Как Агнес с ОКР боролась

— Я этого боялся…

Тишина.

— Что вы чувствовали в тот момент?

— Гм, — она мялась, сначала опустила голову, а потом подняла и отвела её в сторону, смотря в окно и видя серые хлопья снега на фоне белого неба, — у меня подкатило мерзкое чувство тошноты, мне было страшно. Мне тогда стало резко холодно, а потом жарко, потом снова холодно. После срыва я чувствовала себя ничтожеством.

Психолог с сочувствующим взглядом глядел на клиентку.

— Прежде всего вы должны сказать, что не вините себя. Вы не ничтожество.

— Я не ничтожество.

— Увереннее.

-Я не ничтожество, — с железной ноткой сказала Агнес.

— Верно, так держать. Шаг номер два…

***

— Не надо лезть руками в рот, искорка, — Комета пыталась одёрнуть руки маленькой кудрявой девочки, чтобы она не лезла пальцами себе в рот. Откуда-то послышался испуганный визг. Как оказалось, нога какого-то мальчика, играющего в лабиринте, провалилась сквозь сетку. Солнцу пришлось ползти по трубам, к верёвочному полу на 4 ярусе. Через пару минут он выползает с рыдающим от страха ребёнком. — Что произошло? — Комет подбежала к Сану и обеспокоено задала вопрос. — Этот мальчишка, — он успокаивающе погладил того по голове, — провалился сквозь сетку. Ничего страшного, просто испугался. Пострадавший попросился на землю, и парень его отпустил. Тот, очень скоро забыв про недавнюю ситуацию, весело побежал к остальным детям. — Не хочешь собраться вместе со мной и Луной после работы? Мы могли бы куда-то пойти и поесть. Агнес вздохнула и протянула озадаченное «ох». Она стояла и смотрела в пол. Прошло уже пять дней со срыва. Она чувствовала себя не очень даже после тренинга с мистером Уайтом. Но после случившегося надо двигаться дальше, хотя бы стараться. — Я подумаю. Скорее да, чем нет… — Отлично! — воскликнул солнечный и подставил свою ладонь для «дай пять», предварительно вытерев пот об штаны. Агнес сначала немного протормозила, а потом неуверенно ответила ему. — Тогда задержись после смены, — он подмигнул и ушёл к детям, предложив им сыграть в «сломанный телефон».

***

— Ура, ты осталась! — блондин широко улыбнулся улыбкой-сердцем. — Да. я подумала, что было бы неплохо завести хоть с кем-то какое-то общение вне работы, — она смущённо смотрела на свою обувь. — Тогда ты по адресу, — Сан успокоился и просто говорил по-доброму, как-то по-дружески. — Ага, — отстранённо поддакнул брюнет. Воспитатели отметились и вышли через задний двор. — Доставай, — прохрипел Луна. Сандроп снял с одного плеча рюкзак болотного цвета и вытащил пачку вишнёвого чапмана. Агнес встрепенулась: — Вы курите?! — ещё одна вещь, которую ненавидела девушка – сигареты. — Отойди в другую сторону, если противно, — Мун перевёл взгляд полуприкрытых глаз на коллегу. Агнес так и сделала. Она отошла и повернулась спиной к стороне, с которой дул ветер. — Блинба, только две осталось, — разочарованно протянул солнечный. — Ну супер, как раз для нас двоих, — лунный ухмыльнулся, — и не надо ни с кем делиться будет, — это он намеренно громко сказал. — Очень надо, — с сарказмом ответила Фрост. Мундроп поджигает кончик сигареты и прислоняется им к кончику чужой сигареты. Огонёк загорелся ярче. Раз тяга, два, пять. В один момент ветер подул в сторону шатенки и весь дым пошёл к ней. Она поморщилась и закашляла, а парни засмеялись. — Ладно Луна, но Солнце. — У нас имена есть, — её перебил Мун. Неловкое молчание. — Стоп, — Сандроп осознал одну вещь, — ты не знаешь, как нас зовут? — голубоглазый сдерживал ироничный смех. — Я… — ей нечего было сказать. — Ты думала, что нас зовут Солнце и Луна? — а вот кареглазый не сдерживался, — как тебе не стыдно, дурочка? — Ладно, не кипишуй. Я И/С. — И/Л. И чтоб не забыла, — он театрально поднял длинный указательный палец вверх и слегка раздул ноздри.

***

Уже давно стемнело, и воспитатели шли по красочным улицам с большим количеством светодиодных гирлянд, фонарей, неоновых вывесок. Ходят по улицам всевозможные люди: пожилые, взрослые, подростки, дети со взрослыми. Пятничный вечер – знак многим людям после рабочего дня разойтись не по домам, а по барам. Для детей пятница не была никаким знаком. Лишь для посетителей детского сада в Пицца Плекс пятница была знаком того, что с Солнцем, Луной и Кометой они встретятся только через два дня. Широкие улицы заполнены машинами, создающие пробки и гул. От людей шума было не меньше. — Как насчёт Макдональдса? — И/С махнул головой в сторону забегаловки. — Я за, — И/Л, недолго думая, согласился на предложение. Я уже много раз говорила, что Агнес много чего не любит. Такие кафе ей тоже не нравились. Едят руками, неизвестно, в каких условиях кухня. Доверия такие заведения, как Макдональдс, ей не внушали. Она стояла позади парней и смотрела на них исподлобья. Страшно, тоскливо, полное отсутсвие желания туда идти. И/Л оборачивается и обращается к Агнес: — Ты чего? Так. Сейчас окажется, что ты туда не пойдёшь, потому что там не стерильно? — он растопырил пальцы и манерно зажестикулировал — слышь, цыплёнок, — он поворачивается к Солнцу — может ну её? Давай просто пойдём и поедим. Фрост выглядит так, будто бы она сейчас упадёт лицом вниз. У неё распахнуты глаза и кожа её побелела, ещё чуть-чуть, и она будет бледнее Луны. «Ну не умру я.. блять» — Я с..схожу с вами, — неуверенно произнесла она. Агнес любит покушать, но ей не нравится пачкать руки и посуду во время готовки, поэтому предпочитает ходит по ресторанам. По крайней мере, когда она работала на прошлой работе, она могла это себе позволить. — Аллилуйя, — закатил глаза И/С.

***

Агнес с брезгливостью смотрела на чизбургер. В детстве родители предлагали ей ходить в Макдональдс, но она имела ту же точку зрения, что и сейчас. Поэтому она не знала, будет ли ей хотя-бы вкусно. Наконец, она откусила немного, слегка скривившись. — Господи, как будто жабу ешь, — с иронией хохотнул И/Л. — А знаете, — она вдруг расслабила лицо, — очень неплохо. Правда, мне, наверное, лучше не думать, в каких условиях он готови… — Да забей ты, — Сан поглощал второй макчикен, — просто ешь. В целом, воспитатели хорошо провели время. Обсуждая всевозможные темы, они не заметили, как давно вышли из забегаловки и ушли вглубь города. Время было уже довольно позднее, но никто не хотел уходить. Даже Мундроп. Даже Агнес. Даже Сандроп. На какое-то время все умолкли. — Знаете, это так странно… существовать, — задумчиво сказал блондин — Начинается… — И/Л в очередной раз закатил карие глаза. — Нет, ну, в какой-то момент брать и резко ощущать всё вокруг: одежду, касание волос к коже, воздух.. — Пыль, грязь, бактерии, — перебила его шатенка. — Да! — радостно согласился с ней Сан и повернулся к ней, — как здорово, что меня поняли! — он улыбался. — Как ужасно, что я это чувствую, — шмыгнула она, — раньше я мыла руки чуть ли не каждые десять минут из-за этой мерзости… как её там… — Деперсонализация? — предложил брюнет. — Из-за навязчивого желания. Сейчас легче. — Зато чувствуешь себя живым, — оптимистично подметил Сан. — Хватит давить это из себя, — огрызнулся Мун. — Что? — Сам знаешь. Пойду домой, попробую поспать, я купил новые таблетки. Они попрощались, и И/Л ушёл.

***

Метро. Пусто. Почти все дома. И/С читал книгу, уже новую. Агнес переписывалась с мистером Уайтом: (А – Агнес, У – Уайт) У: как успехи? А: зашла в грязную забегаловку У: и как? А: поела. Не умерла. Пока что У: так держать;) Конечно не умерли, ещё долго не умрёте, если будете продолжать в том же духе А: в смысле? У: я имею ввиду, не нервируя себя понапрасну. Как насчёт воскресенья в 16:30? А: удобно Девушка оторвалась от телефона, ведь Сан с ней прощался: — Моя станция, — он смотрел на неё сверху вниз, — пока, Агнес. — До встречи. Он вышел, и двери вагона закрылись. Чучух-чучух, чучух-чучух…