Новогодние авантюры "Титаника" и Розы

Я вышел из школы и побежал к автобусной остановке, боясь опоздать на семейный ужин. Я совершенно забыл, что сегодня 24 и приезжает бабушка с родственниками. До мамы я не дозвонился, наверное, она хлопотала по дому перед приездом семьи, а я тут торчу на остановке уже минут десять и бездействую. В итоге мне стало стыдно, и я, чтобы хоть как-то заглушить кроющее меня чувство вины достал учебник и начал читать домашний параграф. Эх, а ведь я обещал маме убраться и накрыть на стол, придя сразу же после школы. Но сначала нас на уроке задержала училка, после училки завуч попросил меня отнести учебники ему в учительскую, потом я вспомнил, что забыл тетрадь в кабинете химии, потом побежал возвращать каникульное чтиво в библиотеку... Ага, а то, что завтра Рождество, мне в голову не пришло. Ну и ладно, подумаешь, бывает... И тут... О боже мой, этот запах. Этот быстрый ветерок, будто хлестнувший по щеке... Мир опять буквально перевернулся в глазах. Я сразу же задержал дыхание и закрыл глаза, изо всех сил желая растянуть на подольше это мгновение, но уже через миг дёрнулся от осознания, что творю совсем не то, что нужно.    - Фрэнк! Эй, Фрэнки, подожди пожалуйста!.. - Он обернулся с явным удивлением на лице, но тут же складки на его лице разгладились и он вынул из ушей наушники.    - Чёрт, прости, Джи, отвлёкся на минутку, вот и не заметил тебя... - Хм. Я насторожился. Что за странная нежность в его голосе? Никогда раньше не слышал у него ничего подобного. Он ведь всегда такой твёрдый, такой независимый, крутой парниша, хоть и одиночка.    - Да ничего, бывает. - непринуждённо ляпнул я. Он в свою очередь подошёл и обнял. Обнял меня. Потом слегка вздохнул. Ммм... Ладан, древесина, табак... Чёрт, этот аромат безупречен, как и всегда. Айеро всегда излучал великолепный запах, причём каждое время года, каждый месяц он носил уникальный аромат, и это был не одеколон. Можно сказать, так пахла его душа. Весной от него исходил запах матчи, цветов и петрикора, летом - мятной жвачки, океана после шторма и фруктового шампуня, осенью он пах лежалой листвой, кофе и солнечными зайчиками, прыгающими в луже несмотря на угрюмые ноябрьские тучи, а его аромат зимой был моим любимым, ведь обычно это были свежеиспечённые мамой имбирные пряники, треск камина в загородном доме и пушистые еловые лапы, принесённые с холодной декабрьской улицы в Сочельник.    Пока я купался в этой реке запахов и чувств, впитывая молекулы его воздуха каждой своей клеточкой кожи, он вдруг разрезал морозную тишину резонным вопросом:    - У тебя есть планы на Рождество, а особенно на сегодняшнюю ночь?    Я как будто отупел на несколько секунд. Просто стоял, уткнувшись носом ему в шею и абсолютно не знал что ответить. Наконец собравшись с мыслями, я взвесил свои шансы на то, чтобы свалить с заветного семейного вечера, и ответил:    - Нет, этой ночью я весь твой и готов уделить тебе время, улизнув из дома.    Он улыбнулся, скорее даже ухмыльнулся. Каждый раз когда он так делал, я всегда удивлялся, насколько широко он улыбался. И так искренне, так лучезарно. Каждый раз, когда он улыбался, в его больших, ещё немного детских глазах будто бы выглядывали яркие, ласкающие лицо лучики солнышка из-за каре-зелёных тучек. Это... Это просто восхитительно. Он просто восхитительно улыбался, чёрт побери! Прямо от западного берега и до восточного.    - Ну о'кей, я понял. Тогда до встречи!    Он слабенько оттолкнул меня и убежал. Ну вот, как всегда в самый неподходящий момент. А как же договориться, где встретимся, куда пойдём? Ладно, ладно. В этот раз хотя бы попрощался, и на том спасибо.    Я опять начал тупить, так и оставшись дальше в растерянности стоять на остановке. Пока не почувствовал нечто странное.    У меня помрачнело в глазах от страха и кровь застучала в висках. Мне начало казаться, будто бы что-то толстое и крепкое обвивается у моих ног, связывая их намертво, а потом меня по икрам резко хлестнуло мягкой и покалывающей одновременно волной. Я сдавленно вскрикнул и подскочил, но взгляд опустить боялся. Я не слышал тарахтения, но чувствовал звуковые волны буквально в милиметре от кожи. Наконец я преодолел страх и опустил глаза. Чёрт, нет, только не...    Котёнок.    Ффух.    Я вновь понял, какой же я невротик и симулянт. Досадно.    Глянув на наручные часы - пять - я поднял глаза к небу. Вроде бы, как и всегда, ничего необычного, но до чего же поразительно красиво. Жаль только, что слабенькая камера телефона не в силах передать красоту вечернего звёздного неба: солнце ещё не зашло, облака были затянуты пурпурным румянцем заката и покрыты звёздными веснушками тут и там. Поэтому я достал блокнот с карандашом и принялся шуршать им по бумаге, делая набросок под едва слышны, но приятный гул неспящего шоссе вдали. Пока не приехал автобус и я, оторвавшись от мечтаний, не уехал домой в предвкушении какой-то рождественской подставы...