущения, но нить, словно что-то живое, будто бы молила о помощи… Странно. «Вики, с тобой всё хорошо?» Но в ответ лишь тишина. Через пару минут я вновь попытался связаться с женой по красной нити, но опять безрезультатно. Возможно, ранее я бы не особо придал этому значения, но сегодня на уровне интуиции чувствовал, что молчание жены не просто так… Больше не мешкая, я прервал скучное совещание с представителями верхов рая и стремительно ринулся к выходу из Ада. «Вики, скажи хоть что-то!» — ужасно нервничая, вновь пытался связаться с ней. И опять гнетущая тишина, никаких реакций. Уже намеревался взлететь, как меня остановил… Ксафан. — Люцифер, — взволнованно отозвался демон, — что такое и куда так отчаянно спешишь? — Он заглянул в глаза. — Ты дрожишь. В чём дело? — упорствовал мужчина. — Не знаю. Мне нужно домой. Не могу объяснить, но связующая нить… — я тяжело сглотнул. — В общем, мне пора. Увидимся позже. Я расправил крылья, и Ксафан сразу же выкрикнул, что полетит со мной на всякий случай — вдруг понадобится помощь, а если всё хорошо, то просто проведает Вики и Мару. Я благодарно кивнул, и мы быстро покинули стены ада, держа курс к моему дому. Когда приземлились неподалёку от места моего проживания, я вновь потянул за связующую нить, но никакого ответа. — Люцифер. Стой! — Там моя семья, и я хочу знать, что, черт побери, происходит! — Всё так, но прошу пропустить вперед меня. Ты же не можешь просочиться в любое помещение как ветер, не так ли? И при этом остаться невидимым?! — Я не могу оставаться в неведении! — зарычал я. — Прошу чуть подождать. Если я не вернусь, тогда пойдешь сам со своими вероломными методами! — Но может, там ничего такого… — моё недолгое безмолвие. — Я сойду с ума от ожидания, Ксафан. — Ты мне веришь? — Да. — Я запустил пальцы в волосы и сильно стянул их. — Даю тебе не больше семи минут.САТАНА
Мой план был весьма тривиален — убийство Виктории, которая являлась причиной всех моих бед! Она и только она виновна в том, что я был вынужден скитаться как какой-то низший демон! Я скрывался от чудесно воскресшего Ксафана, который не давал расслабиться и выслеживал. Но всё же я был хитрей и лишь поэтому всё ещё дышал. Я осознавал, что мне не видеть больше трона, и, собственно, стало плевать на власть, которой так яростно всегда упивался. Моя цель — смерть Виктории, которую презирал просто за то, что она существовала. Возможно, стоило бы изменить отношение к ней, но для чего? Все сочли и причисляют меня к злу, что, судя по всему, так и было… И я не буду всех убеждать в обратном, потому что сам не вижу выхода из своей же черноты! — Виктория, почему ты так негостеприимна к своей родне, а? — елейным, приторно-сладким голоском забормотал я. — Пугаешь мою внучку. — Не смейте так её называть. Не приближайтесь! — Виктория закрывала собой Мару, которая удивлённо поглядывала то на меня, то на свою мать. Девчушка нешуточно напоминала Люцифера. Поразительно. Меня словно ненадолго окунули в прошлое, но только из Мары искрилась радость и счастье. А вот Люцифер ходил вечно с недовольным лицом, на котором я не лицезрел ни единой улыбки. — Ух ты! — послышался громкий голосок девочки. — У папы тоже есть другая шубка! — Шубка? — переспросил я, и отчего-то захотелось улыбнуться, но я подавил это желание. — Да. Это я так называю то, когда папа превращается в монстра из фильма ужасов. — Она встала из-за стола и, обогнув Вики, приблизилась. Та хотела схватить её, но не успела. — Нравится? — Мара, отойди от него!!! — Ты не такой, как папа, — прошептала Мара, и Вики ещё раз окрикнула дочь, — у него добрые глаза, хоть и выглядит он устрашающе, но ты кажешься… грустным и злым. — Вот как? — Я перевёл взгляд на Викторию, которая побледнела, но мне было плевать. — Кто тебя обидел… — пауза. — … дедушка? — голос Мары и то, с какой тревогой она задавала вопрос, вызвал у меня в груди отклик, который я желал бы подавить, но не мог… И то, как она сказала «дедушка», наполнило душу приятным теплом, привкус которого я забыл. — Мара, милая, иди ко мне. Умоляю. — Молила Вики, но я жестом приказал ей не лезть! — Всё хорошо, мамочка, я просто разговариваю. Мара встала ещё ближе и протянула свою маленькую ручку. Я некоторое время смотрел, затем громко вздохнул и протянул свою. — Не нужно грустить. Ведь теперь у тебя есть мы, и ты не будешь одинок. Я точно не дам тебе скучать, а еще покажу свой шалаш, который мы построили с папой. Тебе… — девочка резко обхватила руками и прижалась ко мне. — Я угощу тебя маминым вареньем и чаем с мятой, и… ты точно подобреешь! — задорно хихикнула она. Я одеревенел. Это маленькое тельце так крепко вжималось в меня, что весь вековой гнев, с которым я пришёл сюда и который вынашивал, улетучился. Я заплакал, тихо-тихо. Слёзы тонкими прозрачными струйками полились из глаз. Оказывается, я умел это делать. Я стремительно перевоплотился обратно и вытер влагу, которая словно очистила от вековой чёрной пыли. Взглянул на Викторию, которая смотрела на нас с широко распахнутыми глазами. Я видел, что она была ужасно напугана, и понимал, что заслужил её недоверие и гнев. — Прости, Виктория. — Я вздохнул. Тяжёлый камень на душе стал медленно крошиться. — Не знаю, что сказать. Но всё, что я сотворил с тобой и с Вэллой, с родными Марбаса… Я заслужил наказание за причинённую боль. — С чего такие перемены? — фыркнула она и вытерла слёзы. — Отдайте мне ребёнка и не смейте к ней прикасаться! — Мама… — всё не отрываясь от меня, спокойно проговорила девочка. — Я хочу дружить с дедушкой! — Милая, — Вики, пошатываясь, сократила расстояние и положила руки на плечи дочери, которая всё ещё прижималась ко мне. А я, если честно, не хотел разрывать эти нужные объятия. — Я заболела, сейчас не время для споров. Иди к себе! — нервно выкрикнула она. Когда Мара зашла в свою комнату и дверь за ней громко захлопнулась, Вики уставилась на меня. Я ощущал её страх. — Заканчивайте ваш спектакль. Убирайтесь. Никто никогда не узнает, что вы здесь были, только не трогайте моих детей. НИКОГДА. Не смейте к ним набиваться в друзья! — Ты должна желать моей смерти. — Я не такая, как вы. Я не мстительная тварь! Да, тяжело вычеркнуть из памяти все те испытания, что вы для меня устроили. Но это в прошлом, и возможно, даже закалило мой характер. — Виктория потёрла лицо. — Раз вы передумали нас убивать, то я прошу вас исчезнуть НАВСЕГДА! — Знаешь, я ведь все эти годы вынашивал план по твоему расчленению. Очень желал медленно отодрать от твоих костей кожу, чтобы ты захлёбывалась от боли и крови… — И почему же так резко изменили себе? — её губы тронула улыбка, но не казалась искренней. — Понял, что ужасно устал от злости. Надоело гнить заживо. Мара… она так похожа на сына, но единственное, что её отличает, так это радость в глазах. У Люцифера была печаль, и я знаю, что я явился причиной этого… — Я зажмурился. — Я жил неправильно. И так тяжело, когда приходит понимание всего этого. Твоя смерть не сделает меня счастливым, я только что понял это. Она лишь усугубит и раздавит меня. Я хочу наконец выкинуть остатки того камня, который тяжёлым грузом хранился на моей душе. Мара… — пауза, — она помогла мне простым искренним словом и нежными объятиями… — Я не могу вам верить. Где гарантии, что это не очередная уловка? — Позови Ксафана. Он знает, что со мной делать. Сильный ветер обдул мои выбившиеся с проседью прядки волос, а потом я почувствовал, как в шею медленно входит что-то прохладное и острое — платиновая игла. Я слегка улыбнулся и прикрыл глаза.СПУСТЯ ЕЩЁ КАКОЕ-ТО ВРЕМЯ
ЛЮЦИФЕР
Я нервно отмерял шагами пространство небольшой комнаты, в которой находился не только сам, но и абсолютно спокойная Мими. — Может, перестанешь это делать?! Меня уже тошнит от твоего мельтешения! — недовольно сморщив носик, изрекла дочь Мамона. — Отстань. Я нервничаю. — Я тоже, Люцифер. — Демоница скучающе рассматривала свой наверняка новый маникюр. — И при этом не протираю половицы! Я замер и через несколько секунд шумно плюхнулся в рядом стоящее кресло. Теперь начал постукивать пальцами по подлокотнику и сразу же заметил испепеляющий взгляд Мими. — Успокойся. Вики что, в первый раз рожает, что ли? А, папаша? — цокнула та. — Если не можешь ждать, зайди и проверь, как она! — Не могу. Она запретила заходить и смотреть, пока не родит! — Ох. Какой же послушный ты стал. — Захихикала Мими. Практически перед самыми родами мы временно переехали в ад. На вторые роды жена пригласила ту же повитуху, которая помогала появиться на свет Маре. Спустя несколько дней мы собирались вернуться обратно. Уж слишком Вики (да и я сам) полюбили «Новый мир» и желали, чтобы второй ребенок рос среди природы, как обычный земной малыш. Широкие двери распахнулись, и вышла Ребекка Уокер. Глаза её были наполнены слезами, и у меня сердце чуть не ушло в пятки, потому что фантазия начала рисовать свои ужасные картины. — Говорите. Иначе я всех уничтожу! — зарычал я, замерев на месте, уже ожидая самого худшего. — Они живы? — Всё хорошо, просто я растрогалась. А ты, Люцифер, подумал невесть что! — раздражённо пробубнила женщина. — У тебя сын! Иди уже и не беси меня своими бредовыми вопросами. Чертов демон! Ребекка подошла к Мими, и они обнялись, поздравляя друг друга. — Где Мара? — женщина покрутилась вокруг себя. — Папуля утащил её на экскурсию по разным уголкам ада. — Сказала Мими и собралась подойти ко мне для объятий, но я не дал ей такой возможности, потому что очень волновался и сразу побежал к Вики. Влетев в большую комнату, я увидел, как жена улыбается, глядя на нашего малыша, который громко причмокивал, сося её грудь. — Иди к нам… — тихо-тихо пробормотала Вики и подняла на меня полные счастья глаза. — Тебе пора познакомиться с мистером Голубые глазки! Моё сердцебиение участились от волнения, и я не пошёл, а скорее подплыл к жене и нашему маленькому мальчику. Осторожно коснулся русых волос и опустил руку на щёки. Глаза ребёнка были блаженно закрыты, а ротик то и дело причмокивал. — Поздравляю тебя, любимая. — Я перевёл взгляд на Вики и наклонился, чтобы поцеловать её в лоб. — А я тебя, мой король. — Промурлыкала жена и зевнула. — Как назовём нашего сына, у тебя есть мысли? — Ильяс. — Интересно. — Прошептала Вики и перевела всё внимание на ребёнка. — Мне нравится… И хочу уже домой… — Я тоже, родная. Через несколько дней, ладно? Хочу, чтобы за вами присмотрели пока что. — Ты очень сильно опекаешь нас. — И мне это нравится. Не отбирай у меня занятие, которое приносит истинное наслаждение, Вики. — Я наклонился, поцеловал её в губы и сразу же прикоснулся губами к темечку Ильяса. Он пах так волшебно. — Спасибо тебе за то, чего у меня никогда не было… Я сглотнул подступивший ком. Ещё свежи были воспоминания казни отца. В тот день я заставил себя смотреть, пусть даже всё происходящее причиняло боль. Несмотря на всю ненависть, он оставался моей родной кровью, отцом, который не подарил счастья, но подарил жизнь… Сатана сам решил понести наказание за свои деяния, а именно за смерть Вэллы, муки моей Виктории и убийство семьи Марбаса. Впервые я был полностью согласен с решением отца. Ксафан же, напротив, желал, чтобы Сатана испытал то, что испытывал в заточении он, но спустя месяц сдался и убрал этот морок из головы отца. В глубине души я мечтал, чтобы у меня был жив отец, который радуется и играет с моими детьми, который посещает наши семейные вечера и распивает с нами коллекционный алкоголь, который спорит о том, как лучше вести себя со своими подчинёнными в аду… И ещё много, много всего… Но у Сатаны получился иной финал, и к сожалению, невозможно повернуть время вспять и исправить все ошибки. Я считаю, главное, что отец осознал свою вину и принял честное наказание. — Тебе нужно отдохнуть. — Я провел пальцами по губам жены, затем поцеловал Ильяса в пухлую щёчку. Он сразу закряхтел. — Я, пожалуй, приму твой ценный совет, дорогой муж. — Вики ласково улыбнулась. — Спасибо. — А мне за что? — Я искренне изумился. — ЗА ТО, ЧТО ТЫ ЕСТЬ У НАС. Такой особенный: честный, заботливый, любящий, родной…КОНЕЦ
Примечания:
Спасибо большое бете, которая очень поддерживала! Спасибо, всем кто читал и комментировал. Спасибо моим молчаливым зрителям. 💋💋💋
