Вопреки

Всё хорошее рано или поздно заканчивается. Так думал Тимоти, сходя с трапа лайнера в конце их путешествия с Армандом. Однако он точно не мог предполагать, что в его случае всё только начинается. Не забывая учить партии время от времени, он смог влиться в репетиции труппы без осложнений. И жизнь вошла в привычное русло, за исключением того, что он стал более раскрепощен и свободен как в мыслях, так и в движениях. Он не сразу это за собой заметил, но, ловя чужие удивленные взгляды время от времени, понял, как изменился. Он перестал сутулиться, стал чаще ходить с высоко поднятой головой и говорить чуть громче, чем обычно. И ему нравились эти перемены. Арманд подарил ему уверенность в самом себе и он ценил это. Как и то, что он перестал замечать всех тех ненавистных людей, что вторгались в его личную жизнь. Общаясь однажды с миссис Лаверти, он узнал, что за его преображением следили многие, но немногие порадовались так же искренне, как Кларисса. — В тебя всегда будут лететь шпильки, мой мальчик, — похлопала его по руке мудрая женщина. — Но я рада, что ты смог всё-таки отрастить броню и не даёшь сплетникам и завистникам задеть себя. Должна сказать, что Арманд весьма благотворно повлиял на тебя. Я не верила, что вы подружитесь, и очень рада, что ошиблась. Слышала, что он теперь возглавляет филиал своего отчима. Достойный юноша, достойный. Тимоти согласно кивал, внутри сгорая оттого, что Арманда снова рассматривают как выгодного жениха. Все эти годы, что они вместе, им удавалось скрывать истинную природу своей дружбы. Арманд время от времени приглашал девушек на свидания, но не прослыл в обществе ловеласом, скорее затворником, что хранит до сих пор траур по жене. И его позицию уважали. Его же самого тоже не списывали со счетов, и многие девушки откровенно караулили после выступлений, чтобы познакомиться. Тимоти не знал, как долго им удастся водить всех за нос, но боялся, что время уже на исходе. Первым об этом заговорил Арманд. — Не сочти мое предложение оскорбительным или к чему-то обязывающим, Тимоти, но я хочу кое-что тебе предложить. Напрягшись от такого вступления, Тимоти не ждал ничего хорошего от разговора, но всё же кивнул, садясь в кресло напротив Арманда. — Говори. — Я всё чаще стал слышать тревожащие меня сплетни о тебе. Не те, что были раньше, а какие-то злые, продуманные и вызывающие волнение. Не знаю, кого из женщин ты обидел, но мне кажется, кто-то из них может тебе отомстить. Причём через власти. Арманд нахмурился и подался вперёд. — Потому я решил, что у нас есть два выхода. Первый — брак с той, которой будет это выгодно по тем же причинам, что и тебе. И второй — уединение со мной. — Я не понимаю, — Тимоти сжал пальцы до боли. — Брак? Арми, я не хочу жениться. И что значит уединение с тобой? В монастырь уйдём? — Хм, какая интересная мысль, — Арманд постучал себя по губам пальцем, делая вид, что всерьёз задумался над подобной идеей. — Но нет. В монастырь я не собираюсь. Однако что-то делать нужно. И уже давно. Я не говорил тебе, но последние два года веду переговоры с властями, чтобы мне позволили купить остров. Аарон мне в этом помогает, он узнал по своим каналам и подключил связи. В общем, это реально, хотя и весьма затратно, но мы готовы пойти на подобные расходы. Тимоти ошарашенно смотрел на возлюбленного и не знал, что сказать. Однако это было ещё не всё, что задумал Арманд. — Так же я имел честь познакомиться с мисс Ренделл. Ты должен помнить, ты рассказывал мне о её отце и его гнусном предложении на заре твоей карьеры. — Помню, — Тимоти поморщился как от лимона. — Тогда ей было всего двенадцать. — Ну а сейчас это весьма прелестная восемнадцатилетняя девушка. — Где же ты с ней познакомился? Кажется, Ренделл разорился на скачках. — Именно, поэтому Кейти пришлось идти на работу в столь юном возрасте. — И? Я всё ещё не понимаю, к чему ты ведёшь. — К тому, что познакомились мы с ней в одном заведении, где иногда собираются люди с теми же предпочтениями, что у нас с тобой. Тимоти вскинул брови. — И что ТЫ там делал? В сердце вскипела ревность и он даже забыл о цели разговора. Арманд примирительно вскинул руки, как бы сдаваясь. — У меня была назначена там встреча. Как раз с тем, кто помогает с разрешениями по поводу покупки острова. Но суть не в этом. Кейти, как я уже сказал, весьма прелестна и её вкусы схожи с нашими. И ей, также как и тебе, нужна защита для и без того пострадавшей репутации. — Она предпочитает свой пол? — уточнил Тимоти и получил в ответ кивок. — Понятно. Он встал и отошёл к окну. Мыслей было так много, что он не мог просто сидеть и обсуждать планы Арманда. Он осознавал, что очень многое из жизни князя ему не рассказывается, но раньше это не тревожило так сильно. Они любили друг друга, несмотря на редкие встречи и ещё более редкие уединения. Именно поэтому Арманд каждый год устраивал им путешествия якобы для отдыха. А по сути для секса. — Ты предлагаешь мне взять в жены эту девушку? Почему я, а не ты? — Я был женат и имею право оставаться однолюбом до конца жизни. Мама смирилась с тем, что у неё не будет внуков, да она и не очень их хотела. О тебе же судачат, и мне не нравятся поползновения некоторых особ. Я бы не хотел доводить до крайности, понимаешь? Брак с мисс Ренделл отличное прикрытие для всех, для неё в том числе. Она придёт на твоё выступление, и вы познакомитесь. Это будет красивая сказка о любви. Ты заметил её ещё в детстве, но благоразумно держался подальше, и вот она расцвела как нежный бутон розы. Она весьма хорошенькая и точно подходит нам. — Подходит нам, Арми? Или подходит тебе? Арманд нахмурился и подошёл к Тимоти, мягко обняв его за плечи. — Не злись на меня, любимый. Я лишь предложил тебе выход. Ты, должно быть, не слишком вникаешь в происходящее в Европе, но у меня слишком много тревожных новостей оттуда. Сейчас прикрытие не просто нужно, оно необходимо. Тимоти тяжело вздохнул и повернулся к Арми, не желая выказывать ему своё неуважение. — Я знаю, что там, скорее всего, началась война. Наши газеты преподносят всё не так, как есть на самом деле. Но я тоже общаюсь с людьми. Особенно с теми, за родство с которыми меня ненавидят. — Значит, мой план как нельзя кстати. Я не могу думать, что с тобой может что-то случиться. Тимоти согласно кивнул. Ему бы очень хотелось сейчас обнять Арманда, но он знал, что и у стен есть глаза и уши. — Хорошо. Она, как я понимаю, уже в курсе твоих планов? — Именно так. Мы поговорили, я сделал ей предложение, и поверь мне, для неё это спасение. Им с матерью пришлось продать всё имущество, чтобы расплатиться с кредиторами отца. И он сделал нам всем одолжение, покончив с собой. Мать подыскивает ей богатых кавалеров, но Кейти и смотреть на мужчин не может. — Бедная девушка. Хорошо, надеюсь, твой план сработает. Однако мне бы не хотелось пышной свадьбы. — Её и не будет. Я уже всё продумал. Роспись в муниципалитете, короткий медовый месяц на Ниагаре. И можно будет переехать в другой район, в дом побольше. Тимоти нервно сглотнул. О том, что ему придётся ещё и жить в одном доме с супругой, он не подумал. — Это… я бы не хотел лишаться своего дома, Арми. — Я и не говорю о том, что твой дом придётся продать. Он останется, и всем будет предоставлена прекрасная легенда о головных болях твоей любимой супруги и о твоих репетициях в старом доме, чтобы её не тревожить. — Ты абсолютно всё продумал, да? И со мной не посоветовался… — Прошу, не злись, Тимоти. Я советуюсь сейчас, делюсь мыслями и готов выслушать твои идеи. — Ты же знаешь, что я последую твоим идеям, ты уже давно доказал мне, что умеешь действовать рационально и объективно. И ни разу не сделал ничего, что подорвало бы моё к тебе доверие. — Спасибо, рад, что ты ценишь мою заботу. Итак, решено? — Конечно, уверен, она мне понравится. Арманд на это улыбнулся с теплотой и заложил руки за спину, чтобы не поддаться искушению. Тимоти и сам кусал губы от невозможности дотронуться, но он знал, что будет настаивать на первой брачной ночи не с будущей женой, а с Арми. Очень хотелось запомнить этот момент с другим подтекстом. Он даже решил купить кольцо, но отдать его возлюбленному, как знак их брака, пусть и запретного для всего мира вокруг.

***

Кейти Ренделл оказалась немного замкнутой, но очень миловидной девушкой. Тимоти стал проводить с ней всё свободное от репетиций время, чтобы сблизиться и примелькаться среди знакомых. Это дало результаты практически сразу, ибо только что на заборах не начали писать про их роман. Арманд подбадривал, что всё идёт даже лучше, чем он ожидал, и свадьбу назначили на сентябрь. Пришлось действительно купить дом в пригороде, сделать там небольшой ремонт, но за всем следил Хаммер. Тимоти же досадливо думал о том, что весь отпуск пришлось потратить на ненужные хлопоты вместо приятного совместного отдыха. Арманд утешал его как мог, намекая на какую-то компенсацию. Впрочем, её к началу сезона не последовало, а вслед за первой премьерой подошла и дата свадьбы. Тимоти нервничал так, словно в самом деле женился, а не формально прикрывал себя и будущую супругу. Церемония вышла скромной, её по сути и не было вовсе. Но Арми позаботился о том, чтобы в прессе освещалось даже оформление документов. Всё ради шума. Оказавшись в новом доме втроём: с Арми и такой же ошалевшей, как он, Кейти, Тимоти сполз по стене. — Как я всё это ненавижу! Вы ведь понимаете, что они УЖЕ начали спрашивать про наследников? Как делать будем, а? Может быть, и здесь поможешь, Арми? Тимоти понимал — он несправедлив к любимому, но сейчас ехидство лезло наружу и сдерживать его не получалось. — Вы имеете полное право на личную жизнь вдали от любопытных глаз, — примирительно сказал Арманд. — Насколько я помню, дети всё равно не получаются в первую брачную ночь, только если этому не предшествовали другие. Никто не будет требовать подтверждения, слышите? Он внимательно посмотрел не только на Тимоти, но и на миссис Шаламе. Девушка порозовела щеками, но в целом выглядела лучше, чем её новоиспечённый супруг. — Вы останетесь? — подняла она на него глаза. — Нет, это было бы странно, но завтра вы приглашены к нам на обед. Проводишь меня? — он посмотрел на Тимоти, и тот встал. — Всего доброго, миссис Шаламе. Ещё раз поздравляю. Они вышли в холл, и Тимоти не выдержал. Он обнял Арманда и буквально заставил его себя поцеловать. — Я не хочу проводить эту ночь здесь без тебя и не буду, — заявил он. — Ты слишком близко принимаешь всё к сердцу, Тимми, — Арманд привлёк возлюбленного к себе и погладил по голове. — Я ведь всё равно только твой, а ты только мой. — Докажи, — Тимоти полез в карман и немного отстранился. — Надень его. На раскрытой ладони лежало кольцо. Резное, внутри него была надпись, и Арманд взял, чтобы ее рассмотреть получше. — Вопреки? — Вопреки всему, — кивнул в ответ Тимоти и облизал пересохшие губы. — Я хочу, чтобы ты был моим. Мужем.