а сверху еловые веточки

удивительно, как у кейт всегда получалось предчувствовать появление беловой, будь то коридор школы, спортивная площадка или двор, в который страшеклассники бегали, чтобы покурить во время перемены. ей нравилось думать, что это не случайно и что-то да значило. вот только сейчас чувствуя со спины приближение блондинки, она знала, что этот быстрый темп легких шагов не предвещал ничего хорошего. — доброе утро, — улыбнулся девушке бартону, который стоял сбоку от бишоп, закрывая молнию на рюкзаке. «только не устраивай сцену, только не устраивай сцену» молилась про себя кейт и старалась как можно глубже уткнуться в шкафчик, притворяясь, что ищет учебники. — привет, — быстро ответил хриплый голос. когда повисло молчание, и брюнетка почувствовала на себе тяжёлый взгляд, она всё-таки не выдержала и обернулась, и в тот же момент получила смачную пощёчину. — suka, — прошипела блондинка. она собиралась сказать что-то ещё, но кейт хватило самообладания, чтобы поймать ту за руки и затащить в ближайший свободный класс. бартон молча, наблюдавший за этой сценой, притворно улыбнулся проходящим мимо школьникам, не понимая, что только что произошло, но делая вид, что всё нормально. *** после того, как белова села на автобус, оставив кейт стоять одну на остановке, та развернулась и на очередном выбросе адреналина пошла в сторону дома. она не могла перестать думать о елене и эдди. идиотизм. «почему ей вечно надо все усложнять?» мелкий гравий полетел в пустоту ночной дороги из-под тяжелых ботинок бишоп. ей не удавалось успокоить сердцебиение и хотелось сделать что-то опасное или агрессивное. она была бы рада оказаться в спортивном зале или на байке, но перед ней была лишь простирающаяся в даль дорога и жилые дома с кое-где подсвеченными тёплым светом окнами. решение пришло само собой. она достатала телефон и вызвала номер с быстрого набора. — привет, — она пыталась говорить весело и бодро, — ты где? — тишина. — класс, я только от неё вышла. не хочешь прокатить меня до дома? — после короткого ответа она разочарованно выдохнула. — ладно, может быть тогда завтра перед школой? заедешь за мной? отлично, до завтра, — кейт коротко кивнула и сбросила вызов. — говнюк, — сказала она уже в пустоту, убирая телефон обратно в карман. она все же пошла пешком в сторону дома, хоть дорога и обещала занять больше часа. меньше всего ей хотелось находиться в том месте, которое ей приходилось называть этим словом - дом, но идти попросту было больше некуда и в какой-то момент она поняла, что не хотела находиться сейчас нигде. за своей небольшой жизненный опыт, она научилась распознавать в таких мгновениях слабости предвестие возможной беды. ей действительно хотелось научиться жить без приключений, поэтому она решила лишний раз не рисковать. стараясь не шуметь замком, девушка медленно отворила дверь, надеясь, что в прихожей будет темно. к её разочарованию, там горел свет, как и в гостиной, из которой доносились звуки работающей стерео системы, играла какая-то классическая музыка, в которой бишоп совершенно не разбиралась. она тихо выругалась и попыталась проскользнуть в сторону массивной дубовой лестницы мимо арки, открывающей вид на внушительных размеров столовую. — кейт, — не получилось. девушка зажмурилась и сжала кулаки, пытаясь найти силы на разговор с матерью. она развернулась, стоя на первой ступеньке и надеясь, что это не продлится долго. элеонор и кейт очень редко пересекались в пределах их огромной квартиры, и обычно их «общение» происходило по инициативе первой, чаще всего примерно в такой же атмосфере как и сегодня. — что это на тебе? — поморщилась женщина, приближаясь к дочери и оглядывая её с ног до головы. кейт молчала. — боже, надеюсь, ты не ходишь так в школу. — сегодня ещё лето, элеонор — мы не учимся летом, если ты забыла. — слава богу. что бы обо мне подумали люди, если увидели тебя в этой драной одежде, — ещё раз скривилась женщина. — надеюсь, они бы, наконец, поняли, какая ты отвратительная мать и лишили тебя родительских прав, — тихо и со злостью процидила брюнетка. она держалась за перила, надеясь получить от них какую-то поддержку, если не моральную, то хотя бы физическую. тонкие и жилистые пальцы крепче сжали бокал. на вытянутом лице промелькнуло подобие улыбки, больше походившее на оскал. — я бы на твоём месте попридержала язык за зубами. — ну, а я бы на твоём месте перестала пить, — почему с каждым днём ей становилось все тяжелее сдерживаться и молчать, когда от неё это требовалось? — не понимаю, что я сделала не так, — элеонор откинула с лица прядь шелковистых блестящих волос, разговаривая скорее уже сама с собой. — не понимаю, что ты сделала так, — огрызнулась девушка, когда почувствовала, как слова матери в очередной раз больно ударили по её сердцу. — я просто хотела пообщаться с дочерью. женщина села обратно за широкий пустой стол, на котором одиноко стояла бутылка откупоренного вина. — и начала с оскорблений. отличная идея, элеонор. запишу себе заметку — как не общаться со своими детьми. с уст старшей бишоп лишь сорвался издевательский смешок. кейт знала, что нужно просто развернуться и уйти, пока есть такая возможность. но это же её мать, невольно и неосознанно она продолжала тянуться к ней, даже если это значило обмениваться оскорблениями в адрес друг друга. — что смешного? — как не общаться со своими детьми? — повторила та. — ты думаешь, что у тебя будут дети? семья? бишоп показалось, что из её лёгких кто-то выбил весь воздух. она скривилась, пытаясь сделать вид, что её ничуть не трогали слова собственной матери. — ты разрушила нашу семью, и теперь надеешься завести новую? посмотрите на неё. кому ты нужна? — в её голосе было столько отвращения, что кейт тоже почувствовала его к себе. женщина повела рукой в сторону дочери, намекая то ли на её внешний вид, то ли на её паршивий характер. — что за чушь, — ей следовало бы уйти ещё раньше, но только сейчас она смогла заставить себя развернуться и побежать в свою комнату, и то только ради того, чтобы эта женщина не видела навернувшихся на её глазах слез. кейт не хотела плакать, да и не собиралась. стерев с лица несколько влажных дорожек, она сняла ботинки и залезла под одеяло. в её руках оказался телефон, и она быстро нашла переписку с не подписанным контактом. пролистав диалог в самое начало, она принялась вновь перечитывать сообщения от беловой. 7 марта: «прости, что не пришла сегодня. я так не могу. сначала мне надо разобраться с баки» 12 апреля: «мне нравится твоя новая прическа. ты очень красивая с чёлкой» 18 апреля: «знаю, ты просила не писать просто так, но я хотела сказать доброй ночи» 20 мая: «паркер сказал, что я пялилась сегодня на тебя на физ-ре. надеюсь, он ничего не заподозрил. но он согласился, что от тебя тяжело отвести взгляд, когда ты подтягиваешься. мне стоит ревновать???» 10 июня: «я понимаю, что мы не планируем смотреть фильм, но сеанс начался уже 20 минут назад, ты где?» 1 июля: «спасибо, что заступилась за меня. я правда ценю это. мой герой» 30 июля: «ненавижу ваши спортивные сборы. я ужасно соскучилась» 15 августа: «ты забыла у меня жилетку. вернёшься? я сброшу тебе её через окно» перечитав всю переписку состоящую в основном из сообщений елены, кейт отвлеклась от ссоры с матерью, и ещё сильнее убедила себя в том, что должна помешать броку. *** как только дверь за девушками захлопнулась, белова выдернула руки из чужой хватки. — ti sovsem ohuela? — бишоп проходила русский на элективном курсе, когда училась в десятом классе — не стоит спрашивать почему она выбрала именно этот язык — но выучила русский мат она только с помощью елены, которая очень много смеялась, пока слушала неудачные попытки той. несмотря на то, что она поняла слова беловой, она предпочла сделать вид, что не услышала её. — не смей больше так вести себя со мной при посторонних, — в кабинете никого не было, но бишоп все равно говорила очень тихо, боясь, что их может услышать кто-то в коридоре. беловой же напротив было на это глубоко наплевать. — это ещё почему? нет, не отвечай. я и сама прекрасно знаю, что ты до ужаса боишься, что кто-то узнает, что мы спим. — блондинка громко произнесла последние слова. кейт не узнавала в этой девушке добродушную и веселую елену, с которой она провела последние пол года. ей ещё не приходилось видеть её такой —по-настоящему озлобленной и даже взбешонной. — я только одного не пойму, если ты этого так боишься, почему тогда болтаешь об этом налево и направо? — приподняла она вопросительно брови и скрестила руки на груди. — видимо, об этом можно говорить только тогда, когда меня надо выставить шлюхой. кейт поймала себя на том, что уже несколько секунд не дышала, боясь подать признаки жизни, ведь тогда бы это значило, что все что с ней сейчас происходило было правдой. но слово «шлюха» привело её в чувство. — я не говорила о тебе такого. — да? а что же по-твоему ты сказала обо мне броку? — правду. *** под окнами раздался громкий шум мотора. кейт поняла, что это за ней. бишоп любила чистоту и была довольно педантичной, но сегодня утром её хватило разве что на то, чтобы переодеть футболку и почистить зубы. всю ночь она мучилась от бессоницы, думая о том, правильно ли она собиралась поступить. так ничего и не решив, она уснула, представляя, что была не одна. собрав тетради и ручки, она закинула рюкзак на плечо и быстрым шагом направилась вниз по лестнице, пообещав себе, что не будет разговаривать с матерью, даже если от этого будет зависить её жизнь. к счастью, на первом этаже было тихо, и бишоп умудрилась даже стащить с кухни банан. оказавшись на улице, она заметила припаркованный мотоцикл у бордюра рядом с их парадными дверьми, и сидящего на нем брока. — ты думаешь о том же о чем и я? — подмигнул парень, взглянув на часы. — да, эдди. — девушка закрепила под подбородком шлем и уселась за другом. иметь безразличных родителей было, конечно, хреново по многим причинам, но было в этом и что-то приятное — а именно безнаказанные прогулы, главное знать меру, чтобы не отчислили. возможно, начинать учебный год с пропуска было не лучшей идеей, но кто говорил, что они отличались большим умом? — есть пожелания? — поинтересовался парень, поправляя прическу. кейт раньше всегда издевались над ним из-за этого, потому что его волосы были настолько короткими, что его манерные движения рукой, ничего никогда не меняли. но этим летом он решил отрастить волосы, и теперь её бесило это ещё больше, от части потому что она знала перед кем он хотел выглядеть хорошо. — ты завтракал? — она подавила в себе желание нагрубить. парень помотал головой, и они кивнули друг другу понимая, что место назначения уже выбрано. — кстати, хреново выглядишь, — улыбнулся парень и получил лёгкий удар по шлему. она и так прекрасно об этом знала, так что ей не нужно было напоминать о её внешнем виде — женщина, которую все называли её матерью, вчера позаботилась об этом. заказав две огромные порции картофеля фри с бургером, они уселись за их любимым столиком в придорожной закусочной, где обычно обедали полицейские или дальнобойщики. они выбивались из общей массы, но персонал их уже давно знал и хорошо относился к школьникам, которые всегда оставляли хорошие чаевые. — ну, рассказывай, — спокойно начал брок. бишоп удивлённо вытянула лицо, будто не понимала о чем говорил её лучший друг. — ты попросила меня прокатить тебя вчера, а мы оба знаем, что за рулём всегда ты. и потом, — он показал на девушку куда-то в области её груди, — на тебе футболка наизнанку. она посмотрела на себя, но все равно осталась сидеть на месте и махнула рукой со словами «да пофиг». брок молча ждал, опять поправив волосы его дурацким движением. это заставило её вспомнить ради чего она сегодня его позвала. — почему ты не рассказал мне, что тебе нравится белова? — получилось резче чем планировалось. этот вопрос смутил парня, и он перевёл взгляд на стол и переплёл пальцы рук. — она уже тебе рассказала. — типа того, — кейт вспомнила, как уронила фен с вешалки на двери ванды, когда подслушивала разговор двух девушек. — ну, кхм, она же твоя подруга. я подумал, что она сама тебе расскажет. — почему он так мямлил? это начинало бесить. — да, но ты даже не подумал о том, чтобы посоветоваться со своей лучшей подругой? — кейт, ты моя подруга, а не мать, чтобы благославлять мои решения, — эдди все меньше нравился этот разговор, и он не понимал, почему его близкий друг злился, а не наоборот радовался за него. официантка поставила перед ними два больших блюда, но никто из них не принялся за еду. бишоп наклонилась над столом ближе к броку и заговорила тише, как будто кто-то мог их подслушать, в то время как на самом деле ей было стыдно и страшно за то, что она собиралась сделать. — ты же помнишь, что в прошлом году елена встречалась с барнсом? брок нахмурился, но кивнул. — значит ты должен был слышать, что болтали о них. из-за чего они рассталась, — девушка почувствовала, как к её лицу прилила кровь, и отвлеклась на картофель на тарелке. эдди пожал плечами и откинулся на спинку кресла. — нет, не слышал. да, и какая разница, кто что болтает? — если бы кейт действительно была хорошей подругой, то она бы отметила здоровое отношение эдди к беловой и, что, возможно, он правда мог быть неплохим партнером. — она изменяла баки, — но кейт не была хорошей подругой. она не думала об эдди или о елене. когда она говорила это, то думала только о себе и своих чувствах, которые было так легко задеть. — ой, — отмахнулся брок, — ты этому веришь? вы же дружите. дружили. первую неделю после знакомства. до того как поцеловались в школьном туалете. — вот именно, — кивнула бишоп, — она сама мне рассказала об этом. *** — правду значит? — да, — кейт попыталась ответить уверенно, но даже она сама понимала, что звучала жалко. — а ты не забыла рассказать, с кем я изменяла барнсу? на это ей было нечего ответить. возможно, теперь она видела огромную дыру в своём плане. возможно, она думала только о том, как отговорить брока от отношений с беловой. и возможно, она совершенно не подумала, как это скажется на елене. и только возможно, что она была настолько ослеплена ревностью, что даже не подумала, как будет чувствовать себя белова, если узнает о том, что именно кейт была той, кто рассказала эдди их секрет. — с тобой, кейт, — проговорила вслух блондинка, хотя они и так обе это знали. — и как только я поняла… — она запнулась, не хотя произносить следующих слов, но ей было уже все равно на то, как отреагирует бишоп на её признание, — когда я поняла, что влюбилась в тебя, я сразу же с ним рассталась. и ты прекрасно об этом знала. в коридоре прозвенел звонок, но кейт не собиралась двигаться с места, надеясь лишь на то, что в этом классе не будет урока. она расстеряно смотрела на белову, не до конца осознавая услышанное. конечно, она надеялась, что это все было не только ради секса, но услышать вслух эти слова при таких обстоятельствах... её душа и до этого была не спокойна из-за того, что она сделала, но сейчас она почувствовала себя мразью. — я все думала, почему ты не хочешь быть со мной. — голос елены был надломленным, но она не плакала, — думала, что может быть это из-за того, что я не из такой охренеть богатой семьи как ты, или из-за того, что я младше. может быть из-за того, что я русская, на худой конец. но нет, — она всплеснула руками и посмотрела кейт в глаза, — вот кем ты оказывается считаешь меня? серьёзно? — послушай. нет, я не… — бишоп предприняла попытку приблизиться, но та отшатнулась в сторону выхода, и испугавшись, что сейчас она уйдёт, и на этом все закончится, кейт осталась стоять на месте. — я не хочу больше тебя слушать. просто… я не буду больше лезть в твою жизнь, а ты в мою, хорошо? это все и правда было большой ошибкой. елена развернулась и открыла дверь, вместе с этим выронив учебники и тетради из рук. она быстро наклонилась, чтобы собрать их, в то время как бишоп осталась как вкопанная стоять на месте, все ещё надеясь, что происходившее было не правдой. если бы она чуть больше в своё время увлекалась популярной подростковой культурой, то поняла бы, что то чувство потерянности и пустоты где-то в области солнечного сплетение, что она испытывала в тот момент, обычно любили называть разбитым сердцем, но кейт знала только то, что она умела все портить и разрушать. вот и на этот раз она решила, что просто в очередной раз облажалась, что было правдой как и то, что она никогда не умела признавать свои ошибки вслух и исправлять их.