Давайте поговорим о Бруно

      Джульетта замешивала тесто. Оглянувшись, чтобы найти глазами кукурузную муку, она бросила взгляд на полки. Полки послушно спустились вниз, чтобы девочка смогла до них дотянутся. Джульетта благодарно провела ладонью по дверце. — А если бы готовил я, она бы их на два метра вверх отодвинула. — Ну что ты. Она не желает тебе зла, так же, как и всем остальным. — Не знаю. Мне кажется, она тоже меня ненавидит.       Джульетта чуть поджала губы и быстро взглянула на брата. Бруно сидел на стуле возле стены, чтобы не насы́пать в еду песка. Зелёное пончо было благополучно забыто в его комнате, поэтому сутулые и худые плечи младшего тройняшки были скрыты лишь рубашкой. Он постукивал пальцами по столу. Джульетта ловко лепила из теста арепы, но каждое её движение было механическим, а мысли были далеко. "Тоже". Подавив тихий вздох, она отвернулась от брата, чтобы он не увидел её изменившегося настроения. Бруно покачивался на стуле. Если бы ему разрешали готовить, он бы помогал сестре.       Входная дверь тихо скрипнула дважды. Кто-то вернулся домой. Бруно чуть склонил голову влево, прислушиваясь, Касита тоже притихла, Джульетта не обратила внимания.       Неслышимые шаги по деревянному полу. Этот кто-то пытался пройти незаметно. Значит, Пеппа. Мама никогда не пряталась в собственном доме. - Я сейчас вернусь, - бросил он через плечо и беззвучно выскользнул с кухни.       Бруно вышел и замер. Пеппа стояла на лестнице, а вокруг нее лежали кучи снега. В просторной комнате стало чуть прохладней. — Э… Пеппа? — Бруно переступил через сугроб, чтобы дойти до старшей сестры. — Тихо! — почти шепотом взмолилась Пеппа, — Если мама услышит, то мне конец! — Х-х-хорошо. Что случилось? — Не важно. Нужно избавится от.. этого.       Девочка гладила косу, приговаривая: «Солнечно, солнечно…». Её дрожащие губы были так сильно сжаты, что побелели. Глаза блестели, но она держалась. Бруно чуть замешкался, не зная, чем может помочь, как вдруг нечто привлекло его внимание. Маленькая деталь, которой не было ещё с утра. Он сделал два шага вперёд, прямо через сугроб, но даже не заметил холода. Он схватив сестру за руку, и от удивления Пеппа вызвала грибной дождь. — Что это? — спросил Бруно, держа сестру за запястье. — Ты о чём? — Пеппа пыталась мягко вырвать руку из цепкой хватки. — Синяки.       Плечо и предплечье сестры было усыпано синяками. Бруно был уверен, что если бы увидел её спину и грудь, то обнаружил бы их и там. — Что случилось? — Я… Упала.       Сестра даже не пыталась врать, зная, что хоть сам Бруно врать не умеет, ложь различает в одно мгновение.       «Сестра ходила на холм, вызывать дождь. Из города холм видно хорошо, значит, многие видели, как она меняет погоду. А вернулась она уже с синяками».       Сложить два плюс два оказалось несложно. — Оскар? — лишь одно имя заставило сестру побледнеть. Она медленно кивнула.       Мадригаль-младший мысленно скривился. Бруно не хотел кого-то ненавидеть. Правда не хотел. Но он терпеть не мог Оскара и его шайку. Впрочем, они отвечали Бруно взаимностью. Мальчик подошёл к сестре и прижал её к себе, не делая резких движений. Снег растаял. Отпустив запястье Пеппы, Бруно спустился с лестницы. — Пойдём, Джульетта только что закончила готовить арепы. — Это хорошо.

***

Если ты — недостаточно сто́ящий,

Если тебе все равно на айфоны, понты!

Если ты не выходишь на площадь,

А у кого-то, возможно, из головы.

      На самом деле, ритуал был не особо нужен. Бруно мог обойтись и без него. Но ритуал давал сосредоточится, собраться с мыслями, а в финале Бруно получал табличку с «главной мыслью» предсказания. До придумывания ритуала у мальчика все было наперекосяк. _________       Запах горящих листьев нагонял дремоту. В лесу было тихо. С этой поляны до Энканто не долетали ни звуки, ни запахи. Дышалось легко.       Бруно зажёг ещё одну маленькую кучку листьев, чтобы получилось четыре относительно симметрично стоящих кучки листьев. Это делалось не умышленно, от скуки. В голове было пусто, едва слышное шуршание горящей листвы медитативно успокаивало. Вокруг валялся песок: Бруно вычесывался долго, надеясь вытрясти его из волос, но он, кажется, не сможет сделать этого никогда. Может, он сыпется уже и из самого Бруно? Эта мысль показалась мальчику очень смешной, и он улыбнулся.       Вдруг захотелось заглянуть в будущее. Не семьи, а вот какого-нибудь жителя Энканто — вполне.       Бруно сел, сложив ноги и выбирая свою «жертву». Правда, его желания не всегда совпадали с реальностью, и видение могло быть и про совершенно другого человека. Или даже не человека.       В голову пришла милая соседская девочка, которая помогала Джульетте разносить еду два дня назад. Бруно поджал губы. Что, если он опять нагадает что-то плохое? Он не желал ей несчастий, пусть не знал даже её имени. Бруно собрал её образ в мыслях. И началось.       В голове появился привычный гул. Вдруг, Бруно заметил изменения. Песок, что высыпался с его одежды и волос, закружился вокруг него. От удивления, Мадригаль чуть не прервал видение, но спохватился. Закрыв глаза снова, он сосредоточился на девочке. И вот, она стоит перед ним. Она стала гораздо старше, гораздо красивее. Рядом с ней стоял мужчина. Они держались за руки. По одежде и поведению, Бруно понял, что видит свадьбу. Видение закончилось, Бруно прикрыл глаза, растянув губы в улыбке. Свадьба — это хорошо. Девушка в пророчестве улыбалась и смеялась, значит, была счастлива. А это значит, что он увидел что-то… Хорошее?       Эта мысль заставила Бруно открыть глаза. И замереть. Перед ним, на траве, лежала стеклянная… табличка? Откуда она здесь взялась? Её цвет повторял цвет глаз Бруно. Цвет его снов, цвет свечения его пророчеств. Бруно взял табличку в руки. На ней была соседская девочка. Бруно чуть повернул табличку, и девочка сменилась на пару людей, целующихся на свадьбе.       Брови поползли вверх. Его видения никогда не приобретали подобную форму. Он оглянулся. На траве лежали листья…       Догадка пришла сама собой. Песок и огонь дали ему стекло. Дали подтверждение того, что он приносит не только неприятности! Радость грела сердце изнутри. Бруно засмеялся так, как умеют только беззаботные дети в десять лет.

***

      Сидя на крыше, Бруно думал о произошедшем. Ночная мгла окутала Энканто, все в доме Мадригаль спали. Кроме Бруно.       Пророчество лежало на кровати в его комнате. Бруно не стал его прятать, потому что мог забыть, куда положил. Прятать от сестер — глупость и ненужная трата времени. А мама в его комнату не поднималась.       И все же — что произошло сегодня? Раньше его пророчества никогда не были такими четкими. Были лишь отрывки, из которых сложить что-то осмысленное было очень сложно. А сегодня — совсем не так. Ничего не нужно додумывать — дар сам показал ему будущее. Бруно хотел показать пророчество девочке, сказать, что она будет счастлива в браке, выйдет за любимого человека. Разве это не прекрасно? _________       Вечерело. Тройняшки возвращались домой, весело беседуя. Джульетта несла корзинку от еды. Бруно пытался забрать её, но старшая крепко сжимала плетёную ручку в ладони.       Через плечо Бруно была перекинута широкая сумка. В ней лежала табличка. У мальчика от нетерпения дрожали руки — ему очень хотелось показать его Лус, той самой девочке из видения.       Впереди уже виднелась крыша Каситы. Через пару переулков они дойдут до дома. — Мне сейчас нужно будет… — Бруно чуть замялся, не зная, как сказать, — зайти к Лус. Я должен ей кое-что отдать.       Пеппа удивлённо выгнула брови. Её младший брат никогда не отличался социальными навыками, а тут такое.        — Конечно, братишка. Как скажешь, — Джульетта широко улыбнулась.       Они прошли ещё пару переулков. За соседним поворотом дом Лус. Они повернули.       Прямо перед ними стоял Оскар. Вокруг него, так же противно ухмыляясь, стояли человек шесть.       Краем глаза Бруно заметил, как сильно Джульетта сжала в руках корзину - костяшки её пальцев побелели. — Смотрите, троица уродцев. — Спорим, они уже кого-то прокляли? — Я же сказал, что их нужно сжечь.       Над головой Пеппы медленно собиралась туча, но она выглядела спокойной. Оскар растянулся в отвратительной ухмылке, обнажая зубы. Эта улыбка словно отпечаталась в мозгу Бруно.       Через секунду мимо головы Джульетты пролетел булыжник. Раздался разноголосый гогот, от которого начала болеть голова. — Эй, солнце, угостишь меня своей булочкой? — Оскар загоготал громче остальных.       Бруно стало противно. Джульетта сжала плечи. Она старшая, она должна защитить своих брата и сестру. Но как, если все семеро парней больше её в три раза?       Оскар сделал пару шагов вперёд, поднимая несколько камней.       Ноги двинулись сами.       В голове было на редкость пусто. — Что за...?       Бруно схватил Оскара за запястье. Тонкие пальцы не смогли обхватить его полностью, но это было и не нужно. Все уставились на них. Голова мальчика была опущена к земле. — Тебе что, уродец, жить надоело? — Оскар смотрел на него таким взглядом, каким смотрят на грязь, прилипшую к подошве. Тряхнул рукой, задев Бруно по виску. Мальчик пошатнулся, но руки не отпустил и головы не поднял. — Кстати об этом… — сестры Мадригаль не узнали голос брата.       Он стал сухим, безэмоциональным, равнодушным. Бруно поднял голову и по телу Оскара прошёл тайфун мурашек.       Этот взгляд.       Эта улыбка.       Бруно улыбался так же, как и Оскар пару минут назад. Его ровные зубы и тонкие губы образовали ужасающую ухмылку. Его глаза выражали чистое безумие. Они были ярко-зелёные.       Песок вокруг них закрутился и засветился таким же зелёным светом. — Что происходит? — взвизгнул Оскар, пытаясь отдёрнуть руку. Но Бруно словно окаменел, пальцы не разжимались. — Ты…

Может быть, все не так уж и страшно,

Может, ты просто такой типаж,

Но рано или поздно это станет опасно,

Так что запомни как Отче наш…

— Ты хочешь узнать, что ждёт тебя в будущем? — голос Бруно просел. — Нет! — почти закричал Оскар. — Тогда слушай внимательно. Я расскажу тебе, что случится через… десять лет, — глаза мальчика сверкнули.       И вдруг, ухмылка исчезла. Безумие в глазах тоже.       Он улыбался. Безмятежно, невероятно спокойно и даже… по-доброму? — Ты…       ...Умрёшь.       Оскар сглотнул. Вокруг стояла гробовая тишина, словно все звуки исчезли. — Ты упадешь в реку, пытаясь кого-то утопить. Ты будешь просить о помощи, но тебе не помогут. Никто. Даже твои друзья.       Он продолжал улыбаться. Его пальцы разжались, и он отпустил запястье подростка.       Оскар шарахнулся от него, как от прокаженного, споткнулся и упал спиной на землю. Смотрел на Бруно, не в силах оторвать взгляда. В его глазах плескался животный ужас, он был напуган до дрожи во всём теле, до заикания. Поднявшись с земли, он бросился бежать. Все шестеро его товарищей бросились за ним.       А Бруно стоял посреди улицы. Его голова была опущена к земле, черные кудри закрывали лицо.

Ты будешь гореть в аду,

Ты будешь гореть в аду,

Ты будешь гореть в аду,

Ты будешь гореть в аду.

      Вдруг, со стороны раздался всхлип. Бруно вскинул голову и увидел её. Лус выглядывала из-за угла дома. В ее глазах стояли слёзы. — Лус… — к Бруно вернулся его нормальный голос. Он чувствовал себя очень странно. Будто с него спало наваждение. — Мама… Мама была права. Ты чудовище!       И она убежала.       Бруно обернулся. Сестер сзади не было. Была только сумка. Бруно опустился на колени рядом с ней. Предсказание разбилось.

      Как и его надежды перестать приносить несчастья.