Глава 1
5 февраля 2022 г., 16:45
Несколько месяцев назад.
Очередной день рождения. Очередные дети. Очередные радостные крики и возгласы, которые сопровождаются громкой музыкой. Не подумайте, я очень люблю детей, иначе я бы и дня не продержалась на этой работе, но сегодня мне особенно тяжко. Музыка как будто долбит по ушам, от чего голова готова вот-вот взорваться. Я для себя давно определила, что мне нужно высыпаться перед моей сменой. Но сегодня я почти всю ночь делала работы по учебе, которые задолжала. Поэтому я сейчас буквально борюсь с диким желанием уснуть, а также засунуть по кляпу в рот каждому ребёнку. Сегодня именинница шестилетняя, точнее уже семилетняя девочка — Корнелия. Ее гостям по шесть-семь лет соответственно — это самый мой нелюбимый возраст, потому что в таком возрасте детям сложно что-то объяснить, а ещё они очень легко отвлекаются от сути. Поэтому им нужно повторять несколько раз одно и тоже, при этом с соответствующей интонацией, чтобы они заинтересовались и внимательно слушали тебя. Если кто-то не понял, я работаю на детских праздниках, а точнее я аниматор. Ещё год назад я даже и представить не могла, что свяжу свою жизнь с работой с детьми, ведь я не знала, как с ними разговаривать и что с ними делать. А здесь ещё от тебя зависит настроение в первую очередь детей, потом родителей и атмосфера праздника в целом. — Искорка! Искорка! — ко мне бежит именинница. Да, Искорка — это моё, так скажем, сценическое имя, — Я собрала все кубики! В маленьких ручках она несёт разноцветные кубики, которые нужно было найти на территории двора. Я натягиваю улыбку и пытаюсь спрятать следы усталости с лица, ведь от того, насколько я буду любезна сегодня, зависит моя зарплата. — Какая ты молодец, Корнелия! — радостно сообщаю я, — И теперь ты выигрываешь целую гору конфет! Но сперва их нужно освободить! Я отхожу в сторону и детям открывается вид на… — Пиньята!!! — они радостно кричат в один голос. Я вручаю девочке игрушечную биту, и она, со всей силы начинает бить картонную конструкцию в виде ламы. Спустя считанные секунды от ламы ничего не остаётся, а все конфеты разлетаются по сторонам. Дети счастливы, родители довольны, а я наконец-то могу выдохнуть, забрать свои деньги и отправиться домой. — Ну что, ребята, пришло время мне с вами попрощаться! Была рада с вами разделить этот замечательный праздник! Корнелия, хочу ещё раз поздравить тебя, расти большой-большой и будь умницей! — уже на автомате прощаюсь я с детьми. Корнелия подбегает ко мне и крепко обнимает. Ради таких моментов я люблю свою работу. — Искорка, а ты придёшь на следующий мой день рождения? — надув свои маленькие губки, спрашивает девочка. — Если ты меня пригласишь, то я обязательно приду, — говорю я, и грустное лицо ребёнка тут же сменяется на счастливое. — А я уже тебя приглашаю! — Тогда я приду ровно через год и мы вместе отпразднуем твой восьмой день рождения! А теперь пойдём к твоим маме и папе. Корнелия берет мне за руку и ведёт к своим родителям. Она улыбается, а значит улыбаюсь и я. Сегодня я выложила на все сто процентов, даже двести, учитывая мое состояние. Взрослые благодарят меня за праздник, выписывают чек, и я снова со всеми прощаюсь и удаляюсь. На дороге меня уже ждёт фургончик с логотипом фирмы, в которой я работаю. — Чего так долго? — ворчит водитель фургона. Его зовут Бобби. — Ты же знаешь детей, меньше всего они хотят, чтобы Искорка уходила и оставляла их со скучными родителями. — Ты должна укладываться к назначенному времени, мне за переработки не доплачивают. Умеет он испортить настроение. Сколько я здесь работаю, Бобби всегда был таким ворчуном. У нас даже знакомство не заладилось, потому что в первый день я настолько перенервничала, что почти всю мою работу выполнял он. Видели бы вы лица детей, когда им обещали игры с феей, а на деле она не может и двух слов собрать, и все игры предлагает какой-то бородатый мужик в заляпанном джинсовом комбинезоне. Дети тогда его прозвали Вонючка Джо (бог знает, откуда они его выдумали), но Бобби до сих пор припоминает мне тот случай. Сейчас я уже, можно сказать, на опыте, и Бобби не нужно сопровождать меня на праздниках. Сейчас уже закат, мы едем до нашего офиса. По дороге я решаю переодеться в свои вещи, но замечаю взгляд водителя через зеркало машины. «Похотливый ублюдок» — проносится у меня в голове, и я закрываю шторку, отделяющую водительское место от задних пассажирских. — За дорогой следи. Следом послышалось недовольное цоканье, но я никак не реагирую. Я уже хочу просто получить свои деньги и отправиться домой. Рухнуть в кровать и проспать в ней вечность. Хорошо, что завтра выходной, и мне не нужно вставать рано и снова натягивать любезный вид. За окном проносятся дома нашего маленького городишки, где каждый знает другого в лицо. Я давно хочу переехать отсюда, но пока не подвернулось удачного случая, меня всегда что-то останавливало. Сначала это была школа, мой возраст, родители соответственно. Сейчас это колледж и отсутствие денег. Со второй проблемой я нашла решение путём аниматорства, а вот первая… На самом деле я уже несколько раз задумывалась забрать документы из колледжа. У меня пропал интерес в занятиях и мотивация выполнять задания. Но груз ответственности перед родителями не даёт мне этого сделать. Они так хотели, чтобы я отучилась, получила диплом и была «нормальным» человеком. Забавно, когда твоя нормальность определяется наличием диплома. Вы наверное задались вопросом, где же мои родители сейчас? Хотя я думаю, вы уже догадались. Да, тут классика жанра: они разбились на машине семь месяцев назад. Тогда моя жизнь разделилась на «до» и «после». Прожив всю жизнь без забот, не задумываясь об элементарных бытовых вещах, сейчас я должна экономить свои деньги, покупать только самое необходимое, чтобы мне хватало средств на существование подольше. Вот она я: девятнадцатилетняя девушка-сиротка, которая работает аниматором, копит деньги на счастливое будущее и еле тянет учебу. Я загнала себя в рамки обязанностей, и это история о том, как я пыталась вырваться из этих рамок.***
На улице уже стемнело, меня обдувает прохладный осенний ветер. Хотя в этих краях лето почти круглый год, ведь это Калифорния. Наш, так называемый, офис находится недалеко от побережья, и я слышу музыку с пляжной вечеринки. Не будь я такой уставшей, я бы обязательно сейчас направилась туда, но в моих планах отоспаться. Мда, мне словно шестой десяток подходит… Прогулочным шагом я направляюсь в сторону дома, наслаждаясь вечерним воздухом. Вверху от ветра шелестят листья пальм — умиротворение. Мимо проезжают машины, из некоторых громко играет музыка, что даёт мне предположить, что они направляются на пляж. Интересно, Шонна там? Хотя, где она ещё может быть? Этой вечной тусовщице, которую я называю своей подругой, под страхом смерти противопоказано пропускать чуть ли не все вечеринки нашего города. Гарантирую сто процентов, что она сейчас там, но если бы это было так, то она бы мне сейчас оборвала телефон. Значит, моей подруге не до меня, следовательно, Шонна сейчас с Кайлом — ещё один персонаж нашей истории. С Кайлом мы знакомы ещё с начала учебы в колледже. И как раз в день нашего знакомства — вечеринка в доме мужского братства — мы переспали. Да, мы тогда изрядно напились, что на утро, проснувшись в одной кровати, не узнали друг друга. А когда поняли, что между нами произошло, решили забыть это и никогда не вспоминать. Забавно, что мы и с Шонной чуть не разругались из-за него, ведь он ей уже тогда нравился, а тут я с ним переспала. Не подумайте, я не такая и сука, я и понятия не имела, что Кайл нравится моей подруге, потому что она — тихушница. И мне пришлось бесконечное количество раз доказывать ей, что между мной и Кайлом ничего не может быть, а та вечеринка — это лишь плотская утеха под действием алкоголя. Что ж, вот мы и дошли до моего дома — это небольшая квартирка, которую я делю ещё с одной девушкой, в небольшом пятиэтажном доме. Со своей соседкой я почти не вижусь, что уж говорить про общение. Знаю, что она работает в местном стриптиз-баре, поэтому мы и не пересекаемся: днём я на работе с детьми или на учебе, ночью — она у шеста. Поднимаюсь по лестнице к двери в своё логово, вставляю ключ в замочную скважину и… Черт, замок опять заело! Просто блеск! Психую и бью рукой по двери. — По голове себе постучать не пробовала? — отлично, что же ещё нужно, чтобы испортить мой день. — Ты когда замок наконец-то починишь? Я вообще-то деньги плачу за эту халупу! — разворачиваюсь я в ту сторону, откуда послышались возмущения. В дверном проеме квартиры напротив стоит худой мужчина лет сорока. Это Дэвид — мой арендодатель. На нем мы не будем заострять внимание, потому что я мало, что знаю про него, но с уверенностью могу сказать, что он ещё тот мудак. — Со словами аккуратней, а то мигом вылетишь с этой халупы, я тебе это гарантирую, — он подходит, задев меня плечом, к двери, — Отойди! Я лишь показательно цокаю и закатываю глаза. Через несколько минут манипуляций Дэвида с нашей дверью она открывается. — Просто чьих-то куриных мозгов не достаточно, чтобы понять, что дверь не нужно сильно захлопывать, — мужик бубнит себе под нос и уходит к себе в квартиру. — Я здесь вообще-то не одна живу! И дверь я нормально закрываю! — кричу я ему, когда тот хлопает уже своей дверью, — Мудень… Ну, вот теперь и добро пожаловать в мой дом. Как я уже и говорила, это маленькая квартира, где одна спальня, а кухня и гостиная совмещены. Я направляюсь в спальню, с соседкой мы решили, что нам будет удобнее, если спальня будет в моем распоряжении, а в ее — диван в гостиной. Камнем падаю на кровать и ещё долго пытаюсь собраться с силами, чтобы сходить в душ и переодеться в домашнее. Веки предательски начинают тяжелеть. Нет, мне нельзя уснуть, не помывшись. Я весь день потела под этим палящим солнцем в платье, где миллион подъюбников. Я возненавижу себя утром, если не пойду сейчас в душ, но как же тяжело встать… Резкий и громкий стук входной двери заставляет меня подскочить. Кого это принесло? Я никого не жду. Насторожившись, я подхожу к двери, но прежде, чем взглянуть в глазок, я хватаю уже не игрушечную биту. А что? Я живу не в очень-то спокойном районе. Стук, к слову, так и не заканчивался. Наконец-то я дохожу до глазка, и там…моя соседка? Я тут же открываю дверь. — Гвен, какого черта так долго? — с хрипотцой произносит она, вваливаясь в квартиру. Я закрываю за ней дверь, ничего не понимая, но мой взгляд падает на мою руку. Она в крови??! Смотрю на дверную ручку, та тоже в крови. И только сейчас я замечаю, что моя соседка опирается на стол и держится за живот. С неё медленно течёт кровь. — Моника, это ты мне объясни, какого черта тут происходит?! — срываюсь на крик я. — Тихо! — прошипела она, — Не хватало, чтоб нас этот придурок Дэвид услышал. — Я ничего не понимаю, — я подхожу к ней, помогаю сесть на стул и вижу рану в ее животе. Нет, я вижу АХРИНЕТЬ какую здоровую рану в ее животе, — Твою мать, Моника! Тебе срочно в больницу надо! Я уже было подскочила за телефоном, но рука соседки меня крепко схватила. — Не вздумай вызывать врачей, следом приедут копы, — со злостью говорит она, — Слушай меня внимательно: под половицей возле дивана есть тайник, — с каждым ее словом мои глаза становятся все шире, — Ты сразу поймёшь, что это он. Там коробка. Отнеси ее Шиве. У меня в баре скажут, как его найти. — Моника, зачем ты мне это рассказываешь?! — истерика берет верх надо мной, когда я замечаю как из ее рта появляются кровавые капли. В эту секунду Моника теряет равновесие и падает со стула на пол. Ее глаза постепенно закрываются, а из моих уже давно бегут ручьём горячие слёзы. — Пообещай мне… Отнести ему… Иначе он не даст… Тебе жизни… — произносит она прерывисто, уже давясь кровью изо рта. — Моника!!! — у меня уже явная истерика, я пытаюсь руками зажать рану, — Какого хрена, Моника!!! Но она уже ничего не отвечает, только ее пустые глаза смотрят куда-то вдаль. Я же захлебываюсь в слезах. Хоть мы и не были так близки, но она мне не посторонний человек. Меня всю трясёт. Ее смерть не случайна. Ее убили. И тот, кто это сделал, скоро придёт за МНОЙ! ПОЧЕМУ? Я не могу успокоиться. Я зову Монику, но она молчит. Боковым зрением замечаю силуэт в дверном проеме. Я же закрыла дверь. С опаской смотрю туда: это Дэвид. Он совсем бледный. — Я звоню в полицию, — тихо говорит он.
