Мечты должны сбываться

      Злата пришла домой в скверном настроении. Мало того, что первый учебный день в новой школе не задался, так еще по пути домой ее облаяла большая грязная бездомная собака. Спасибо, что хоть не покусала. Злата не испугалась, а разозлилась. Хотя по природе своей она была довольно пугливой девчонкой, но ее страх в любой ситуации парадоксальным образом испарялся за пару секунд. Она уже не раз замечала за собой это свойство и удивлялась. Только что сердце бешено билось в грудь, и вот оно утихло, будто его там нет и никогда не было. В прочем на людях Злата всегда старалась казаться смелой и уверенной. И у нее, надо признать, неплохо получалось.       Она вошла в квартиру и громко хлопнула дверью, чтобы все знали, что она пришла. Ей навстречу выбежал младший брат-второклассник с синяком под глазом, а следом за ним вышла мама в цветастом халате и фартуке. — Ну как прошел твой первый день, доченька? — Кажется, лучше, чем у Родика. Откуда фингал, братец-кролик?       Злата подошла к брату и начала его щекотать, мальчишка смеялся и уворачивался от сестры, пока они не оказались на кухне. — Подрался с одноклассником, — устало ответила мать Златы. — Из-за чего подрался, Родик?       Родик молчал и смотрел в окошко, как будто это не к нему обращались, а к какому-нибудь другому мальчику. — Из-за девочки, — пояснила наконец родительница. — Какой-то мальчишка из их класса толкнул девочку, она упала и заплакала. Родик заступился. — Ты, мой маленький рыцарь, иди сюда, у меня есть шоколадка.       Родик, услышав про шоколадку, оживился и подбежал к сестре. Она достала из школьного ранца сладость и вручила брату, потрепав его по белобрысой голове. — Съешь после обеда, — строго сказала мама. — Давайте поедим. А потом подробно расскажешь, как прошел день.       Злата сходила в свою комнату, переоделась в домашнюю одежду, вымыла руки и вернулась на кухню. На столе уже стояли тарелки с печеным картофелем и курицей и салат из помидоров и огурцов. Обед вышел вполне праздничным.       О конфликте с одноклассницей Злата умолчала, она не очень любила откровенничать с матерью, хотя отношения у них были довольно хорошими. Дело, наверно, было в самой Злате, она была достаточно замкнутым человеком, и то, что творилось у нее в голове, предпочитала держать при себе. Чем меньше о ней знают, тем ей спокойнее.       Злата смотрела, как довольный Родик ест шоколадку, а мама глядит телевизор. Они жили втроем уже пять лет. Раньше их было четверо. Но пять лет назад отец Златы и Родиона умер насильственной смертью. Что было совершенно неудивительно, потому что у него была крепкая связь с бутылкой. И один из его загулов стал фатальным. Поножовщина. Двое закадычных собутыльников сцепились, на почве чего, никто не понял. В итоге умерли оба. Таким образом, две семьи одновременно остались без отцов. И довольно быстро с этим фактом примирились. Ведь там где появляется алкогольная зависимость, ей зачастую сопутствует домашнее насилие, ну а любовь неслышно умирает.       Злата сама не поняла, почему вдруг вспомнила об отце. Может, потому, что в минувшие годы первого сентября отец всегда был трезв и отводил ее в школу, пока мама была на работе. Он никогда не поднимал руку на Злату, но когда был пьян, она его боялась. В те моменты он кричал на жену и несколько раз чуть не поднял на нее руку. — Почему ты не развелась с отцом, когда он стал выпивать? Еще немного и он начал бы тебя избивать, — спросила вдруг Злата, сама не ожидавшая, что заведет этот разговор. Елена Анатольевна удивленно посмотрела на дочь. Она, явно не ожидала такого вопроса и не знала, что сказать. Помолчав несколько минут, она все же ответила. — Нет, не начал бы… Отношения — сложная вещь. Вырастешь — поймешь. — То есть, если у меня появится парень, который будет на меня орать, я должна терпеть? — Нет. Я не это имела в виду. — Хорошо, я вырасту, то, что пойму? Если у меня перед глазами пример того, как ты терпела алкоголика, хотя могла уйти и жить нормальной жизнью. Я тебя не упрекаю, просто хочу понять.       Вопросы Златы иногда ставили в тупик Елену Анатольевну. Но она поняла, что сейчас ей лучше начистоту поговорить с дочерью. — Родик, посмотри мультики, мы со Златой пойдем чая попьем. Злата с мамой пришли на кухню. Елена Анатольевна затворила дверь, налила чая себе и Злате, не спеша нарезала кекс, собираясь с мыслями. — Мы с твоим отцом очень друг друга любили. Но бывает так, что со временем чувства выцветают, как краска на старых картинах. И уже не приносят прежнего счастья. Иногда это происходит у обоих партнеров, иногда у кого-то одного из пары… В один из таких моментов «выцветания» я влюбилась в другого мужчину, и хотела развестись с твоим отцом. — Что-то я не помню ничего подобного. У вас вроде бы всегда было все нормально. До того как он начал пить. — Это было летом. Ты гостила в деревне у бабушки. В итоге мы все же помирились и снова сошлись. Но твой отец после этого изменился, стал неуверенным в себе… — Ты уязвила его самолюбие. — Можно и так сказать. Злата немного помолчала и все же решилась спросить. — Родик — его сын? Папин?       Елена Анатольевна помолчала в раздумьях и поняла, что ее молчание уже стало ответом. — Нет. — Он знал? — Знал. Но любил как своего. Ты же сама знаешь…       Они еще немного посидели в тишине. — Значит, ты чувствовала свою вину, и потому не уходила от него? — И это тоже… Знаешь, твой отец был… Он был очень чувствительным. Он бы этого просто не пережил. — Ну что ж… Ты сделала для него все, что смогла, что, сочла нужным. Злата подошла к матери и обняла ее. Елена Анатольевна украдкой вытерла слезу. — Пойдем мультики смотреть, — предложила Злата.       Они вернулись в комнату Елены Анатольевны и Родика, который смотрел телевизор и периодически заливался смехом.

***

      Выходные Анфиса планировала провести со своими подружками, но родители чуть не поставили на ее планах крест, когда объявили, что они всей семьей едут на дачу собирать яблоки. Анфиса ненавидела дачу. Она половину лета горбатилась на грядках и решила, что она свое отпахала. Девочка закатила грандиозный скандал, и родители пошли на попятную. Надо отметить, что это был ее обычный метод манипуляции родителями. Им легче было согласиться, чем терпеть ее истерики. Добившись своего, Анфиса обзвонила подружек и пригласила их к себе на вечерние посиделки. Затем, когда родители уехали, она отправилась в магазин за вкусняшками и сигаретами. Купив все что нужно, и напоследок упросив какого-то взрослого парня купить ей сигареты, она вышла из магазина и побрела в сторону своего дома. Девочка не спеша тащилась с тяжелым пакетом, останавливалась, отдувалась и продолжала свой путь, затянувшийся из-за частых остановок. Анфиса подошла к дороге, встала в ожидании нужного сигнала светофора и на противоположной стороне увидела знакомую фигуру. Та неспешно отдалялась. Анфиса, окинув взглядом проезжую часть и не дождавшись зеленого света, перебежала дорогу. Она жутко запыхалась, но сумела догнать свою цель, и, подбежав к ней, с размаху ударила ее пакетом по спине. Злата сжала кулаки и обернулась, готовая убить того, кто посмел ударить ее по спине. Первое, что бросилось ей в глаза — золотистые кудряшки, затем появился самодовольный оскал и две пронзительно голубые бездны нахальства. От неожиданности ее нижняя челюсть рассталась с верхней. — Куда идешь, бродяжка? Это мой район. Ты заблудилась что ли?       Челюсть Златы вернулась на место. Девочка тяжко вздохнула. Она была не готова к этой встрече. Это было слишком быстро. Неужели ей даже в выходные нельзя отдохнуть от этой дрянной девчонки? — Что, снова будешь набиваться в провожатые? — сквозь зубы процедила Злата. — Ну, уж нет, у меня выходной, буду я его еще на тебя тратить. Мечтай. — Только об этом и мечтаю. Хожу по городу и мечтаю тебя встретить. — Серьезно? — Анфиса, когда чувство юмора раздавали, я так понимаю, ты стояла в очереди за кудрями? Или за сигаретами? — О, кстати, надо покурить. Пойдем, мне одной скучно. Анфиса схватила Злату за локоть и затащила ее в какую-то подворотню. Бросив пакет на асфальт, она с наслаждением закурила. Из пакета выпала упаковка сыра. Злата наклонилась, подняла ее и положила обратно в пакет. — Спасибо, Зоя. — Злата. — Ах да.       Анфиса подошла к Злате и протянула ей недокуренную сигарету. — Не курю я. — Да ладно тебе, вся такая правильная. Попробуй. Знаешь, как расслабляет? — Предпочитаю другие способы.       Анфиса докурила сигарету, затушила об стену окурок и швырнула его под ноги Злате. — Надеюсь, ты завалишь все экзамены и станешь дворником, — сказала Злата, подняла окурок и выбросила его в урну, которая стояла в десяти метрах от них. — У тебя хорошо получается. Так что дворником станешь ты. А я буду моделью. — Ну-ну. Борделью. — Чего? — Ничего. — У меня есть портфолио. Могу показать.       Злата хотела отпустить какую-нибудь колкость, но ничего остроумного в голову не пришло, и она промолчала. Анфиса сочла ее молчание согласием. — Бери пакет. И пойдем ко мне, — скомандовала Анфиса.       Злата постояла минуту в раздумьях, затем взяла пакет и кивнула кудрявой девчонке. Та вывела ее из подворотни, и через пару минут они уже были дома у Анфисы.       Девочки прошли на кухню, хозяйка разобрала пакет с продуктами, включила чайник и вышла за своим портфолио. Злата осматривала кухню. Окно украшали голубые занавески с бабочками, холодильник — наклейки и магнитики. На столе лежала скатерть персикового цвета и стояла вазочка с пряниками и конфетами. В раковине стояла гора немытой посуды. Старенький гарнитур, повешенный на стенах, придавал кухне уютный вид.       Чайник уже начал возмущенно свистеть, а Анфиса все не появлялась. Злата выключила газ, и чайник умолк. Девочка взяла две чашки и налила в них кипяток. Наконец в кухне появилась Анфиса. Она положила на стол внушительного размера альбом. — А где у тебя заварка? — Вон в том шкафчике, — указала Анфиса. — В каком? — переспросила Злата. Она засмотрелась на Анфису, которая за время отсутствия успела переодеться в розовую маечку и короткие зеленые потертые шорты. — Сейчас достану.       Анфиса прошла мимо, и ее золотистые волосы на мгновение защекотали лицо Златы. Она мимолетно улыбнулась и протянула руку, чтобы погладить пушистые волосы Анфисы. Та обернулась и, увидев протянутую руку Златы, передала ей коробочку с чаем. Их пальцы на секунду соприкоснулись, отчего у Златы поползли по спине мурашки. Она резко отдернула руку. — Ты чего? — спросила Анфиса. — Да ничего, от меня часто током бьет. — А, у меня тоже бывает.       Злата заварила чай, они выпили его, заедая мятными пряниками.  — Пойдем в зал, там удобнее смотреть будет, — сказала Анфиса, взяла альбом и вышла с кухни.       Злата сполоснула свою чашку, затем кружку Анфисы. Напоследок бросив взгляд на гору немытой посуды, она покинула кухню. Отчего-то грязная посуда не давала ей покоя.       Анфиса уже разлеглась на большом диване и открыла альбом. Злата смущенно приближалась к дивану.  — Залезай быстрей, — не терпелось Анфисе показать свои фотографии.       Злата легла рядом на живот, также как Анфиса, и согнула ноги, чтобы они не касались подушки, и с неподдельным интересом заглянула в альбом. На первой фотографии она увидела какую-то размалеванную девицу, в которой с трудом узнала Анфису. Только голубые глаза поблескивали знакомо, все остальное выглядело нелепо: золотистые волосы отутюжены и забраны в какой-то неуклюжий каравай на голове; губы намазаны помадой персикового цвета; зеленые тени вокруг глаз делали ее похожей на лягушку; в ушах торчали громоздкие серьги; бесформенное желтое платье делало из Анфисы колобка. Поза, в которой она была запечатлена, больше подошла бы девушке легкого поведения.  — Ну как тебе?       Злата мучительно думала, что ответить. Сказать правду язык не поворачивался, а врать она не любила.  — Ну… Очень интересный образ… Немного вычурный, но есть в нем изюминка, конечно… Тут ты выглядишь прямо такой… Женщиной. И в общем-то, так, если подумать… Я бы сказала, наверно… Что, в целом… Очень даже… Хотя, это…       «Отвратно» — чуть не сказал Злата, но вовремя спохватилась.  — Да мне тоже очень нравится, — обрадовалась Анфиса. Ей и в голову не могло прийти, что кому-то могут не понравиться ее фотографии. Она перелистывала альбом, и каждое последующее фото было хуже предыдущего. Злата уже ничего не говорила, только изредка поддакивала, когда Анфиса нахваливала какую-нибудь ужасающую деталь. Пока Злата мысленно недоумевала, как можно было из красивой девочки Анфисы сделать такую неописуемую страшилу, та радостно болтала ногами и иногда задевала Злату, которую бросало в жар от каждого прикосновения. Свои приступы жара она списала на недавно выпитый чай и перестала о них беспокоиться. Когда альбом был досмотрен, Злата начала собираться домой. Но Анфиса уговорила ее еще посидеть и предложила сыграть в шашки. — А на что играть будем? — спросила Злата. — Ну, не знаю, — задумчиво закусила губу Анфиса. — Проигравший моет посуду. — Ой, блин! Точно, у меня же еще посуда. Ненавижу мыть посуду! Готовить люблю, а мыть ненавижу… У меня кожа на руках очень нежная. — Ну, кто-то же должен ее вымыть. Так что давай на посуду играть. — Давай.       Девочки начали играть. Несколько партий выиграла Злата, затем она отчего-то начала проигрывать. С каждой выигранной партией Анфиса улыбалась все шире и смеялась все громче. Злата нейтрально относилась к мытью посуды, это было всего лишь рутиной, так что она поддавалась Анфисе и усиленно делала вид, что расстроена из-за своих проигрышей. -Ну, ничего, в следующий раз повезет, — утешала ее Анфиса.       Наконец финальная партия была сыграна. Победа досталась Анфисе. Злата пошла мыть посуду. За десять минут покончив с этим мокрым делом, она вернулась к Анфисе. Та не поверила, что так быстро можно вымыть гору посуды, и пошла на кухню, убедиться, что посуда чиста. Через минуту она вернулась, на радостях обняла Злату и закружила ее в танце. Та впервые видела человека, который так радуется, что ему не пришлось мыть посуду. Ее это позабавило. — Ой, а сколько времени? — спохватилась вдруг Анфиса. — Четыре часа, семнадцать минут. — Ко мне скоро подружки придут, мне надо приготовиться. — Ну ладно. Я тогда пойду.       Злата направилась в коридор и начала обуваться. Анфиса ушла на кухню и вернулась через минуту с горстью конфет. Она положила их в карман куртки Златы и застегнула его на молнию, чтобы ее щедрые дары не выпали. Злата постояла несколько секунд, переминаясь с ноги на ногу, не зная, что сказать. — Пока. — Увидимся.       Злата вышла из квартиры Анфисы с каким-то тягостным чувством, определить которое она не могла. На улице было прохладно, девочка спрятала руки в карманы и там нащупала конфеты, про которые успела позабыть. Она достала одну конфету, съела ее, но слаще не стало. Наоборот, во рту остался мерзкий привкус. Она изучила обертку, конфета оказалась с ликером. Злата достала оставшиеся конфеты, выкинула их в ближайшую урну и быстрым шагом пошла домой.