Запах одуванчиков

      Приснопамятные апартаменты номер 92-13 башни Республика на сей раз встретили Диню расслабляющей лаундж музыкой и ароматом восточных благовоний. Было стыдно и неудобно являться сюда, но ведь не как похититель котов же, а как приглашенный гость! Капульцевич-младший с трудом убеждал себя в том, что ничего ужасного и недопустимого не делает, по крайней мере, сегодня.       Савва пригласил. Его, лично. Ну и пусть, что с Юлькой и Майкой, пусть там будут Валерий Николаевич, Влада и эта стрёмная младшая сестра Яхонтова, перед которой Диня особенно сильно провинился. Скоморошек чувствовал — входя сюда, он преодолевает очередную препону к близости с Саввой. Разве не счастье?       Дверь открыл сам Яхонтов. В парчовом халате на белую рубашку, пушистых тапках-лапах и с кальянной трубкой в руке. Лукаво прищурился, мотнул гостям мокрой головой и затянулся душистым дымом, окутав себя будто розовой вуалью. Кальян на удивление Дини находился в отдалении у бассейна в руках крупного, разодетого в восточный кафтан духа. Алефа, вроде бы. Юлька упредительно глянула на Савву, наверняка из-за опасений насчёт рута, но Яхонтов выставил пальцы веером: — Табачим и только!       Валерий Николаевич уже был на месте. Распластанный среди подушек в своём безразмерном псиво-чёрном платье-балахоне, похожем на сутану, он постукивал когтями видоизмененной в собачью лапу ступни по геопаркету в такт музыке. Он заметил вновь прибывших, отложил мундштук и, скрипнув узорчатой софой, поспешил их встретить. Растопырил длинные сухие руки, жмякнул Диню по ладошке, пообнимал девочек. — А нам уже и суши притаранили! И, — Вий указал на разложенные по круглому столу угощения, — винишко. Дзергинское, домашнее, Вахтанг прислал!       Тут из закоулка апартаментов выплыла и Влада. Она обтирала бархоткой от пыли красиво оплетённую бутыль с чем-то сочно-красным внутри, и Диня облизнулся в предвкушении. — Прошу отведать яств, гости дорогие! Ляль, выкатись из берлоги, сделай милость! — Это было сказано требовательно, с повышением тона, но ответное равнодушное «ага» из-за закрытой двери показало, что в доме Савва не вполне себе господин. Яхонтов фыркнул сладким винным дымом, приглушил общий свет, оставив полосу по периметру пола и иллюминацию в бассейне. Всё это напомнило Дине Новый год, зимы недоставало! — Я схожу за ней, — было подрядилась Влада, но брат опустил её на место, надавив ладонью на плечо, и гаркнул на весь дом: — Ляля, жра-а-ать!       Заклинание имело безотказную эффективность. Комнатная дверь, ведшая в какие-то синие недра, распахнулась, повеяло свежестью, и белоликая, как луна, девушка выплыла навстречу гостям. На шее у неё болтались те же наушники, что и в прошлый раз, и мятая майка была та самая, с мультяшным паровозиком. Да и смотрела она на присутствующих так же: мраморным львом на блевотину. Её строгие рубиновые глаза заставили Диню содрогнуться и вжаться в плечи, но Юлька тепло помахала рукой в знак приветствия. — Ликослава Истиславовна, отвлекись от программирования, пожри с нами, — Савва говорил так, будто задабривал недружественного бога.       Альбиноска хлопнулась на диванные подушки, вытянула длиннющие ноги и въелась в Диню поистине морозным взором. — Познакомьтесь, наконец, по-людски, это Денис Алексеевич Капульцевич. Диня, это моя малая, Ляля, она же мора Эляку Айваседа, наследница Качурки, и она же Ликослава Истиславовна Айвазова. — представил её Савва, кладя скоморошку руку на плечо и заставляя его отвлечься на это простое прикосновение. Мора! Точно же! — А. Костяной идиот. — Ляля подхватила палки, ловко зацепила ролл и увлеклась едой. Всё, Капульцевич её больше не интересовал. Можно было выдохнуть. Влада осудительно покривилась, но ничего не сказала сестре. Дине показалось, что Лялю не он один побаивается, а ровным счётом все собравшиеся. А ещё вновь удивился насколько дети Александры Малютичны друг на друга непохожи. Все трое разные! Что Владе нельзя было приписать родство с Яхонтовым, что альбиноске с ними обоими. А потом Диня зацепился взглядом за большую настенную фотографию Саввы в обнимку с близнецом и предпочёл заняться не думаньем, а набиванием желудка. Вечер проходил весело и неофициозно, Савва шутил с Валерой и Юлькой, Диня смущённо и очарованно смеялся и ел суши, таявшие во рту. На упаковке стоял знак синфуда, но рыбу и икру было не отличить от настоящих. Кальянный дым заволакивал потолок апартаментов, и мысли о том деле, которое собрало их вместе, постепенно утекали на задний план. Даже подумалось: цель званого вечера — просто отдохнуть в приятной компании. Или, ну вдруг, может же такое быть, всё затеяно, чтобы пригласить Диню в гости... — Да вы огавдели! Как вы думаете проникнуть в Дом Некроманта? — взвился вихрем Валера спустя ровно пять минут. — Это недопустимо и возмутительно! К Дорохову! Проникновение со взломом! — Без взлома, — поправил Савва. — Всего лишь проникновение с благородной целью. — С благородной?! Валерий Николаевич затряс седой косой. — Нет, я, как Вий Балясны в этом участвовать не собираюсь и вам не советую, всего хорошего! Я к картош... — протараторив это, Берзарин гневно раздул ноздри и скользнул к форточке с явным намерением слинять через окно. — Ну погоди ты, — Савва с дивана ткнул кнопку пульта, форточки окон позакрывались, и Валера смял нос об глухое стекло. Загнанно зыркнул на Яхонтова, продолжавшего спокойно объяснять ситуацию. — Погоди, Валера. Выбора у нас нет. Повязаны все. Помоги по-братовнему. — А я тут при чём? — Берзарин вжался спиной в прозрачную преграду, заскрёб ногтями. — Я приличный человек, не вор какой-нибудь, я договор не уничтожал! — Но ты Вий, ты глава небесных колдунов Родины! А у нас такая беда. — И что вы от меня хотите? — Валера сказал куда сговорчивее и потёр нос. Савва приглашающим жестом попросил его присесть обратно на софу. — Как минимум напутствия. — Тебе прям направление указать? — брякнул Валера, заставив всех улыбнуться. — Ну ты ж, насколько мне не изменяет память, разок залез к деду в кабинет на Дурку, чтобы стащить ведовские посохи. Удружи, помоги проникнуть к ПэКа. Не думаю, что это сложнее. — Ох, да это когда было! — засопел Берзарин. — Я был молод, горяч, прижат к стенке. Твой дед не оставлял мне выбора! Благополучие Балясны стояло на кону! — А сейчас на кону благополучие всей небесной братии, — пояснил Савва, пока Вий делал очень долгую затяжку от кальяна. — Валера, не кипяти. Ты с нами, и это не подлежит обсуждению. — Спасибо, было вкусно. — Ляля бросила палочки на салфетку и хотела было свалить к себе, но брат и её придержал: — Ты тоже.       Диня ждал, что мора сию минуту выморозит Савве мозги, так напряжённо она глянула, но вместо этого малая пожала плечами и уселась обратно. Странная особа! Недаром, как считается, суперколдунья. Яхонтов сплёл пальцы. — Итак, задача. Дорохов в четверг уматывает на два дня решать вопросы в область. За эти славные дни нам надо проникнуть к ПэКа без проникновения... — И совершить похищение без похищения! — докончила Юля. — Именно, Капульцевич, садись, пять, — махнул Савва мундштуком. — Как писал мой дед, «лучшее преступление то, которое не было...» — Раскрыто? — предположил Диня. — «...обнаружено». — Савва снисходительно улыбнулся. — Нам надо найти и сделать полную проекцию договорной доски. И всё провернуть так, чтобы никто не заметил подмены. — Отлично! — буркнул Берзарин. — Коттедж в элитном посёлке с кучей камер и охраной. — Дичковских камер и дичковской охраны, — добавила Майка. — С этим я справлюсь. Перекинусь в охранника, дам другую кодировку на систему, и эти камеры будут шнырять где угодно, только не у дома ПэКа и показывать что угодно, только не то, что есть на самом деле. — А ещё там полно мёртвых десмодов, тучи десмодов, и каждый готов тебя обескровить, — напомнил Валера. — Но у нас есть супер вкусный экс-мультичемпион прямого тока, который мог бы увести их за собой, — подсказал Савва решение. — Ах вот зачем вам по факту Вий! Пожива для зомби-кровососов! — возмутился Валера. — Ты и в двадцать первом году был поживой, — лениво потянулся Савва. — Для дедовых духов. Тебе не привыкать. — Миленько, — Берзарин обиделся и скуксился на софе. Потопал когтями по полу, затянулся дымом и потряс на него кальянной трубкой: — Но ты не забывай, что там и ходячих мертвецов полно. Некромант, как никак. — Устроим портал, — был ответ. — Я-то тоже некромант. — А любой коридор и проход сворачивается в бесконечный крендель навроде ленты Мёбиуса! — не сдавался Вий. — Заставим Ляльку заморозить пространство, пока портал не закольцевался, — нашёлся Савва, и сытая малая вознаградила его предложение пальцем вверх. — А ещё говорят, к нему умным людям лучше не соваться, их ум дом использует им во вред. Создаст иллюзии, неотличимые от реальных, и всё, пиши пропало! Диня вскочил в полнейшей решимости: — Тохда за доской пойду я! — Окинул горящим взглядом всех и задержался на Савве. — Я дурак, я смоху! — Я не сомневаюсь в ваших исключительных способностях, Денис Алексеевич, — поддержал его Яхонтов, снова коснувшись ладонью плеча, и, когда Диня хотел рассыпаться в благодарностях, прибавил: — но я не могу воспользоваться вашей добротой. В сам дом пойду я! — Не пущу! — Диня схватил его за руки. — Однохо. Ни за шо. Вместе пойдём. Вместе схинем. — Вместе? Ладно, я подумаю, — смутился Савва, опустил ресницы и в который раз вытащил ладони из цепких Дининых пальцев.       Юлька, было вздохнувшая с облегчением, издала возглас негодования, переживая то за брата, то за шефа. — А почему, блин, не я уж тогда? — Потому, что вы, Юлия Алексеевна, слишком умная, — подколол её Савва. — И летаете неважно. — Юля при его жестоких словах надулась. — Так что, вам остаётся болеть за нас сердцем. Я что заметил. Чем колдун умнее, тем хуже он летает. Только пустоголовых Небо любит. — А Яхонтовых ты с чего пустоголовыми считаешь? — вздохнула Юля. — А что мы, умные, что ли? Целый договор извести! — Окей, понял, ну а как вы найдёте место, где лежит доска? — резонно вопросил Валерий Николаевич. Бусинка потянула руку вверх и всем сразу стало понятно. — Пока пространство не искривится, её мережка сможет быть индикатором нахождения доски. — пояснил Савва. — Буська, ты ж сможешь быстро определиться? — Надеюсь, мне это по плечу, — скромно вздохнула сестра. — Как и вытащить вас обоих из иллюзий. — Ну вот и порешили.       Сообщники примолкли, каждый переваривая план, а потом Савва хлопнул ладонями о колени: — Выше носы! Мы идём на великий подвиг во имя благополучия небесной братии, и нашу доблесть прославят в веках! — Он озоровато оглядел устремлённые на него глаза. — Нет, не прославят. Не узнает никто. Надеюсь. И да, при работе с доской надо использовать перчатки. В доме — бахилы! Не стоит забывать, что мы — дети именитого археолога! — Это мы с ней дети именитого археолога, — тотчас опустила его Ляля, указав головой на хихикнувшую Владу. — И мы остаёмся снаружи. А вы — дети полукриминального дзергинского бизнесмена и, — она опять приморозила Диню взглядом, — я не знаю кого. Так что, вам и быть аккуратными!