Just like a circus

      — Так, на помни мне, на кой чёрт ты поехал со мной? — кобыла Аякса поравнялась с лошадью Скарамуччи.       Шестой Предвестник раздражённо стёр пот со лба, поправляя шляпу с большими полями. Покосившись на своего коллегу, он раздражённо фыркнул:       — Ты дурак или да? Я же говорил, что меня отправили в командировку в Инадзуму, а единственный корабль, который отправляется на острова отбывает только из порта Ли Юэ. Ты чем слушаешь? Или в Предвестники уже и глухих берут? Фух, чем ближе, тем пекло становится всё сильнее.       Тарталья усмехнулся, придерживая поводья. В городе контрактов круглый год стояло жаркое лето, что немного нервировало и самого Аякса — он привык к холодному климату родной страны, и такие перепады температуры для него тоже были неприятны. Это было уже третье утро путешествия по знойным окрестностям города контрактов — парой дней ранее они пересекли со Скарамуччей и кучкой солдат Фатуи государство Фонтейн, которое разделяло Снежную и Ли Юэ. И их путь был бы в два раза короче, если бы не ландшафт — город был окружён длинными цепями гор и ущелий, через которые лошади и повозки просто не смогли бы пройти. Пришлось искать обходные дороги.       Таким образом путешествие Предвестников растянулось чуть дольше, чем планировал Чайльд. И всё было бы ничего, вот только компания была для парня утомительной — Скарамучча постоянно хотел словесно поцапаться с Аяксом, жаловался на дорогу и седло, а остальные солдаты смиренно брели на своих лошадях чуть позади, не особо поддерживая разговоры. Они были вымотаны, как и Предвестники, ведь уже вторые сутки они двигались к городу контрактов почти без сна — Тарталья желал как можно быстрее добраться до их пункта назначения. На удивление идею о бессонных ночах поддержал Скарамучча. Так что путешествие продолжалось в угнетающе унылой обстановке.       Рыжеволосый жил мыслью, как удивится его павлин, увидев на пороге своего дома Аякса. Тарталья тоскливо вздыхал украдкой, ведь он не виделся с Кэйей уже девять дней, как цирк с артистами уехал из Снежной. Сердце парня неприятно ныло, когда он проезжал в первый раз мимо пустыря, на месте которого раньше стоял величественный шатёр «Цирка господина Альбериха».       Сейчас же сердце Чайльда стало гулко биться о рёбра, когда юноша увидел вдалеке из-за очередного склона крыши зданий города контрактов. Парень радостно улыбнулся, направляя лошадь вперёд, чем вызвал бурчание Скарамуччи за спиной:       — Ну, и куда ты дёргаешься? Работать так сильно хочется? Не гони, через пару часов уже приедем.       Аякс уже не обращал внимания на причитания Предвестника, с наслаждением любуясь гаванью города, в которой стояли большие корабли с огромными разномастными парусами. Почти приехали.

***

      — Так вот куда ушли денежки с налогов… — присвистнул Чайльд, когда они со Скарамуччей зашли в квартиру.       Нет, это даже не квартира — огромный пентхаус под самой крышей здания, в котором располагался филиал банка Снежной. Новое временное жилище для любого Предвестника из верхушки Фатуи, который приезжает в Ли Юэ по делам. Две спальни со своими санузлами, большая гостиная, уютная кухня и широкий балкон, с которого открывался вид на весь город. И всё было заставлено роскошной мебелью.       — Нда уж, мне кажется, даже в резиденции Цисин не настолько дорого-богато. — хмыкнул Скарамучча, направляясь в одну из комнат. — Эта будет моя на ночь. У меня отплытие только утром.       Чайльд задумчиво почесал голову — значит, сюда приглашать Кэйю сегодня не стоит. Лишние свидетели его счастью не нужны. Но это не страшно — Тарталье было глубоко плевать, где он сам проведет ночь, ведь самое главное то, что он будет вместе со своим возлюбленным. Проигнорировав дальнейший бубнёж Скарамуччи по поводу безвкусного интерьера, Аякс направился в душ, чтобы смыть с себя всю дорожную пыль. Стоя под прохладными струями воды, он мысленно повторял план своего дня.       Сначала надо всё-таки явиться в банк и запросить у служащих отчёт для Панталоне. Потом подтвердить бронирование столика в Глазурном Павильоне — самом популярном и изысканном ресторане города. После пойти проверить расположение квартиры Кэйи, чтобы не плутать слишком долго по городу в дальнейшем. А затем заглянуть в ювелирный дом «Минсин», чтобы приобрести приятную мелочь для любимого человека. Хоть все эти места и находились в пределах одного квартала, но помотаться придётся.       А если время будет позволять, то он хотел забежать ещё к своему давнему знакомому Чжун Ли в похоронное бюро «Ваншэн», чтобы оповестить его о своём приезде и обсудить некоторые дела с их банком. Было время, когда Аякс по просьбе Царицы вёл дела с перевозками кое-каких запрещённых товаров из Снежной в Ли Юэ именно через этого человека. Тайная миссия тогда завершилась успешно, а Чайльд довольно близко сдружился с бизнесменом, хотя и казалось, что они из двух разных миров. Но Аяксу было чему у него поучиться, поэтому их, казалось бы, пустые беседы ни о чём за чашкой крепкого чая были хорошим дополнением к пребыванию в городе.       Во избежание внезапного столкновения с Альберихом, Аякс уже отправил своего агента Фатуи найти и проследить за ним. Поэтому никаких проблем в его плане быть не должно — в случае чего, рыжеволосого сразу предупредят. Довольный собой, Чайльд вышел из душа, натягивая на себя новый лёгкий костюм, в котором будет не так жарко находиться под знойным солнцем Ли Юэ.       — Приступим. — вздохнул он, спускаясь в банк.

***

      Устало помотав головой, Чайльд размял плечи. Он закончил все свои дела. Получение отчёта у новичков Фатуи оказалось самым утомительным. Видимо, Панталоне так сильно торопился к открытию, что набрал совершенно некомпетентных людей. Парень еле выбил из них все данные, заставив подчинённого записать большую часть отчёта под собственную диктовку — бедолага-сотрудник совершенно не владел навыком написания деловых писем.       В ювелирной лавке он не нашёл ничего, что могло бы стать хорошим подарком, кроме заготовки для одноручного меча. Из разговоров с Кэйей Аякс помнил, что, как бывший рыцарь, тот увлекался фехтованием. Именно поэтому рыжеволосый уже отнёс заготовку местному кузнецу, попросив выковать самый острый и красивый меч, какой только может сделать мастер. Эфес меча по заказу Тартальи будет инкрустирован нефритами Шивада — именно этот драгоценный камень казался Чайльду наиболее подходящим Альбериху. Ведь переливы света в гранях нефрита так сильно напоминали Аяксу цвет глаз любимого. Встретившись с агентом Фатуи недалеко от дома Кэйи, шпион оповестил Тарталью о том, что Кэйи он не нашёл нигде в городе. Рыжеволосый немного озадачился — не уехал ли куда Альберих сегодня? И будет ли он на месте, когда подойдёт время ужина в ресторане? Конечно, этого юноша не учёл в «безупречном», как он считал, плане. Быстро написав на клочке бумаги адрес Дилюка, Чайльд отдал приказ аккуратно проверить это место на присутствие Кэйи. Что, если у них сегодня семейный день? В своей квартире сейчас любимого павлина Аякса не было — Предвестник ещё издалека увидел на нужной двери большой навесной замок.       Времени до ужина ещё оставалось более чем достаточно, поэтому Чайльд, усмирив растущее внутри беспокойство, решил наведаться в гости в похоронное бюро «Ваншэн». Небольшое здание находилось в самом начале квартала. Близость гавани и высокие дома создавали на этой улице тень и влагу, словно оберегая местных жителей от полуденного зноя. И это несказанно радовало Чайльда, который жадно ловил лицом потоки воздуха, приносящего освежающий морской бриз.       Рука Предвестника только потянулась к дверной ручке бюро, как дверь широко распахнулась. Увернувшись от удара, Чайльд с удивлением уставился на шатенку перед собой:       — Ху Тао? Ты что здесь делаешь?       — Ба, какие люди!.. — девушка была поражена не меньше Аякса. — Я тут живу вообще-то. Ну, на третьем этаже, над бюро. А вот что тут делаешь ты? Разве твой приезд не через месяц?       — Да… То есть, нет. Я сюрприз хотел сделать. Погоди — как ты тут живешь? Ты знаешь господина Чжун Ли?       — Ситуация интересная, конечно. — девчушка сложила руки за спиной, прошагав мимо Тартальи. — Да, я знаю его. Он у себя. А я… Подрабатываю тут на зимовке. Сейчас вот заполняла накладную на новые курильницы. — вздохнула Ху Тао, показывая на папку с бумагами в руке. — Слушай, мне идти надо, давай завтра встретимся и поболтаем? Не помри только раньше времени, а то на тебя нестандартный гроб нужен будет — длинный очень. — как-то нервно хихикнула она, кивая на вывеску «Похоронное бюро «Ваншэн».       Чайльд с непонимающей улыбкой покачал головой, прощаясь и заходя в здание. Первый этаж встретил его мрачноватой атмосферой с ритуальными курильницами и шеренгой гробов, что стояли вдоль стен. В воздухе висел тяжёлый аромат благовоний. Юноша сразу направился на второй этаж, где располагался кабинет Чжун Ли. Постучавшись, парень приоткрыл дверь, с улыбкой просовывая голову в дверной проём:       — Господин Чжун Ли? Простите, что без предупреждения! — юноша прошёл в кабинет.       Шатен сидел за своим столом, перебирая бумаги. Позади него находилась ещё одна дверь, за которой была спальня консультанта похоронного бюро. Чжун Ли предпочитал приступать к работе практически сразу после пробуждения. Сколько раз сюда приходил Чайльд, каждый раз он заставал мужчину в ворохе бумаг. И каждый раз рядом с ним стояла чашка чая. Правда, сейчас чашек на столе было две, и судя по всему обе ещё горячие. По всей видимости, Ху Тао была здесь перед тем, как столкнуться с Предвестником.       — Вы как всегда беспечны, господин Тарталья. — ровным голосом проговорил Чжун Ли, не поднимая взгляда от бумаг.       На мужчине были очки для чтения в узкой золотой оправе, строгий тёмно-коричневый костюм-тройка с золотыми запонками, чёрная рубашка, застёгнутая до горла, и светло-бежевый галстук. Как ему было не жарко во всем этом — оставалось загадкой для рыжеволосого. Хотя в этом кабинете окно, казалось, не закрывалось никогда, позволяя лёгкому сквозняку гулять по комнате.       — Ну-ну, не надо так строго. — Чайльд уселся на стул перед столом мужчины. — Кстати, я встретил Ху Тао. Не знал, что она у вас подрабатывает. Я познакомился с ней в странствующем цирке, они как раз только недавно приехали всей труппой из Снежной.       — Вот как? — Чжун Ли продолжал читать какой-то документ, хотя его тон стал более заинтересованным. — Не думал, что вас интересуют цирковые выступления.       — Ну, как сказать… — Чайльд потёр шею с улыбкой на губах. — Меня больше заинтересовал один человек. Скажите, господин Чжун Ли, а вы когда-нибудь любили?       Глупый вопрос, но Аяксу сейчас нужна была поддержка и мудрый совет от человека, который определённо знал больше него в этой жизни. Рыжеволосый с ноткой волнения внимательно следил за реакцией мужчины, который чуть выпрямился, откладывая в сторону бумаги. Сняв очки, Чжун Ли посмотрел в глаза Чайльду:       — Смотря что понимать под любовью. Я люблю знания и деньги. И если так подумать, то сейчас я сильно влюблён. — мужчина поднял руку, останавливая Аякса, который хотел что-то возразить. — Но я понимаю, что вы имеете в виду больше обычную любовь между двумя людьми. И, отвечая на ваш вопрос, да, я любил. И до сих пор люблю лишь одного человека.       Моракс встал из-за стола, подходя к окну, чтобы окинуть взглядом гавань города контрактов. Рыжеволосый не осмеливался задавать следующие вопросы, потому что знал — Чжун Ли сейчас сам продолжит. Простояв у окна с полминуты, шатен действительно продолжил:       — Её звали Гуй Чжун. Исключительная девушка. В ней было столько свободолюбия, доброты и лёгкости, что я очень долго гадал, как она стала главой опасной мафиозной группировки. У меня тогда ещё не было никакого авторитета, я нанялся её личным охранником. Мы были вместе на протяжении шести лет. Я был готов сравнять с землёй все горы Ли Юэ ради неё. Молодые, горячие — жизнь бурлила в наших сердцах. Наивным дальнейшим планам на нашу с ней спокойную семейную жизнь было не суждено сбыться. Перестрелка на встрече с главой крупной торговой гильдии. — на лицо Чжун Ли упала тень грустной улыбки. — Глупая. Закрыла собой своего же охранника. Банально поменялась со мной ролями. Моя богиня. «Ищи утешение лишь в своих стремлениях, чтобы всегда оставаться стойким и непоколебимым.» — это были её последние слова, адресованные мне. Не буду вдаваться в дальнейшие подробности, ведь я сам умер в тот день.       Моракс замолчал, тяжело скользя взглядом по бликам на морских волнах. Развернувшись, он прошёл и сел вновь за свой стол. Тарталье показалось, что лёгкое дуновение ветра донесло до него аромат мяты и сосновых веток. Возможно, это была лишь его фантазия, потому что запах благовоний с первого этажа просачивался даже в кабинет консультанта похоронного бюро, всё ещё раздражая ноздри юноши.       Когда Чжун ли поднял взгляд на рыжеволосого, его лицо уже было вновь абсолютно спокойным и непроницаемым. Он взял свою чашку, отпивая глоток остывающего чая:       — С тех самых пор я отказался от любви. Нет, я не застрял в прошлом. Я просто знаю, что мне никто больше не нужен в романтическом плане. Да и в моём случае… — он обвёл ладонью стол с бумагами. — Это будет лишь ещё одной мишенью, которая порадует моих врагов. Простите, что рассказал вам такую грустную историю, господин Тарталья. Скорее всего, вы хотели поделиться со мной какой-то своей радостью, не так ли?       — Я… — юноша потёр шею. — Я соболезную. Извините, что вам пришлось вновь пережить всё это из-за моего глупого вопроса.       — Полно. Вы ни в чем не виноваты. Приятно иногда окунуться в те моменты памяти, когда ты бывал абсолютно счастлив. Скорее всего, вы хотели спросить у меня совета по поводу любви, да? Что ж, я не советчик в таких делах. Моя история неудачна. Могу лишь сказать одно — там, где крепкая любовь, там лёгкое прощение. Я очень был зол на Гуй Чжун, на себя, на весь мир. Но я смог простить. — уголки губ шатена чуть дёрнулись в загадочной улыбке. — Надеюсь, вы будете счастливы с дамой вашего сердца.       — О, ну, это не дама. Если быть честным — это мужчина. — Чайльд усмехнулся, немного расслабляясь. — Думаю, раз Ху Тао работает у вас, то скорее всего вы знаете человека, в которого я влюблён. Кэйа Альберих — у него Ху Тао выступает в странствующем цирке.       — Да. Я знаком с ним лично. — Чжун Ли подпёр пальцами подбородок, с какой-то непонятной напряжённостью глядя в глаза Аякса. — Вы уже говорили о своих чувствах с ним?       — Конечно! Мне кажется… Ну, как я вижу, мои чувства взаимны. И он не против уехать со мной в Снежную. Я хотел бы даже попросить его руки и заключить брак! В Снежной, конечно, этого сделать нельзя, а вот в Ли Юэ, где возможно всё… Но я не хочу на него давить. Я просто боюсь его напугать своей настойчивостью, ахах. — протараторил парень от внезапно накатившего волнения.       — Я вас понял, господин Тарталья. — остановил его Моракс, чуть прищурившись. — У любви нет пола, поэтому мужчина или женщина — это всё не важно. Главное — ваша искренность. Если чувства взаимны, то я могу вас только поздравить. — он встал из-за стола. — Мне было приятно, что вы зашли меня проведать, но мне нужно продолжать работу. Заходите в любой свободный вечер. Мы сможем обсудить как вашу личную жизнь, так и наши деловые отношения. — шатен направился к двери кабинета, открывая её.       — А, прошу прощения! — Чайльд встал, поправляя костюм. — Спасибо, что выслушали меня и поделились таким личным. — Предвестник пожал руку мужчине. — До встречи, господин Чжун Ли.       Коротко кивнув, Моракс прикрыл дверь за Аяксом, поворачивая голову на скрип половиц со стороны его спальни. В дверном проёме стоял Кэйа, который с тревогой смотрел на консультанта похоронного бюро. Шатен совершенно спокойно подошёл к мужчине, протягивая руку и убирая пряди волос с его лица:       — Так ты поэтому просил расторгнуть наш с тобой контракт?

***

      Почти неделю пребывания в Ли Юэ Кэйа не мог найти себе места от волнения. Чжун Ли всё это время не было в городе, видимо, уехал на деловую встречу в Сумеру, о которой когда-то писал в письме Альбериху. Это очень нервировало, ведь до приезда Чайльда оставалось уже мало времени. Синеволосый успел миллион раз обдумать весь возможный диалог с Чжун Ли, но увы — предсказать последующую реакцию этого человека не мог.       В этот роковой солнечный полдень к нему забежала домой Ху Тао, вызывая Кэйю к Мораксу — мужчина вернулся поздно ночью. И теперь он желал получить все добытые сведения от Альбериха.       С тяжёлым сердцем хозяин цирка шёл к ритуальному бюро «Ваншэн», совершенно не чувствуя жаркой погоды. Кэйю наоборот немного трясло, а кончики пальцев были ледяными. Оставив на первом этаже Ху Тао, синеволосый поднялся в кабинет. Чжун Ли, сидел за работой. На углу стола стояли две чашки с чаем, от которых поднимались тонкие струйки пара.       — Ты как раз вовремя. — Моракс кивнул на чай и посмотрел со сдержанной улыбкой на синеволосого, поднимаясь из-за стола.       — Явился сразу, как вызвали. — Альберих на негнущихся ногах подошёл ближе к мужчине, позволяя прижать себя к телу шатена.       — Самые длинные гастроли в этом году, не так ли? — шатен провёл кончиком носа по шее Кэйи, вдыхая аромат мяты и сосновых веточек. — Уверен, ты затмил абсолютно всех, моя самая яркая звезда. Слышал, что в Фонтейне было рекордное количество зрителей за всё время. Поздравляю.       — Я хочу уйти из этого бизнеса. — выпалил Кэйа, перебивая Моракса и чувствуя, как губы шатена остановились возле мочки его уха. — Я подустал разъезжать по континенту. И вытягивать информацию… Через постель. Мне это больше не интересно. — Альберих смело взглянул в глаза отстранившемуся мужчине.       — Вот как. Очень жаль. — Моракс вернулся на своё рабочее место, поправляя очки на переносице. — Давай ты подождёшь меня в спальне, а потом мы поговорим? Мне надо разобраться с парой неотложных дел — Нин Гуан, конечно, отлично справилась в моё отсутствие, но всё равно некоторые проблемы могу решить только я сам. Кстати, на постели ты найдёшь свой подарок. Я же не мог встретить тебя с пустыми руками после такой долгой разлуки.       Мужчина погрузился в чтение, за пару секунд забывая о Кэйе. Синеволосый взял со стола чашку чая, делая большие глотки и надеясь, что обжигающая жидкость согреет его. Зайдя в спальню Моракса, Кэйа прикрыл за собой плотно дверь. В этой комнате он знал каждый сантиметр. Подойдя к кровати, на которой он ночевал чаще, чем в своей квартирке в Ли Юэ, мужчина открыл находящуюся на ней коробку. Внутри оказался невероятной красоты деловой костюм тёмно-синего цвета с лёгким изумрудным отливом. Белоснежная рубашка и светло-голубой галстук обнаружились в коробке поменьше рядом. Кэйа провёл по плотной костюмной ткани пальцами, как вдруг услышал из кабинета знакомый голос.       Медленно, чтобы не наступить на отдельные скрипучие половицы, Альберих подошёл к двери, затаив дыхание. Сомнений не осталось, когда до слуха донеслось:       — Кстати, я встретил Ху Тао.       Это он. Кэйа замер, упершись лбом в дверной косяк. Почему? Как так вышло? Откуда они знакомы? Синеволосый пустым взглядом смотрел вперед, жадно прислушиваясь к разговору.       — Скажите, господин Чжун Ли, а вы когда-нибудь любили?       Какой же, всё-таки, дурак. Долгая пауза. Слишком долгая. Чжун Ли либо ещё ничего не понял, либо просто ведёт свою игру. Рассказ о Гуй Чжун? Эту историю Альберих уже слышал от Моракса. Красиво и печально. Забалтывает, хочет показаться искренним, поэтому и говорит правду.       — Скорее всего вы знаете человека, в которого я влюблён. Кэйа Альберих.       Вот и всё. Синеволосому хотелось истерично рассмеяться. Как разрешить всю эту ситуацию Кэйа уже не знал. Хотелось просто исчезнуть. Но мужчина продолжал вслушиваться в голос рыжеволосого, будто бы ища в нём спасения.       — Я хотел бы даже попросить его руки и заключить брак!       Альберих чуть отстранился от дверного косяка, чувствуя, как в уголке здорового глаза собирается влага. Самый опасный из Предвестников Фатуи сейчас смущённо рассуждает о своих чувствах, и так просто готов соединить свою жизнь с никому особо не известным хозяином бродячего цирка. Стерев костяшкой пальца проявление своих эмоций, синеволосый мысленно уже согласился на предложение Аякса, путаясь сейчас в своих эмоциях и ощущениях.       — До встречи, господин Чжун Ли.       Ушёл. Кэйа открыл дверь спальни, тревожно глядя на шатена и пытаясь собрать все остатки своей решимости.

***

      — Так ты именно поэтому просил расторгнуть наш с тобой контракт? Тебе надо было сразу сказать причину. «Я устал» и «Мне это больше не интересно» сразу показались мне глупыми выдумками. — Моракс подошёл к синеволосому, потянув за руку Альбериха, заставляя его пройти в кабинет. — Очень и очень жаль. Такого потрясающего любовника и информатора будет сложно найти. Ты уникальный человек. — шатен приблизился к лицу Кэйи, опаляя дыханием его щёки. — Хотя знаешь, я уже и так подумывал отпустить тебя, ведь в последний год этот цирк приносит мне мало пользы. Но вот я узнаю, что ты спелся с Предвестником Фатуи.       Будто окаменевший, Кэйа вздрогнул от последних слов Чжун Ли. Но мужчина резко обвил рукой его талию, притягивая ближе к себе. Ладонь второй руки аккуратно легла на затылок Альбериха, зарываясь пальцами в волосы:       — Давай сделаем так… — шёпот Моракса стал ласковым, но это не делало его обладателя менее угрожающим. — Ты расскажешь мне абсолютно всё, что успел узнать о Фатуи и особенно о Тарталье. Все секреты. Это слишком крупная рыба, чтобы упустить её. И ещё подаришь мне последнюю ночь. А взамен я разорву наш контракт. Ты станешь свободен. И сможешь уехать в Снежную к своему будущему мужу.       Не дождавшись ответа, Чжун Ли властно накрыл губы Альбериха своими, по-хозяйски размыкая их языком. Моракс целовал аккуратно, в какой-то степени нежно, но без капли чувств. Сильные руки шатена крепче прижали к себе такое безвольное сейчас тело растерявшегося хозяина цирка, когда в следующую секунду послышался весёлый голос и топот по ступеням лестницы:       — А, господин Чжун Ли, я забыл передать, что Панталоне… — Чайльд распахнул дверь кабинета, замирая.       Светло-карие, почти янтарные, глаза Моракса метнулись на вошедшего юношу. Прекращать поцелуй шатен даже не подумал. Оторвался он лишь через пару мгновений, когда Кэйа уже с силой оттолкнул его от себя, упершись ладонями в грудь. Тяжело дыша, Альберих перевёл взгляд на Аякса, а потом обратно на Моракса, чувствуя, как земля уходит у него из-под ног. Нет, он не упал в обморок, но чуть не свалился на пол, когда мимо него пронёсся Тарталья. Парень зарычал, в ярости хватая лацканы пиджака Чжун Ли и прижимая того к стене:       — Подонок. — Предвестник был в гневе. — Ты за это ответишь. — костяшки пальцев Аякса побледнели от напряжения.       Юноша только хотел занести кулак, чтобы врезать по абсолютно спокойному лицу консультанта похоронного бюро, как его окликнул Кэйа:       — Не надо, Аякс! Это может плохо кончиться для тебя!       — Послушай своего возлюбленного. Неужели ты хочешь испортить стабильные дипломатические отношения между Снежной и Ли Юэ? Подумай, что скажет Царица, когда ей донесут, что её Одиннадцатого Предвестника посадили за решетку из-за такого пустяка?       — Ты что назвал пустяком, урод?! — Тарталья выпалил ещё пару слов на диалекте Снежной. — А с тобой мы потом поговорим. — кинул он в сторону Кэйи, не сводя глаз с Моракса.       — О, вам двоим будет о чём поговорить. — Чжун Ли грубо отцепил сильные пальцы рыжеволосого от своего пиджака. — Например о том, что ты был частью работы Кэйи. И о том, что он мой информатор. И что Кэйа уже несколько лет мой постоянный секс-партнёр.       — Скажи, пожалуйста, что все его слова просто отвратительная ложь.       Синеволосый отрешённо смотрел в сторону, избегая взгляда любимого человека. Он тихо выдохнул:       — Это правда. Было правдой. — он зажмурился, услышав тяжёлый вздох Чайльда. — Прошу, только дай мне всё объяснить. Я пришёл сегодня сюда, чтобы всё закончить. Я не хотел больше обманывать тебя!       — Я уже сказал господину Альбериху, что я разорву наш с ним контракт, если он выполнит пару условий. — Моракс невозмутимо сел за свой стол.       — Какие тут могут быть условия?! — взревел Чайльд, с грохотом ударяя кулаками по столешнице и наклоняясь к шатену. — Знаете что, господин Чжун Ли? Хотите условий? Я ставлю вам своё. Только вы и я сегодня ночью на отмели Яогуан. Берёте любое оружие, какое только захотите. Если я побеждаю, то вы навсегда забываете о Кэйе.       — Это вполне в вашем духе — решать проблемы дракой, господин Тарталья. — спокойно ответил Моракс, переводя взгляд на Альбериха. — Тебе повезло — твой возлюбленный не боится ради тебя бросить вызов самому правителю Ли Юэ. Признаться, моё предложение было бы менее травматичным. — мужчина медленно кивнул. — Я принимаю ваше предложение, господин Тарталья. Давайте встретимся на юго-востоке отмели примерно в час ночи.       — Договорились. — Аякс резко отстранился, грубо хватая за руку Кэйю.       Широко шагая по лестнице, юноша вёл за собой синеволосого, не слушая, что тот ему пытается что-то сказать. Лишь когда они отошли от похоронного бюро на достаточное расстояние, Кэйа смог вырвать руку, крикнув:       — Ты вообще слышишь меня?       — Нет. Не слышу. Я только что узнал неприятные новости, и это немного, знаешь ли, шокировало меня. — юноша повернулся к Альбериху, который потирал покрасневшее от хватки рыжеволосого запястье. — Извини. Я просто… Я готов убить этого самодовольного ублюдка, раз он считает, что может так легко распоряжаться людскими жизнями.       — Но я же сам на это пошёл почти пять лет назад. Я всё расскажу. — вздохнул Кэйа, прикрывая глаз.       Почувствовав чужое дыхание на губах, Альберих резко распахнул веки в ту секунду, как его начал целовать Аякс. Да будут Архонты свидетелями — в этот поцелуй было вложено невероятное количество нежности и любви. Руки рыжеволосого бережно огладили спину мужчины, его рёбра, поднялись к шее. Альбериху хотелось, чтобы эти мгновения длились бесконечно. Но Чайльд вскоре отстранился, с улыбкой глядя на хозяина цирка.       — Ты не злишься на меня? — хрипло выдохнул Кэйа.       — За что? Это всё уже осталось в прошлом. А сегодня… Конечно, как только я вспоминаю ваш поцелуй, то хочу перерезать глотку Чжун Ли, что и буду пытаться сделать сегодня ночью. Но я не считаю тебя виноватым в этом. Я могу понять тебя. Неизвестно, как бы поступил я на твоём месте. Но измены в этом не вижу, так что успокойся. — Аякс погладил по щеке синеволосого. — Подумать только, а ведь я считал этого человека другом. Я вырву тебя из его цепких лап.       Кэйа широко улыбнулся. Искренне, с нежностью и благодарностью. Лишь на щеках появились предательские дорожки слёз, а в голове пронеслась неприятная мысль: «Чем я заслужил такое счастье?».       — Идём ко мне. Я всё расскажу. Не хочу больше недомолвок между нами.       — Идём. Только давай без совсем мельчайших подробностей. — чуть поморщился Аякс, обвивая талию мужчины одной рукой. — Я парень смышлёный, большей частью уже всё сам понял.       — Я люблю тебя, моя снежинка. — Кэйа прильнул поближе к рыжеволосому, направляясь к своему жилищу.       — Я тоже тебя люблю, мой павлин.       — Павлин? — недоумённо поднял бровь Альберих.       — Не нравится? Хмм… А как насчёт «мой одноглазик»?       — Уж лучше павлин. — хмыкнул Кэйа, чувствуя, что напряжение в теле и мыслях практически спало.       Тарталья тихо рассмеялся, целуя мужчину в висок и направляясь к его дому.