Как Агнес с ОКР боролась

Наступил ласковый май. То небольшое количество тёплых деньков перед цветением черёмухи, когда начинают идти бесчисленные дожди, черви вылезают на поверхность тротуаров, а пальцы всё ещё мёрзнут, опухая и краснея. Агнес сидела дома за столом, обдумывая планы. Записываться к мистеру Уайту на неделе? Стоит ли продолжать работать в Пицца Плекс? Купить новые кроссовки или нет? Как много вопросов, и как мало ответов. Для начала стоило дораспланировать неделю. По мнению Фрост, нехорошо как-то жить спонтанно. Хотя, кому как: кому-то легче, когда всё распланировано и есть чёткий список того, что нужно сделать; кому-то легче всё придумать по обстоятельствам. А то, видите ли, позвали гулять, а в планах убраться на балконе – что за дела? Агнес – первый тип. Итак, когда записываться к психологу? Стоит ли? Что он ещё ей скажет? «Всё пучком, верь в себя» – так что ли? Главное различие психолога и психотерапевта в том, что второй – врач. Он прописывает тебе колёсики, ты ходишь к нему на осмотр и так далее. А психолог направляет тебя на путь истинный. У него ты должен сам додумать, принять для себя решение и выбрать свой путь. У психолога ничего не лечится: ни депрессия, ни тревожность, уж точно не шизофрения. ОКР – это расстройство, но его медикаментами не вылечишь. ОКР можно победить только своими стараниями и мыслями. Здесь главное что-то делать, а не сидеть сложа ручки и ждать, когда тебя спасёт принц на белом коне. Это жизнь с буквой «ы». В ней ты либо ничего не делаешь, ноешь и чахнешь, либо берёшь всю свою волю в кулак и идёшь напролом к своей цели. Главное – не перенапрячься, чтобы не выгореть напрочь, а то проблем будет ещё больше. Значит, поход к Уайту не планируется. Со вторым вопросом сложнее: стоит ли продолжать работать в Пицца Плекс? Зарплата очень хорошая, даже лучше, чем на прошлой работе. Ну, вот уволится Агнес, а что дальше то? Вышеупомянутый принц не примчится и не заберёт тебя в свой дворец с кучей денег и шмоток. Это только в глупых книжках и фильмах для домохозяек. Тогда, этот вопрос стоит немного отложить – нужно поискать новую работу на всякий случай. Кроссовки? Можно заскочить в дисконт и посмотреть себе пару обуви. Вот и славно. Агнес встаёт и моет за собой тарелку. Ей стоит поспешить, иначе приедет позже обычного. И как же её всё-таки угораздило стать воспитательницей? Были же ещё варианты с работой, вызывающие навязчивые мысли. Ей нужна была чисто дискомфортная среда, чтобы подавлять в себе маниакальные желания очистить весь мир (в прямом смысле). Дети ей не нравятся. Хотя, ей, скорее, они непонятны. Агнес непонятна их психология, их логика. Можно даже сказать, что она их боится, а не испытывает к ним неприязнь. До неё, кстати, только сейчас дошло, что с неё не потребовали никаких сертификатов и дипломов о педагогическом образовании, что странно для такого пафосного и дорогого заведения. Возвращаясь к мысли об увольнении из детского сада, молодая женщина пришла к выводу о том, что сильно привязалась. К детскому вниманию и к их восторгу, к новым друзьям. Теперь можно и о друзьях. Именно о Сане и Муне. Сан ей был непонятен, ровно так же, как и Мун. Почему он так пытается ей помочь? Это легко можно объяснить дружеской любовью и старанием помочь товарищу. Но откуда такая «прошаренность»? Это можно попробовать объяснить тем, что И/С много читает. Возможно, он читал и что-нибудь про психику людей. Вполне хорошее объяснение. Можно отложить эти мысли отдельную папочку с отдельным стикером о размышлении, в отдельный ящичек отдельной тумбочки в отдельной комнате, чтобы всё рассортировать и было аккуратно . Чтобы было идеально. Ну, вот, опять навязчивое желание сделать всё прекрасным. Комплекс отличницы, ей Богу. А Мун? Мун – человек с тяжёлым и бедным детством. Его холод можно оправдать. Он полноценно не прошёл этапы детства и отрочества, не чувствовал тепла, никогда не высыпается. Но вместе с этим всем он очень заботлив и ответственен, пусть и ворчит частенько. Он как арбуз – твёрдый снаружи, мягкий внутри. Арбуз? Серьёзно?

***

Детей мало, человек десять. Их много, когда пятница или четверг. Родители приходят на концерты и встречи глемрок группы, оставляя детей под присмотр «воспитателей». Почему в кавычках? Не факт, что все квалифицированны, как педагоги. Странное это место вообще, но зато хорошо оплачиваемое. Наверное, это одна из главных причин, по которым Агнес не спешит увольняться. Девушка сидит за крошечным пластиковым столиком, с таким же стульчиком и рисует с девчонкой без передних зубов. Девочка рисует каких-то кривых разноцветных людей, а Агнес не пойми что: узоры, цветы. Фантазии не очень хватает на рисование, но раз ребёнок попросил, то почему бы и не нет? На столе липкое, уже присохшее, пятно от фаз-шипучки. Фрост посмотрела, посмотрела и продолжила рисовать. Браво! Белиссимо! Чудо-терапия даёт о себе знать. Она смогла рефлексировать в себе навязчивые мысли, тем самым подавляя позывы всё начистить. Единственное, что осталось, это всё ещё всегда чистые руки. Уже не так часто моющиеся, дабы снова не заработать волдыри, но всё же чистые. Чувство вымытых рук необходимо для Агнес, никак по-другому. Сан зовёт всех детей в круг. Малыши расселись, уставившись на блондина и внемля его словам. — Лучики! Сегодня я предлагаю вам сочинить какую-нибудь историю! Правила такие: все по очереди говорят по одному предложению так, чтобы они были связаны между собой. Наша подруга Комета будет всё записывать. Да, Комета? — молодой воспитатель обратился к Агнес. Она свела брови к переносице, вспоминая, что только что говорил Сандроп: — А… да, конечно, — отстранённо отвечает та, — только блокнот возьму, — добавляет девушка и быстрым шагом идёт в комнату отдыха, — секунду! Комет забегает в ранее упомянутую комнату и рыщет в тумбочке с хламом. Там же сидел Мундроп и пил чай из кружки с фразой Роксаны «You are the best». — Что ищешь? — интересуется луноликий. — Блокнот. И/С придумал какую-то хрень для детей, и я должна её записывать. — А, ну удачи, — усмехается парень и отпивает чай. Найдя блокнот, шатенка несётся к детям и напарнику. Фрост усаживается на пуфик, и Солнце говорит: — Что ж, я начну, а Кометочка будет записывать. «Кометочка? Что он несёт?», думает Кометочка. — Жил как-то аллигатор Монти. Продолжай, Софи, — обращается к шестилетней иранке слева Сан. — Почему Монти? Он злой, — хмурится девчонка, — можно про Рокси? — А по-моему, Монти крутой! Большой и сильный! Я тоже таким буду! — восклицает мальчик напротив. — Рокси ведёт себя так, как будто она королева, — говорит маленькая блондинка справа, — Чика лучше! Начался шум и гам на тему того, про кого будет история. Кто-то хотел про Монтгомери, кто-то про Чику, про Фредди, Роксану. — Так! Раз никто не хочет ни про кого из звёздного квартета, то давайте про… — Мун! — Да, давайте про дядю Луну! — Луна скучный. Он загоняет всех спать, а спать не круто, — расстроено говорит мальчик в красной футболке с Дональдом Даком. — Ребята, Мун не скучный. Просто он очень спокойный и… он же Луна! Когда вы видите Луну, вы что представляете? Ночь. Ночью надо спать, — рассуждает Комет, — Он хочет, чтобы вы набирались сил, были бодрыми и весёлыми для дальнейших игр. Он очень заботится о вас. Вы же знали, что во время сна человек растёт? Кто хочет стать большим-пребольшим? — с улыбкой говорит она. Лес рук. Конечно, когда ты маленький ребёнок, твои главные мечты – это новая игрушка и стать взрослым. И чтобы ты был продавцом в магазине игрушек для того, чтобы эти игрушки были твоими. Ведь только взрослые могут работать там, так? — Тогда решено. Будем сочинять про Муна! С каждого по одному предложению, — задорно говорит Сан и начинает сочинять… Где-то через десять минут история была готова. Солнце просит прочитать записанное Комету.

Жил-был Мун. Его дом находился на месяце. Он был всегда сонный и носил синий колпак на голове, чтобы не мёрзнуть. Потому что если он не будет носить колпак и будет мёрзнуть, то его съедят злобные инопланетяне. Он никогда не слезал с месяца и всегда за всеми наблюдал. У него не было друзей. Однажды, на небе ему повстречалась девушка по имени Комет. Она была красивой. Но очень строгой. Иногда. Но хорошей. Но странной. (Здесь дети спорили о том, какая же всё-таки Агнес) Она предложила Муну показать части неба, которые он не видел. Ему было лениво и сонно, но он согласился. Комет посадила его на свою звезду и они облетели всё небо. Летели между других звёзд, между самолётами и между тарелками инопланетян (снова дошла очередь до любителя научной фантастики). Когда путешествие закончилось, Комет и Мун решили, что будут так кататься часто-часто. Так у Муна появился друг. Конец.

Детвора радостно захлопала в ладоши. У всех было приподнятое настроение, потому что всем понравилось сочинять. Ребята благодарили за игру и расходились кто куда: кто в яму с шарами, кто в лабиринт, кто рисовать. — Хорошая история вышла, думаю, — говорит Агнес. Сан стоял и наблюдал за детьми. Он умилённо улыбался, потому что был рад тому, что дети такое придумали, и рад, что они уделили хотя бы небольшое внимание напарнику. Его мало, кто любил. Спать ни один нормальный ребёнок не любит, а тут какой-то дядя заставляет заниматься тем, что не нравится. —Давай отведём их на ланч? — говорит солнечный.

***

— Эй, — Комет тихо зовёт Мундропа. Парень оборачивается и вопросительно кивает, мол, «что?». —Почитай. Дети придумали, — девушка даёт брюнету блокнот и ждёт его реакции. Проходит около минуты, и слышится тихий смешок. Добрый, не едкий. Без издёвки, без высокомерия. Ему приятно. — Как здорово, что ты – главный герой. Тебе нравится? Мун смотрит через плечо на Комету — глазами улыбается. Не было бы грима на лице, было б видно, как румянец покрыл его белые впалые щёки. Он поворачивается и смотрит на спящих детей. — Да. Это здорово.