Что будет завтра?

***

Начало учебного года. Сентябрь. — Да, Павел Алексеевич, вызывали? — Антон снова оказался в кабинете директора. — Да, Антон Андреевич, вызывал. У меня к тебе хорошие новости. Тебя выбрали на конкурс «Учитель года»! Твои ученики получили наибольшее количество отличных отметок за целый год! — директор был счастлив, он прямо-таки сиял от радости. А вот Антон стоял совершенно спокойно. Его ничуть не задела ни новость про конкурс, ни новость про отметки. Скорее, ему было всё равно. — А, и ещё. Тебе разрешили взять с собой на конкурс одного твоего ученика. Поедите в Москву. В этом году мероприятие проходит там. Вам, как и всем участникам, выделят номер в отеле. Отказ не принимается! Это честь для нашей школы. — Я согласен. Если это повысит авторитет нашей школы, то я согласен. — Замечательно! Тогда пятого сентября вы уже выезжаете. Третье сентября. Вечер. — Ты вещи собрал? — Антон снова говорил из кухни. Не услышав ответа на вопрос, Антон снова спросил. — Арсений, ты вещи собрал? — в этот раз он сказал громче. Тот снова не ответил. Шаст направился в комнату парня. Открыв дверь, ему открылся вид на Арсения, у которого в ушах были наушники, а сам он спал на учебнике по географии. Антон улыбнулся. Он ещё не видел Арса таким. Постояв в дверном проёме еще несколько секунд, он понял, что сейчас сгорит ужин. Он не хотел будить парня, но еще больше он не хотел, чтобы его кулинарные старания (и так не совсем идеальные, по мнению Антона) пропали зря. На следующий день. — Арсений, ты собрался? — спросил учитель у Арса, который в этот раз стоял напротив. — В смысле? Куда? — А я тебе разве не сказал? Мы едем в Москву. — Зачем? — Меня отправляют на конкурс «Учитель года». Ну, так получилось. Я согласился только потому, что это повысит авторитет нашей школы, а так мне всё равно. Ещё мне разрешили взять с собой одного своего ученика. Нам с тобой ещё и выделят номер в отеле. Поэтому давай собирайся, — Антон быстро и кратко ввёл Арса в курс дела. — А мы будем гулять по Москве? — Ну конечно. Мог не спрашивать. Давай собирайся, у нас завтра рано утром самолёт. Арсений побежал в свою комнату собираться. Он решил, что много вещей ему не понадобится, поэтому через десять минут возле кровати уже стоял собранный рюкзак. Антон тоже не стал везти с собой весь свой модный гардероб. Пятое сентября. Четыре часа утра. Антон заснул намного раньше обычного, из-за чего рано утром уже будил Арса. — Чего такое? — сонным голосом спрашивал Арс. — А тебя не смущает, что нам надо в аэропорт? Давай вставай, тебе ещё умываться. Арсений кое-как встал и пошёл в ванную. Почистив зубы, он закинул щётку с пастой в карман рюкзака, пока не забыл. Антон сделал также, но чуть раньше. В аэропорт они приехали за десять минут до начала регистрации. — Фух, успели, — Антон с Арсом заняли очередь. После них подошло ещё человек пять. После регистрации они прошли на пункт контроля. Пройдя его, парни решили перекусить. Купив в ларьке по булочке и кофе, учитель подошёл к Арсу, который уже почти спал. Снова. — Арсений! Не спать! Слышишь меня? — А? Чего? А, да, — Арса будто ударило током, он вздрогнул и посмотрел на Антона, который уже еле держал их перекус. — Держи. Тебе взял булочку с корицей и капучино. Надеюсь, угадал, — протягивая вышеперечисленное ученику, сказал Антон. — Спасибо, угадал, — улыбаясь, ответил Арсений. Сам же учитель присел рядом. Он знал, что в самолёте их все равно будут кормить, но также он понимал, что до того времени этот неугомонный ребёнок по имени Арсений будет просить кушать. И потому решил сразу избавиться от проблемы, которой ещё нет, но которая могла бы произойти. Перекусив, Шаста снова начало клонить в сон. Но в это время объявили посадку. — Пошли, — учитель взял за локоть Арса, чтобы тот встал. — Какие у нас места? — 1В и 1С. — Чур я окна! — сказав это, Арсений сел на место и сразу пристегнулся, дабы показать, что это место теперь его. Антон этому лишь улыбнулся. Когда посадка закончилась, парни заметили, что места с номерами 2 и 3 пусты. Они остались одни в отделе. У Шаста с Арсом на эту ситуацию была разная реакция: Антон попытался забыть об этом, заткнув уши наушниками, чтобы запустить в голову музыку; а Арсений, сам того не понимая, подумал, что теперь им никто не помешает. Он сам немного ужаснулся этой мимолётной мысли, но тут же развеял все сомнения о ней. Самолёт тронулся с места. Когда он уже был готов взлетать, Антон сжал ладони в кулаки. Арсений, заметив это, накрыл его ладони своими. Посмотрел на него и мягко улыбнулся. Антон немного успокоился, но всё равно дрожащим голосом сказал: — Спасибо. — Боишься? — Нет, просто после смерти матери я не летал на самолёте. Я не мог. Мне было сложно согласиться на участие в конкурсе, когда я узнал, что будем лететь. — Ничего. Теперь у тебя есть я. Будем всегда летать на самолёте. И тогда ты не будешь так бояться. Попробуй не думать о том, что ты в самолёте. Подумай о том, что ты летишь на крыльях. Что ты уже там, наверху. Подумай, что ты с мамой. Может, тебе это поможет. Антон закрыл глаза, откинул голову и попытался представить себе это. Вот он уже с мамой летает по небу, держась за руки. Она улыбается, из-за чего Антон становится счастлив. Всё это время он хотел лишь увидеть, что она улыбается, хоть и понимал, что это невозможно. Но теперь… Теперь у него есть Арсений, который сделал невозможное возможным. Антон не хотел, чтобы это видение заканчивалось, поэтому когда они с мамой пролетали над очередным городом, он заснул. Арсений понял это, когда принесли напитки. Он начал будить Антона, но тот не хотел просыпаться. Арс решил не трогать его и просто взял ему стакан воды без газа. Когда принесли еду на выбор, Антон открыл глаза. Конечно, не без помощи Арсения. Он заметил на глазах у учителя слёзы, когда тот проснулся. — Всё хорошо? — Арс решил спросить, вдруг он что-то не так посоветовал Шасту. — Да… Всё хорошо. Спасибо, — Антон повернулся к Арсу и обнял. Тот же ответил взаимностью. — Добрый день! Курица с рисом, гречка с рыбой. Что будете? — стюардесса подошла спокойно и с привычной улыбкой задала тот же вопрос парням, на который отвечали другие пассажиры. — Мне пожалуйста, рис с курицей, — Шаст решился первый. — А мне тогда гречку с рыбой, — Арс решил если что, поделится с учителем. Ну а вдруг? Поев, ребята отдали коробки стюардессам и стали ждать чай с кофем. — Ты что будешь? — Шаст спросил у Арса, чтобы сразу взять и себе и парню. Но когда учитель повернулся к ученику, он заметил, что его веки медленно опустились. Теперь заснул Арс. Шастун улыбнулся. В который раз он застаёт его спящим. И каждый раз он улыбается, видя его таким. — Что будете? — Два чая с лимоном, пожалуйста, — Шастун взял стаканчики. Поставив чай Арса на его столик, учитель наклонился к парню и легко поцеловал того в щеку. Улыбнулся и вернулся к своему стаканчику. Он не заметил, как краешки губ Арсения медленно поднялись вверх. — Дорогие пассажиры, мы прибываем в аэропорт Домодедово. Температура воздуха., — капитан монотонно говорил текст, заготовленный заранее. — Арсений, просыпайся. Мы почти прилетели, — Шастун начал тыкать в парня пальцем, заставляя того проснуться. Сделав вид, что он и правда спал, Арсений медленно открыл глаза. — Что? Уже прилетели? — Нет, подлетаем. Давай вставай. Покинув салон самолёта, ребята посидели минут десять в аэропорту, ожидая свой багаж. Затем вызвали такси и поехали в отель. Уже заселившись, они снова легли спать. Гулять по городу у них уже просто не было сил. День мероприятия. — И в номинации «Молодой учитель» побеждает Шастун Антон Андреевич! — женщина с планшеткой подала руку учителю. Всё вот только началось, а Антон уже стал победителем в номинации. Так недалеко и до победы в самом конкурсе. Через несколько дней началась следующая номинация. Антон выиграл и там. И в следующих тоже. — Итак, у нас осталось два номинанта на победу в конкурсе: Кузнецова Ирина и Шастун Антон. И по результатам последней номинации победителем становится… Шастун Антон Андреевич! Поздравляем! Взяв кубок, учитель был спокоен. Ему было всё равно на победу. Его это будто не касалось. В это же время в номере. Арсений ходил по комнате. Ему было слишком скучно. Но тут он вспомнил совет одного своего знакомого. Следуя ему, он встал под горячий душ. Затем, одев халат, он пошёл в спальню. Там он лёг на кровать и начал прокручивать мысли в голове. Представлял, как он с Шастом гуляет по парку, как они потом приходят домой и заходят в спальню вдвоём, и уже целуясь. Как Шастун срывает с Арса майку, при этом проходя по его прессу губами, местами кусая. Как Арс повторяет за Антоном, оголяя его горячее худое тело. На этом моменте Арсений открыл глаза. Он так и продолжал представлять, если бы в номер не зашёл учитель. — Вы пришли? — Да, я победил в конкурсе. Рад? — Шастун говорил спокойно. Ну, ему все равно, как он ещё должен это говорить? — По случаю моей победы будет устроен банкет. И кстати, ты можешь пойти со мной. Если хочешь, — открыв бутылку воды, Шастун начал жадно пить. — Да нет, я не хочу. Это ваша победа, я тут ни причём. И да, поздравляю. По-другому быть и не могло, — Арсений почесал затылок. — Ну, как хочешь. Банкет сегодня в 20:00. Это через полтора часа, — Шастун посмотрел на часы в телефоне. — Идите. — Арсений, давай на «ты»? Мне неудобно, что я к тебе на «ты», а ты ко мне… В общем, давай на «ты», — Антон говорил, и с каждой секундой его щёки розовели. — Хорошо, Антон Андреевич. То есть, Антон. — Можно Тоша. Мне так больше нравится. — А меня можно Арс. Мне так больше нравится. На том и закончили. Антон собрался на банкет. Одел джинсы, чёрную водолзку и поверх белую домашнюю рубашку. Решил сегодня показаться людям в азиатском стиле. Попрощался с Арсом и поехал на место проведения банкета. — Поздравляю, Антон Андреевич. Вы заслуживаете этот приз! — к учителю подошла какая-то дама, которая видимо хотела быть на месте Антона. — Спасибо, — Шастун ответил без какого либо интереса. Как всегда. В течение пяти минут Антона поздравили абсолютно все. Ему очень хотелось уйти. Но из уважения ко всем гостям и участникам, он остался. Вы ведь помните девушку, которая осталась в последней номинации с Антоном? Так вот она хорошенько выпила и решила соблазнить Антона. — Привет! Поздравляю, ты заслужил, — подходя к учителю походкой «от бедра» говорила женщина. Заметив входящего в зал человека, она воспользовалась шансом. — О, смотри. Он был бы победителем, если бы не его аллергия, — и пока Антон смотрел на кандидата в победители, она подсыпала ему какой-то порошок в шампанское. — А, этот. Да, я помню. Глоток шампанского, и через несколько минут Антон уже держался за голову. — Всё в порядке? — А? Да. Только голова кружится… Глаза Шаста метались из стороны в сторону, как и сам учитель. — Давай я тебе вызову такси до отеля. — Хорошо., — всё также держась за голову, Антон пошёл к выходу, держась за плечо женщины. — Ало, девушка. Можно машину на Самойлова, 3. До Космонавтов, 24… Спасибо. Пойдёмте, Антон Андреевич. Через две минуты ко входу подъехала красная мазда и отвезла их в пункт назначения. — Какой этаж? — Седьмой… На лифте они поднялись на седьмой этаж. Подойдя к номеру, она вытащила из его кармана ключ и, открыв дверь, набросилась на учителя, целуя его везде. Но тут, видимо, начал иссякать эффект того порошка, который она подсыпала Шасту, потому что в коридор вышел Арсений. И застав такую картину целующихся, он замер. — О, мой Арсений! — Шаст всё ещё был под действием вещества, но Арса он узнал сразу. Он помог ему немного протрезветь, так как учитель вытолкнул девушку из номера, сразу послав её на три буквы. — Вот козёл! — злобно сказала она уже снаружи комнаты. Шаст, пошатываясь, направился в сторону Арса. — Арсений, мой любимый Арсений! — Антон шёл на парня, как будто специально загоняя его в спальню. Когда идти уже было некуда, Арсений упал на кровать. Шастун забрался туда же и сел на Арса, не давая ему даже встать. — Антон, что происходит? — Арсений, давай без вопросов. Я тебя приютил к себе в квартиру, кормил тебя, поил тебя, возил в школу, а теперь это всё надо отработать. Я думаю, ты понял, про что я. Смотри, девушки у меня нет, поэтому некому это сделать. Но! Теперь же у меня есть ты, не так ли? Считай, что это зачёт по моему предмету. Сказав это, Антон снял с себя рубашку, затем и водолазку. Оголив горячее, но до боли худое тело, учитель наклонился к парню. Тот же хотел всего этого и, как уже говорилось ранее, даже представлял, но не так быстро. И ещё он не думал, что Антон может быть настолько пьяным. Он отполз к стене, оттягивая момент, когда Шаст с ним что-нибудь сделает. Но тот подбирался всё ближе. И теперь Арсу уже было не убежать. Не думал, что будет его бояться. Но нетерпеливый учитель загнал Арса в угол и начал снимать этот осточертевший белый халат. Арсений решил, что сейчас нужно просто закрыть глаза и ждать. Ждать, что будет. Может, Антон придёт в себя? Может, он поймёт, что сейчас делает? Но этого не произошло. Антон оголил торс парня, любуясь этим испуганным телом. С минуту он ничего не делал, даже не двигался. Арсений медленно открыл глаза и посмотрел учителю в лицо. Антон, поняв, что сейчас самый лучший момент, впился своими губами в губы парня. Глаза Арсения стали такими большими, какими только могли. Он пытался оттолкнуть Шаста, но тот крепко держал Арса за голову. Он начал спускаться к шее, затем прошёлся губами по прессу, местами кусая и делая парню больно. Арсений не сопротивлялся. Он ничего не мог сделать с человеком, который не слышит просьбы. Арсений просто лежал и стонал. А ещё он плакал. Он плакал от того, что ему больно делает человек, которого он любит. Он не ожидал такого от Антона. Он был о нём лучшего мнения. Пока он думал и плакал, Антон уже спустился ниже пресса парня и успел даже вернуться к губам. Он насиловал парня без кулаков. Он убивал его без оружия. Он убивал себя. — Антон… прошу, прекрати, — сквозь слёзы, Арсений умолял, а не просил. — Я хочу тебя! Давно, понимаешь?! Я не знаю, почему, просто хочу, — Антон заткнул парня своим криком, продолжая делать своё дело. Он всё-таки убрал все преграды перед тем, чтобы «получить доступ» к интересным местам Арсения, и когда он это сделал, то расстегнул свои джинсы и снял их прямо перед лицом парня. Арсений снова закрыл глаза, он не хотел этого видеть, не потому, что это неприлично, а потому, что он не может. — Отрабатывай! — Что отрабатывать? — всё ещё с закрытыми глазами спросил Арсений. — Всё. Что можно этим отработать. На следующее утро. — Мммм… Антон еле проснулся. Перед глазами всё плыло. Не было единой картины. Не увидя рядом с собой Арсения, он повернулся. Парень сидел в углу. Весь дрожал от страха. Заметив, что учитель проснулся, он развернулся в угол ещё сильнее, чтобы его лица не было видно. — Арсений? Что такое? Более-менее настроив зрение и подойдя к ученику, он повернул его и увидел, что его губы были искусаны, а по краям была запёкшаяся кровь. — Что произошло? Кто с тобой это сделал? Арсений ему не ответил. Он снова начал плакать. — Скажи, кто с тобой это сделал? Я потру его в порошок. — Вы сможете? — Что смогу? — Потереть самого себя в порошок. — Ты о чем? — Да. Это то самое, о чём вы подумали. Вспомните, как вы вчера вернулись с банкета. Вы не вспомните. Потому что это были не вы. Это был другой человек. Хотя, попробуйте. Попробуйте вспомнить, — Арсений встал и сделал злое и грозное лицо, как лев перед нападением. — Что вспомнить? Я не понимаю. — Вспомните, что вы делали, когда вернулись с банкета. С этого дурацкого банкета. Вот вспомните, тогда и поговорим. А пока… я и слово вам не скажу. Антон начал упорно вспоминать события прошлой ночи. Через несколько минут он ухватился за голову и упал перед Арсом на колени. — Арсений! Прости меня, пожалуйста. Я не хотел! Прости! Я не знаю, что на меня нашло. Прости меня, прошу! Но Арсений лишь отвернулся, не желая слушать монотонный текст учителя. — Чем я могу искупить свой поступок? Что мне для тебя сделать? — Не попадайтесь мне больше на глаза. Этого будет достаточно. Антон посмотрел на Арса, он не ожидал такого резкого и жестокого ответа. Несколько секунд он молчал. — Хорошо… Если ты меня просишь, я уйду. На улице было минус десять, сливал дождь, и местами была гроза. А Антон одел первое, что попалось на глаза, взял пальто и вышел из номера. Сел на лавку напротив отеля, накрыв голову руками. Он плакал. Плакал так, как никогда. Перед глазами у него прокручивалось то, что он делал вчера в спальне номера. И с каждым кадром воспоминаний ему становилось всё хуже. Арсений наблюдал за этим из окна. Он тоже плакал. Но не из-за вчерашнего. Он плакал из-за того, что принял это решение на горячую голову. И сейчас если он подойдёт к учителю и скажет, чтобы он вернулся в номер, то он его не послушает и будет сидеть под проливным дождём, наплевав на грозу. Арсений пошёл в ванную умыть лицо и, вернувшись к окну, не заметил на улице Антона. Он тут же взял зонтик и побежал к лавке, где последний раз видел учителя. Его там не оказалось и парень начал звонить Шасту. Долгие гудки в трубке раздражали, но надо было. Он начал спрашивать у прохожих, может, кто видел двухметрового мужчину в пальто. Не через каждый метр такого встретишь. Но никто не видел, куда тот пошёл. В это время в баре. — Налей ещё парочку, — Шастун напивался, пытаясь забыть всё то, что вспоминал. Он почти всегда пытался заглушить неприятные воспоминания алкоголем, как в ситуации с аварией Арса. Телефон уже почти разбился от звонков Арсения, но Антон либо не слышал из-за музыки на фоне, либо просто не хотел отвечать. — Да где же вы? Хорошо. Арсений бросил затею названивать Антону. Телеграмм: Тоша: был в сети в 20:34 А: «Антон, где ты?» Не прочитано. А: «Антон, прошу, ответь!» Не прочитано. Звонок без ответа. Ещё один. «Хорошо, вернусь в номер. Может, он придёт».