Мэй Няньцин и мелкие большие хлопоты

Вместо просиживания своей бессмертной жизни за картами с бумажными человечками Мэй Няньцин решил вернуться к наставничеству и преподаванию: знания в его старой голове оставались, и делиться ими с молодёжью нужно было немедленно. А молодёжью Мэй Няньцин доволен не был. В монастыре Водяных Каштанов, который с позволения Се Ляня превратили в школу, теперь обучали основам каллиграфии, литературы и математики. Детей на последнем году обучения по желанию обучали и боевым искусствам. Мэй Няньцин даже был чрезмерно добр и не так строг к большинству детей, которых он взял под своё крыло спустя долгое время без преподавания. На второй год, когда набирали новых учеников, Мэй Няньцин был в предвкушении раскрыть новые таланты. Но стоило ему войти в класс, как в него стремительно полетела кисть для каллиграфии. Конечно, он так же быстро поймал ее, зажав между пальцами. Первый год был практически идеальным, второй, Няньцин сразу понял, будет полон сюрпризов. К сожалению, не совсем приятных. Тушь и киноварь были на полу, свитки — там же, беспорядочно разбросанные. Няньцин, нахмурившись, оглядел детей, которые ошеломлённо замерли в ожидании гневной реакции учителя. Несколько из них были вымазаны в туши: те сразу приняли вид, будто не они учинили здесь разгром. — А теперь, мелюзга, попробуйте объясниться, — сквозь зубы, пытаясь сохранять спокойствие, произнёс Няньцин. Эта комната была полна чуть уловимой демонической Ци. А возле него, рядом с дверью, она была даже сильнее. Девочка, которая была немного старше новых учеников и в последнее время помогала Няньцину с материалами для занятий, заглянула за дверь. — Хуа Цинь? — Фэн Юнь-цзе! * Как ты здесь… — Они демоны! Как могут подобные обучаться с нами? — закричал кто-то с задних парт. — Именно! Это они устроили погром! Дети, довольно бойкие для своего возраста, начали голосить наперебой. Няньцин, даже не повернувшись и уже, похоже, поняв, кто стоит за всем этим, потёр переносицу: — Для начала вы успокоитесь и займёте свои места! Наконец он обернулся. На него исподлобья смотрели трое: мальчик с непослушными чёрными волосами, которые были небрежно завязаны в хвост; ещё один, но поменьше, не стоял с таким же безразличным видом, а будто готов был напасть; и, наконец, девочка с двумя косичками, на концах которых были два красных камня. И все трое были измазаны тушью. Фэн Юнь, сдвинув брови, смотрела то на учителя, то на своих друзей — очевидно переживая за их дальнейшую судьбу. — Неправда! Это вы первые начали… обзывали нас… — проговорил более бойкий мальчик. — Пэй Шань, давай позволим учителю сказать первым, — тихо сказала Хуа Цинь. Но ее все же услышали. — Учитель, а она девочка! Разве девочки вообще могут обучаться? Мэй Няньцин уже хотел сказать что-то, но его снова перебили. Фэн Юнь демонстративно закатила глаза, а мальчик с небрежными чёрными волосами резко огрызнулся: — Ума у неё больше будет, чем у тебя! — ЛинЛин, не надо… — более твёрдо произнесла Цинь. — Ах, а от тебя рыбой несёт! Неужели это правда, что твой отец — самый бедный демон? Мальчик поджал губы. И тогда Мэй Няньцин, глубоко вздохнув, проследовал за свой стол. Все сразу умолкли. Он задумчиво постучал по столу, вновь обведя взглядом учеников. — Хуа Цинь, — позвал он, — расскажи, что же в действительности произошло здесь. — Учитель, отчасти это моя вина, — начала девочка. Её манеры были хороши не по годам, однако он совершенно не удивился — в ее мягких движениях и осанке он узнавал Се Ляня. — Я была нетерпелива, взялась за кисть и захотела потренироваться в каллиграфии. Господину Вэю, похоже, не понравилось мое поведение, но и его тоже было неправильным… ЛинЛин… Хэ Лин и Пэй Шань вступились за меня — не более. — Учитель! Почему вы даёте слово девочке? — снова заголосил тот самый «господин Вэй». — Она же тоже может солгать! Мэй Няньцин не выдержал — ударил кулаком по столу. — Я задал тебе вопрос? Скажи, задал ведь? Тогда почему ты говоришь без спроса? Мальчик сразу же умолк, гневно посмотрев на троицу. Позади класса послышался голос: — Я могу подтвердить, что слова Хуа Цинь — правда, — из-за тяжелых занавесок показался юноша, на шее которого висел ярко-зелёный талисман. — Гу Цзы, — произнёс Мэй Няньцин, — ты был здесь все это время? Похоже, тебе не совсем понятны полномочия помощника? — Что вы, наставник, это были всего лишь ребячьи разборки. Силу он не применяли, всего лишь израсходовали много туши… Мэй Няньцин ничего не ответил — и не хотел продолжать. Сдвинул брови и потёр переносицу двумя пальцами, прежде чем дать указания всем детям прибраться. Разбираться, кто прав и кто виноват, желания у него не было. — Фэн Юнь, оставь бумаги на столе и можешь быть свободна. Девочка ещё раз обеспокоенно взглянула на своих друзей. Троица «полудемонов» первая вызвалась привести себя в порядок. Гу Цзы начал исполнять свои обязанности — проводил детей до умывальницы. И Фэн Юнь, конечно, тоже не могла оставить их. Окуная небольшие ладони в бочку с водой, Хуа Цинь, будто сбросив тот облик послушной ученицы, восторженно произнесла: — ЛинЛин, как ты ловко поставил этого Вэя на место! Черноволосый мальчик усмехнулся: — Меня, конечно, наставляли не бить слабых, но в этом случае мне просто обязательно нужно было ответить ему! Пэй Шань, грубо и быстро оттирая тушь с лица, сказал: — У этого Вэя лицо такое — просто хочется ударить! Фэн Юнь усмехнулась: — Будь я на вашем месте — так бы и сделала, буду честной — Но все же вам не стоит лезть в драку, а тем более — устраивать ее, — тихо вмешался Гу Цзы. Все четверо посмотрели на него снизу вверх детскими наивными глазами. Гу Цзы уже подумал, неужели ему удалось привлечь их внимание. — Нет, мы все равно демоны — даже если наполовину — и демонами останемся, — проговорил Хэ Лин. — И здесь не в драке дело. — И почему вы наставляете нас? Что вы вообще знаете? — резко отреагировал Пэй Шань. — Господин Гу Цзы, от вас тоже исходит демоническая Ци, вы же не человек, так? — спросила Хуа Цинь. Гу Цзы помотал головой, поджав губы. Действительно, а что он знает? Как он может понять этих детей? — Я человек. Демоническая Ци исходит от этого медальона, — он приподнял подвеску. — Здесь прах демона, который спас меня ещё очень давно. Правда, он заключил себя в теле моего настоящего отца… Троица открыла рты от неожиданного рассказа. — Демон… спас вас? — удивлённо произнесла Хуа Цинь. Гу Цзы с улыбкой кивнул — и ему тут же пришла в голову мысль. — Видите, демоны бывают разные. И вы хорошие полудемоны, а ваши родители — тоже хорошие демоны! А те дети из вашего класса… они просто не встречали хороших и их запугали родители, понимаете? Поэтому вы можете стать их первыми хорошими демонами. Дети опустили головы, задумавшись. — Но, господин Гу, мы будем хорошими полудемонами, если и они будут уважать нас, — возразила Хуа Цинь, вытирая воду с лица. — Да, так и есть! — бойко сказал Пэй Шань. — Что же мы, будем хорошо относиться к ним, а они так и продолжать издеваться? — Вот именно… — сказал Хэ Лин. — Мы все же полудемоны. А полудемоны себя в обиду не дают. — И я вас в обиду не дам! — воскликнула Фэн Юнь. Гу Цзы потёр переносицу и выдохнул: этот год обещал быть тяжким, ведь мир ещё не видел отпрысков демонов с небожителями.