Любовь, похожая на сон

Вайолет дотащила сестру на себе, потом принося уже чистый таз и ставя его рядом с кроватью. От Паудер сильно пахло сигаретами, это ужасно нервировало. Пришлось открыть окно, чтобы в комнате не воняло, и закрыть его занавесками, дабы с улицы не было ничего видно. Соседи любят посплетничать о том, какие проблемы у других, а желания, чтобы всякие бабки осуждали Пау, не было. Старшая переодела сестру в свою чистую одежду, заплела нормально ей волосы, чтобы они не мешали, и заставила выпить таблетки, оставляя рядом с кроватью полный кувшин воды. До прихода Вандера она успевает привести квартиру в порядок, постирать чужую одежду и приготовить им всем ужин, чтобы не отвлекаться ни на что, занимаясь Паудер. Младшая несколько раз приходила в себя, получала порцию воды и засыпала обратно, только к вечеру чувствуя себя более менее хорошо. Открыв глаза, она осмотрела свою прошлую комнату, не понимая, как тут оказалась, и заметила сестру, сидящую на своей кровати и смотрящую на неё. Вайолет налила воды в стакан и села на край кровати сестры. — Садись и пей, — строго говорит та, протягивая стакан. Девушкам нужно было спокойно всё обсудить, но никто не знал, как начать столь неловкий разговор. — Не хочешь мне ничего сказать? — спрашивает розоволосая, пока младшая залпом осушает стакан. — А что говорить-то? Ну, хуй, — пожала плечами Паудер, отдавая стакан обратно и смотря в сторону. Вайолет вздохнула, качая головой, и обняла крепко девушку, прижимая к себе, на что та тихо пискнула недовольно, но всё же прижалась в ответ, утыкаясь в плечо. Младшая пусть и была обижена за всё произошедшее, но долгая разлука с любимой сестрой всё равно заставляла соскучится по её крепким объятиям, легкому шлейфу мужского одеколона и яркой улыбке. Правда, последнее время девушка практически не улыбалась, но Паудер об этом не знала, потому что не искала особо встреч с ней. — Ну, например, что ты делала всё это время, что приехала домой с каким-то парнем, решив переспать с ним на диване, — говорит Вай и отстраняется, смотря на сестру. — Не особо приятно приходить домой и видеть мелькающую голую задницу над тобой, а потом ещё и выясняется, что ты не в трезвом состоянии. Я же переживаю за тебя, хоть ты и не общаешься со мной, — тихо вздохнула, видя, как Паудер начинает злиться на её слова, и уже зная, что ей скажут. — Это не твоё дело, что я делаю. Чего ты вообще переживаешь? Ни разу не позвонила мне, ни на одно сообщение не ответила, не поздравила даже с днем рождением. Тебе же плевать на меня, что изменилось за несколько часов? — по-детски говорит, дуя щеки. Вайолет задумалась. Она и правда проявляла мало внимания сестре, но ведь она ей звонила и писала периодически, только ей никогда никто не отвечал. — Ты… Разве это не ты меня игнорировала? Я звонила тебе не раз, писала, но ты не отвечала мне. У меня и подарки для тебя имеются, я хотела передать через Экко, но он тоже сказал, что не может тебе дозвониться, — спокойно объясняет, наблюдая за изменениями выражения лица девушки рядом. Кажется, та совсем не знала о том, что ей звонили. Паудер отыскала телефон и зашла в звонки, показывая старшей, что никаких пропущенных у неё нет, да и сообщений тоже. Вайолет же принесла свой телефон и показала переписку и все исходящие звонки. Обе сестры задумались, начиная проверять не попал ли кто из них в черный список, выясняя в конце, что так это и есть, Вайолет была в черном списке у Паудер. Как это произошло младшая объяснить не могла, но из списка её вытащила. Девушки хотели ещё немного повыяснять отношения, но с работы пришёл Вандер. Пришлось дружно спуститься за стол, поужинать втроем, обсудить у кого как идут дела, а потом уйти спать. Вай пыталась сразу уснуть, но Пау решила поболтать с ней, чтобы расставить все точки над ё. В итоге они проболтали пол ночи, заканчивая тем, что обе любят друг друга, младшей стоит пересмотреть свой круг общения, а Вайолет нужно больше времени уделять Паудер, ибо та не только обижается, когда с ней не общаются, но и ревнует сестренку к каждому столбу, будто бы это её собственность. Утром обе девушки проснулись разбитыми, поэтому младшая отпросилась с занятий, а вот старшая так сделать не могла, уходя учиться, недовольно смотря на довольное лицо спящей дальше девушки. Паудер осталась в доме на неделю, налаживая отношения с сестрой и разбираясь с подарками от сестры и от друга, что разбудил её рано утром громкой руганью, высказывая ей всё, что думает о ней и её игнорировании звонков. Кажется, именно с этого момента всё стало налаживаться в жизни Вайолет и Паудер. Сестры теперь могли созваниваться, но вместе всё же уже не жили. Младшая предпочла остаться у дяди, где её ни в чём не ограничивали, и все смиренно приняли этот выбор, хотя Вай в тайне попросила Экко, который теперь 24/7 общался с её сестрой, присматривать за ней, отгоняя осторожно всяких подозрительных личностей. Сестринское сердце теперь было спокойно, но у Вай всё ещё оставались переживания по поводу любимой из сна. За прошедшую неделю она ни разу не приснилась ей, будто бы ради хороших отношений с сестрой нужно было пожертвовать чем-то другим. Отсутствие Кейтлин во снах удручало, но поделать с этим ничего было нельзя, не помогали даже практики осознанных снов, которыми решила девушка заняться в выходные. Когда руки уже начали опускаться, внезапно Вайолет очутилась на каком-то мероприятии. Всё происходило в церкви или соборе, внутри были различные фрески, стены были украшены тканями и лентами, а гости, наполнявшие огромный зал, были одеты в свои лучшие наряды. Все радовались, обсуждали праздник и из чужих слов стало понятно, что попала девушка на свадьбу влиятельной особы. Страх увидеть любимую у алтаря с другим начал медленно пожирать, а сама церемония всё никак не начиналась, будто назло испытывала. Спустя долгих полчаса, наконец-то, к алтарю вышел жених и все страхи Вай подтвердились. В светлом костюме, смотря на священника, стоял Джеймс, улыбаясь и поправляя рукава, вскоре открылись двери и в зал вошла Кейтлин. Она выглядела великолепно. Белоснежное пышное платье идеально сидело на девушке, а её талию обрамляла атласная лента, служившая поясом, украшенная бисером и вышивкой в виде листьев, что с пояса поднималась на лиф, который сильно сдавливал грудь, визуально делая её больше. Розоволосая внутренне посочувствовала любимой и продолжила рассматривать платье, поднимаясь взглядом к полупрозрачной ткани на плечах и руках, что тоже была украшена вышивкой. Лицо разглядеть было невозможно, оно было спрятано под белой фатой, что сзади спускалась длинным шлейфом, собирая за собой розовые лепестки, которыми закидали дорожку и невесту. Кирамман прошла к алтарю и встала перед женихом, цепляясь в свадебный букет. Она явно волновалась и взглядом отыскала в толпе желанную гостью, но та об этом не знала и не узнает. В какой-то момент, не желая мириться с реальностью, Вай представила себя на месте мужчины, слушая слова священника. Вот она стоит пред невестой, старается разглядеть её лицо, чтобы убедиться, что нет подмены, но видит только кончик носа. Любимый кончик носа, который она целовала не раз, о который терлась своим носом, пачкала кремом любимых пирожных, и она ещё кучу раз поцелует его, испачкает кремом и потрется о него, не переставая любить. После долгого вступления священника прозвучал долгожданный вопрос, на что жених сразу сказал «да», а невеста задумалась. С Вай она бы не задумывалась, а ответила сразу, как отвечала на поцелуи и прикосновения, как соглашалась на встречи. После слов и клятвы они бы обменялись кольцами, белую перчатку с прелестной руки сняли бы аккуратно, не выворачивая наизнанку, а дальше… Вайолет сняла фату с Кейтлин, бегло осмотрела её лицо, обращая внимание на яркую красную помаду, которую неплохо было бы размазать. Девушки целовались, будто это был их последний поцелуй после долгой разлуки и перед очередной долгой разлукой. Гости оглушительно захлопали, выводя розоволосую из транса. Девушка посмотрела вперед, на Кейтлин, и что-то в её сердце оглушительно разбилось, разлетелось на мелкие осколки, больно изнутри впиваясь в грудную клетку, вызывая адскую боль, не позволяя отвести взгляд от целующейся пары. После церемонии и пиршества, пьяная вдребезги Вай уходила из чужого дома, сильно шатаясь, в руках у неё была наполовину опустошенная бутылка, которую она стащила под шумок. Настроение было ни к черту, поэтому девушка и позволила себе так напиться, думая, что больше никогда не увидится с Кейтлин. Посидев в беседке достаточно долгое время, выпив из бутылки алкоголь, она ушла бы и никогда не вернулась, но чья-то рука её остановила, крепко сжимая её плечо. Вайолет обернулась и тут же была поймана в объятья любимой, что стояла перед ней в одной ночнушке и слабо дрожала. Сколько же она тут пробыла, что Кейтлин успела переодеться и, возможно, даже… — Забери меня с собой. Это было ужасно, — дрожащим голосом говорит новоиспеченная жена и жмется к девушке, что обнимает её крепко, прижимая к себе и стараясь согреть. — Это так больно и неприятно. Я больше не хочу быть женой. А если я забеременею? Говорят, что беременность это ужасно, а во время родов велика вероятность умереть, — продолжала она, не замечая, как по щекам стекают слёзы. — Пойдём, тут холодно, а до моего дома долго добираться, — еле-еле говорит Вай и снимает с себя пиджак, укутывая в него любимую, а после уводя с территории дома. Только через несколько минут девушка заметила, что Кейтлин наполовину босая, а потому подняла её на руки, донеся до своего домишки. Всю дорогу они молчали, а оказавшись в тепле обоих стало клонить в сон, потому девушки попросту легли спать, после чего Вайолет проснулась. Весь день девушка клевала носом, мечтая о том, как уснет и во сне увидит рядом с собой Кейтлин, но вечером этого не произошло, любимой рядом не оказалось. Вай осмотрела пустое место рядом и тихо шмыгнула носом, после поднимаясь с кровати и идя на кухню, чтобы выпить воды. Как раз-таки на кухне Кирамман обнаружилась, она выкладывала на тарелки жареное яйцо, утащив обувь своей любовницы. Почему-то сейчас на сердце стало тепло и легко, будто бы всё вернулось на круги своя. Розоволосая подошла к любимой и поцеловала её в плечо, обнимая со спины и ластясь к ней щекой, прикрыв глаза. — Как вкусно пахнет. Я не слышала, как ты встала с кровати и ушла, — тихо говорит, переходя поцелуями на шею и замечая чужой засос, начиная из-за этого хмуриться. — Вай, мне нужно идти. У тебя нет никакого платья? Знаю, ты их не носишь, но вдруг…- так же тихо начала девушка, стараясь в какой-то момент закрыться от поцелуев и вырываясь из объятий. — Не трогай меня, не надо. Я теперь замужняя женщина, нам теперь нельзя таким заниматься. — Что, Кексик? Я думала, что мы продолжим наши встречи после твоей свадьбы. И вчера. Тебе же явно не понравилось, поэтому ты попросила меня забрать тебя. Я не понимаю, ты сама… — Вайолет, перестань, — серьезно говорит Кейтлин, обнимая себя руками. — Это надо прекратить. Хватит этих игр, у нас могут быть проблемы, если кто-то узнает. Мне было очень хорошо с тобой, но пора остановиться. Я совершила ошибку. — Прекратить? Хватит этих игр? Ошибку… Для тебя это всё было игрой и ошибкой? — пораженно спрашивает, делая шаг назад, смотря на всё ещё любимую девушку разочарованно. Неужели с ней просто играли и все эти слова и обещания о вечном и бесконечном были ложью? Кирамман долго молчит, и Вай её не торопит, давая ей собраться с мыслями. — Да, для меня всё это было забавной игрой, — уверенно говорит девушка, резко выпрямившись и задрав вверх голову. — И пора это всё прекратить. Вчера я соврала тебе, чтобы уйти и поговорить с тобой об этом. Сейчас я говорю, что между нами всё кончено, — твердо произносит и собирается уйти, но её останавливает Вай, говоря, где висит её единственное платье. — Пожалуйста, позаботься о себе, — тихо говорит она и отпускает любимую, поворачиваясь к ней спиной и сжимая кулаки. На сердце словно кошки скребли после чужого признания, а как только входная дверь закрылась после Кейтлин, то со стола полетели все предметы, что стояли на нём. Вайолет проснулась в холодном поту, вскакивая с кровати и всхлипывая. Было так больно и неприятно, а слёзы сами текли по лицу, обжигая и падая на ткань одеяла, оставляя неровные мокрые следы. Девушка разрыдалась, стараясь не шуметь, и плакала так около часа, давясь горечью и печалью, а после проваливаясь в сон, в котором в этот раз была только тёмная пустота. И больше Кейтлин не снилась никогда, оставив только воспоминания о себе, которые постепенно стирались из головы. Вай настолько ярко переживала это предательство из сна, что Вандер решил, что ту правда бросили и напоил её в один из вечеров крепким алкоголем, давая выплакаться в своё плечо. Две недели девушка страдала, а потом немного успокоилась, переключившись на настоящую жизнь. Через пару лет она начала помогать Вандеру в баре, вскоре работая там ночами, а утром выгуливая собак. Паудер периодически заскакивала к ним домой или к Вандеру в бар, чтобы поболтать с сестрой или просто провести время вместе. В один из дней, когда Пау пришла домой вместе с Экко, старшая заметила, что что-то между ними происходит, уж слишком неоднозначно они смотрели друг на друга. Через время догадки подтвердились, Вай застала их целующимися перед домом. На этот раз никаких скандалов не было, розоволосая только заговорчески им улыбнулась и предложила зайти на чай. Парочка то краснела, то тихо хихикала, сидя рядом. Это был один из лучших вечеров. Они долго разговаривали, и Вай разрешила спать им вдвоем, при одном условии, которое те успешно выполнили. Утром можно было наблюдать умилительную картину, как младшая уткнулась в грудь своего парня, пока тот крепко её обнимал. Это было так мило, что невольно заставляло улыбаться, но Вайолет вспомнила свои сны, когда так же валялась с любимой, обнимаясь, так что на неё быстро накатила грусть, которую пришлось залить крепким чаем. Она приготовила завтрак младшим и ушла на выгул, возвращаясь через несколько часов и заставая тех милующимися. — Вы так мило смотритесь вместе, — с улыбкой говорит старшая, снимая спортивную кофту, оставаясь в майке — Прямо завидую вам двоим. Сегодня останетесь здесь или пойдете куда-то? Я вас не выгоняю, мне просто в бар нужно будет. — Если можно, то мы бы остались, — говорит Паудер, устраиваясь удобнее на диване, и смотрит на сестру, улыбаясь — Я хочу подольше побыть с Экко перед тем, как он уедет на неделю, а Силко против того, что я привожу его в дом. Говорит, что Экко обрюхатит меня и свалит в закат. — Ну, если он так не сделает, то вы можете остаться. Экко же справится с ужином, если что? — весело спрашивает, смотря на парня, что уже весь краской залился, кивая. Кажется, ему требовалось время, чтобы привыкнуть к тому, что его приняли в семью. — Презервативы в столе, — хмыкает и подмигивает, после уходя в ванную. С появлением Экко в семье жить стало чуточку проще. Теперь Паудер выглядела счастливой, да и парень был мастером на все руки и часто помогал в баре или дома, выполняя ту работу, которую приходилось раньше перекладывать на мастеров или делать Вай. Также он не забывал про уговор со старшей, отгоняя от теперь своей девушки всяких личностей, которые ему не нравились, но углядеть за проворной Пау было нелегко, поэтому вскоре она вновь ввязалась в плохую компанию, но узнали об этом далеко не сразу. Какой-то парень поздно ночью тащил её домой, пока она была явно не в состоянии позаботиться о себе. Тогда было непонятно произошло между ними что-то или нет, но девушка по шее получила не только от Экко, что перехватил её, но и от дяди. Они тогда сидели дома и думали, когда и куда дитё могло пропасть с радаров, а тут объявился сомнительный тип, что чуть ли не под одеждой держал это самое пропавшее дитё. Впрочем, типу тоже нехило досталось, после чего Силко наконец-то принял Экко в семью, тот тогда ещё отшутился, что если бы раньше узнал о том, что, чтобы его приняли, надо набить кому-то лицо, то сделал бы это раньше. В целом всё шло чинно и мирно, младшая занималась своей жизнью, старшая своей, при этом обе общались друг с другом и не было никаких секретов, но всё же чего-то Вайолет не хватало, а точнее кого-то. Девушка решила последовать примеру младшей и найти себе пару, но всё никак не получалось, при чём причины она не понимала очень долго, а потом её осенило. Во всех своих пассиях она искала одну единственную, постоянно сравнивая с ней, желая увидеть хоть какие-то отголоски образа в других. Пора бы смириться, что Кейтлин рядом нет и никогда не будет, но надежда тлела, периодически вспыхивая жарким пламенем, заставляя сердце гореть, но быстро утихая. Её нет и никогда не будет, нужно продолжать жить дальше. Вокруг много прекрасных девушек, на которых стоило бы обратить внимание, ведь каждая из них уникальна и привлекательно, но как это объяснить непокорному сердцу, что требовало только одну девушку. Направляясь в магазин, Вайолет заметила в толпе знакомую макушку. Макушка была настолько знакомой, что ошибки быть не могло. Именно эти волосы были не раз зацелованы и пропущены сквозь пальцы. Девушка, чьи волосы привлекли внимание, остановилась, чувствуя на себе чужой взгляд и обернулась, встречаясь взглядом с Вайолет. Она выглядела так же, как и во снах и, кажется, узнала прохожую, что вылупилась на неё, поэтому стояла, ожидая, пока она подойдет. В кармане джинсов завибрировал телефон, отвлекая. Розоволосая сделала несколько шагов навстречу, желая узнать имя и выяснить помнит ли её та, с кем каждый её сон превращался в сказку. В реальности она тоже замужем за Джеймсом? Интересно, если да, то у них есть дети? Смогут ли они здесь начать встречаться? Вай бы очень этого хотела, даже если это будет просто «забавная игра», что в конце разобьёт ей сердце, заставляя переживать всю ту боль ещё раз. Хотя в этот раз она точно не отпустит любимую леди так легко. Она не скажет, где висит одежда, запрёт в подвале, если того потребует ситуация, но не отпустит её. Телефон вновь завибрировал и на звонок пришлось ответить, не отрывая взгляда от стоящей впереди Кейтлин, будто та может исчезнуть в любой момент. — Вай, ситуация сложная, нужно забрать Паудер из бара. Я и сам справлюсь, но помощь мне не помешает, — послышался в трубке голос Экко, и перед девушкой встал выбор: сестра или девушка мечты.